Теоретические аспекты изучения истории и культуры татаро-башкирской диаспоры Казахстана

В условиях современной международной политики, направленной на создание толерантного, гуманистического мирового сообщества, основывающегося на принципах взаимного уважения, возникает необходимость в более глубоком изучении истории и культуры всех народов мира. Главной целью, безусловно, является сохранение и приумножение этнокультурного, исторического наследия любого без исключения народа, проживающего на территории Казахстана в том числе. В данной статье мы рассматриваем теоретические аспекты изучения истории и культуры татаро-башкирской диаспоры Казахстана как один из основных вопросов в изучении данной социокультурной общности.

Современная эпоха, характеризующаяся интенсивными процессами глобализации, глубокой политико-экономической, идеологической и духовной интеграцией различных государственных образований, взаимодействием и взаимопроникновением мировых цивилизаций, обусловливает живой и пристальный интерес общественности к проблемам сохранения и развития национально-культурного своеобразия, уникальных исторических традиций всех народов, живущих на нашей планете. Мировое сообщество, ставящее своей целью создание новой системы международных отношений, основанной на принципах взаимного уважения, толерантности и гуманизма, обращает серьезное внимание на вопросы соблюдения этнокультурных прав, изучения и пропаганды лучших образцов материального и духовного наследия любого, даже самого малочисленного народа.

Среди современных социокультурных проблем и их региональной специфики одно из центральных мест занимает проблема сохранения национальной истории и культуры диаспор Республики Казахстан. В данной работе мы рассматриваем татаро-башкирскую диаспору Казахстана как особую социокультурную систему.

Одним из главных аспектов изучения истории и культуры татаро-башкирской диаспоры Казахстана является теоретическая основа исследования татарского и башкирского народов, которые образуют татаро-башкирские национально-культурные Центры, входящие в Малую Ассамблею народa Казахстана. Применение теории «исторического времени» Фернана Броделя является необходимым в исследовании социальных и культурных процессов, связанных с формированием татаро-башкирской диаспоры на территории Казахстана. Это связано с тем, что третий уровень исторического времени, по Ф.Броделю, предполагает длительное время, т.е. время, характеризующее крупные структуры совместного существования людей (различные диаспоры, в том числе и татаро-башкирская, проживающие на территории Казахстана), которые поддерживают целостность больших социокультурных образований [1; 116]. Следует также отметить одну из основных идей Карла Гемпеля — «дилемма теоретика» (вопрос о нужности или ненужности теоретических терминов), которая находит свое   отражение в теоретической основе изучения татаро-башкирской диаспоры Казахстана [2; 17]. В ходе исследования можно прийти к выводу о безусловной необходимости выделения определенных терминов при изучении татаро-башкирской диаспоры Казахстана.

В связи с тем, что одним из вопросов изучения татаро-башкирской диаспоры в Казахстане является вопрос культуры, можно выделить следующие термины, необходимые для изучения данного вопроса: «культура» — способность человека мыслить, анализировать себя и окружающих; «культурное пространство» — территориальное распространение и организация различных видов и форм культуры; «инфраструктура культуры» — совокупность элементов системы, обеспечивающей условия создания, сохранения, трансляции и воспроизводства культурных ценностей, развития культурной жизни и творчества и др.

Основой терминологического аппарата в изучении татаро-башкирской диаспоры Казахстана, безусловно, является определение этнонимов «татар» и «башкир».

Татары (самоназвание — татар) — тюркоязычный народ, формирование и развитие которого происходило на просторах Евразии. Татарский язык относится к кыпчакской группе алтайского семейства тюркских языков. Обычно различают поволжских (казанских), сибирских, астраханских татар, а также отдельные субэтносы; все эти группы являются составными частями единой татарской нации. Сегодня татары проживают во всех без исключения регионах планеты, в том числе и на территории нашей страны. Общая численность татар на постсоветском пространстве составляет около семи миллионов.

Этноним «татары» упоминается как название народа, обитавшего в Прибайкалье в VI в. нашей эры. Вместе с другими тюркскими народами предки современных татар участвовали в Великих переселениях народов, создавали государственные образования. В V в. нашей эры была известна Великая Булгария (Болгария) в Приазовье, в IX в. — Великая Булгария в Поволжье. Значительную роль в этих государствах играли тюркоязычные булгары. В результате монгольских походов в XIII в. булгарские земли были включены в состав Золотой Орды, затем на этих же землях возникло Казанское ханство. Образовались Астраханское, Сибирское ханства и Ногайская Орда. В 1552 г. дружины Московского князя захватили Казань, затем  другие  ханства;  татары  оказались  в  составе  Российской  империи [3; 213].

В казахских степях татары появились в давние времена. Заметное их увеличение среди казахов имеет более чем четырехсотлетнюю историю. Значительное число татар проживало в Казахстане уже в XIX в. — 79758 человек [4; 37].

В связи с политикой, проводимой Российским государством, татары вынуждены были покинуть родные места и переселиться в среду казахов – народа с близким языком и единой религией. Причиной переселения служила также и непосильная солдатчина (из всех тюркских народов империи солдатская повинность касалась только татар); немало татар переехало в Казахстан по торговым  делам. К концу XIX в. татары составляли значительную часть населения Семипалатинска, Уральска, Петропавловска. Возникли целые татарские деревни и села: Лепсы, Мамлютка, Жильтау и другие. В городе Верный развернули широкую деятельность татарские купцы и ремесленники.

Постепенно происходило взаимопроникновение и взаимообогащение культур казахского и татарского народов. Учителя татарских медресе вели значительную просветительскую работу. Например, учитель из Каркаралинска Ш. Кашафутдин является автором почти 80 поэтических произведений на татарском и казахском языках. Видные деятели казахского народа того периода получали свое начальное образование у татарских мулл. Великий Абай учился у аульного муллы, затем в одном из татарских медресе Семипалатинска. Его стихи впервые были опубликованы в оренбургских татарских изданиях.

Башкиры (самоназвание — башкорт) — тюркоязычный народ, исторической прародиной которого, как и других тюркских народов, является Центральная Азия. Башкирский язык относится к кыпчакской группе тюркских языков. Этноним «башкир» впервые упоминается в письменных источниках IX в. Башкиры кочевали в Приаралье, на землях Приуралья и Южного Урала, создавали свои племенные союзы. Значительная часть башкирских племен входила в состав Булгарии, затем все башкирские земли стали частью Золотой Орды. Позже башкирские племена и роды являлись подданными Казанского, Сибирского, Астраханского ханств и Ногайской Орды. После падения этих государств башкиры оказались в составе Российской империи [5; 123].

Культурные и экономические взаимосвязи башкир и казахов имеют глубокие корни. С давних пор эти два народа находились в тесных дружеских отношениях, занимаясь кочевым   скотоводством по соседству друг  с  другом.  В  XVII  в.  часть  казахских  родов  переселилась  в  башкирские края. А башкирские и татарские повстанцы после поражения очередного восстания против царских властей находили приют обычно в казахских степях. Взаимные культурные связи активно развивались в XIX–XX вв. К примеру, в уфимском медресе «Галия» получили образование выдающиеся деятели казахского народа Магжан Жумабаев, Беимбет Майлин, Ж. Тлепбергенов и другие. Почти 60 лет своей жизни отдал Туркестанскому краю сын башкирского народа Абубакир Диваев. Этнограф, исследователь казахского фольклора, он участвовал в открытии Ташкентского государственного университета, где создал первую кафедру казахского языка и литературы.

В годы Советской власти и татары, и башкиры прошли тот же путь испытаний и побед, что и весь советский народ. Они участвовали в строительстве социалистического общества, воевали на фронтах Великой Отечественной войны, восстанавливали народное хозяйство, поднимали целину. Значительное число башкир и татар переехало в Казахстан в период создания промышленной базы республики и в годы освоения целинных земель. Как и другие этносы, татары и башкиры выработали свою культуру жилища, питания, одежды. Фольклор татар и башкир имеет немало общих  элементов и представлен песнями, сказками, преданиями и легендами, пословицами и поговорками.

Первые научные шаги в области изучения татарского народа начинаются двести лет тому назад. Академики С.Г. Гмелин, П.С. Паллас и И.И. Лепехин в 70-е годы XVIII в., совершившие длительные путешествия по Российской империи, побывали и в татарских селах, о которых они оставили интересные сведения. С середины XIX в. интерес к истории народов края, обычаев, быта его населения значительно возрос. Их изучение продолжалось в Казанском университете, велось в открывшейся в 1842 г. Казанской духовной академии, а также татарскими учеными-энциклопедистами [6; 14].

Татарские ученые-просветители X. Фаизханов, Ш. Марджани, К. Насыри большое внимание в своем творчестве отводили проблеме этногенеза татарского народа, создали собственные концепции. В 1844 г. профессор Казанского университета К.Ф.Фукс публикует первую научную монографию по этнографии казанских татар — «Казанские татары в статистическом и этнографическом соотношениях» [6; 15].

Одним из ученых, разработавших проблему этногенеза татарского народа, был X. Фаизханов. Он считал, что в формировании казанских татар — потомков волжских булгар — принимали участие как чуваши, так и кипчаки, тем самым признавая родство татар и чуваш. Следующим татарским историком, кто обратился к проблеме этногенеза татарского народа, был Ш. Марджани. Владея сведениями восточных источников, он впервые среди татарских ученых применяет научный подход при рассмотрении вопросов истории, поднимает проблему научной теории о предмете и методе истории. Он первым из татарских историков разработал вопросы этногенеза татар в двухтомном труде «Мустафад ал-ахбар фиахвали Казан вэ Булгар». В книге ученый придерживается точки зрения сближения этнонимов традиционной генеалогической цепи развития основных тюркоязычных этносов Восточной Европы: хазар – булгар – кипчаков – татар и, как следствие, — признания связи каждого звена этой цепи с предыдущим и последующим. Большое внимание исследованию истории татарского народа, его происхождению и формированию, его обычаям и обрядам уделял К. Насыри. Ученый писал о булгарской основе татарского этноса, указывал, что определенную роль в его формировании играли другие народы Поволжья [7; 17].

В 80-е годы XIX в. в Казанском университете начался новый этап в преподавании востоковедческих  дисциплин,  связанный  с  личностью  известного  исследователя  истории  тюркских   народов В. Радлова, служившего в то время инспектором татарских, башкирских и киргизских школ Казанского учебного округа. Им собран богатейший материал по языку, быту, обычаям, верованиям, народному творчеству и истории тюркских народов.

В 90-е годы XIX в. традиции тюркологических исследований в Казанском университете возрождаются усилиями выдающегося востоковеда Н. Катанова. Множество статей и докладов, посвященных обрядам, обычаям и традициям татар, опубликовано им в «Известиях ОАИЭ», «Ученых записках» Казанского университета, журнале «Деятель».

Изучению этногенеза и этнической истории татарского народа, его быта и обычаев значительное место уделяется в трудах выдающегося общественного деятеля, педагога и ученого-историка X. Атласи. В основных трудах X. Атласи, изданных еще до революции, — «История Сибири», «Сююмбике», «Казанское ханство» — Казанское ханство рассматривается как преемник Булгарского государства. В 1993 г. они переизданы в виде отдельной книги.

Если говорить об истории башкирского народа, то первые письменные упоминания о башкирах можно отнести к IX–X вв. (арабские авторы Саллам Тарджеман, Ахмед ибн-Фадлан, ал-Балхи, ал-Масуди и другие). Они оставили сведения о территории формирования, принадлежности к тюркской языковой семье, религиозных представлениях, обычаях башкир. Западные европейские путешественники П.Карпини, Юлиан, В.Рубрук (XIII–XIV вв.) страну башкир отождествляли со страной венгров, называя ее «Великой Венгрией» («МагнаХунгария»). Их сведения легли в основу угорской концепции этногенеза башкир [8; 25].

Развитие научной мысли, хотя и медленно, шло в направлении, которое, в конечном итоге, отдав преимущество идее тюркского происхождения башкирского народа, допускало участие в его этногенезе угорского или финно-угорского компонента. Еще Д. Европеус, Н.М. Малиев и другие предполагали участие нетюркского компонента в происхождении башкирского народа. Но впервые мысль о тюркской основе башкирского этногенеза и некотором участии в нем предков венгров четко была сформулирована X. Вамбери. Смешанность этнического состава башкир с преобладанием в нем тюркского (обычно ногайского или кыпчакского) компонента подчеркивали этнографы и антропологи П.С. Назаров, С. Вайсенберг, С. Соммье, А.Н. Абрамов. Наиболее значительными в этом ряду были работы Н.А. Аристова и Д.Н. Соколова. Д.Н. Соколов впервые собрал (из архивных источников и во время поездки в Южную Башкирию) более 800 башкирских тамг и удачно использовал их для доказательства древних этнических связей башкир с тюркскими племенами Алтая и Средней Азии [5; 21].

Заметный вклад в изучение истории края внесли дореволюцинные русские исследователи. В сочинениях П.И. Рычкова, В.М.  Черемшанского,  Д.П.  Никольского,  Н.А.Фирсова,  Л.П.Сабанеева, Р.Г. Игнатьева, В.Н. Витевского, А.Г. Дмитриева, Н.Л. Скалозубова собран богатый фактический материал, разработаны многие вопросы истории края: этногенез башкир, присоединение Башкирии к Русскому государству, колонизация края, башкирские восстания XVII–XVIII вв. Критическое осмысление политики царизма дается в работах Н.В. Ремезова, В.М. Флоринского, В.И. Филоненко. Крупным событием в изучении этнографии башкир явился двухтомник «Башкиры» С.И. Руденко. Фундаментальное исследование С.И. Руденко посвящено описанию физического типа и преимущественно материальной культуры башкир.

В трудах историков 40–50-х годов ХХ в. (Ш.И. Типеева,  А.П. Чулошникова,  В.И. Лебедева, Н.В. Устюгова, Н.Ф. Демидовой) началось систематическое изучение истории Башкортостана. Серьезное внимание уделялось выявлению и публикации документальных материалов. Была издана пятитомная серия документов «Материалы по истории Башкирской АССР», послужившая базой для развертывания исследований социально-экономической истории Башкирии XVII–XVIII вв. Крупным событием явились «Очерки по истории Башкирской АССР», т. 1–2, отразившие жизнь края с древнейших времен до середины 60-х годов ХХ в. В 60–80-е годы XX в. детально разрабатывались отдельные узловые проблемы изучения края. История присоединения Башкирии к Русскому государству наиболее полно изложена в работе А.Н.Усманова. До этого одни авторы признавали добровольный характер присоединения (П.И.Рычков, Р.Г.Игнатьев, М.И.Уметбаев), другие писали о завоевании Башкирии Русским государством (В.Н.Витевский, Н.А.Фирсов, В.И.Филоненко, Ш.И.Типеев). Неоднозначна оценка башкирского восстания XVII–XVIII вв.: тезис о реакционности башкирского восстания был опровергнут в трудах З.И. Сираева, И.Г. Акманова. Участие народов Башкирии в Крестьянской войне 1773–1775 гг. под предводительством Е.И. Пугачева исследовалось  Х.Ф. Усмановым, И.М. Гвоздиковой,   В.В. Сидоровым,   в   Отечественной   войне   1812   г.   —    Р.М.  Раимовым, Х.Ф. Усмановым, А.З. Асфандияровым. В 90-х годах XX в. появились труды, объективно освещающие так называемые «кулацкие восстания» 1918–1921 гг., политику и хозяйственную систему в 20– 30-х годах ХХ в. (Р.А.Давлетшин, Р.А.Хазиев): сборник «Страницы истории Башкирской Республики: новые факты, взгляды, оценки» (Уфа, 1991) [8; 29].

История Башкортостана долгое время не привлекала особого внимания зарубежных историков. Вплоть до начала ХХ  в.  приводились  лишь  отрывочные  сведения  о  башкирах,  которые  носили во многом противоречивый характер. Интерес к истории Башкортостана оживился в 40-х годах ХХ в. Немецкий востоковед Бертольд Шпулер написал ряд работ по истории башкирского и татарского народов. В 1950 г. французский славист Роже Порталь выпустил книгу «Урал в ХVIII в. Очерк экономической и социальной истории» (1950), в которой подробно показаны предпосылки и ход промышленного освоения Башкирии, политика правительства по отношению к башкирам. В 1957 г. английский историк Э. Карр опубликовал статью «Некоторые замечания о Советской Башкирии» (1957).

Карр рассматривает проблемы исторической демографии, земельных отношений, функционирования башкирского языка. Роберт Бауманн в 1987 г. опубликовал статью «Подвластные народы на военной службе в Российской империи: на примере башкир», в которой рассматривается история военной службы башкир в XVIII–XIX вв. [9; 33]. Для многих исследователей характерно знание русской и советской историографии, непредвзятое освещение истории Башкортостана.

В общей проблеме этногенеза башкир одной из сложных является тема о башкиро-татарских этногенетических контактах. Известно, что башкирский и татарский языки в ряду других тюркских языков характеризуются наибольшей близостью. Это подтвердили исследования Ф.С. Фасеева в Казани и Т.М. Гарипова в Уфе, проведенные методом сравнительно-статистического анализа лексики тюркских языков Урало-Поволжья. Близость языков свидетельствует об общности путей этнического развития башкир и татар на нескольких или многих этапах их истории. Однако в установлении хронологических рамок общих этапов этнической истории башкирского и татарского народов, и особенно в определении тех компонентов, которые обусловили близкое родство их языков, существуют различные взгляды, иногда весьма далекие друг от друга.

До недавнего времени вопрос об общности и различиях в этнической характеристике башкир и татар дискутировался в основном в историко-лингвистическом аспекте. Это нашло косвенное отражение в определении места татарскому и башкирскому языкам в классификационной схеме кыпчакской группы тюркских языков по этническому (кыпчакско-булгарская подгруппа) или географическому (волго-камско-западносибирская  подобщность;  урало-поволжская  подобщность) принципам. В этногенетическом плане определение Н.А. Баскакова правомерно акцентирует внимание археологов и этнографов на ранних этапах этногенеза татар и башкир, связанных с историей Волжской Булгарии. На вероятное участие булгарского компонента в этногенезе башкир указывали С.И. Руденко, А.П. Смирнов. Эта тема специально рассмотрена Г. В. Юсуповым, преимущественно на    материалах «булгаро-татарских» эпиграфических памятников XIII–XVII вв.

Заслуга  широкой  и  методологически  выдержанной  постановки  вопроса  об  общих процессах в этногенезе башкир и татар принадлежит А.X. Халикову. Им выдвинута идея о неоднократной добулгарской тюркизации Волго-Уральского региона, сыгравшей, по мнению А.X. Халикова, решающую роль в сложении этнической основы татар и башкир. Определенное значение в формировании общих черт в этническом облике татар и башкир А.X. Халиков придает и последующим этапам этнической истории обоих народов. Основная идея А.X. Халикова о добулгарской тюркизации Приуралья и Волго-Камья подверглась критике археологов, придерживающихся иных взглядов об этнической принадлежности носителей тех археологических культур, которыми в своих доказательствах оперирует А.X. Халиков. Отмечая резонность некоторых из этих возражений, заметим, что упомянутое выше определение К. Менгесом и Т.М. Гариповым места башкирского и татарского языков в кыпчакской языковой группе по географическому признаку также правомерно, если оно имеет в виду (кроме других признаков) общность этнических процессов в Волго-Уральской области и активность башкиро-татарских взаимодействий в сравнительно позднее время (XIII–XVI вв.) [12; 28]. Этнические процессы в эпоху средневековья сыграли заметную роль в сближении татарского и башкирского языков, и это подтверждается историко-лингвистическими исследованиями. 

В ходе данного исследования нами был рассмотрен обширный вопрос историографии татарского и башкирского народов, который включил в себя краткий обзор работ, посвященных изучению истории, языка, культуры данных народов. Мы пришли к выводу о том, что татарский и башкирский народы имеют много общего в формировании черт их этнического облика. Об этом свидетельствуют различные исследования как в области этнографии, истории этих народов, так и в области лингвистики. В дальнейшем мы планируем продолжать изучение истории татаро-башкирской диаспоры Казахстана в непосредственной связи с рассмотрением вопросов, касающихся исторической, этнографической общности этих народов.

 

 

Список литературы 

  1. Бродель Ф. История и общественные науки. Историческая деятельность // Философия и методология истории / Общ. ред. И.С.Кона. — М.: Прогресс, 1977. — С. 114–142.
  2. Гемпель К. Логика объяснения. — М.: Дом интеллект. кн., 1998. — С. 7–30.
  3. Закиев М.З. Происхождение тюрков и татар. — М.: Инсан, 2002. — 496 с.
  4. Хайруллин Г.Т., Хамидуллин А.Г. Татары: страницы истории и сегодняшний день. — Алматы: Білім, 1998. — 127 с.
  5. Кузеев Р.Г. Происхождение башкирского народа. Этнический состав, история расселения. — М.: Наука, —С. 571.
  6. Халиков А.Х. Татарский народ и его предки. — Казань: Тат. кн. изд-во, 1989. — 222 с.
  7. Шарафутдинов Д.Р. Исторические корни и развитие традиционной культуры татарского народа. XIX– начало XX вв.— Казань: Изд-во Казан. гос. техн. ун-та, 2004. — 592 с.
  8. Кульшарипов М.М. Историография истории образования Башкирской АССР (1945–1989) // Историография социалистического строительства на Урале и в Поволжье. — Уфа, 1990. — С. 25–39.
  9. История Башкортостана в зарубежных исследованиях. — Уфа, 1996. — С.
Фамилия автора: К.К.Абдрахманова, Д.Д.Шапагатова
Год: 2016
Город: Караганда
Категория: История
Яндекс.Метрика