Государство и сфера права

К значимым событиям последних лет для казахстанских правоведов можно отнести издание ректором Высшей школы права “Адилет” А.А. Матюхиным монографии “Государство в сфере права: институциональный подход” (Алматы: ВШП “Адилет”. 2000. С. 596) и защиту автором на ее основе в мае 2001 года докторской диссертации в Диссертационном совете юридического факультета Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова1.

Исследование остроактуально, многомерно по структуре и методологии, фундаментально по содержанию и целям. По сути, работа представляет собой величественный проект рациональной веры ученого по либерально-демократическому построению социального правового государства, направляемого идей права. Ведь “объект исследования, - пишет А.А. Матюхин, - не только “описывается”, но и “формируется” исследователем” (с. 11-12), а идея права органически включает в себя идею свободы, идею справедливости и идею общего блага.

Философско-правовой синтез и творческое обоснование идеи права как композиции этих трех крупнейших идей человеческой мысли и опыта позволяют автору особым, характерным именно для либерального институционализма подходом моделировать направление и содержание правового государственного строительства на постсоветском пространстве. Помимо достоинств научного и гуманистического значения, нельзя не отметить большой заряд социального оптимизма, которым пронизано исследование. В интегративной концептуализации современного правопонимания идея права предстает неким абсолютом - “идеальной сущностью” (с. 20), которая определяет содержательное единство сферы права как совокупности семи элементов: правосознания, правоотношения, правовых норм, правоприменения, правотворчества, правовой науки и философии права и правового образования. Сфера права, по  мнению автора, есть институциональное воплощение идеи права.

В обыденном понимании “сфера права” оказывается если не тождественной, то равнопорядковой понятию “юриспруденция”.

Конструктивная, на наш взгляд, разработка и соединение объективного юридического идеализма со стройной системой категорий общей теории права призваны, видимо, актуализировать и динамизировать юриспруденцию как живую сферу права. Идея благотворного неизменно сущего права правовой действительности никогда не мешает. Но может одухотворять и облагораживать ее нравственным содержанием и идеальной заданностью.

Государство, надо понимать, включается автором в сферу права через идею общего блага, институционализацией которого оно предстает (с. 35-36). В публично-правовом порядке, в который вписывается власть, происходит разделение государства, политических институтов и гражданского общества. Все они, пишет А.А. Матюхин, находятся и соотносятся “внутри государственности” (с. 41). Функционирует государство “как набор взаимодействующих институциональных компонентов власти: исполнительной, законодательной, судебной, конституционной и президентской” (с. 49).

Государственность, по автору, объемлет и общество, и государство. Последнее предстает компонентами власти, набор которых автор не сводит к сущностному единству. Между тем за идеей общего блага не может не покоиться та конституанта, которую составляет народ как государственно-правовая общность людей. Гражданский субстрат, народ - источник и суверенной власти, и социальной нормативности.

В первом приближении остается сомнительным то, как исторически государство становится производным от права. “Государство, - утверждает автор, - есть институт, исторически возникший, формировавшийся и существующий ... в сфере права” (с. 10).

Ограниченным правом, подчиненным праву государство может и должно быть. Но становится таковым оно далеко не от рождения, а цивилизуясь с саморазвитием общества. Идея права еще не право, если само государство не стало правовым государством, т.е. политической властью, признающей безусловное верховенство конституции и закона. Однако именно государство объективирует право и порядок, основанные на конституции и законе. Тем самым оно сохраняет устойчивую целостность сообщества людей. В принципе, государство само есть централизованный правопорядок.

Думается, исторически “формирующей государство”, в этом случае условно называемой “сферой права”, первоначально могла быть только “сила-притязание” в стадной ассоциации.

Непонятно, как государство, будучи “элементом сферы права” (с. 10), соотносится с другими семью элементами, находясь не “вне”, а “внутри”. То есть не просто под влиянием и воздействием, а именно в этой сфере, как ее элемент? “Ведь для того, чтобы гарантировать публично-правовой порядок, - пишет уважаемый А.А. Матюхин, - государство должно быть самым “мощным” субъектом права” (с. 26 - выделено мной. - А.К.).

Не эклектична ли в этой части конструкция автора? Как может элемент системы быть субъектом этой системы? Не случайно, заметим, восьмым элементом сферы права государство А.А. Матюхин открыто все же не называет.

Хотя если признать государство - суверенную самоорганизацию людей трансцендентным по отношению к праву, им творимому и поддерживаемому своей системной мощью, то на каком-то этапе цивилизационного, социокультурного развития оно вполне может быть признаваемо имманентным сфере права как проникающее в нее и организующее ее порядок.

Правовое же государство, нельзя не согласиться с ученым, есть логический предел того мысленного горизонта, к которому нужно стремиться, но который “практически никогда не может быть достигнут” (с. 23). Возможно, не случайно наряду с понятием “сфера права” автор оперирует понятиями “государственно-правовая сфера” (с. 11) и “политико-правовое пространство” (с. 49).

Зерно истины в этом вопросе, как мне представляется, находится в том его суждении, что современные “... право и государство, взаимно опосредуя друг друга, обретают свое действительное бытие” (с. 37).

Естественно, обращение исследователя как к неизбывным, “вечным” проблемам, так и к новому, неизведанному в теории и истории государства и права, влечет спорные суждения и положения. Однако это же и сообщает исследованию научный интерес и ценность, а читателя заставляет вникать и мыслить. Такова работа А. А. Матюхина.

В его мире есть место праву, его идея права дает государству и личности возможность бесконечного приближения к своему, предназначенному этой идеей, высокому и благородному качеству.

Своей интегративной концепцией автор обнаруживает действительность современного правосознания, если оно само предполагает существование права, если оно обогащается идеей права. Однако, не имея трансцендентной опоры в виде конституционного государства как начала правовой государственности, идее права, полагаю, не утвердиться в практике правоприменения и сознании правоисполнителя.

Следовать идее права - условие подлинного бытия государства. Но существовать и действовать, как показывает история, оно может и не будучи “одержимо” этой идеей. Либерально-демократическое, конституционное государство не должно обвиняться по эталону недостижимой для него святости, по крайней мере в посттоталитарный исторический период.

Разделяя интегративные взгляды на правопонимание, не будем забывать, что категоричные утверждения о несовпадении закона и права делают идею права виновной в его и своем отсутствии. Отвергая совпадение права и закона, мы забываем об идее ответственности в идее права и еще более отдаляем горизонт правового государства.

Идея правового государства, как задача бесконечная, может реализовываться только при конкретной ответственности, нравственной личности, индустриального или информационного общества,  конституционного государства.

Автор создал основательный и оригинальный научный труд в области гуманитарного знания с многочисленными теоретическими классификациями правовых и государственных явлений, погружаемых в русло традиции и собственных новаций либерально-демократической институционализации. И главное в его исследовании, на мой взгляд, - это все же не “тени” над Нотр-Дам”, а диалектика взаимообусловленности бытия государства и права в начале третьего тысячелетия.

К творческим удачам ученого, на мой взгляд, можно также отнести обоснование понимания правового происхождения закона (с. 25); принципа правового обустройства общественной жизни (с. 26); морфологической структуры института власти (с. 40); взаимообразной зависимости правового государства и гражданского общества (с. 42); института правосудия как правовой формы организации состязательного процесса (с. 45); функции оценки законности политических действий (с. 47) и многие другие авторские концептуализации.

Научный труд А.А. Матюхина, надо полагать, долгие годы будет востребован творческой мыслью пытливых правоведов, заинтересует идеологов правового развития Казахстана.

Остается поздравить коллегу с заслуженным большим успехом, логично увенчавшим его многолетнюю исследовательскую и педагогическую деятельность.

 

1 В настоящей статье полемика с А.А. Матюхиным ведется по некоторым его ключевым идеям и положениям, концентрированно излагаемым и аргументированным в автореферате докторской диссертации с одноименным названием (Москва. 2001. с. 58).

 

 

Фамилия автора: Анатолий КОТОВ
Год: 2001
Город: Алматы
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика