Общая долевая собственность в простом товариществе

По договору о совместной деятельности (договору простого товарищества) стороны обязуются совместно действовать для получения доходов или достижения иной, не противоречащей закону цели (п. 1 ст. 228 ГК). В соответствии со ст. 230 ГК на основании договора о совместной деятельности возникает пра­воотношение общей долевой собственности. Отношения между участниками общей долевой собст­венности являются не абсолютными, а относительными правоотношениями, так как здесь присутст­вует конкретный, строго определенный круг участников. В отношениях между участниками общей долевой собственности присутствует несколько сторон, которые объединяются для достижения од­ной общей цели — создания и функционирования объекта общей собственности, в отличие от обяза­тельства, где присутствуют две стороны, противостоящие друг другу, имеющие взаимно противопо­ложные интересы и цели. Поэтому договор о совместной деятельности порождает не обязательствен­ные, а вещные относительные правоотношения участников общей долевой собственности. Данное обстоятельство не вступает в противоречие с действующим законодательством, поскольку ст. 379 ГК устанавливает, что из договора могут возникнуть обязательственное, вещное, авторское или иное правоотношение. Этими обстоятельствами и обусловлено помещение главы о совместной деятельно­сти в общей части в разделе право собственности и иные вещные права.

В главе 12 ГК используются несколько понятий: «договор о совместной деятельности (договор простого товарищества)», «простое товарищество». Кроме того, ст. 228 ГК закрепляет то, что простое товарищество образуется на основе договора о совместной деятельности. Из текста статей главы 12 ГК можно установить, что договор простого товарищества и договор о совместной деятельности — это однозначные понятия. Простое товарищество и договор о совместной деятельности (договор про­стого товарищества) выступают как взаимосвязанные понятия, так как на основании договора о со­вместной деятельности (договора простого товарищества) образуется простое товарищество.

Участники договора о совместной деятельности имеют общий экономический или иной интерес. Они не противостоят друг другу, так как имеют общие согласованные цели. Количество участников не может быть менее двух. Это многосторонняя сделка. Каждый участник договора о совместной деятельности находится во взаимоотношениях одновременно со всеми остальными его участниками.

Необходимо разграничивать договор простого товарищества от ряда смежных договоров, таких, как договоры подряда, аренды и тому подобные, прежде всего потому, что из договора о совместной деятельности возникает не обязательственное, а вещное относительное правоотношение. При испол­нении договора подряда, если подрядчик намеревается стать собственником объекта, между подряд­чиком и заказчиком может быть заключен договор о совместной деятельности, по которому одна сторона вносит в качестве взноса строительно-монтажные работы, а другая — материально-техни­ческое обеспечение [1].

В настоящее время широко распространен договор долевого участия в строительстве жилого дома, по которому подрядчик по заданию заказчика осуществляет строительство жилого дома на средства, предоставленные гражданами-инвесторами. Иногда данный договор считают договором о совместной деятельности. Между тем это неверно. Признаки долевых отношений можно обнаружить, если рассматривать только отношения между гражданами-инвесторами. Но не стоит забывать, что существует заказчик, который стремится получить доход в разнице между затратами на строительст­во и общей ценой готовых к продаже квартир, и о подрядчике, который, выполняя строительство, же­лает получить прибыль. Получается, что это договор подряда, который инвестируется гражданами. Учитывая то, что граждан, вкладывающих свои средства в строительство несколько, этот договор следует рассматривать как многосторонний инвестиционный контракт. Поэтому нормы, регулирую­щие договор о совместной деятельности, к данному контракту не применимы.

Простое товарищество не является юридическим лицом. Целью договора о совместной деятель­ности является не создание юридического лица или иного субъекта, а создание неправосубъектного образования (коллективного образования) в праве в виде простого товарищества. В этой связи дого­вор о совместной деятельности следует отличать и от учредительного договора.

Каждый из двух указанных договоров имеет свою сферу правового регулирования. Так, договор о совместной деятельности является консенсуальным договором. Он охватывает обязанности двух и более лиц объединить свои вклады и совместно действовать, без образования юридического лица, как для получения прибыли, так и для другой цели, которая не противоречит закону. Основной же осо­бенностью учредительного договора является то, что его подписание предшествует созданию юриди­ческого лица. Цель учредительного договора — это создание определенного образования, установле­ние порядка, условий передачи учредителями своего имущества, а также участия учредителей в дея­тельности юридического лица. В соответствии со ст. 41 ГК «юридическое лицо осуществляет свою деятельность на основании устава и учредительного договора. В учредительном договоре стороны (учредители) обязуются создать юридическое лицо, определяют порядок совместной деятельности по его созданию, условия передачи в его собственность (хозяйственное ведение, оперативное управле­ние) своего имущества и участия в его деятельности».

Таким образом, эти два договора обладают рядом общих признаков. И учредительный договор, и договор о совместной деятельности являются многосторонними, консенсуальными, взаимообязываю- щими участников и возмездными сделками организационного, имущественного характера. Интересы сторон по данным договорам сходны, а не прямо противоположны. Кроме того, они имеют целью со­вместное ведение коммерческой или некоммерческой деятельности. Однако внешнее сходство этих договоров весьма условно, поскольку при их сравнительном анализе прослеживаются принципиальные различия. Анализируя данные договоры, В.С.Мартемьянов указывает на то, что вопрос о том, «является ли договор о создании несколькими субъектами новой организации с правами юридического лица раз­новидностью договора о совместной деятельности, представляется спорным» [2].

Учредительный договор, в отличие от договора о совместной деятельности, имеет целью созда­ние юридического лица. Но он не прекращается после его создания. Учредительный договор дейст­вует все то время, пока существует возникшее на его основе объединение. Собственником имущест­ва, переданного учредителями, является возникшее юридическое лицо. Учредители на это имущество имеют только лишь обязательственные права, в то время как в простом товариществе имущество, переданное его участниками для осуществления поставленных задач, принадлежит им на праве об­щей долевой собственности. Можно предположить, как отмечает И.Зайцев, что деятельность учреди­телей в период от собрания до утверждения устава создаваемого предприятия характеризуется объединением усилий и намерений сторон к достижению общей, четко обозначенной цели. Кроме того, непосредственно бизнес партнеров какое-то время может осуществляться в форме простого то­варищества, с последующим, вполне логичным созданием юридического лица. Действия партнеров в этом случае, их усилия будут изначально, заведомо направлены на создание всех необходимых усло­вий для образования новой компании и условий не столько для формального учреждения юридиче­ского лица, сколько для создания реальных рыночных условий, клиентской базы, начального капита­ла, достаточного не только для соблюдения условия о формировании минимального уставного капи­тала, но и для ведения бизнеса на должном уровне, обеспечивающем достаточный приток денег [3].

Действительно, возможность заключения договора о совместной деятельности, направленного на создание нового юридического лица, существует. Но сам процесс создания юридического лица регламентируется учредительным договором. Простое товарищество может существовать опреде­ленное время параллельно с вновь созданным юридическим лицом. В рамках этого соглашения могут регламентироваться вопросы формирования и приращения имущества для последующего внесения его в качестве вклада в уставный капитал создаваемого юридического лица.

Таким образом, принимая во внимание некоторое сходство учредительного договора и договора о совместной деятельности, все же стоит остановиться на том, что договор о совместной деятельно­сти представляет собой самостоятельный вид договора, из которого возникает вещное относительное правоотношение. Простое товарищество является разновидностью совместной деятельности, отличи­тельная особенность которого — создание общей долевой собственности.

Прежде чем перейти к анализу общей долевой собственности в простом товариществе, необхо­димо охарактеризовать такой его вид, как консорциум.

Консорциум является одним из видов простого товарищества, участниками которого являются юридические лица. Поэтому все положения о простом товариществе в полной мере применимы к об­щей долевой собственности, возникающей на основании консорциального соглашения. Это времен­ное объединение, так как консорциум создается на определенный срок или для достижения опреде­ленной цели. Но иногда цель может быть сформулирована настолько неопределенно, что консорциум практически становится бессрочным, например, консорциум по строительству и дальнейшему функ­ционированию детского развлекательного центра.

Применительно к консорциуму договор о совместной деятельности именуется «консорциальным соглашением». Целью консорциального соглашения является создание неправосубъектного образо­вания, именно этим такая форма объединения привлекательна для предпринимателей как в Казахста­не, так и в других странах СНГ. Во-первых, его создателям не нужно образовывать юридического лица и нести связанные с регистрацией и последующими перерегистрациями временные организаци­онные и финансовые затраты. Во-вторых, несмотря на отсутствие у консорциума статуса юридиче­ского лица, благодаря чему дела ведет одно из юридических лиц, входящих в его состав, он обладает всеми признаками и возможностями юридического лица. В-третьих, консорциум мобилен, посколь­ку характеризуется быстротой вхождения и выхода из его состава отдельных участников без до­полнительных регистрационных и лицензионных процедур, что привлекает многих предпринима­телей. В-четвертых, на наш взгляд, преимуществом консорциума является гибкость и вариантность схем управления им, когда консорциумом управляют не все, а несколько, специально назначенных участников, причем имеется возможность управления, так скажем, «по заведованию» — один уча­стник «заведует» стратегическим планированием и развитием, другой — организацией рекламы, третий — финансовой деятельностью. В-пятых, преимуществом является возможность объединения, концентрации капиталов на ключевых направлениях, решения приоритетных программ и задач, стоящих перед участниками консорциума. В-шестых, выгодой консорциума является то, что в силу своей мобильности среди его участников возможно применение различных организационно­правовых комбинаций, которые позволят минимизировать риски. Например, возможно поручение совершения отдельных сделок одному из участников консорциума, обладающему статусом ограни­ченной имущественной ответственности. Естественно, при этом приходится согласовывать и ряд иных деталей, но в принципе такой подход не исключен. Таковы, на наш взгляд, основные преиму­щества консорциумов, которые оказывают влияние на рост популярности данной формы объедине­ния. Наиболее ярким примером консорциума, созданного на территории РК, является международ­ный консорциум Agip KCO, участниками которого являются BG Group, ENI, Total, ExxonMobil, Shell, Inpex и ConocoPhillips.

Таким образом, консорциальное соглашение является разновидностью договора о совместной деятельности, участниками которого являются юридические лица.

Общая долевая собственность, возникающая на основе договора о совместной деятельности, имеет ряд особенностей. Эти особенности, прежде всего, связаны с тем, что согласно п. 1 ст. 230 ГК для достижения своих целей участники договора о совместной деятельности вносят взносы деньгами или другим имуществом либо путем трудового вклада, т.е. имущество, предоставляемое участниками простого товарищества для ведения совместной деятельности, формируется из имущественных взно­сов: имущества, имущественных прав в том числе, и трудового вклада. Исходя из этого взносом уча­стника простого товарищества может быть, например, право пользования какой-либо вещью. В ре­зультате произведенных участниками простого товарищества взносов образуется общее имущество, которое может состоять из совокупности вещей, а также имущественных прав. Имущественное право не может быть объектом долевой собственности. Несмотря на это ГК на общее имущество участни­ков простого товарищества распространяет единый режим — режим общей долевой собственности, т.е. вещное право. Но общее имущество участников простого товарищества при включении в его со­став имущественных прав не может быть объектом только права общей долевой собственности. По общему правилу отношения общей долевой собственности — это право собственности на общую вещь. Однако общие права субъектов простого товарищества шире, чем только права на вещь. Про­тиворечий не возникает, когда в состав общего имущества участников простого товарищества входит только одна вещь или их совокупность. Но состав общего имущества участников простого товарище- ства зависит от вида, объема осуществляемой сособственниками предпринимательской деятельности. И зачастую, для эффективного занятия предпринимательской деятельностью требуется не только вещь, но и иное имущество. В этой связи требует пересмотра вопрос о распространении на общее имущество участников простого товарищества только правового режима общей долевой собственно­сти.

На наш взгляд, необходимо изменить формулировку п. 2 ст. 230 ГК, поскольку право на общее имущество включает в себя не только вещные права. В состав права на общее имущество могут вхо­дить и организационные права, и права интеллектуальной собственности. Поэтому предлагается ука­занную норму сформулировать следующим образом: «Денежные и иные имущественные взносы уча­стников договора, а также имущество, созданное или приобретенное в результате их совместной дея­тельности, принадлежат им на праве общей долевой собственности (вещь или совокупность вещей) и (или) на ином общем праве (иное имущество)». Учитывая то, что общие имущественные права не­достаточно исследованы, к ним по аналогии могут применяться нормы об общей долевой собствен­ности, если это не противоречит их существу.

Таким образом, общее имущество, в состав которого, кроме вещей, входит иное имущество, не должно связываться только с общей долевой собственностью. Общая долевая собственность в дан­ном случае должна рассматриваться как составляющая более широко права на общее имущество, ку­да наряду с ней входят иные общие имущественные права.

Согласно п. 1 ст. 228 ГК имущество, предоставляемое участниками простого товарищества должно использоваться в процессе совместной деятельности. Именно данное обстоятельство, по мнению И.В. Амирхановой, существенно отличает имущество, предоставляемое участниками просто­го товарищества для ведения совместной деятельности от имущественных взносов в уставной капи­тал юридического лица [4]. И.В. Амирханова указывает на некоторые трудности в определении тру­дового вклада участника в качестве имущественного взноса в простое товарищество. Она пишет, что «в ситуации отсутствия законодательной регламентации существа трудового вклада можно сказать, что трудовой вклад возможен и в виде личного труда участника, и в виде труда работников юридиче­ского лица (если оно является одним из участников простого товарищества), и в виде труда наемных работников, привлекаемых одним или несколькими участниками по трудовому договору специально в целях ведения совместной деятельности простых товарищей» [5].

В порядке толкования п. 1 ст. 230 ГК М.К.Сулейменов относит к трудовому вкладу участника простого товарищества профессиональные знания, навыки и умения, а также деловую репутацию и деловые связи [6]. Поэтому в качестве трудового вклада участников простого товарищества может рассматриваться и личный труд участника, если участником является физическое лицо, и труд работ­ников юридического лица, если оно является участником простого товарищества. Труд наемных ра­ботников, привлекаемых одним или несколькими участниками по трудовому договору специально в целях ведения совместной деятельности простых товариществ, также не выходит за рамки толкова­ния термина «трудовой вклад». Поэтому в каждом конкретном договоре о совместной деятельности стороны должны сами оговаривать условия использования трудового вклада в качестве имуществен­ного взноса участника.

И.В.Амирханова указывает на затруднения в оценке трудового вклада, без которой во многих случаях невозможно определить как процент начисляемой прибыли, так и процент участия товарища в распределении убытков, если этот порядок прямо не регламентирован соглашением сторон. Дейст­вительно, денежная оценка взносов каждого из участников простого товарищества производится по соглашению сторон. Размер доли каждого из них определяется договором в зависимости от размера взносов. Но если размер доли каждого участника не установлен соглашением всех участников, будет применяться правило ст. 210 ГК об определении долей в праве долевой собственности: доли счита­ются равными.

И.В.Амирханова говорит о том, что установление режима общей долевой собственности в на­стоящее время возможно не во всех случаях, не со всеми объектами гражданских прав. Она пишет, что «при внесении вклада участника простого товарищества в виде недвижимости (здания, сооруже­ния) возникают вопросы государственной регистрации изменения статуса этого недвижимого иму­щества. В соответствии со ст. 22 Указа Президента РК, имеющего силу закона, «О государственной регистрации недвижимого имущества и сделок с ним» сделки с недвижимым имуществом, в том чис­ле создающие режим общей долевой собственности на недвижимое имущество, считаются совер­шенными с момента их регистрации. Фактически данное положение влечет необходимость осущест­вления государственной регистрации права общей долевой собственности на недвижимость, пред- ставленную в качестве вклада одним из участников, путем подачи заявлений всеми участниками с договором о совместной деятельности в центр по недвижимости, что на практике зачастую участни­ками не соблюдается» [7].

Несоблюдение на практике участниками простого товарищества требований законодательства о регистрации сделок с недвижимостью не означает, на наш взгляд, невозможность установления ре­жима общей долевой собственности на этот объект. Гораздо большие противоречия вызывает рас­пространение режима общей долевой собственности на все общее имущество участников простого товарищества, в состав которого наряду с вещами может входить и иное имущество. Общая долевая собственность в данном случае должна рассматриваться как составляющая более широкого по своему содержанию права на общее имущество, в которое, кроме вещных прав, могут входить и обязательст­венные и организационные права. Учитывая малоизученность права на общее имущество и отсутст­вие его законодательной регламентации, нормы об общей долевой собственности в данном случае могут применяться по аналогии. Однако это не означает, что объектом общей долевой собственности наряду с вещами может быть иное имущество, например, право требования.

В качестве недостатка в регламентировании договора простого товарищества следует отметить отсутствие нормы о порядке распределения дохода, полученного в результате деятельности простого товарищества. Конечно, в данной ситуации возможно применение положения ст. 214 ГК о том, что плоды, продукция, доходы, полученные от использования имущества, находящего в общей долевой собственности, поступают в состав общего имущества и в последующем распределяются между уча­стниками долевой собственности соразмерно их долям, если иное не предусмотрено в соглашении между ними. Но, учитывая то, что в составе этой прибыли может находиться имущество, которое не относится к вещам, однозначное распространение режима общей долевой собственности на такую прибыль, на наш взгляд, недопустимо. Специальная регламентация распределения прибыли, полу­ченной в результате деятельности простого товарищества, необходима, в первую очередь, товарище­ствам, созданным для ведения предпринимательской деятельности. Поэтому, на наш взгляд, в ст. 230 ГК необходимо предусмотреть норму, которую можно сформулировать следующим образом: «Доход, полученный от использования общего имущества участников простого товарищества, созданного для ведения предпринимательской деятельности, распределяется между ними соразмерно долям, если иное не предусмотрено соглашением между ними».

Вопрос о порядке распределения прибыли, полученной в результате использования общего имущества участников простого товарищества, неразрывно связан с вопросом об их расходах. Этот вопрос актуален в свете наметившейся тенденции со стороны законодателя освобождать некоторых участников договора о совместной деятельности от несения общих расходов. Так, например, «Казму- найгаз», выступающий как подрядчик в консорциуме вместе с другими компаниями, освобождается от уплаты подписного бонуса и финансирования операций по разведке. При этом бремя финансиро­вания, падающее на долю национальной компании «Казмунайгаз», перекладывается на других участ­ников консорциума. Это, своего рода преимущество, не согласуется с требованиями ГК о порядке покрытия общих расходов при совместной деятельности. Являясь участником консорциума, нацио­нальная компания должна наряду с другими участвовать во всех расходах, связанных с осуществле­нием совместной деятельности. Именно в этом и состоит существо совместной деятельности. Финан­сирование операций по разведке — это основные затраты, которые необходимо произвести, чтобы потом, в результате добычи полезных ископаемых, получить определенный процент от общей при­были.

В операциях по недропользованию национальная компания выступает либо от лица государства (в этом качестве не совсем понятен ее статус) или как подрядчик. Как подрядчик, национальная ком­пания может выступать самостоятельно либо совместно с другими лицами. Во втором случае образу­ется консорциум и между его участниками заключается консорциальное соглашение. Преимущества в виде освобождения от уплаты подписного бонуса и финансирования операций по разведке предо­ставляются национальной компании только тогда, когда она выступает как подрядчик. Между тем такие льготы ставят ее в неравное положение с остальными участниками, так как отсутствие таких затрат никаким образом не сказывается на размере прибыли, которую получат участники такого кон­сорциума в результате добычи полезного ископаемого. Это противоречит основным принципам гра­жданского законодательства.

Отношения в консорциуме регулируются нормами ГК, поэтому эти отношения должны быть подчинены основным началам гражданского законодательства, предусмотренным в ст. 2 ГК, одним из которых является равенство участников регулируемых гражданским законодательством отноше- ний. В связи с чем мы считаем освобождение национальной компании от финансирования операций по разведке и оплаты подписного бонуса при совместном недропользовании в рамках консорциума необоснованным.

Таким образом, участники договора о совместной деятельности равны. Поэтому расходы и убытки должны покрываться всеми участниками договора. Ст. 231 ГК предоставляет возможность самим участникам определять порядок покрытия общих расходов и возможных убытков. Но если до­говором такой порядок не предусмотрен, общие расходы и убытки покрываются за счет общего иму­щества участников, а недостающие суммы раскладываются между ними пропорционально их долям в этом имуществе.

Простое товарищество является коллективным образованием. Особенностью коллективных об­разований в праве является то, что они, не являясь субъектами права, объединяют в единое целое различные субъекты права. Многосубъектный состав простого товарищества требует урегулирования вопросов, связанных с ведением общих дел его участников. В соответствии со ст. 229 ГК ведение общих дел участников договора о совместной деятельности осуществляется по их общему согласию.

Обычно порядок ведения общих дел определяется в договоре о совместной деятельности. Но вместе с тем в течение срока существования простого товарищества могут быть заключены дополни­тельные соглашения. Порядок ведения общих дел находится в прямой зависимости от количества участников и целей совместной деятельности. Особенно важно урегулировать данный вопрос в про­стом товариществе, созданном для ведения предпринимательской деятельности и, тем более, в кон­сорциуме.

Осуществляя предпринимательскую деятельность, участники простого товарищества сталкива­ются с необходимостью заключать различного рода сделки. Когда эти сделки заключаются в интере­сах каждого отдельного участника договора о совместной деятельности, вопросов не возникает. Та­кой участник выступает самостоятельным субъектом в этих сделках, и они никаких последствий для простого товарищества не порождают. Но когда необходимо заключить сделку в интересах простого товарищества, возникает вопрос, кто от имени простого товарищества будет выступать стороной в такой сделке. Сложность этого вопроса обусловлена тем, что объединение в виде простого товарище­ства не создает нового субъекта. Простое товарищество — это объединение нескольких субъектов вокруг единого общего имущества, которым они владеют сообща. Тем не менее для участия в сделке необходим субъект. Можно предусмотреть две формы выступления участников простого товарище­ства в гражданском обороте. В первом случае каждый участник простого товарищества самостоя­тельно заключает договоры, например, по закупке сырья. В последующем остальные участники воз­мещают часть произведенных расходов. Во втором случае руководство простым товариществом и выступление в гражданском обороте осуществляет один участник, которому все остальные участники выдают доверенность. Доверенность, выдаваемая участниками простого товарищества, должна быть надлежащим образом оформлена и подписана всеми участниками. В случае отсутствия подписи хотя бы одного из участников выданная доверенность может быть признана недействительной.

Пользование общим имуществом в простом товариществе, как и в любом правоотношении об­щей долевой собственности, осуществляется по общему согласию участников, а при недостижении согласия — в порядке, устанавливаемом судом.

В соответствии с п. 3 ст. 228 ГК обязательства участников простого товарищества, связанные с договором о совместной деятельности, перед третьими лицами являются солидарными, если догово­ром о совместной деятельности не предусмотрено иное. Аналогичную норму содержит ГК примени­тельно к консорциуму. Так, п. 4 ст. 233 ГК гласит о том, что участники консорциума несут солидар­ную ответственность по обязательствам, связанным с деятельностью консорциума, если иное не ого­ворено консорциальным соглашением. В обоих случаях речь идет об одном и том же. Поэтому, на наш взгляд, эти нормы необходимо унифицировать. В целях унификации п. 3 ст. 228 ГК можно сформулировать следующим образом: «Участники простого товарищества несут солидарную ответ­ственность по обязательствам, связанным с деятельностью простого товарищества, если договором о совместной деятельности не предусмотрено иное».

Участник простого товарищества может передать право на участие в совместной деятельности. Для этого ему необходимо получить согласие остальных участников договора на такую передачу. По общим правилам участник долевой собственности свободен в распоряжении своей долей. Он может по своему усмотрению продать, подарить и иным образом распорядиться своей долей в праве собст­венности на общее имущество. Согласия остальных сособственников на это ему не требуется. Поэто- му передачу права на участие в совместной деятельности, требующей общего согласия участников простого товарищества, необходимо отличать от распоряжения своей долей.

В соответствии с п. 2 ст. 232 ГК участник договора о совместной деятельности имеет право по своему усмотрению отказаться от участия в совместной деятельности. Отказ от участия в совместной деятельности влечет за собой право требовать выдела своей доли из общего имущества. Выдел доли в данном случае происходит по общим правилам, предусмотренным для выдела доли из имущества, находящегося в долевой собственности. Особенностью реализации данного права в простом товари­ществе является то, что отказ участника от участия в совместной деятельности дает право остальным участникам требовать взыскания убытков, причиненных им этим отказом. Бремя доказывания реаль­ности и обоснованности этих убытков и их связь с отказом другого участника от совместной дея­тельности возлагается на участника, претендующего на их взыскание.

Простое товарищество прекращает свою деятельность по выполнению поставленной задачи или по решению его участников. Прекращение деятельности простого товарищества ведет к прекраще­нию правоотношения общей долевой собственности, возникшего на основании договора о совмест­ной деятельности.

Таким образом, в соответствии с действующим гражданским законодательством отдельные юридические и физические лица и государство в том числе, могут объединять свое имущество и ко­ординировать усилия для того, чтобы добиться необходимого им всем результата в различных облас­тях деятельности, в частности, в области предпринимательства. Передача определенных имущест­венных взносов на общие нужды, согласование и осуществление совместной целенаправленной дея­тельности и распределение ее результатов происходят на основе договора о совместной деятельно­сти, разновидностями которого являются договор о простом товариществе и консорциальное согла­шение.

Многосубъектный состав и единое общее имущество участников простого товарищества свиде­тельствуют о долевых отношениях между участниками простого товарищества. Этим и обусловлива­ется распространение режима долевой собственности на их общее имущество. Между тем понятие «право на общее имущество» шире понятия права общей долевой собственности, поскольку в состав общего имущества участников простого товарищества наряду с вещами может входить и иное иму­щество. Поэтому в данном случае право общей долевой собственности должно рассматриваться как составляющая более широкого по своему содержанию права — права на общее имущество, в состав которого наряду с долевой собственностью могут входить обязательственные, организационные пра­ва и право интеллектуальной собственности. Распространение режима общей долевой собственности на общее имущество участников простого товарищества свидетельствует о наличии правоотношения общей долевой собственности, возникающего на основании договора о совместной деятельности.

Список литературы

  1. Комментарий к главе 12. «Договор о совместной деятельности (простое товарищество)»         // Гражданский кодекс Респуб­лики Казахстан (Общая часть). Комментарий (постатейный). В2 кн.   Кн.2. —  2-е   изд.,    испр.       и    доп. /Отв. ред. М.К.Сулейменов, Ю.Г.Басин. — Алматы: Жеті Жарғы, 2003. — С. 90-91.
  2. МартемьяновВ.С. Хозяйственное право: курс лекций. Учебник для вузов: В 2 т. — Т. 2. — М.: БЕК, 1994. — 349 с.
  3. Зайцев И. Место консорциального соглашения в системе гражданско-правовых договоров // Правовая реформа в Казах­стане. — 2003. — № 1. — С. 68.
  4.  Амирханова И.В. Простое товарищество как организационно-правовая форма совместного предпринимательства: во­просы теории и практики // Вестник КазГУ им. аль-Фараби. Сер. юрид. — 2001. — № 4(21). — С. 145.
  5. Амирханова И.В. Указ. раб. — С. 145.
  6. СулейменовМ.К. Указ. раб. — С. 94.
  7. Амирханова И.В. Указ. раб. — С. 145.
Фамилия автора: А.С.Киздарбекова
Год: 2007
Город: Караганда
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика