Некоторые аспекты уголовной ответственности за преступления против личности, связанные с процессом глобализации уголовного права в современный период

В настоящее время в мире постоянно происходят широкомасштабные изменения в технике, тех­нологиях, науке, политике, экономике. Эти изменения неминуемо отражаются на правовой системе. Одним из таких ярких изменений последних десятилетий является процесс глобализации правовых систем. Ярким примером такой интеграции может послужить объединение правовых систем стран Европейского Союза. Вместе с легальными процессами объединения развиваются и нелегальные пу­ти глобализации (такие, например, как транснационализация преступности), которые, естественно влияют на состояние национальной преступности, а также на национальные и международные нормы в борьбе с преступностью, в частности в сфере борьбы с преступлениями против личности.

Несмотря на то, что законодательство в сфере борьбы с преступлениями против личности явля­ется более или менее стабильным по сравнению с другими отраслями законодательства и законода­тельством, предусматривающим меры борьбы с другими видами преступлений (экономическими, против собственности, экологическими и др.), в связи с новыми криминальными явлениями и влия­нием международных норм оно также претерпело изменения.

Национальное уголовное законодательство впитало ряд составов преступлений против лично­сти, которые были разработаны и закреплены еще в период действия уголовных кодексов РСФСР 1922, 1926 гг., а также Уголовного кодекса КазССР 1959 г. Однако развитие новых криминальных явлений в обществе, а также процессы глобализации, неминуемо отражающиеся как на процессах в обществе, так и на нашей правовой системе, потребовали от суверенного государства пересмотра су­ществовавших положений составов преступлений против личности.

Так, в Уголовный кодекс Республики Казахстан были внесены новые составы преступлений, та­кие например, как торговля людьми (первоначальное название — вербовка людей для эксплуатации)

[1]    . Данный процесс явился следствием имплементации норм международных актов в национальное

законодательство. До внесения изменений в уголовное законодательство нашей республики 15 нояб­ря 2000 г. на международном уровне была принята Конвенция Организации Объединенных Наций против транснациональной преступности, к которой прилагались два дополнительных протокола: первый — о предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и нака­зании за нее, второй — против незаконного ввоза мигрантов по суше, морю и воздуху. Первый про­токол явился основой для внесения изменений в ст.128 УК РК как в части ее названия, так и в части содержания состава данного преступления. Второй протокол в большей части регулирует отношения, связанные с посягательствами на порядок управления (соответствующая норма содержится в главе 14 «Преступления против порядка управления»), однако бесспорно, указанная категория нарушений также неотделима от посягательств на личность.

Казахстаном 4 июля 2001 г. (Закон Республики Казахстан № 219) также был ратифицирован Фа­культативный протокол к Конвенции о правах ребенка, касающихся торговли детьми, детской про­ституции и детской порнографии. Еще ранее данный международный акт оказал существенное влия­ние на формирование в уголовном законодательстве Республики Казахстан таких составов, как ст.122 УК РК «Половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестна­дцатилетнего возраста», ст.124 УК РК «Развращение малолетних».

Важнейшие принципы, содержащие в себе основу для закрепления в уголовном законодательст­ве различных категорий посягательств на личность, содержатся в таких международных актах, как Всеобщая декларация прав человека, принятая Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций 10 декабря 1948 г. Статья 5 гласит, что «Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство обращению и наказанию». А статья 2 еще раз подчер­кивает особую общественную опасность посягательств на личность и их противоречие Всеобщей декларации прав человека: «Любое действие, представляющее собой пытку или другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращения и наказания, является оскорблением человеческого достоинства и должно быть осуждено как нарушение прав человека и основных сво­бод, провозглашенных во Всеобщей декларации прав человека» [2].

Девятый конгресс в Каире (1995) посвятил этой острой проблеме семинар-практикум «Преду­преждение преступности с применением насилия», подготовив к его проведению «Международный обзор о причинах насилия». В подготовительных материалах пяти региональных совещаний (евро­пейских, латиноамериканских, азиатских, арабских, африканских стран) к Девятому конгрессу ООН выражалась большая озабоченность всех регионов в мире ростом преступного насилия, особенно в городах, школах, а также в семьях против детей и женщин.

Кроме того, ответственность за посягательства на личность также предусматривается следую­щими международными актами:

  • четырьмя Женевскими конвенциями 1949 г.;
  • Международным пактом о гражданских и политических правах от 1966 г. (ст. 7: Никто не должен подвергаться... жестоким бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению или наказанию);
  • Конвенцией ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоин­ство видов обращения или наказания (КПП) от 1984 г.

В перечисленных и иных международных документах указывается, что насилие, будучи пре­ступным деянием, представляет собой взаимосвязанный процесс, который протекает на индивиду­альном уровне, на уровне общества и на мировой арене. Конфликты на национальном и индивиду­альном уровне неминуемо отражаются на формировании норм о насилии в международном праве, в том числе о преступных посягательствах на личность.

В актах международного характера и законодательстве зарубежных государств нередко отмеча­ется, что рост посягательств на личность зачастую связан с урбанизацией населения, особенно с крупными городами, где преступники легко могут скрыться, а о посягательствах на личность заявля­ется не всегда. Это, в частности, связано с ослаблением семейных связей, утратой традиционных форм контроля и самоконтроля, частой неустроенностью жизни и быта, которые, в свою очередь, ве­дут к возникновению страха, изоляции, отсутствию чувства безопасности, жестокости и виктимиза­ции, включая нарушение прав человека. Эти криминологические аспекты изучались и в Республике Казахстан, однако уголовное законодательство и процесс применения норм об уголовной ответствен­ности не содержат специфических норм, отражающих данный процесс. К этому вопросу, конечно же, нельзя подходить однобоко. Следует провести полное криминологическое исследование, связанное с причинами и условиями большого количества посягательств на личность, совершаемых на террито- рии городов с целью возможного отражения указываемых в международных исследованиях аспектах в национальном законодательстве об уголовной ответственности.

Достаточно часто в указанных международных актах рассматривается проблема насилия в от­ношении женщин и детей. Во многих частях мира жестокое обращение с ними скрывается, отрицает­ся, сводится к минимуму по количественным, качественным характеристикам и своей значимости. В некоторых государствах такое насилие переводится в разряд легальных правомерных деяний. Между тем такая проблема неоднократно поднималась Организацией Объединенных Наций и иными право­защитными международными организациями, в связи с чем ведущие европейские государства, США и некоторые другие страны включили в свое уголовное законодательство нормы, связанные с уже­сточением ответственности за посягательства на личность женщин и детей. Вопросы ужесточения ответственности, в том числе уголовной, за рассматриваемый вид деяний носят характер предупреди­тельных мер, так как насилие, оказанное в отношении детей в соответствующий период, как правило, трансформируется в насилие в отношении иных лиц со стороны тех, кто некогда претерпел насилие. Этот вопрос поднимается на уровне правозащитных организаций в Республике Казахстан, однако, при этом не затрагивается с точки зрения уголовного законодательства нашей республики. В нашем уголовном законодательстве имеется ряд норм, которые подчеркивают повышенную общественную опасность посягательств в отношении жизни, здоровья, половой свободы и половой неприкосновен­ности женщин, находящихся в состоянии беременности. На наш взгляд, следует провести тщатель­ный анализ проблемы насилия и вопросов ужесточения уголовной ответственности за посягательства на личность в отношении женщин и детей, которые являются потерпевшими в достаточно большом количестве случаев и подвержены таким посягательствам в силу меньшей физической защищенно­сти.

Новеллой в законодательстве является и то, что в преступлениях против личности в качестве преступных общественно опасных последствий учитывается причинение не только физических, но и психических страданий. Физические страдания могут выражаться в причинении потерпевшему физи­ческой боли, психические страдания характеризуются проявлением стрессового состояния потерпев­шего и причинением ему других психических травм, не носящих характера психических расстройств (последние образуют состав преступления, предусмотренного ст. 107 УК РК).

Особого внимания заслуживает также система наказаний, предусматриваемых за посягательства на личность. В последнее время в свете Посланий Президента Республики Казахстан и Концепции правовой политики, одобренной Указом Президента Республики Казахстан 20 сентября 2002 г., большое внимание уделено вопросам введения моратория на смертную казнь с перспективой ее по­следующей отмены, а также иным мерам гуманизации уголовной политики республики. Указанное направление является также следствием глобальных процессов, в рамках которых признано, что на­личие или отсутствие смертной казни не влияет на общее состояние преступности или на состояние преступности по отдельным категориям преступлений. Между тем, на наш взгляд, система наказаний за преступления против личности всегда должна исходить из принципа: посягательство на личность, должно влечь за собой наказания, в рамках которых виновный должен претерпевать меры уголовно­правового воздействия, связанные с лишением свободы, в особенности это касается преступлений против жизни, здоровья, посягательств на личную свободу, половую свободу и половую неприкосно­венность. Исключение из данного правила, в рамках которого могут быть применены меры уголовно­правового воздействия, не связанные с лишением свободы, являются преступления против чести и достоинства личности (клевета, оскорбление) и неосторожные преступления против личности [3].

Существует еще ряд вопросов в сфере борьбы с преступлениями против личности, связанных с процессом глобализации уголовного права, однако их рассмотрение — тема отдельного исследова­ния. Отметим лишь то, что до настоящего времени в международном уголовном праве не имеется четкого и бесспорного определения «насилия» и «посягательства на личность», а также полноценной общепризнанной классификации посягательств на личность. Вопросники ООН относят к насильст­венным преступлениям умышленные и неумышленные (неосторожные) убийства, нападения с при­менением физического насилия, изнасилования и некоторые другие посягательства на личность. В национальном уголовном законодательстве различных стран при более или менее удовлетворитель­ном решении проблемы конкретных дефиниций наличествует трудно сопоставимое разнообразие. При столкновении различных правовых систем возникает немало споров, дискуссий, разногласий и иных проблемных вопросов. Аналогичная ситуация складывается даже на национальном уровне. Данные обстоятельства ставят прежде всего национального законодателя перед ответственностью за создание соответствующих дефиниций в Республике Казахстан и возможным обращением к между- народному сообществу с предложением об установлении единообразных определений таких важных для каждого государства дефиниций, как «личность», «насилие» и иных, а также общепризнанной классификации посягательств на личность с целью единообразия законодательной терминологии и предотвращения негативных последствий глобализации уголовного права, характерного для совре­менного периода [4].

Сам процесс имплементации норм зарубежного и международного уголовного права не пред­ставляет опасности, при этом должны учитываться особенности национальной политики, националь­ные интересы, специфика правосознания казахстанских граждан и возможности обеспечить механизм применения имплементируемых норм. Например, если определенный международный договор про­тиворечит или не соответствует национальным интересам, механизм его имплементации не должен быть осуществлен, либо он может быть ратифицирован с оговорками в той части, где он не соответ­ствует политике Казахстана. На наш взгляд, в подобном ракурсе необходимо оценивать и вопросы приоритета общепризнанных принципов и норм международного права в плане определения пре­ступности и наказуемости деяния. В последнем случае трудностей имплементации, как правило, не возникает, так как процессы определения преступности и наказуемости деяний в большинстве своем общепризнанны.

Хотелось бы также отметить, что государство при восприятии определенных международных или зарубежных норм должно обеспечивать их исполнение, а при невозможности их исполнения или противоречии национальным интересам — выходить из международных соглашений.

Список литературы

  1. Уголовный кодекс Республики Казахстан // Правовая система «Юрист», 4.2.
  2. Актуальные проблемы борьбы с тяжкими преступлениями против личности / С.С.Овчинский. — М.: Изд-во ВНИИ МВД СССР, 1971. — С. 21.
  3. Гаухман Л.Д. Насилие как средство совершения преступлений. — М., 1974. — С. 75-80.
  4. Лунеев В.В. Преступность XX века. Мировые, региональные и российские тенденции. — М.: Изд-во НОРМА, 1999. - С. 192.
Фамилия автора: В.В.Роот
Год: 2007
Город: Караганда
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика