Ценностно-смысловое измерение сущности казахстанского философско-научного знания

В статье на примере интеграции различных сфер научного знания, а также интеграции науки с вненаучной сферой рассмотрена динамико-содержательная сторона междисциплинарных философсконаучных сфер, позволяющих изучить отечественную историю как часть всемирно-исторического процесса. Рассмотрено глубокое содержание проблемы ценностного смысла философско-научного знания как сущностных оснований человеческого бытия. На основе изучения стадий развития философского знания прослежены его взаимосвязь и интеграция в различные области научного, духовного знания, а также искусства. Так, на примере формирования и развития казахстанского философского знания показано, что философско-научное знание в целом представляет собой интегральную форму познания мира. В этом смысле в контексте аутентичных духовно-культурных оснований духовного наследия деятелей Великой степи, позитивистских и персоналистских позиций казахских мыслителей, поэтов, ученых (в том числе и наших современников) и изучения духовно-этического содержания их творений рассмотрены пути становления в Казахстане междисциплинарных научных сфер на стыке философии, науки, искусства и религиоведения — кочевниковедение, казахская философия, фарабиеведение, абаеведение, тенгриановедение и др. Показано, что казахстанское философско-научное знание, развиваясь как комплекс наук «о духе», позволяет осмыслить истоки духовности казахского народа, внося тем самым достойную лепту в востребованные современным человечеством аспекты бытия.

При изучении философско-научного знания характерным явлением выступает редукционизм, который является в определенной мере необходимым аспектом анализа, однако гипертрофирование приводит к упрощению и искажению при решении проблемы. Подобными недостатками страдают в равной мере как сциентизм (сведение основания всей человеческой культуры к науке), так и антисциентизм (умаление, вплоть до полного исключения значимости науки в контексте культурного целого).

С нашей точки зрения, наиболее адекватным и продуктивным подходом в решении проблемы является парадигма, ориентирующая на исследование ее сущностных определений внутри многомерного культурно-исторического контекста; на исследование того, каким образом и в каких формах этот контекст вплетается и проявляется в философско-научном знании. При этом проблема ценностного смысла как глубинного содержания становится одним из главных предметов философской рефлексии.

Философско-научное знание двояко и совмещает в себе, с одной стороны, вечное творение, борьбу, духовное усилие, стремление, с другой — является интеллектуально-нравственным прообразом, идеалом, универсальной ценностью, к которой необходимо стремиться и ею руководствоваться. В этом состоит динамико-содержательная сторона знания, в которой оно везде впереди, и если этого не будет, то оно перестанет существовать. В той мере, в какой нам удастся рассмотреть формы его воплощения и самораскрытия, мы сможем говорить о философско-научном знании осмысленно, а значит, определить его сущностные основания как ценности человеческого общества.

Предположим, что данный феномен в диалектическом развитии проходит три стадии.

  1. Стадия «абстрактное единство» — проявляется в такой эмпирико-онтологической форме, как слитность, нерасчлененность науки и философии (античный период).
  2. Стадия «формальное различие», в которой наука раскрывает себя как автономная форма культуры — чем далее, тем более обособляясь от философии и религии. На данном этапе она воплощает и реализует себя в различных ипостасях, раскрываясь в обособленных дисциплинарных формах (А.П.Огурцов). Здесь также осуществляются дифференциация на естественнонаучный цикл, социогуманитарный цикл, исторический и онтологический «отбор» качеств и проявление различных сторон науки.
  3. Стадия «конкретный синтез» проявляется в интеграции различных сфер научного знания, а также в союзе науки с философией и религией.

Онтологическая цель философско-научного знания — охват всего универсума, воплощение себя через продуцирование. Мир науки — результат ее собственной деятельности. Изменяясь сама, она изменяет мир, преобразовывая его. Ступенями преобразований являются мир природы и социума, но высшая ступень самореализации науки в мире духа. В своем развитии философско-научное знание становится практическим духом и, обретая объективность, силой всеобщего порядка. Поэтому оно становится общественной субстанцией.

Таким образом, на современном этапе прослеживается интеграция различных сфер научного знания, а также интеграция науки с вненаучной сферой, философией, религией и искусством.

Все отмеченные выше особенности присущи и науке Казахстана. Ее развитие на данном этапе можно определить как промежуточную, переходную стадию от периода формального различия к интегральной науке, или иначе — к философско-научному знанию. В качестве примеров можно привести такие направления философии и науки, как фарабитану, қорқыттану и абайтану, шəкəрімтану, түрк философиясы и көшпеліліктану (кочевниковедение), қазақ философиясы, тəңіріліктану (тенгриановедение) и др.

Как сейчас известно, имя Шакарима в советское время, как и имена многих репрессированных деятелей, в числе которых алашордынцы, замалчивалось. Несколько иначе сложилась судьба Абая. Нравственный посыл, исходивший от творчества Абая, был столь велик, а устное поэтическое общение в культуре казахов настолько развито, что все казахские племена и жузы (роды) из уст в уста десятилетиями передавали слова назидания, стихи и песни просветителя, не растеряв и не исказив ни строчки из его наследия. Выдающийся акын и писатель, просветитель, общественный деятель и основоположник современной казахской письменной литературы Абай Кунанбаев (1845–1904 гг.) в своем творчестве  руководствовался  общечеловеческими  («Адам  бол!»)  и  национальными   ценностями. В советское время его стихи и песни вошли в учебные программы школ и вузов. Постепенно приходило осознание того, что творческое наследие Абая значимо не только с точки зрения художественной культуры, т.е. поэзии и песенного искусства, оно становится предметом изучения таких специальных наук, как филология, литературоведение и музыковедение.

Следующий шаг был сделан философами, раскрывшими глубокое духовно-этическое содержание его творений, а Личность великого акына приобрела статус великого мыслителя вселенского масштаба. «Абай утверждал, что человек изначально обладает всеми качествами, присущими Богу. Они находятся в нас в зачаточном состоянии. Сознательно развивая их, человек может и должен уподобиться всевышнему — стать совершенным универсальным Человеком. На пути самосовершенствования главное — никому не навредить. Это возможно, если руководствоваться самой ценной способностью человека — умением любить. По Абаю, поскольку Бог создал человека с любовью, тот должен сначала научиться любить Бога, потом — человечество, затем — справедливость. В трактовке Бога Абай далек от исламской ортодоксии и мусульманского фатализма. Ему ближе и понятнее суфийско-тенгрианское понимание единства макрои микрокосма, мира и человека» [1; 19].

О том, как непросто складывалась судьба философско-научного знания в Казахстане, свидетельствует и история коллективной монографии «Кочевники. Эстетика: Познание мира традиционным казахским искусством». Это — первый фундаментальный труд по новому философско-научному направлению — көшпеліліктану. Статьи ведущих казахстанских ученых — философов, искусствоведов, филологов, культурологов, историков, этнологов — объединяла общая задача «осмысления и реконструкции духовного универсума кочевого общества» [2, 3]. Иными словами, ставилась и решалась задача культурно-логической реконструкции казахской культуры как высокой ценности, востребованной в современном обществе. Наряду с «Аз и Я» О. Сулейменова, «Кочевники. Эстетика...» — это результат, вернее, один из результатов того явления, имя которому «шестидесятники в Казахстане». Сегодня, по истечении не одного десятка лет, можно говорить о том, что именно благодаря им — «шестидесятникам», — в число которых входит, по сути, вся элита страны, зажглась заря Независимости. Это связано с тем, что Независимость есть исторический феномен, который не дается в готовом виде. Идея независимости — это национальная (в смысле, национально-государственная) идея, которая содержит в качестве своего внутреннего основания духовно-нравственные ценности, формировавшиеся и выражавшиеся в разные исторические периоды многими деятелями [3].

Результатом напряженных поисков явилось, во-первых, изучение духовного наследия деятелей Великой Степи в контексте аутентичных духовно-культурных оснований и более глубокое и глубинное исследование таких направлений, как абайтану, фарабитану, қорқыттану и других тенденций.

Вместе с тем появляются новые задачи, актуальные как для национальной философии, так и для всемирного философско-научного сообщества. Сказанное относится, прежде всего, к таким новым направлениям, как көшпеліліктану и тəңіріліктану, которые все еще находятся на стадии осмысления. Компаративный (сопоставительный) анализ свидетельствует о том, что они сформировались практически одновременно как отечественное явление и как феномены мирового масштаба. Как уже отмечалось, основы такого непопулярного в философии и науке советского времени направления, как көшпеліліктану закладывались в период «шестидесятничества». Свидетельством тому является история книги «Кочевники. Эстетика...», тираж которой поначалу «был изъят из продажи по цензурным соображениям, сводившимся к обвинениям в отсутствии классового подхода и идеализации прошлого» [2, 3]. Выход монографии оказался возможным только в 1993 г.

Сегодня көшпеліліктану — одна из тех междисциплинарных философско-научных сфер, где ведутся активные изыскания историками и философами, искусствоведами и многими другими учеными социогуманитарного знания. Плодотворны в этой сфере компаративные исследования с тюркомонгольскими народами, а также с западной номадологией [4].

Активно разрабатывается и второе направление — тəңіріліктану, в котором тенгрианство интерпретируется, во-первых, как целостный тип культуры (календарь культуры), аналогично исламской либо христианской цивилизациям, культуре и философии [5]; во-вторых, отмечается, что его базовым основанием является эпос, что зафиксировано тенгриановедами в определении международных конференций как «тенгрианство и эпическое наследие народов Евразии: истоки и современность». Это положение [6] доказательно обосновывается и казахским материалом, где жыраулық составляет сердцевину казахской культуры и философии, пронизанную духом свободомыслия.

Таким образом, можно сделать некоторые предварительные выводы:

  • новое время выдвигает новые задачи и новые сферы исследования, которые востребованы во всех сферах культуры: философии, социально-гуманитарных науках и образовании, а также в массовом сознании. Свидетельство тому — веб-портал e-history.kz, цель которого — возрождение национальной исторической памяти, глубокое изучение нашей истории как части всемирно-исторического процесса и преодоление имеющихся «белых пятен» [7]. Ибо, если мы хотим стать «успешным государством и построить свою государственность в расчете на историческую перспективу («Мəңгілік мемлекет», «Мəңгі ел»), то нам необходимо осмыслить истоки нашей духовности» [8];
  • дополняющие друг друга тенденции философско-научного сообщества, такие как тюркская и казахская философия, көшпеліліктану и тəңіріліктану, актуальны не только в региональном, но и в цивилизационном аспектах;
  • эти направления правомерно определить как науки о духе. В көшпеліліктану кочевничество является для носителей номадической ментальности иппокреной духа, духовности (К.Ш. Нурланова). Оно созвучно западной номадологии, где также обосновывается номадическое мировидение как достойная альтернатива технократической материально-вещественной цивилизации;
  • как номадологию, так и көшпеліліктану правомерно определить как футурологию. Главная идея, общая для обеих философско-научных сфер, — это вывод о духовном будущем. В этом ключевом пункте Восток и Запад, мир кочевников и мир земледельцев, составляют единый неделимый человеческий род. И этот факт вселяет веру и надежду в то, что наши внуки и правнуки будут жить в этом самом духовном будущем. Иными словами, диалог, коммуникация кочевничества и оседлости, Востока и Запада есть выбор в пользу неокочевничества. И это есть та общая платформа, которая составляет сущностное основание современного социогуманитарного познания. Можно таким образом резюмировать, что национальная казахская философия органично вписывается в контекст современного философско-научного познания [9].

В новых направлениях казахстанского философско-научного знания пересекаются, во-первых, интересы различных научных сфер; во-вторых, они представляют междисциплинарное пространство на стыке философии, науки и религиоведения. В-третьих, данные сферы представляют собой разный исследовательский ракурс единого культурного бытия. Көшпеліліктану — отрасль, предметом изучения которой являются сущностные основания социокультурной реальности (СР) номадов евразийского континента. Тəңіріліктану акцентирует внимание на интерпретации духовного учения Великой Степи. Қорқытттану выявляет место и значение первого тенгрианца Қорқыт Ата Əулие (С. Акатай), закладывая тем самым фундамент для воссоздания духовно-культурного облика деятелей тенгрианской культуры и философии.

На сегодняшний день накоплена солидная исследовательская база, посвященная означенным философско-научным направлениям. Предметом исследования в них являются:

  • классификация, системное обоснование, территориальные аспекты кочевничества;
  • методология аутентичного постижения изнутри номадического гнозиса;
  • интерпретация метафорического и метафизического смысла тенгрианской культуры.

Оригинальный компаративный подход предпринят А.С. Балгимбаевым. Согласно исследователю, «в новой постмодернистской системе ценностей в качестве центральной выделяется осознание неразрывной связи человека и мира, примата духовных ценностей над материальными, и многообразия форм бытия, а также необходимости их более полной репрезентации…. Постмодернизм меняет приоритет в пользу духовных ценностей и в этом плане есть стадия постматериалистических ценностей. На первый план выдвигаются такие ценности, как качество жизни, защита окружающей среды, доминирующими становятся постматериалистические идеальные ценности. <…> Приоритет духовных ценностей своими корнями уходит в традиционную культуру номадного традиционного общества, так что постмодернистский дискурс и архетипы нашей культуры и в этом пункте находятся в согласии. Сказанное позволяет сделать один важный вывод: мобилизация духовного потенциала нации является условием успешного перехода к постмодернистскому типу экономического и политического развития. Подтверждается преобразующая роль культурной составляющей в выстраивании нашей национальной государственности», — резюмирует А.С. Балгимбаев [10; 32–34].

Таким образом, можно сделать вывод о том, что философско-научное знание Казахстана развивается как комплекс наук «о духе», прежде всего, внося тем самым достойную лепту в востребованные современным человечеством аспекты бытия.

Проведенный культурфилософский анализ позволяет заключить, что освещение данного феномена в ценностно-смысловом измерении важно для понимания кризисных явлений современного общества, в том числе и кризиса науки. В.А. Кутырев называет современную культуру «тектурой», поскольку она связана сегодня со специальной технически высоко оснащенной индустрией. В результате этого происходит манипуляция индивидуальным сознанием; из нее уходят человеческие чувства, дух и душа, разрушаются духовно-ценностные механизмы. И.М. Орешников отмечает, что неразвитость души, чувственных переживаний ведет к бездуховности, обусловливает неразвитость в выборе ценностных ориентаций [11; 35].

Культурфилософский анализ способствует, далее, определению ценности и смысла науки как исторического феномена. Так, на стадии «формального различия» она проявляется в конкретных обособленных формах. Каждая из них осуществляет какую-то сторону, выявляя ее смысл. Но в действительности наука всегда стремится к синтезу, к своей полноте, и это отражается в эмпирикоонтологических формах, которые также стремятся интегрироваться. Каждая форма, будучи частью целого — науки, — для полного своего определения предполагает другие формы и, более того, не может существовать в своей обособленности.

Современный этап — высшая стадия саморазвертывания науки. В ней произойдет «снятие» противоречий, осознанное единение обособленных форм в бытийную целостную форму. Эта стадия отмечена наиболее высоким уровнем всеобщности по сравнению с предыдущей. Возможно, что конкретный синтез никогда не будет осуществлен до конца и предполагается как некий идеал, к которому нужно стремиться. С.Л. Франк пишет, что в отдаленной перспективе мерещится идеал человека, для которого нравственные побуждения сольются с субъективными влечениями [12; 46]. Следовательно, это будет нравственно-цельная культура. Для этого существует философско-научное знание как «манящая даль» духовных преобразований. Ему еще предстоит раскрыть свою силу. Будучи «горизонтом» для человечества, оно позволяет ставить цели более весомые и творческие. Смысл его реализации есть вечное стремление к духовному творчеству, Любви, Добру, Истине и Красоте в их спаянности-слитности.

 

Список литературы 

  1. Хасанов М.Ш., Петрова В.Ф. Роль отечественной философии в становлении казахстанской идентичности // Қазақстандық бірегейлікті қалыптастырудағы университет ғалым-философтардың рөлі: Əл-Фараби атындағы ҚазҰУ-дің 80 жылдығына арн. халықарал. ғыл.-теор. конф. материалдары. — Алматы, 2014. — 262 б.
  2. Кочевники. Эстетика: Познание мира традиционным казахским искусством. — Алматы: Гылым, 1993. — 264 с.
  3. Кокумбаева Б., Раимбергенов А., Раимбергенова С. Кочевниковедение и кочевниковеды // Новая музыкальная газета.— 2012. — № 2. — С. 47–49. — [ЭР]. Режим доступа: http://кітапхана.қаз/catalog/140330/140330-02.htm
  4. Аршабеков Н.Р., Кокумбаева Б.Д. Кочевниковедение в современном философском контексте (к постановке проблемы)// Философия в современном мире: стратегии развития: Материалы I Казахстанского философского Конгресса (Алматы, 27– 28 сентября 2013 г.). — Алматы: Ин-т философии, политологии и религиоведения КН МОН РК, 2013. — С. 395–401. — [ЭР]. Режим доступа: http://кітапхана.қаз/catalog/140330/140330-001.htm
  5. Резолюции IV-й Междунар. науч.-практ. конф. «Тенгрианство и эпическое наследие народов Евразии: истоки и современность». — [ЭР]. Режим доступа: http://www.dalaruh.kz/articles/view/509
  6. Аманов Б.Ж., Мухамбетова А.И. Казахская традиционная музыка и ХХ век. — Алматы: Дайк-Пресс, 2002. — 544 с.; Кокумбаева Б.Д. Культурология тенгрианского искусства: учеб. пособие. — Павлодар: Науч.-изд. центр Павлодар. гос. пед. ин-та, 2012. — 156 с. — [ЭР]. Режим доступа: http://кітапхана.қаз/catalog/130814/130814-001.htm
  7. В Казахстане начал работу веб-портал e-history.kz. — [ЭР]. Режим доступа: http://news.headline.kz/ chto_v_strane/v_kazahstane_nachal_rabotu_veb-portal_e-historykz_.html;
  8. Шекей Г. Номады как архитекторы Евразии (По итогам III заседания Межведомственной рабочей группы по изучению национальной истории РК). — [ЭР]. Режим доступа: http://www.altyn-orda.kz/blogs/gainizhamal_shekei/gajnizhamalshekej-nomady-kak-arxitektory-evrazii-po-itogam-sh-zasedaniya-mezhvedomstvennoj-rabochej-gruppy-po-izucheniyu-nacionalnojistorii-rk/
  9. Философия в современном мире: стратегии развития. Материалы I Казахстанского философского Конгресса. —Алматы: Ин-т философии, политологии и религиоведения КН МОН РК, 2013. — 818 с.
  10. Балгимбаев А.С. Ценности постмодернизма и традиции // Ұлттық мəдениет: дəстүр мен қазіргі уақыт. — Алматы: КИЕ, 2009. — 208 б.
  11. Межуев В. Интеллигенция и демократия // Свободная мысль. — 1992. — № 16. — C. 34–47.
  12. Франк С.Л. Ницше и этика «любви к дальнему» // Франк С.Л. Сочинения. — М.: Правда, 1990. — 608 с.
Фамилия автора: Б.Кокумбаева, Г.Темиртон (Садыкова)
Год: 2016
Город: Караганда
Категория: Философия
Яндекс.Метрика