Этничность через призму символического отношения

Необходимость обращения к проблематике этничности сегодня вызвана спецификой социально-политических реалий начала XXI в. Это связано, в частности, с тенденциями глобализации, выявляющими эклектичность, децентрированность и фрагментарность современной культуры. Плюральность мира, фиксируемая дискурсом мультикультурализма и превращенная в идеологию современного общества, становится основанием для обозначения культурных, экономических, стилевых различий в качестве этнических, обеспечивая возобновление риторики этноцентризма и вызывая необходимость новой постановки вопроса о месте этноса в современности и принципах воспроизводства этнического языка. Важность данной проблематики для современного казахстанского общества определяется тем, что на фоне культурного разнообразия казахстанской действительности в отечественных социальных науках традиционно закрепилось эссенциалистское понимание этноса как «этносоциального организма», являющегося коллективным субъектом общественно-исторической деятельности, что способствует рассмотрению этнических границ в качестве «естественных». Такое определение этничности, легитимированное «теорией этноса», служит основанием для разворачивания языка конфликта и возникновения новых форм культурного расизма. В этой связи актуальным оказывается критический анализ концепта «этнонации», послужившего, в частности, идейному обоснованию необходимости суверенизации «национально-территориальных единиц» на постсоветском пространстве. Такой анализ предполагает перенос проблемы этничности из сферы «межэтнических отношений», подразумевающих «нерефлексивное допущение» существования этносов в качестве «коллективных субъектов», имеющих собственные интересы, в пространство дискурсивного конструирования этнических конфигураций, раскрывающее смысл этничности как символического отношения.

Рассмотрение этничности в рамках отечественных и зарубежных социальных наук обнаруживает различные подходы к осмыслению этнической проблематики. Большая часть исследований этничности проводилась в пределах примордиалистского направления, представленного концепциями Г.Коэна, П.Ван Ден Бергер, Э.Шилза, К.Гирца, Дж. Армстронга. Близким примордиализму является также перенниализм (Д.Фишман, Г.Айзакс, У.Коннор). В этих теориях этничности подчеркиваются ее изначальная данность, «природность», в качестве «реальных» рассматриваются уходящие в прошлое этнические «корни». Инструменталистская критика примордиализма, осуществлявшаяся Дж. Эллнером, Р.Кохланом, С.Гросби, предполагает установление исторического «прошлого» этноса как зависимого от социально-политической ситуации в настоящий момент и обеспечивает ситуативную интерпретацию этничности. Если примордиализм обосновывает идею развития националистической идеологии фактом существования изначального генетически закрепленного этнического чувства, то инструментализм подчеркивает нереальность «примордиальных уз», сводя их к игре политических интересов элит. Этничность и в том и в другом случае оказывается идеологической моделью, теряя свои социальные и/или дискурсивные основания. Обнаружение актуализированного в дискурсе «национальной» элиты принципа власти, принимаемого за само собой разумеющийся принцип социального порядка, выявляет тот предел, на котором примордиализм и инструментализм становятся обратимыми. В отечественных социальных науках закрепилась устойчивая традиция, основанная на деятельностном и ценностном подходах к рассмотрению этнических проблем. Прежде всего, это работы Ю.В.Арутюняна, Л.Н.Дробижевой, М.Н.Губогло, З.В.Сикевич, Г.У.Солдатовой и других. В исследованиях названных авторов этнос определяется как природно-социальная реальность, отраженная в ценностях культуры и обеспечивающая подчинение деятельности индивидов объективно-историческим закономерностям. На формирование этой традиции оказала влияние «теория этноса», представленная, в частности, концепцией Ю.В.Бромлея, в которой этнос задается как «этносоциальный организм», обладающий специфической этнокультурной «сущностью» и являющийся своего рода «коллективной личностью». Перечисленные подходы демонстрируют эссенциалистскую позицию по отношению к этничности, придающую ей статус субстанции. Эссенциализм укоренен в европейской и российской философской традиции, формулирующей концепты «народа» и «культуры». В работах М.Шелера, Н.А.Бердяева, B.C.Соловьева различные «народы» предстают как «коллективные субъекты», обладающие «духом» и «душой».

Теоретической основой для развития в социальных науках эссенциалистского понимания этничности послужили социологические концепты, представляющие социальную реальность в структурах объективации и объясняющие социум посредством позитивистских, эволюционистских и исторических категорий. Это работы М.Вебера, Э.Дюркгейма, Г.Зиммеля, Т.Парсонса. Конструктивистский подход — в противоположность эссенциализму — предполагает рассмотрение этничности как пространства самоконструирующихся в актах интерпретации дискурсов. Однако конструктивизм в социальных науках не является неким единым направлением. «Конструирование» может означать как выявление типов «повседневности» (П.Бергер, Т.Лукман, Э.Гидденс), так и самоактуализацию символического поля социальности (П.Бурдье). Исследования феномена «этнической повседневности» проводятся О.Бредниковой, В.Воронковым, О.Калачевой, О.Карпенко, Е.Чикадзе, И.Освальд. Анализ этничности сводится к описанию типов ее проявления, фиксации стереотипных суждений, а также к констатации факта идеологизации этничности. Поскольку этничность описывается как существующая в «повседневности», она представляется в качестве данности, а не в качестве теоретического конструкта, сводя исследование к констатации или описанию состояний этничности. В конструктивистских парадигмах этничность осмысливается как процесс идентификации.

Развитие проблематики идентичности осуществляется в концептах «интерпретативной социологии» (И.Гоффман, Дж. Мид), обнаруживающей психологические смыслы идентификации. В социально-психологической концепции Э.Эриксона закрепляются представления о бессознательно наследуемой коллективной идентичности, являющейся основанием индивидуального существования и обусловливающей специфику его социального поведения. Поведенческая трактовка идентичности характерна и для представителей бристольской школы психологии (Д.Абраме, Дж. Тернер, М.Хогг), подчеркивающих значение идентичности как принадлежности к социальной общности. Феноменологическая концепция А.Шюца, направленная на прояснение смысла повседневной идентификации в ситуации интерсубъективности, обнаруживает идеализацию социальной типичности, выявляющую отсутствие субъекта идентификации и подмену последней процессом социализации. Невозможность определения идентичности как социального различия, проявляемая феноменологическим дискурсом, обусловила постановку проблемы «свой — чужой» как интеркультуральной ситуации идентификации (Б.Вальденфельс), способствующей преодолению этноцентризма. Идентичность как различие культур осмысливается также в работах М.Дуглас, раскрывающих специфику так называемой «разметки» — классификационных схем, дистанцированных от индивида и навязывающих ему самость или идентичность. Конструктивистское направление, представленное работами П.Бурдье, Р.Ленуара, Д.Мерлье, Л.Пэнто, П.Шампаня, предполагает рассмотрение социальной реальности как символического поля, самоопределяющегося в процессе конструирования интерпретативных моделей социального целого. Раскрываемая с этой позиции этничность оказывается «рассеивающимся» дискурсом, предъявляемым во множестве интерпретаций.

Теоретическим основанием для осмысления этничности как процесса дискурсивного конструирования послужили теории «изобретенной традиции» Э.Хобсбаума, «воображаемого сообщества» Б.Андерсона, а также концепция «воображаемого установления общества» К.Касториадиса. Последняя предусматривает возможность самоузнавания — саморефлексии языка, конструирующего социальную реальность в различных формах общественно-исторического действия. Концепт этноса как «языкового сообщества» присутствует также в работах Э.Балибара.

Проблема полиэтничности в эпоху глобализации тематизируется в работах таких исследователей, как А.Аппадураи, Дж. Бартон, фиксирующих оппозицию «глобальное-локальное». Она определяет современное состояние общества, а также обнаруживает тенденцию «глобального общества» к самопредъявлению в качестве пространства, в котором осуществляются разнообразные символические обмены. Ситуация глобализации мира, предполагающая включенность различных культур в общемировую коммуникацию, порождает ряд проблем, обозначаемых в качестве проблематики мультикультурализма. Закономерности развития мультикультурализма как теории и как идеологии рассматриваются Ф.Беккер, Н.Глейзером, B.C.Малаховым. Осмысление принципов культурного фундаментализма в современном обществе как идеологического закрепления религиозных и этнических различий в качестве объективных первооснов, противостоящих индустриализму и постиндустриализму, присутствует в работах П.С.Гуревича.

Этничность как процесс символического конструирования определяется в работах B.C.Малахова и В.А.Тишкова, осмысливающих этнос в качестве способа социального закрепления культурных различий посредством этнической системы классификаций, специфически представляющей социальную реальность. В работах этих авторов используются способы деконструкции социальных понятий, обеспечивающих воспроизводство риторики этноцентризма и культурного расизма, раскрываются принципы языковой актуализации «коллективной идентичности», а также возможности возобновления языка конфликта. Прояснение специфики этничности с этих позиций способствует построению модели этнической дискурсивности, выявляющей механизмы конструирования этнических структур в процессе самоидентификации этнического субъекта, и обоснованию теоретического подхода к исследованию этничности.

Этничность как символическое пространство предоставлена в концепции социального поля П.Бурдье. Основой для анализа этничности в качестве языка-этнолекта послужила концепция Р.Барта, осмысливающего социальную реальность как совокупность идеологически упорядоченных дискурсов-социолектов. Однако в отличие от «социолекта» Р.Барта, являющегося языком идеологии, понятие «этнолект» обозначает этничность как дискурс, или символическое отношение, самоопределяющееся в различных языковых конструктах. Конструирование этничности предполагает предъявление этнического дискурса — этнолекта, самоструктурирующегося в полагании собственной тотальности посредством различения «своего» и «другого», являющихся личными (стереотипными) образами этничности. Этнолект как самоконструирующееся отношение этничности представлен в знаках «своего» и «другого», являясь символической системой или текстом этничности. Самореализуясь в качестве отношения знаков, этнолект закрепляет правила их упорядочивания (нормативность), определяющие направления развития этнического дискурса. Выражаясь в каждом знаке своего дискурса, этнолект является точкой самопредъявления, «этноса» как конструируемого — языкового — целого, а также тем, «кто» высказывается — субъектом этнического дискурса, или этническим субъектом. С позиции такого подхода анализ механизмов этнической идентификации предполагает выявление способов самоактуализации этнического субъекта в процессе интерпретации этнической традиции, обнаруживающей предельные состояния социальной дискурсивности.

В философии концепт «предела» как точки самоопределения потока субъективности наиболее полно разворачивается в системе Ф.Шеллинга. Предельные состояния языковых структур исследуются в концепции Ж.Л.Нанси. В отечественной философии разработка проблематики «предельности» в шеллингианской традиции субъект-объектного тождества ведется О.Н.Бушмакиной. Концепт «предела» получает развитие в философском постмодернизме (Ж.Бодрийар, Ж.Делез, Ж.Деррида), однако «предел» в этих концепциях рассматривается в значении «разрыва» обусловленного субъекта за пределы сферы дискурсивности. «Предельность» в постмодернистских работах связана со стремлением к обнаружению неких предельных, неразложимых познавательных элементов как абсолютного начала дискурсивности. Однако такой способ рассуждения, обозначаемый как «деконструкция», не приводит к прояснению оснований конструирования смысла, а сводится к субстанциализации так называемых «нулевых» конструктов мышления (О.Н.Бушмакина), исчерпывающих возможности познания. Понятие «деконструкция» также используется П.Бурдье и представителями его научной школы, оно оказывается связанным с пониманием социальности как предсконструированной («преконструкта»), предданной исследователю и принудительно воздействующей на говорящего. Деконструкция в этом аспекте, становится тем, что выявляет причины и условия внедрения тех или иных понятий в социальный дискурс, обнаруживает теоретические концепты, послужившие основанием для гипостазирования «преконструктов». Однако такая деконструкция, как правило, истолковывается двояко: она может иметь целью выявление субъективных (рефлексивных) оснований конструирования социальности, но также может соскальзывать в область поиска «объективных структур» социальной реальности, представляющихся, чаще всего, как отношения власти. Предполагаемое методом определения тождество мышления и языка позволяет прояснить механизмы конструирования этничности, опосредованные языковой деятельностью этнического субъекта, самоопределяющегося в структурах дискурсивности.

В отличие от метода определения, используемого в марксизме, а также в социологических концептах М.Вебера Э.Дюркгейма, Г.Зиммеля, Т.Парсонса и научных теориях этничности, метод определения подразумевает прояснение исходных оснований конструирования концепций и теорий, выражающихся наличием исследовательских точек зрения, посредством которых актуализируется социальный дискурс. Исследование этничности в методе определивания способствует ее представлению в качестве пространства отношения различных дискурсов и научных традиций, актуализирующегося в акте интерпретации, обеспечивающем новое определение смысла этничности. Этничность, предстающая в таком диалогическом отношении, самопредъявляется в границах, обозначенных информантом и интервьюером, создавая ситуацию смыслового напряжения поля этничности, способствующую актуализации субъективной деятельности мышления. Фиксация этноидеологических концептов в социально-политическом дискурсе обеспечивает устойчивость этноцентристской риторики и языка конфликта.

Анализ современных форм представления «этнической традиции» и «этнической культуры» с позиции конструктивизма предполагает их осмысление в качестве «преконструктов», требующих прояснения оснований формирования и дискурсивного обозначения этих форм. Разработка этнической проблематики в методе определивания способна повлиять на ряд представлений, сложившихся в социальных науках и связанных с эссенциалистской интерпретацией этничности. Исследование этничности как процесса языкового конструирования может послужить теоретической основой для дальнейшего анализа социальных проблем современности, связанных с осмыслением не только этнических, но и культурных, а также конфессиональных различий, все чаще используемых в качестве символических ресурсов в поле политики.

 

 

Список литературы

     1.   Ахметова А. Конфликтология. — Алматы, 2001. — С. 58.

     2.   Арутюнян Ю. Этносоциология. — М., 1998.

     3.   Бромлей Ю. Очерки и теории этноса. — М., 1998.

     4.   Язык и этнический конфликт / Под ред. Брилл Олкотт. — М., 2001. — 150 с.

     5.   Барт Р. Избранные работы: Семиотика: Поэтика. — М., 1989.

     6.   Гараджа А.В., Ж.Бодрийар // Современный запад. Философский словарь. — М., 1991. — С. 44–45.

     7.   Деррида Ж. О грамматологии. — М., 2000.

     8.   Ильин И.П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм. — М., 1996.

Фамилия автора: Н.Ж.Аманбеков
Теги: Этнос
Год: 2007
Город: Караганда
Категория: Философия
Яндекс.Метрика