Возникновение и развитие социологии религии

Тема «Социология религии» изучается на стыке сразу нескольких взаимосвязанных дисциплин. Для современного состояния науки характерен  переход к глобальному рассмотрению проблем тематики «Религия как социальное явление».

Социология религии начинает формироваться как научная дисциплина примерно с середины XIX века. Своим возникновением она во многом обязана тем процессам в европейском обществе, начало которым положила эпоха Просвещения и антифеодальных буржуазных революций. Одним из важнейших источников социологии религии была социально-философская критика  феодальных общественных отношений и церкви как социального института, в особенности — со стороны французских энциклопедистов XVIII в. (Гельвеций, Гольбах, Дидро). Эта критика способствовала пробуждению интереса к вопросам о социальной обусловленности религии и ее роли в жизни общества. Религия выделяется из совокупности общественных институтов как феномен особого рода, по отношению к которому все остальные общественные реалии рассматриваются как светские, секулярные.

Идеология     Просвещения     рассматривала     человека     прежде     всего     как «человекаразумного». «Просвещенный» человек способен, полагаясь на собственный разум, на науку, устроить свою жизнь на разумных и справедливых началах. Перед ним открывается перспектива безграничного прогресса, ведущего в «царство разума». Одним из первых мыслителей нового времени, обосновавшим возможность рассматривать религию с позиций научного мышления, считаясь только с существом дела и логикой, не ссылаясь на теологию, был И. Кант (1724—1804): разум обладает более сильными  аргументами, чем те, которыми  располагает  церковная доктрина и священное писание. Просвещенный человек должен жить собственным умом, освободившись от сковывающих разум догм, неоправданных запретов и  робости перед авторитетами — будь то политическими или религиозными.

Философское рассмотрение религии «в пределах только разума» призвано не опровергнуть религию, а извлечь рациональное содержание из религиозных представлений и мифов и таким образом дать человеку «разумную религию»; вместе с разумным государством и правовым порядком разумная религия поможет человеку стать тем, чем он является по природе своей, и вести добродетельную жизнь, быть толерантным, преодолеть догматизм и фанатизм, покончить с конфессиональным диктатом в вопросах веры, нетерпимостью. Одна из особенностей социального развития западного общества заключалась в возрастающей сложности и дифференциации общественных институтов. В этой связи возникал вопрос о месте религии в ряду таких феноменов, как экономика, семья, образование, политика и  т.д., о взаимоотношении религии с ними и о проблеме единства общества, идущего по пути возрастающей сложности и дифференциации. Особую остроту приобрел вопрос об отношении религиозной идеологии, т.е.теологии, к науке, в которой просветители видели движущую силу развития общества. Если радикальные критики религии видели в ней только оковы развития разума и научного познания, только социально- негативный фактор, с влиянием которого должно быть тем или иным способом покончено,то идущая на смену этой критике социальная наука оказалась уже в состоянии поставить вопрос более объективно: что же на самом деле реально в поведении людей и в жизни общества происходит, когда в этом обществе существует религиозная вера? Такой постановке вопроса способствовали и данные, полученные начавшимися несколько ранее, чем в социологии, научными исследованиями в других областях науки — истории, филологии, антропологии и этнологии. В этом направлении в XIX в. пошло развитие социальной мысли, представленное такими именами, как К. Маркс, Э. Дюркгейм, М. Вебер, но с самыми первыми шагами в этом направлении связано, прежде всего, имя французского философа, ученого О. Конта (1798—1857). Конт считал, что к исследованию социальной жизни необходимо привлечь индуктивные методы познания, с таким успехом используемые естественными науками. Он полагал, что таким образом сможет создать науку об обществе — социологию. С помощью социологии Конт искал пути преодоления кризисных явлений в европейском обществе, вызванных потрясениями Французской революции, надеялся найти средства, обеспечивающие стабильность и развитие общества в «нормальном» русле. Тем самым встал вопрос: что лежит в основе социального порядка и в этой связи — вопрос о социальной роли религии [1].

Учение Конта о социальной динамике содержит эволюционную модель общества, построенную с помощью понятий, почерпнутых из истории религии. Это учение о прогрессе общества, который проходит три стадии, соответствующие периодам  человеческой  жизни   —  детству,   юности  и  зрелости.  Первая   стадия   - «теологическая», на этой стадии человек тщетно пытается достичь «безусловного познания внутренней сущности» явлений и причин их возникновения. Объяснение строится по принципу аналогии: вещи и действующие силы наделяются человеческими свойствами, например, волей.

В учении Конта важны для нас два момента:

  • религия, по крайней мере на первой стадии представлявшая собой неотъемлемую часть человеческого общества, затем оказывается изживающей себя и больше уже не нужной, постепенно преодолеваемой, вытесняемой научным знанием. Эта мысль легла впоследствии в основу концепции секуляризации, вытеснения религии из различных сфер жизни общества и упадка ее влияния. Развитие человеческого познания оставляет позади религию в ее исторически данных, традиционных формах. Общественная жизнь организуется на иных основах.
  • Каждая стадия в учении Конта связана с определенными социальными структурами, властными отношениями. Господству теологических идей, которое охватывает человеческую историю от ее начала до XIII столетия, соответствует доминирующая роль в обществе духовенства и военных, т.е. классов по преимуществу непродуктивных с точки зрения просветительского сознания и позитивизма. На философской стадии господствующие позиции начинает завоевывать бюрократия, в первую очередь — юристы. Последней исторической формой теологического порядка вещей был, согласно Конту, соответствующий христианскому монотеизму «католический и феодальный режим». Если на этой стадии религиозные верования служили связующей силой, основой социального порядка, то из-за неизбежного упадка религии возникает угроза распада социальных связей. Нужны новые опоры для социального здания. На позитивной стадии, утверждающейся в XIX в., в обществе ведущую роль начинают играть инженеры, ученые. Задача объединения общества теперь, когда религия приходит в упадок, переходит к позитивному синтезу научного знания, которого добивается социология, чтобы связать воедино идеи порядка и прогресса. Впоследствии Конт, разочаровавшись в надежде на разумную организацию общества  посредством   просвещения   умов,   приходит   к   выводу  о необходимости

«второго теологического синтеза» как духовной опоры социальных связей. Он предлагает светский, рационалистический вариант «позитивной религии» — культ человечества как единого «Великого существа», огромного социального организма. В этой религии социолог, лучше других знающий механизмы социальной динамики и способный руководить обществом, становится верховным жрецом. Идея органического единства социальной системы и ее эволюционного прогресса была центральной в социологии Г. Спенсера (1820—1903), властителя дум европейского общества, включая Россию, в конце прошлого столетия.

Главное, что внес Дюркгейм в социологию религии, это понимание религии как интегрирующей общество силы. В Германии, где также развивалась социальная наука, доминировали политические интересы, и религия интересовала немецких исследователей, в первую очередь, в связи с политической борьбой, а не как фактор социальной солидарности. Наиболее важный вклад в становление социологического исследования религии здесь внес К. Маркс (1818—1883). Он рассматривал религию как социальный феномен: религия включена в систему общественных отношений, порождается ими (в первую очередь — экономическими, которые выступают как базис, определяющий целую совокупность производных, «надстроечных» образований, таких, как политика, право, искусство, мораль, философия и религия). Понимание религии как социального феномена означало также, что религия рассматривалась в качестве важного социального фактора, выполняющего вполне реальные функции в жизни общества и удовлетворяющего определенные интересы и потребности. Это фактор, внешним и принудительным образом воздействующий на людей, подобен любому другому социальному институту. Тем самым Маркс способствовал развитию функционального подхода к религии. Одну из отличительных особенностей теории Маркса составляет представление об исторической природе религии как порождении преходящих социальных условий,  основу которых составляет присвоение чужого труда, социальное неравенство, когда свобода одних означает порабощение других. В условиях классовой борьбы религия выступает в качестве идеологии (она была ее исторически ранней формой); отсюда ее социальная функция — функция идеологическая, ее существо в том, что религия оправдывает и узаконивает существующие социальные порядки, или осуждает их, отрицая их   право на существование. Она может питать социальный конформизм, внушая иллюзии («опиум народа») и тем самым выступая в качестве тормоза общественного прогресса, или стимулировать социальный протест, выступать в качестве революционных движений. Если раннее христианство было революционным движением низов римского общества, то впоследствии на протяжении двух тысячелетней  своей истории, после того как оно стало государственной религией и таким образом сложился «союз алтаря и трона», социальные принципы христианства оправдывали социальное неравенство и эксплуатацию человека человеком как богоустановленный порядок. Центральную роль в учении Маркса так же, как до него у Л. Фейербаха, а впоследствии у 3. Фрейда, играл тезис о компенсационной функции религии.

Религия — это «сердце бессердечного мира»: страдания в этом мире не напрасны, они будут вознаграждены в будущей жизни, праведники обретут «царство божье». В условиях глубокого социального раскола общества, когда интересы одной его части могут быть обеспечены за счет другой, только иррациональные факторы — верования и ценности, которые не могут быть рационально обоснованы и не подлежат проверке, которые заданы извне в качестве сакральных, способны поддерживать социальный порядок, обеспечивать интеграцию общества в интересах господствующих классов и тем самым препятствовать его революционному переустройству    в    интересах    трудящихся    масс.    Религия     —      разновидность «отчужденного сознания», порождение общественного процесса, развивающегося в отчужденных   формах,   в   силу   чего   обычные,   «естественные»   вещи наделяются «сверхъестественными» свойствами (товарный фетишизм): продукты человеческой деятельности как внешняя, чуждая сила начинают господствовать над людьми. Если религия — выражение экономического отчуждения, то с преодолением его (ликвидацией частной собственности на средства производства) устраняются условия, необходимые для существования религии, она исторически изживает себя, «умирает естественной смертью». У Маркса религии противостоит идея самоосуществления человека.[2]

Критика религии завершается категорическим императивом, требующим ликвидации тех условий, которые мешают человеку в полной мере реализовать себя. Во многом был несогласен с Марксом М. Вебер (1864—1920). Хотя он признавал, что религия может действовать как консервативная сила, и часто выступает именно как помеха на пути социального развития, в то же время она способна действовать как один из факторов социальной динамики. Вебер исходил из того, что все общественные институты, структуры, формы поведения фактически основываются и регулируются тем смыслом, который в них вкладывают люди. Главная функция религии — функция смыслополагания, рационализация человеческой деятельности. Поэтому религия обладает мощным потенциалом воздействия на человеческую деятельность, каким бы ни было ее направление. Вебер рассматривает религию, прежде всего, как фактор социального изменения. В значительной мере вся его концепция социального развития основана на двух понятиях — харизмы и пророчества.

В отличие от Дюркгейма, Вебера интересуют, прежде всего, мировые религии, т.е. те, которые имеют наибольшее число последователей и оказывают наибольшее влияние на ход истории. В работе «Протестантская этика и дух капитализма» (1905) он исследует вклад христианства в историю Запада, доказывая, что протестантская Реформация и возникающая в ее результате новая ветвь христианства — протестантизм способствовали пробуждению духа предпринимательства и культивировали аскетический стиль жизни, стимулировавшие развитие современной экономики, преобразование феодальной Европы в общество, олицетворявшее достижения современной культуры. Он делает это на серьезной эмпирической основе, анализируя большое число проповедей той эпохи и других письменных источников. Для Вебера показательно то, что ему удалось органически связать конкретно- эмпирический и абстрактно-теоретический уровни социологического исследования с помощью сравнительно-исторического анализа. Вебер проверяет свою гипотезу  о роли религии в экономическом развитии, исследуя наряду с  протестантизмом иудаизм, ислам, индуизм, буддизм, конфуцианство. Если Дюркгейм строил свои аргументы на рассмотрении сравнительно небольшого числа фактов,  но распространял выводы на религию в целом, то Вебер предпринял небывалое по масштабу исследование, охватившее практически весь мир. На этой эмпирической основе Вебер сформулировал утверждение о том, что великие религиозные традиции оказали существенное влияние на различие путей развития Запада и Востока, более конкретно — что иудаизм, ислам, католицизм и протестантизм  больше способствовали рационализации социальной жизни, чем индуизм, буддизм и конфуцианство. Вебер стремится, таким образом, обнаружить в истории связанные с религией корни Новой истории, современной западной культуры. Второе важное направление исследований Вебера — анализ процесса «расколдования» мира, того процесса, благодаря которому из отношения «цель — средства»  устраняются элементы магической практики. Они уступают место «целерациональным», ориентированным на успех средствам: мир предстает как«материя», которая может и должна быть подчинена человеку. Своей высшей точки этот процесс достигает в аскетическом протестантизме, в кальвинизме, но его истоки лежат в иудейском пророчестве. Вебер сравнивает различные религии, выясняя, какую степень рационализации экономической деятельности допускает та или иная религиозная этика. С 1916 по 1919 гг. Вебер выпускает серию статей на эту тему, объединенных под общим названием «Хозяйственная этика мировых религий».[3]

Если в XIX и XX вв. упадок религии представлялся многим как триумф человеческого разума, как результат просвещающего и освобождающего действия современной науки, то Вебер видит в нѐм симптом духовного заболевания общества, вызванного гипертрофированной до чудовищных размеров «рациональностью»: технология и бюрократия подчиняют себе мир, колоссально сужая человеческий опыт, так что в сознании человека угасают величайшие страсти — поэтическая сила воображения, любовь к прекрасному, героические чувства, религиозный опыт, уступая место прагматическому расчету, заботе о комфорте, банальной тяге к «полезности».

Еще  одна  тема,  намеченная  Вебером  совместно  с  Трѐльчем,  —     дихотомия «церковь — секта», типология религиозных организаций. Вебер поставил перед собой задачу проанализировать деятельность религиозных сообществ в общесоциологических категориях. Он ввел различие бюрократических форм организации и типов господства, успешно применявшееся впоследствии в исследовании различных аспектов религии. Влияние и значение Вебера основывалось еще и на том, что он разработал понятийный аппарат социологии религии, которым она пользуется и сегодня. Работы Дюркгейма и Вебера оказались в полном смысле слова основополагающими в области социологии религии.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

  1. Религия и общество: Хрестоматия по социологии религии:Ч.I-II. / Под общей ред. В.И.Гараджи.–2-е изд. - М.,
  2. Миронов, А.В. Основы религиоведения.Рабочая книга преподавателя и студента: учебное пособие/А.В. Миронов,Ю.А.Бабинов.- М., 1998. – 342 с.
  3. Радугин, А.А. Введение в религиоведение/ А.А. Радугин. - М.: Центр, 2001. – 240 с.
Фамилия автора: Жарасбаев Е.Е., Абдуллаева З., Жармагамбет Н.
Год: 2014
Город: Актюбинск
Категория: Социология
Яндекс.Метрика