Соотношение прав потерпевшего и обвиняемого в уголовном судопроизводстве Республики Казахстан

В практической деятельности адвокат связан практически со всеми участниками уголовного процесса. В большинстве случаев наиболее тесная связь у адвоката прослеживается со стороной, преступившей закон (подозреваемый, обвиняемый, подсудимый). И это понятно: ведь имеется большой перечень случаев обязательного участия адвоката (защитника) в производстве по уголовному делу. Помимо этого адвокат может защищать интересы потерпевшей стороны либо свидетелей.

Участвуя в различных качествах в производстве по уголовным делам, именно адвокат имеет уникальный шанс соотнести нормы действующего законодательства с механизмом его реализации в отношении каждого из участников процесса. В ходе своей практики я убедился в различиях правового статуса преступника и его жертвы (обвиняемый - потерпевший) - соотношение явно не в пользу последнего. По моему мнению, права потерпевшего в уголовном судопроизводстве наименее защищены и наиболее формализованны в сравнении с правами обвиняемого.

Исходя из принципа уголовно-процессуального законодательства РК, следует, что государство обязано обеспечить равный доступ к правосудию сторонам уголовного процесса. Это значит, что права лица, совершившего преступление, и лица, потерпевшего от совершенного в отношении него преступления, должны иметь общие основания. Однако современное уголовно-процессуальное законодательство Республики Казахстан демонстрирует обратную картину: строго определены сроки придания статуса подозреваемого, обвиняемого или подсудимого, а для потерпевшего четко установленных законом сроков не предусмотрено. Поэтому нередко органы следствия потерпевшим признают лицо незадолго до окончания следствия. Из-за этого, во-первых, создается опасность воздействия обвиняемого или его родственников на лицо, пострадавшее от преступления (незащищенное законодательством о защите прав участников уголовного процесса в связи с тем, что еще не является таковым). Во-вторых, существенно ограничиваются права потенциального участника процесса, так как многие следственные действия будут проведены без его участия и без учета его мнения (например назначение и проведение экспертизы).

Конечно, данное обстоятельство проще всего объяснить особой спецификой статуса потерпевшего в уголовном судопроизводстве, ведь согласно ч. 3 ст. 75 УПК РК лицо признается в уголовном процессе потерпевшим с момента вынесения соответствующего постановления органом, ведущим уголовный процесс [1]. Однако в таком случае время вынесения данного постановления напрямую зависит только от следователя. При этом на следователя не влияет ст. 186 УПК РК, предусматривающая следующую норму: “Если известно лицо, пострадавшее от совершения преступления, одновременно с возбуждением уголовного дела оно признается потерпевшим, а если вместе с сообщением о преступлении заявлен гражданский иск, лицо признается также гражданским истцом” [2]. Казалось бы, законодателем данная норма была введена для защиты интересов лиц, пострадавших от преступления, для их немедленного введения в уголовный процесс. Однако из содержания нормы ст. 186 УПК РК ясно, что она не обязывает следователя в таком случае одновременно в постановлении о возбуждении уголовного дела признавать пострадавшее лицо в качестве потерпевшего, а лишь предписывает ему выполнение данных действий. Однако предписывающие и обязывающие нормы существенно различаются по методам воздействия на субъекта.

При введении данной нормы законодателем, очевидно, не была учтена практика применения законодательства, регламентирующего права и обязанности лиц, потерпевших от преступления. В п. 4 одноименного постановлении пленума Верховного суда РК от 24.04.1992 г. указано, что “после возбуждения уголовного дела, признание лица потерпевшим, разъяснение ему прав и обязанностей, в целях полной и своевременной их реализации, должно следовать незамедлительно” [3].

В связи с этим,  как видится, целесообразнее всего изложить ст. 186 ч. 3 УПК РК в следующей редакции:

“Статья 186. Порядок возбуждения уголовного дела.

3. Если известно лицо, пострадавшее от совершения преступления, органы или должностные лица, указанные в части первой настоящей статьи, обязаны одновременно с возбуждением уголовного дела признать данное лицо потерпевшим, а если вместе с сообщением о преступлении заявлен гражданский иск, признать лицо также гражданским истцом”.

Неравенство в положении двух сторон, обвиняемого и потерпевшего, прослеживается и в  ходе уголовного судопроизводства: имеется в виду различие в объемах прав защитника обвиняемого и представителя потерпевшего.

Согласно ст. 72 УПК РК, основанием вступления защитника обвиняемого в уголовное дело является “...предоставление органу, ведущему уголовный процесс, в подтверждение своего положения документы, удостоверяющие личность, и в соответствующих случаях: документ, подтверждающий принадлежность к адвокатуре и ордер юридической консультации на право участия адвоката в данном деле или приравненный к нему по значению документ, решение общественного объединения или его руководящего органа о назначении защитника, документ, подтверждающий родственные отношения с подозреваемым или обвиняемым” [1. С. 112]. Тем самым защитника назначает себе либо сам обвиняемый, либо его родственники или общественные объединения, защищающие его интересы. Лишь в исключительных случаях защитника подозреваемому (обвиняемому) назначает лицо, ведущее уголовный процесс (заменой имеющегося защитника, невозможность участия которого достоверно установлена).

Представителями потерпевшего согласно ч. 1 ст. 80 УПК РК могут быть “...адвокаты и иные лица, правомочные в силу закона представлять при производстве по уголовному делу законные интересы потерпевшего... и допущенные к участию в деле постановлением органа, ведущего уголовный процесс” [1. С. 117]. Таким образом, только после вынесения соответствующего постановления лицом, ведущим уголовный процесс, представитель потерпевшего может стать участником уголовного процесса. Законодатель в данном случае последователен в определении порядка признания лиц потерпевшими и их представителями - ведь потерпевшему также следует ждать соответствующего решения лица, ведущего уголовный процесс.

В этой ситуации  видится необходимость отказа от института представительства в уголовном судопроизводстве в пользу института защиты, что уравняет права обвиняемого и потерпевшего - ведь потерпевший не в меньшей мере, чем обвиняемый, нуждается в защите своих прав и законных интересов. И дело не в смене понятий, а изменении бытующего мнения о потерпевшем как “самом защищенном участнике уголовного процесса”. Фактически потерпевший в большинстве случаев остается один на один со своими проблемами: ведь ни следователь, ни прокурор не являются непосредственными защитниками интересов потерпевшего. Следователь обязан обеспечить всесторонность, полноту и объективность исследования обстоятельств дела (ст.24 УПК РК), а прокурор - осуществлять надзор за точным и единообразным применением законов. И в том и в другом случае должностные лица обязаны соблюдать закон и при этом обеспечить права потерпевшего и права обвиняемого.

Очевидна необходимость введения в уголовный процесс понятия “защитник потерпевшего”, поскольку, на наш взгляд, понятие и статус института “представителя” не позволяют в полной мере защитить права потерпевшего в уголовном процессе.

Более того, профессиональные адвокаты, имея право защищать права и законные интересы как обвиняемого, так и потерпевшего, нередко используют понятие “подзащитный”, то есть лицо, находящееся под его профессиональной защитой. При этом адвокат обязан в равной мере защищать права и законные интересы того лица, чьи интересы он защищает, независимо от его статуса в уголовном процессе. Данное обстоятельство также позволяет говорить о необходимости использования понятия “защитник потерпевшего”.

Немаловажен вопрос об оплате труда адвокатов в случае защиты ими интересов потерпевшего. Далеко не каждый потерпевший может “позволить себе” профессионального адвоката. Действующее законодательство данный вопрос решает следующим образом. Согласно ч. 5 ст. 72 УПК РК “орган, ведущий уголовный процесс, при наличии к тому оснований вправе освободить подозреваемого, обвиняемого полностью или частично от оплаты юридической помощи” [1. С.111]. В отношении же потерпевшего сказано, что “потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных на представителя по правилам, установленным настоящим Кодексом” [1. 117]. То есть обвиняемый в случае несостоятельности освобождается органом, ведущим уголовный процесс, от оплаты юридической помощи, а потерпевший должен искать средства для самостоятельной оплаты юридической помощи и надеяться, что данные расходы, согласно ст.113 УПК РК, будут ему возмещены со стороны обвиняемого.

Не пора ли уравнять права обвиняемого и потерпевшего на бесплатную юридическую помощь и внести соответствующие изменения в принципы уголовного судопроизводства? К этому мнению пришли многие ученые стран СНГ, например Журсимбаев С.К. (Казахстан) [8], Тимошенко Б.Ф. (Украина) [9], Квашис В.Е. и Вавилова Л.В. (Россия) и другие [10].

Согласно нормам новой гл. 4 УПК РК “Реабилитация. Возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органа, ведущего уголовный процесс”, обвиняемый имеет право на реабилитацию в случае незаконного привлечения его в качестве обвиняемого [1. С.92]. Однако права на реабилитацию потерпевшего, нарушенные преступлением, или могущие быть нарушены органом, ведущим уголовный процесс, данная глава не предусматривает. В связи с этим, во-первых, предлагаю ввести понятие  “потерпевший” в число лиц, имеющих право на возмещение вреда, причиненного в результате незаконных действий органа, ведущего уголовный процесс (ст. 40 УПК РК). Во-вторых, в указанной главе предусмотреть нормы, регулирующие порядок реабилитации потерпевшего после преступления при проведении следственных действий с его участием (например участие и помощь психолога).

Следует обратить внимание и на разный объем информированности подозреваемого и потерпевшего о ходе расследования. Например, согласно ст.186 ч.2 УПК РК, о принятом решении, о возбуждении уголовного дела сообщается заявителю (то есть потерпевшему) и лицу, в отношении которого возбуждено дело. Но при этом права и обязанности, вытекающие из данного процессуального действия, разъясняются только последнему  (то есть подозреваемому) [1. С.168].

В заключение хочу отметить, что ориентация отечественного законодателя в вопросах соблюдения прав человека на международное законодательство не всегда оправданна. Это связано в первую очередь с большими различиями принципов законодательства разных стран. Например, в Европейской конвенции о правах человека нет ни одного раздела или даже статьи о правах лиц, ставших жертвами преступления, тогда как есть статьи, посвященные жертвам незаконных арестов и задержания. Видимо,  необходимо выработать собственную концепцию защиты прав потерпевших,  и первым шагом к созданию такой концепции должно стать приведение в соответствие с принципом равноправия сторон объема прав потерпевшего с правами обвиняемого.

 

Литература

 

1. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан - общая характеристика (в сравнении с УПК КазССР). Практ. пос. Алматы. ТОО Баспа. 1998. С. 113.

2. Там же. С. 168.

3. Сб. постановлений пленума Верховного суда Республики Казахстан, 1992-1996, 1997. Аян-Эдет.
С. 359.

4. Там же. С. 117.

5. Там же. С. 111.

6. Там же. С. 117.

7. Журсимбаев С.К. Обеспечение прокурором прав личности на предварительном следствии. Алматы. РИО ВАК РК. С. 82.

8. Тимошенко В.Ф. Защита прав потерпевшего
в уголовном судопроизводстве и права человека. // Прокурорская и следственная практика. 1997. № 1. С. 87.

9. Ю. Квашис В.Е., Л.В. Вавилова. Зарубежное законодательство и практика защиты жертв преступлений. М: ВНИИ МВД России. 1996. С. 117.

10. Там же, С. 168.

 

 

Фамилия автора: Евгений КОЛЕСНИКОВ
Год: 2001
Город: Алматы
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика