Способы реализации аристотелевской метафизики в трудах Аль-фараби

«Метафизика» Аристотеля  относительно всех его других сочинений представляет собой собственно философское сочинение, и именно ее Стагирит называет «первой философией», или «божественной». Последнее определение не сводится к тому, что предметом  «Метафизики» являются «Бог» и «божественные предметы», хотя они иногда и отождествляются с «учением о божественном», то есть теологии /1, 182/. В отличие от «учения о божественном» предметом «Метафизики» является не столько Бог и метафизические сущности, сколько «само по себе сущее», «сущее вообще», «просто сущее», «сущее как таковое». Аристотель делает попытку разобраться в «сущем» и уточнить его понятие. Согласно его определению, «первая философия» изучает начала и причины всего сущего, которые характеризуются им как «первые начала» и «высшие причины». Такое понимание предмета философии гораздо шире, чем метафизическое, поскольку «в самой постановке вопроса предполагается, что в качестве таковых начал должны оказаться не только сверхчувственные, неподвижные, вечные сущности, но и материя, ведь Бог лишь одно из начал» /5, 31/. Именно поэтому «Метафизика» Аристотеля не имеет ничего общего с  «теологией откровения», о чем впоследствии, много веков спустя, хорошо скажет Абу Наср аль-Фараби: «…Многие люди имеют о ней («Метафизике» Аристотеля» - К.Х.) предвзятое мнение, считая, что смысл и содержание этого труда заключается, якобы, лишь в том, что в нем излагаются только учение о Создателе, Разуме, Душе и обо всем том, что к ним относится», и «что учение метафизики и учение о единстве Бога – одно и то же». Он также утверждает, что «большинство людей, рассуждающих таким образом, заблуждаются и сбились с правильного пути» /3, 333/.

Подобное рассуждение Абу  Насра о «Метафизике» Аристотеля мы находим в его трактате «О целях Аристотеля в «Метафизике», где он, обосновывая сказанное им о  «Метафизике», подтверждает свои мысли тем, что называет метафизику универсальной наукой, более абстрагированной, чем физика. Объектами исследования универсальной науки являются присущие всему сущему бытие, его начало и причины, его единство и множество, его виды и связи, принципы его существования и т.д.

В названном выше трактате аль-Фараби кратко излагает цели, преследуемые Аристотелем в его «Метафизике». Они сводятся к следующему. Аристотель, рассматривая отдельные причины бытия, приходит в конце концов к мысли о том, что все они ведут к Первой Причине и завершаются ею. Далее Аристотелем преследуется цель показать имеющиеся различия между тремя теоретическими науками: физикой, математикой и теологией. Теологии дается определение: она относится к метафизике и сродни с ней, поскольку обе они рассматривают «сущность, о которой говорят, что она существует и является сущностью по своей сути, а не по случайному признаку» /3, 339/.

Однако между метафизикой и физикой, а также математическими науками, к коим аль-Фараби относит арифметику, геометрию, астрономию, музыку, имеется большое различие. Аль-Фараби метафизику, как уже было сказано выше, называет универсальной наукой, рассматривающей все сущее. Те же отрасли наук, которые в классификационном перечне Абу Насра предшествуют метафизике, называются им частными, предметом исследования которых являются единичные вещи: единичные сущие и единичные высказывания – в физике тело в его движении, изменении и покое, в геометрии различные объемы и существующие между ними отношения, в арифметике числа и различные операции с ними. И ни одна из частных наук не исследует то, что относится ко всему сущему. Следовательно, универсальная наука, метафизика, и частные науки различаются своими предметами исследования. «Универсальная наука, - говорит аль-Фараби, - может быть только одна, так как если бы их было две, то каждая из них должна была бы иметь отдельный предмет исследования и не охватывать предмет какой-либо другой науки, то есть являться частной. В этом случае обе эти науки были бы частными, а это вызвало бы противоречие. Таким образом, универсальная наука только одна» /2, 336/.

Аль-Фараби анализирует разбросанные по всей книге рассуждения Аристотеля по тем философским категориям, которые имеют непосредственное и опосредованное отношение к главной метафизической проблеме – проблеме «сущего как такового».

Итак, как уже было сказано выше, предметом метафизики является сущее как таковое, или само по себе сущее. Сущее не есть категория, но оно имеет отношение ко всем категориям, они сопутствуют ему, одни из них как бы представляя его «виды», - это субстанция, количество, качество, другие как сопутствующие ему вещи, которым случается быть у него, например, необходимое и возможное, потенциальное и актуальное, единое и многое.

В трактате «О целях Аристотеля в «Метафизике» Абу Наср обращает внимание на критику Аристотелем учения Платона об «идеях» как о самобытных сущностях, отделенных от мира чувственных вещей. Он замечает, что Аристотель противопоставляет учению Платона свое учение об отношении чувственных вещей к понятиям.

Учение Аристотеля об отношении между понятиями и чувственным бытием сводится к тому, что бытие как предмет познания воспринимается через понятие.

Другим сочинением, в котором аль-Фараби излагает метафизику, безусловно восходящую к Стагириту, является «Классификация наук». Здесь способ подачи материала несколько иной, поскольку Абу Насром преследуется иная цель: в основном, опираясь на классифицирующий перечень Аристотеля, наш мыслитель берется перечислить и описать известные его исторической эпохе науки.

Один раздел трактата посвящен физике и метафизике, соответственно – науке естественной и  науке божественной. Здесь наш мыслитель еще более кратко и сжато, чем в предыдущем трактате, объясняет содержание «Метафизики» Аристотеля, разделив ее по тематике на три подраздела. В первом подразделе рассматриваются «существующие предметы и вещи, которые случаются с ними, поскольку они являются существующими предметами» /2, 172/. Второй подраздел изучает теоретические основы доказательств частных наук. Здесь же «перечисляются порочные гипотезы древних об основах этих наук /2, 173/. Третий подраздел изучает «существующие нематериальные предметы, которые не суть тела и телами не обладают» /2, 173/.

Рассматривая метафизическую иерархию Бытия, аль-Фараби приходит к Началу начал, а это Первый Сущий, образ которого имеет общие черты с коранической идеей Бога: Он един, Он же Первый, Он – самый древний, абсолютно единственный, Он – Истина, Он – совершенство и совершеннее Его не может быть ничего, и ничего не может обладать той же степенью бытия. И аль-Фараби убеждает читателя в том, что метафизика способна опровергнуть порочные и ложные мнения о Единосущем как о Сущем, имеющим недостатки. Опровержение таких мнений происходит путем доказательств, методы которых берутся из различных силлогистических искусств, а иногда и частных наук.

Тема Первого Сущего продолжает развиваться и в трактате Абу Насра «О взглядах жителей добродетельного города». Причем трактат начинается с рассмотрения вопроса о Первом Сущем. С чем это связано? По-видимому с тем, что логическая последовательность рассуждений мыслителя о социуме, его структуре, его физических и нравственных характеристиках, его конечного положения в цепи мироздания и иерархии бытия предполагает того, кто стоит у истоков этого бытия, кто является причиной наличия всего существующего.

Первая глава трактата так и называется – «О Первом Сущем». И о Нем говорится как то, что Он есть «первопричина существования всех существ в целом… Его существование совершенно и предшествует в бытии всему прочему, нет ничего совершеннее Его, и ничто не может предшествовать Ему. При этом Его существование добродетельно и совершенно в самых высших степенях /2, 203/.

Необходимо отметить, что при наличии сходных черт между абстрактным богом философской системы аль-Фараби и кораническим Богом ислама, различие между ними велико. Следуя Аристотелю, аль-Фараби называет творца вселенной абстрактными именами: «Первый Сущий», «Первая Сущность», «Первая Причина», «Первый Разум», «Первая Истина». Его бытие лишено какой бы то ни было  материи и формы, Он един в своем существовании и не  подлежит делению.

Первый Сущий – это то, из чего возникает бытие, которое истекает из Него самого, Его бытие, переливаясь, дает существование другим бытиям, менее совершенным, чем Он сам.

Рассмотрение Абу Насром вопроса о Первом Сущем в трактате, тема которого посвящена взглядам жителей добродетельных городов, небеспричинна. Его рассуждения  о главном члене городского объединения строятся на сравнении с иерархическим строением бытия, во главе и начале которого стоит Первый Сущий. «Отношение Первопричины к прочим существующим вещам подобно отношению повелителя добродетельного города к другим членам городского объединения» /2, 310/, - говорит аль-Фараби. Действительно, глава добродетельного города таков, что он ни одному из людей не подвластен.

Так же, как и Первый Сущий, наделенный нашим мыслителем такими именами, как Всемогущий, Мудрый, Знающий, глава добродетельного города должен обладать такими качествами, как хорошее здоровье, умение мыслить и понимать, наличие хорошей памяти, обладать проницательностью и прозорливостью, обладать ораторскими способностями, быть воздержанным в еде, употреблении напитков, презирать дирхемы и динары и прочие атрибуты мирской жизни, быть справедливым, проявлять решительность, не знать страха и малодушия и т.д.

Более подробно «Метафизика» Аристотеля подвергнута анализу Абу Насром в его сочинении «Книга букв», которое представляет собой наиболее полный комментарий к  аристотелевской книге.

Среди многочисленных трактатов аль-Фараби «Книга букв» занимает особое положение. Обширный по объему и универсальный по содержанию трактат имеет три больших раздела. Издатель «Книги букв» Мухсин Махди утверждает, что эта книга имеет большую научную ценность, поскольку она, являясь комментарием к «Метафизике» Аристотеля, впоследствии стала для Ибн Сины и Ибн Рушда ценнейшим источником, из которого они черпали аристотелевские идеи и формировали свои собственные концепции бытия /4, 27-28/.

Большой научный интерес к «Книге букв» проявляют и современные исследователи наследия аль-Фараби, поскольку данная книга содержит такой материал, который позволяет подвергнуть реконструкции отдельные аспекты философской системы Абу Насра. Действительно в «Книге букв» читатель найдет для себя ответы на вопросы о происхождении языка, языкового знака и научных терминов; о категорологии аль-Фараби, рассмотренные им во взаимной связи таких научных дисциплин, как онтология и логика, грамматика и логика, логика и гносеология; о проблеме происхождения философии и религии, их взаимоотношения и значение каждой из них в реальной жизни общества.

Если задаться вопросом, что представляет собой метафизика Абу Насра, какое место она занимает в его философской системе, то ответ на него будет однозначным: между философией аль-Фараби и его метафизикой можно поставить знак равенства. Метафизика, названная Абу Насром «универсальной наукой», рассматривает то, что присуще всему сущему, как, например бытие, его начало, его виды и связи. То, что исследует метафизика, то является предметом исследования философии, об этом аль-Фараби говорит так: «Определение философии и сущность ее в том, что она есть наука о сущем как таковом» /2, 42/ .

Бесспорно «сущее как таковое» является центральной темой, ибо оно связано с поиском философов тех начал и высших причин, которые так или иначе должны быть началом и причинами чего-то самосущего, но предметом исследования «сущего как такового», как утверждает Аристотель, является не философия вообще, а «первая философия», относящаяся к метафизике, и «именно первой философии, - говорит он, - надлежит исследовать сущее как сущее – что оно такое и каково все присущее ему как сущему» /1,182/. Вышесказанное Аристотелем о метафизике иллюстрирует наличие некоторого различия между метафизикой и философией.

В отличие от Аристотеля Абу Наср аль-Фараби склонен считать философию и метафизику однопорядковыми дисциплинами, что обнаруживается в его трактате «Классификация наук». Метафизика следует за физикой после разделов «язык», «логика», «математические науки». Однако с физикой она составляет общий раздел. Такое местоположение метафизики в научной классификации аль-Фараби не случайное, ведь чтобы войти в область исследования метафизики, человеку необходимо было овладеть знанием предшествующих дисциплин: язык, логика, математика, физика. Овладение всеми этими науками предполагалось обязательным и для вхождения в область исследования теоретических наук, к коим аль-Фараби относил философию.

В пользу отождествления Абу Насром метафизики и философии говорит и тот факт, что ни в одном из своих сочинений аль-Фараби не противопоставляет философию и метафизику. В предмет обеих дисциплин входит исследование «сущего как такового» со всеми вытекающими из него проблемами бытия и его познания.

Для лучшего понимания предмета метафизики, ее трудных вопросов связанных с противоречивыми и противоположными аргументами, а иногда абсолютно ложными во взглядах мыслителей предшествующей Аристотелю эпохи, аль-Фараби так же, как и Аристотель, подвергает анализу некоторые положения учений о бытии представителей различных философских школ. Это Парменид, Мелисс, Антисфен.

Исходя из вышеизложенного, можно говорить о том, что комментирование Абу Насром аристотелевской метафизики, судя по его сочинениям, происходило в русле и в рамках той тематики, которая  была обозначена в названии трактата, и оно давало возможность представления проблем аристотелевской метафизики через их решение нашим великим мыслителем.

***

  1. Аристотель. Метафизика, Соч., в 4-х т., Т. 1. М., 1975.
  2. Аль-Фараби. Философские трактаты. Алма-Ата, Наука, 1970.
  3. Аль-Фараби Историко-философские трактаты. Алма-Ата. Наука, 1985.
  4. Аль-Фараби Китаб аль-Хуруф. Бейрут, 1969.
  5. Чанышев А.Н. Аристотель. М., Мысль, 1981.
Фамилия автора: Таджикова К.Х.
Год: 2011
Город: Алматы
Категория: История
Яндекс.Метрика