Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием

Предупреждение преступлений, как одна из целей права, получило широкое развитие в уголовном законодательстве Республики Казахстан, что отражает современную тенденцию уголовного права ориентировать на стимулирование правомерного поведения и увеличение числа поощрительных норм.

Поведение лица после совершения им преступления в юридической литературе называется постпреступным, или посткриминальным. Положительная постпреступная деятельность человека, выражающаяся в уменьшении преступных последствий, возмещении нанесенного ущерба, способствовании раскрытию или расследованию преступления и т. п., характеризует собой такой институт уголовного права, как деятельное раскаяние.

Ранее, в период действия советского уголовного права, законодатель не пользовался понятием «деятельное раскаяние». Но, в уголовных кодексах союзных республик, в том числе и Казахской ССР, были предусмотрены подобные обстоятельства. Так, в ст. 35 УК КазССР «Обстоятельства, смягчающие уголовную ответственность и наказание», п. 1, к таковым относились: предотвращение виновным вредных последствий совершенного преступления или добровольное возмещение нанесенного ущерба или устранение причиненного вреда; в п. 8: чисто сердечное раскаяние или явка с повинной.

Применение стимулирующих норм в Особенной части Уголовного кодекса было ограниченным: всего в четырех случаях указывалось на обязательное освобождение от уголовной ответственности: статьи 50, 147, 202, 214 УК КазССР.

17 марта 1995 года Указом Президента Республики Казахстан в Уголовный кодекс Казахской ССР была введена ст. 45-4, предусматривающая освобождение от уголовной ответственности или смягчение наказания в связи с добровольным содействием в расследовании преступления.

В новом Уголовном кодексе Республики Казахстан, вступившем в действие с 1 января 1998 года, применение поощрительных норм заметно увеличилось как в Общей, так и в Особенной частях.

Так, ч. 3 ст. 52 УК РК указывает на необходимость учитывать поведение виновного до и после совершения преступления при назначении ему наказания. Ч. 1 ст. 80 УК РК также обязывает учитывать это обстоятельство при назначении наказания несовершеннолетнему. В пунктах «д» и «к» ст. 53 УК РК отражены виды деятельного раскаяния как обстоятельства, смягчающие уголовную ответственность и наказание. В ч. 4 данной статьи регулируется размер наказания при наличии этих обстоятельств. В соответствии с ч. 1 ст. 55 УК РК предусматривается при наличии исключительных обстоятельств назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление. Под исключительными обстоятельствами, наряду с иными, подразумевается поведение виновного во время и после совершения преступления, а также активное содействие участника группового преступления раскрытию совершенных группой преступлений.

В определенной степени аналогом вышеупомянутой ст. 45-4 УК КазССР «Освобождение от уголовной ответственности или смягчение наказания в связи с добровольным содействием в расследовании преступления» является ст. 65 УК РК «Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием», в которой дифференцированно заложены основания освобождения от уголовной ответственности в зависимости от количества совершенных преступлений, от тяжести этих преступлений и различных видов деятельного раскаяния.

Законодательное оформление института освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием заслуживает специального внимания. В ч. 1 ст. 65 УК РК указано, что «лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно после совершения преступления добровольно явилось с повинной, или способствовало раскрытию преступления, или иным образом загладило нанесенный преступлением вред». Из текста видно, что «добровольная явка с повинной», «способствование раскрытию преступления» и «иным образом заглаживание нанесенного преступлением вреда» соединены между собой союзом «или», поэтому носят альтернативный характер по отношению друг к другу, то есть достаточно совершения любого из них. Здесь не учитывается, что добровольная явка с повинной - это еще не всегда деятельное раскаяние. Например, в правоохранительные органы добровольно приходит человек и заявляет о совершенном им преступлении в отношении своего знакомого, вину свою признает полностью, но при этом указывает, что ничуть не раскаивается в содеянном, так как руководствовался чувством мести. Тем не менее налицо явка с повинной.

Как мы считаем, для деятельного раскаяния необходимо не только, чтобы лицо добровольно явилось в компетентные органы власти, заявило о преступлении и полностью признало свою вину в его совершении, но и обязательно раскаялось в этом. Без внутреннего психологического изменения отношения к содеянному в виде сожаления, угрызений совести и т. п. никакие внешне выраженные действия не могут быть признаны деятельным раскаянием. Раскаяние – обязательный субъективный признак института деятельного раскаяния.

Вот как аргументирует эту мысль В.А. Елеонский: «Для раскаяния в уголовно-правовом смысле характерны не только добровольное и полное признание вины в совершенном преступлении, но и осуждение содеянного, решимость искупить свою вину исправлением и перевоспитанием. Только в этом случае раскаяние можно рассматривать в качестве признака проявления у виновного субъективной ответственности перед обществом и государством, чувства стыда и совести. Раскаяние, следовательно, отражает более высокую степень ответственности личности, нежели признание вины в совершенном преступлении»1.

Следует признать и то, что применение прилагательного «чистосердечное» в сочетании с «раскаянием» в п. «к» ч. 1 ст. 53 УК РК, в общем-то, излишне. Прав С.И. Ни­кулин, что «раскаяние всегда искренне, всегда чистосердечно... неискреннего, нечистосердечного раскаяния в природе не бывает» 2.

Таким образом, приходим к следующему выводу: добровольная явка с повинной, отраженная в ч. 1 ст. 65 УК РК как одна из альтернативных форм постпреступного поведения и основание возможного освобождения от уголовной ответственности, не во всех случаях означает деятельное раскаяние. Иными словами, содержание юридической нормы в части указанного условия не соответствует заглавию самой нормы.

Расширяет правовую лазейку, как нам представляется, и отнесение сюда преступлений средней тяжести. В соответствии с ч. 3 ст. 10 УК РК к данной категории отнесены умышленные деяния с максимальной санкцией до 5 лет лишения свободы и неосторожные - свыше 5 лет лишения свободы. Таким образом, согласно ч. 1 ст. 65 УК РК, если лицо из хулиганских побуждений и с особой жестокостью совершает умышленное причинение вреда здоровью средней тяжести двум или более лицам, то есть совершает преступление предусмотренное пп. «а», «в», «д» ч. 2 ст. 104 УК РК, а после этого добровольно является в правоохранительные органы с повинной, при этом не раскаиваясь в содеянном, то все равно оно может быть освобождено от уголовной ответственности. Обосновывать излишество указанных послаблений нет необходимости.

Примечательно, что при обсуждении «родственной» по назначению ч. 1 ст. 75 Уголовного кодекса Российской Федерации некоторые российские авторы высказались наоборот - о чрезмерной строгости. Отличие ч. 1 ст. 75 УК РФ от ч. 1 ст. 65 УК РК состоит в том, что в российской редакции предусмотрены преступления только небольшой тяжести, а такие формы послепреступного поведения, как «добровольная явка с повинной», «способствование раскрытию преступления» и «возмещение причиненного ущерба», размещены через запятую. «Ни прежде, ни, тем более, сегодня, - считает В. Коломеец, - не имелось и нет оснований, чтобы считать всегда обязательным наличие всей совокупности обозначенных в ч. 1 ст. 75 УК РФ смягчающих ответственность обстоятельств для освобождения лица от ответственности».3

Следует признать необходимость доработки казахстанскими и российскими законодателями вышеуказанных положений в нужных направлениях и определения каждой стороной оптимальной позиции в этом вопросе.

Вызывает несогласие и распространение данной нормы только на лиц, впервые совершивших преступление. Полагаем неверным лишение остальных лиц шанса заглаживания нанесенного вреда, например совершивших второе преступление по неосторожности. Особенно если учесть, что часть вторая данной статьи, где речь идет о лицах, совершивших и более тяжкие преступления в составе организованной группы или преступного сообщества, не ограничивает возможность освобождения количеством совершенных ранее преступлений.

На основе приведенных соображений представляется целесообразным ч. 1 ст. 65 УК РК изложить следующим образом: «Лицо, совершившее преступление небольшой тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно после совершения преступления, раскаявшись, добровольно явилось с повинной, или способствовало раскрытию преступления, или иным образом загладило нанесенный преступлением вред».

Имеются вопросы к законодателю и по части второй ст. 65 УК РК, в которой закреплено, что «лицо, совершившее преступление, за исключением тяжкого или особо тяжкого преступления против личности, может быть освобождено судом от уголовной ответственности, если оно активно способствовало предотвращению, раскрытию или расследованию преступлений, совершенных организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией), изобличению других соучастников преступлений, совершенных организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией)».

Во-первых. Если вникнуть в текст, то нетрудно заметить разорванную связь между лицом, совершившим преступление, и преступлениями, совершенными организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией). Речь как бы идет о разных, не связанных между собой преступлениях, то есть отсутствует указание, что лицо совершило это преступление в составе организованной группы или преступного сообщества (преступной организации).

Во-вторых. По поводу раскрытия или расследования нет возражений, но как можно активно способствовать предотвращению преступления, если оно уже совершено? При предотвращении преступления при соучастии применяются правила добровольного отказа от преступления - ч. 3 ст. 26 УК РК, где уголовная ответственность лица вообще исключается. В случае же безуспешной попытки предотвратить преступление отдельными соучастниками предпринятое может быть признано судом, согласно ч. 4 ст. 26 УК РК, только смягчающим обстоятельством при назначении наказания. Можно предположить, что законодатель имел в виду не само преступление, а его последствия, находящиеся за пределами состава преступления. В таком случае предотвращение последствий совершенного в составе организованной группы или преступного сообщества тяжкого или особо тяжкого преступления, хоть и не против личности, на наш взгляд, недостаточно для освобождения от уголовной ответственности.

Таким образом, мы считаем, что ч. 2 ст. 65 УК РК целесообразно изложить в следующем варианте: «Лицо, совершившее преступление в составе организованной группы или преступного сообщества (преступной организации), за исключением тяжкого или особо тяжкого преступления против личности, может быть освобождено судом от уголовной ответственности, если оно активно способствовало раскрытию или расследованию преступлений, совершенных организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией), и изобличению других соучастников преступлений».

Продолжая юридический анализ ст. 65 УК Республики Казахстан, остановимся и на третьей части, где отражено, что «лицо, совершившее преступление иной категории, при наличии условий, предусмотренных в частях первой и второй настоящей статьи, может быть освобождено от уголовной ответственности лишь в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части настоящего Кодекса». Речь идет о примечаниях к 22 статьям Особенной части.

Во-первых, абсолютно невозможно определить, что относит законодатель к преступлениям иной категории. В обеих предыдущих частях в совокупности затрагиваются все имеющиеся в уголовном законодательстве четыре категории преступлений. Исключение составляют всего лишь (и только) преступления против личности из категории тяжких и особо тяжких. Поэтому абсурдность данного требования вполне очевидна.

Во-вторых, буквальное толкование текста определяет необходимость наличия всей совокупности условий, предусмотренных в первой и второй частях (добровольная явка с повинной, способствование раскрытию преступления и т. д.). Только при наличии этих условий возможно дальнейшее рассмотрение вопроса об освобождении от уголовной ответственности в случаях, специально предусмотренных статьями Особенной части Уголовного кодекса. Но это требование не согласуется с теми, что имеются в примечаниях самих специальных статей. В последних описание позитивного поведения дается как уже достаточное и независимое от других условий для принятия решения об освобождении от уголовной ответственности. Более того, в некоторых специальных основаниях освобождения от уголовной ответственности вообще отсутствуют признаки деятельного раскаяния. Речь идет, в частности, о примечании к ст. 234 УК, т. е. о случаях освобождения заложника по требованию властей.

Таким образом, анализ специальных случаев освобождения от уголовной ответственности в примечаниях к статьям Особенной части Уголовного кодекса выявляет их несоответствие части 3 ст. 65 УК по объему предъявляемых требований.

И последнее. В вышеназванной норме говорится о возможном освобождении, тогда как большинство примечаний к соответствующим статьям Особенной части Уголовного кодекса содержит категорическое указание на освобождение лица от уголовной ответственности. Допущенное законодателем противоречие не должно негативно отражаться на интересах лица, деятельно раскаявшегося после совершения уголовно наказуемого деяния. В данном случае приоритетными являются правила Особенной части УК, так как, согласно ч. 3 ст. 19 УПК РК, сомнения, возникающие при применении уголовного закона, должны разрешаться в пользу обвиняемого.

Учитывая вышеприведенные соображения, на наш взгляд, ч. 3 ст. 65 УК РК следует изложить в следующей редакции: «Иные случаи освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием регулируются специальными статьями Особенной части настоящего Кодекса».

Представляет интерес и то, что по последним двум нюансам российские коллеги также высказывают претензии в адрес своих законодателей.4

Вторая, и заключительная, часть ст. 75 УК РФ «Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием» идентична ч. 3 ст. 65 УК РК, лишь с той, вполне понятной, разницей, что имеет ссылку только на первую часть. Нормы, аналогичной ч. 2 ст. 65 УК РК, в Уголовном кодексе Российской Федерации не заложено. Это дает основание констатировать, что институт освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием в казахстанском уголовном законодательстве шире, чем в российском. Ну а насколько это эффективно в интересах борьбы с преступностью, покажет практика.

 

1 Елеонский В.А. Поощрительные нормы уголовного права и их значение в деятельности органов внутренних дел. - Хабаровск, 1984. - С. 66.

2 Никулин С.И. Деятельное раскаяние и его значение для органов внутренних дел в борьбе с преступностью. - М., 1985. - С. 11.

3 Коломеец В. Явка с повинной: новая трактовка // Российская юстиция. - 1997. - № 10. - С. 35.

 

4 Чувилев А. Деятельное раскаяние // Российская юстиция. - 1998. - № 6. - С. 10-11.

Фамилия автора: САЛАМАТОВ Ескали
Год: 1999
Город: Алматы
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика