Исторические основы глобального социума в темпоральной динамике мировой целостности

Главной особенностью нашего времени является консолидация мирового сообщества в глобаль­ный социум, управляемый единым ритмом практической деятельности всего человечества. Колос­сальные антагонизмы, вызванные глобализацией общественной жизни, говорят о неадекватности со­циальных стратегий уровню сложности решаемых ныне задач, о несоответствии современного обще­ственного сознания объективной логике развития мировой целостности. Становление мирового со­циума как единого общественного организма предполагает утверждение в управлении социальными процессами максимально целостной концепции исторического прогресса, отформатированной в со­ответствии с логикой развития Вселенной. В свете этой принципиальной установки необходимо пре­жде всего целостно, интегрально перенастроить научно-философский интеллект современного обще­ства, ставший в ХХ столетии законодателем социальной практики. Системный генезис природного бытия в органическом единстве с историей человечества — такова объективная основа формирова­ния глобального социума. Действительным подтверждением продуктивности научно-философского познания мировой целостности должно стать выявление универсальных законов ее темпоральной динамики.

Темпоральная динамика бытия в современной естественнонаучной картине мира. Ха­рактерной чертой науки ХХ в. явилась постановка проблемы единства мира в пространстве и времени на твердую почву эксперимента и строгих математических вычислений. Начало революционного прорыва экспериментальной науки в постижении глобальных параметров бытия было положено по­явлением специальной и общей теорий относительности (СТО и ОТО), подчеркнувших в своих по­строениях единство пространственных и временных свойств, связавших вопрос о пространственно­временной организации Вселенной с состоянием движения и плотностью космической материи. В первоначальных представлениях А.Эйнштейна физический космос рисовался в виде стационарной сферической структуры с положительной кривизной пространства и времени. «В 1917 г. Эйнштейн опубликовал теорию Вселенной, основанную на. гипотезе, предполагающей, что пространство. является замкнутым, т.е. представляет собой трехмерный аналог двумерной поверхности сферы» [1; 245]. Однако в 1922 г. А.А.Фридман, исследуя формально-математические зависимости ОТО, пришел к выводу о нестационарном состоянии представленной здесь Вселенной, подверженной из­менениям во времени. В своем анализе мировых уравнений он наметил возможность трех моделей космической эволюции: 1) взрывающейся Вселенной с динамикой расширения от точки нулевого объема, 2) раздувающейся Вселенной с динамикой расширения от состояния с первоначальным объ­емом, 3) пульсирующей Вселенной с динамикой периодического изменения радиуса кривизны. В указанных моделях «Вселенная не остается неизменной во времени, а напротив, должна расширяться и сжиматься» [2; 142]. Эмпирическим подтверждением правильности теоретических построений А.Фридмана стали результаты наблюдений американского астронома Э.Хаббла, открывшего явление «разбегания галактик» [3; 18, 4; 140-143]. При этом была обнаружена линейная зависимость скорости космологического «разбегания» галактик от расстояния между ними: V=HR, где R — расстояние между галактиками, V — средняя наблюдаемая величина прироста скорости разбегания галактик при соответствующем увеличении расстояния между ними, а H имеет постоянный характер и представля­ет пропорцию возрастания скорости в интервале (по современным данным) от 50 до 100 км/сек на 1 Мпс (мегапарсек) прироста расстояния, т.е. на З-1019 км [5; 167-168, 170-171]. В процессе уточнения найденной зависимости было установлено, что постоянная H является величиной, обратно пропор­циональной общей продолжительности космологического расширения Вселенной. В связи с этим ве­личину T = 1: H принято считать показателем возраста Вселенной. Так, если принять увеличение ско­рости разбегания галактик на 1 мегапарсек увеличения расстояния между ними в 100 км/сек, то воз­раст космологического расширения Вселенной составит примерно 1010 лет, а при величине возраста­ния скорости на 50 км/сек общая продолжительность расширения составит около 2-1010 лет [3; 18, 6; 108,]. Таким образом, современная космология устанавливает возрастные границы Вселенной в ин­тервале от 10 до 20 миллиардов лет: «Если расширение Вселенной происходит с одной и той же ско­ростью, то величина, обратная постоянной Хаббла, позволяет сказать, что . момент t = 0 имел место 13-19 (H = 50) или 7-10 (H = 100) миллиардов лет назад» [5; 171].

Однако сам Хаббл первоначально определил постоянную H в пропорции 500-600 км/сек при­роста скорости разбегания галактик на 1 Мпс увеличения расстояния между ними [5; 32, 167-171, 7; 176, 8; 31-32]. К 1931 г. он подтвердил открытую закономерность «новыми наблюдениями более да­леких галактик. Для коэффициента пропорциональности H он нашел значение 560 км/сек-Мпс. По­следнее означало, что с увеличением расстояния на 1 Мпс (миллион парсеков или около 3,3 млн. све­товых лет) скорость галактик увеличивается на 560 км/сек» [9; 167]. Согласно этой величине возраст Вселенной будет составлять интервал времени в 2-109 лет, что явно не соответствует действительно­сти, так как возраст Земли как космического тела был определен эмпирическим путем продолжи­тельностью в 4,5-109 лет [4; 146, 5; 173, 9; 169, 10; 46, 53].

Но и современные показатели возраста Вселенной представляются философскому сознанию весьма сомнительными величинами в силу явного расхождения в них пространственных и временных параметров бытия, т.е. нарушения принципа единства мира, соразмерности пространства и времени. Так, Земля, в пространственном измерении «бесконечно малая» величина по сравнению с «безгра­ничной» Вселенной, существует по времени лишь в 4 раза менее всей космической реальности — 4,5 млрд. лет, что явно расходится с требованием корреляции пространственных и временных показа­телей существования физически одинаковых объектов. Эти сомнения еще более возрастают при со­отнесении возрастных показателей качественно различных уровней организации материи.

Идея единства мира предполагает, что космическая эволюция протекает не в отрыве от процес­сов биологического мира и человеческого сообщества, а во взаимосвязи с ними, как их необходимая предпосылка и объективное условие. Эволюционные процессы в живой природе и обществе пред­ставляют собой продолжение и углубление основных тенденций космогенеза. Другими словами, це­лостный строй мироздания должен проявляться в коэволюционном, согласованном характере разви­тия его составных частей. В таком случае на всех основных уровнях организации Вселенной должны обнаруживаться достаточно общие закономерности, характеризующие, в частности, темпы эволюци­онного процесса.

Возьмем в качестве меры, характеризующей темпоральную динамику мировой эволюции, отно­шение продолжительности существования генетически последующей и качественно более сложной в рамках освоенной человеком Вселенной формы движения материи к возрасту исторически предше­ствующей и качественно более простой формы ее организации. Соотнесем возраст существования жизни на Земле, определяемый в 3,8-4 млрд. лет, со средней величиной физического возраста нашей Вселенной, т.е. со средней величиной длительности ее космологического расширения, которая, по современным данным, будет равняться 15 млрд. лет [10; 46-47, 53, 56]. В результате мы получим приблизительное соотношение 1:4.

Проделаем аналогичную операцию, но уже соотнося возраст человеческого рода, как следующей после возникновения живого эпохальной ступени космической эволюции, с продолжительностью существования жизни на Земле. Возраст человеческого рода определяется современной антропологи­ей отрезком времени приблизительно в 2 млн. лет. Основанием для этого служит рассмотрение в ка­честве ближайшей предковой формы становления человеческого рода «австралопитеков», существо­вавших в истории живого на Земле в период от 6 до 0,9 млн. лет назад и обозначивших процесс пере­хода от животного образа жизни ископаемых гоминид к человеческим видам жизнедеятельности. Ис­торически первой формой представителей человеческого рода считается «человек умелый», сформи­ровавшийся около 2 млн. лет назад [11; 20, 32, 34, 160, 12; 28, 31]. Соотнесение на основе указанных обстоятельств возраста человеческого рода (2 млн. лет) с возрастом живого на земле (З,9 млрд. лет) даст нам пропорцию 1:1950, что свидетельствует о явном замедлении темпов эволюционного процес­са по сравнению с предшествовавшим этапом. Если учесть тезис о единстве мира, взаимозависимости различных уровней его организации и эмпирически наблюдаемый факт ускорения биологической эволюции по мере усложнения форм организации живого, то возможность такого замедления пред­ставляется сомнительной.

Это «замедление» эволюционного процесса можно несколько ослабить посредством увеличения возраста человеческого рода за счет отнесения начала его исторической жизни ко времени существо­вания такого ископаемого вида человекообразных обезьян, как «рамапитек», жившего на Земле при­мерно 10-14 млн. лет назад. Основанием для подобного рассмотрения может служить тот факт, что указанный вид антропоидов выразил содержание эволюционного процесса в его непосредственной направленности на появление человеческого рода, не дав каких-то побочных линий в отношении ны­не существующих человекообразных обезьян и отделив тем самым человека от этих форм животного царства [11; 19-20]. В данном историческом контексте соотношение возраста жизни на Земле (3,9 млрд. лет) с возрастом человеческого рода (12 млн. лет) даст пропорцию 1:325. Как и в первом случае, мы наблюдаем здесь явное замедление скорости эволюционного процесса по сравнению с предшествующим этапом перехода от физической к биофизической форме эволюции, что расходится с эмпирически наблюдаемым фактом ускорения эволюционного процесса.

Наши сомнения в достоверности, объективной обоснованности нынешних показателей возраста Вселенной еще более окрепнут при соотнесении длительности биосоциального существования чело­веческого рода, представленной величинами в 2 и 12 млн. лет, с возрастом «социализированного че­ловечества», отсчитываемого от времени появления примерно 38 000 лет назад «человека разумного» [11, 16; 171-172, 174, 203]. Такое соотнесение даст нам, соответственно, пропорции 1:53 и 1:316. Данные результаты свидетельствуют о нарастании темпоральной динамики мировой эволюции в сравнении с предшествующей «биотической» фазой, не подтверждая возникающее из современных показателей возраста Вселенной представление о замедлении темпов эволюционного процесса. По­чему же нарастающая динамика не обнаруживается при переходе от космологической к биотической эволюции? Думается, что эти расхождения в темпоральных параметрах мировой эволюции обуслов­лены, прежде всего, несоответствием нынешних показателей возраста Вселенной реальной действи­тельности: представления науки о продолжительности жизни на Земле, длительности существования человеческого рода и исторических рамках социализированного общества — это в основном резуль­тат обобщений данных эмпирических наблюдений, тогда как выводы о возрасте Вселенной опирают­ся в значительной степени на умозрительные допущения, обладают значительно большей долей ги­потетичности и сомнительности.

Предполагаемое искажение в современной космологии объективных параметров возраста Все­ленной могло быть вызвано влиянием двух видов факторов — несовершенством экспериментальных средств фиксации физических явлений в процессе эмпирического познания действительности или же теоретической ограниченностью исходных утверждений в рациональной реконструкции предметного материала. Но экспериментальные установки и приборы наблюдения при всем их «несовершенстве» все же не могли вызвать такого резкого расхождения показателей эволюционной динамики на космо­логическом уровне, с одной стороны, и биотическом, «биосоциальном» и социальном — с другой. Поэтому главная причина предполагаемого «искажения» кроется, по-нашему мнению, в спекулятив­но-теоретических постулатах, гипотетических допущениях нынешних исчислений возраста Вселен­ной, не соответствующих действительному объективно-историческому содержанию мировой эволю­ции.

При определении возраста Вселенной существенным эмпирическим фактом послужило явление «красного смещения» в спектрах излучения (поглощения) электромагнитных волн окружающих нас галактик. На основе данного явления и была установлена зависимость скорости разбегания галактик от величины расстояния между ними [7; 175-176]. Но явление «красного смещения» может быть ин­терпретировано в двух различных теоретических моделях.

В одном случае оно может быть истолковано как «эффект Допплера», интерпретируемый на ос­нове СТО и характеризующий изменение длины волны сигнала излучающего тела при его движении относительно системы отсчета по сравнению с длиной волны в состоянии его покоя [3; 181]. «Изме­нение частоты периодического сигнала, обусловленное относительным движением источника и на­блюдателя, называется эффектом Допплера» [1; 196].

В другом случае «красное смещение» может быть интерпретировано как «гравитационный» эф­фект, как результат «затухания» частоты электромагнитных колебаний вследствие гравитационных взаимодействий. Такое понимание тесно связано с фридмановой моделью расширяющейся Вселен­ной и ОТО как ее теоретическим основанием. В этом случае утверждается не просто разбегание га­лактик в статическом пространстве, но признается также разрастание с течением времени самого про­странства, из-за чего общее время движения луча от источника к приемнику будет более продолжи­тельным по сравнению с величиной, определяемой лишь по эффекту Допплера [1; 261, 3; 18, 4; 84]. Расхождение между первоначальной величиной возраста Вселенной, полученной Хабблом, и совре­менной как раз и обусловлено тем обстоятельством, что в первом случае вычисление опиралось лишь на принципы СТО, тогда как во втором оно учитывало и принципы ОТО [1; 167, 254-255, 4; 84, 188, 6; 51-53, 102, 7; 176, 179-180, 183, 235-236, 9; 168-169]. Но так ли уж согласованы между собой идейные основания данных теоретических систем? Между принципами СТО и ОТО существуют глу­бокие качественные различия: ОТО освещает явления гравитации, а законы СТО описывают элек­тромагнитные процессы [13; 329-330]. В СТО пространственные размеры тела ставятся в зависи­мость от определений времени [14; I 12, 74, 155, 184]. По словам М.Планка, появление СТО «приво­дит к... революционному следствию, касающемуся понятия времени» [15; 64]. Если в СТО простран­ственные зависимости определяются на основе соотношений во времени, то для ОТО характерна первичная геометризация бытия, когда время становится четвертым измерением пространства. Про­странственно-временной континуум ОТО характеризуется тем, что «законы, управляющие поведени­ем... объектов, ... зависят от их местонахождения» [14; II 242]. «Не может быть пространства. без потенциалов тяготения. без них вообще оно немыслимо. Существование гравитационного поля не­посредственно связано с существованием пространства. Напротив, очень легко представить любую часть пространства без электромагнитного поля. природа электромагнитного поля вовсе не опреде­ляется природой. поля тяготения. Электромагнитное поле. определяется совершенно другой фор­мальной причиной» [14; I 688-689]. Если СТО полагает естественный характер прямолинейного дви­жения и постигает мир сквозь призму евклидовой структуры пространства, то в основаниях ОТО ле­жит представление о естественном характере римановой структуры пространства [14; I 452, 456, II 48-49, 124-125, 160, 223, 241, 423]. В значительной степени можно раскрыть ту роль, которую иг­рают пространственно-геометрические образы в построениях ОТО, высказыванием Эйнштейна по поводу построения единой теории поля. Сейчас, говорит он, «нам начинает казаться, что первона­чальную роль играет пространство; материя же должна быть получена из пространства, так сказать, на следующем этапе» [14; II 243].

Формальный аппарат релятивистских теорий допускает возможность построения различных мо­делей Вселенной, не позволяя разуму точно определить пространственно-временные параметры кос­мической реальности [6; 103-106]. Во-первых, Вселенную можно представить как замкнутую пуль­сирующую сферу, пространственные границы которой задаются законами сферической геометрии Римана. Во-вторых, ее можно истолковать как неограниченную расширяющуюся систему, свойства которой определяются принципами гиперболической геометрии Лобачевского-Больяи. И, в-третьих, она может быть понята как неограниченно расширяющаяся реальность с пространством нулевой кри­визны, свойства которого задаются постулатами геометрии Евклида. «Кривизна дает точную меру всемирного тяготения, а с ней и естественную меру хода времени повсюду во Вселенной» [4; 127].

Характер изменений Вселенной во времени можно было бы точно зафиксировать лишь при условии однозначного подтверждения одной из представленных моделей. «Точный возраст Вселен­ной мы могли бы определить, если бы удалось узнать, какая из моделей Фридмана соответствует действительности» [7; 183]. Сегодня такой выбор оказывается крайне сомнительным, так как обу­словлен распределением вещества во Вселенной, его средней плотностью, значение которой очень неопределенно [4; 153, 161]. Но если геометризация Вселенной на основе принципов ОТО не позво­ляет сделать однозначный вывод о ее динамике во времени, то единственным выходом из этого за­труднения остается путь, по которому пошел в свое время Хаббл, попытавшийся проинтерпретиро­вать красное смещение безотносительно к перепадам гравитационных взаимодействий и полагав­шийся в своих вычислениях на утверждения СТО об относительности, неразличимости покоя и рав­номерного «инерциального» движения и постоянстве скорости света в вакууме, равной 300 000 км/сек. Однако данные принципы в рамках намечаемого нами подхода должны быть скорректирова­ны в соответствии с той перспективой, которая была выражена геометрическими перестроениями образа Вселенной в уравнениях ОТО. Если СТО связана с представлением о действительности евкли­довой структуры пространства и естественности прямолинейного движения, то ОТО утверждает объ­ективную реальность римановой структуры пространства и тем самым признает естественность пе­ремещения объектов по искривленным мировым линиям. В рамках обобщенной релятивистской мо­дели Вселенной намечаемая коррекция концептуальных оснований измерения возраста Вселенной должна коснуться прежде всего принципа постоянства скорости света в вакууме.

Новые пути научно-философского моделирования мировой целостности. Основы совре­менной естественнонаучной картины мира были заложены около века назад в процессе создания А.Эйнштейном специальной и общей теории относительности. Рождение квантовой теории и откры­тие в физике элементарных частиц развили эвристические возможности релятивистской модели ми­ра, построенной на принципах относительности, постоянства скорости светового сигнала в вакууме, искривленности пространственно-временного континуума, дополнительности корпускулярных и волновых свойств бытия и неопределенности пространственно-временной локализации событий. Среди этих основоположений физической картины мира наибольшие сомнения в своей достоверно­сти вызывает у современных отечественных исследователей принцип постоянства скорости света в вакууме, как слишком жестко ограничивающий возможные реализации физических процессов.

Данный принцип, представляя фундаментальное положение СТО, остался нерушимым и в ОТО, придавая тем самым физический смысл евклидовой структуре пространства [1; 208, 219, 254, 6; 69]. Но в содержании ОТО принципы евклидовой геометрии характеризуют окрестности лишь бесконеч­но близких точек пространства, тогда как в общей форме метрика пространства ОТО определяется геометрией Римана. Однако в отношении характера распространения светового сигнала соответст­вующего обобщения осуществлено не было, в связи с чем процесс распространения потока света можно было трактовать лишь как набор бесконечно малых прямолинейных перемещений в римано- вой структуре пространства. Если строго следовать особенностям этой искривленной структуры про­странства, то надо признать, что принцип постоянства скорости света здесь уже перестает работать, требуя своего соответствующего обобщения. Гравитация, отметил в свое время М. Д. Ахундов, «воз­действует на распространение света. изгибает световые лучи. второй постулат оказывается невы­полнимым в присутствии гравитации, скорость света в пустоте лишается своей абсолютности и неиз­менности» [16; 201]. В таком случае при определении возраста Вселенной мы должны учитывать вы­раженную в ОТО тенденцию к преодолению постулата о постоянстве скорости света в вакууме.

Нарушение принципа постоянства скорости света в условиях гравитационных взаимодействий признавал и сам А.Эйнштейн. Так, в статье 1917 г. «О специальной и общей теории относительно­сти» он констатирует, что «закон постоянства скорости света в пустоте, представляющий одну из ос­новных предпосылок специальной теории относительности, не может, согласно общей теории отно­сительности, претендовать на неограниченную применимость. Изменение направления световых лу­чей может проявиться лишь в том случае, если скорость распространения света меняется в зависимо­сти от места» [14; I 567]. В свете обобщенного содержания принципа относительности и представле­ния ОТО о «естественности» искривленной структуры пространства возникает необходимость заме­ны утверждения о постоянстве скорости света каким-то иным постоянным показателем, характери­зующим процесс распространения сигнала по искривленным мировым линиям. Таким постоянным показателем распространения светового луча в искривленном пространстве может служить, по нашему мнению, фиксированная величина ускорения сигнала, равная 300 000 км/сек2. Постули­рование постоянства ускорения светового сигнала в вакууме, как одно из гипотетических направ­лений в развитии концептуальных оснований современной научной картины мира позволяет снять теоретические ограничения на возможность реализации в физическом мире сверхсветовых скоростей [17; 90-99, 18; 153-166]. «Во всяком случае, — отмечал более 30 лет назад В.С.Барашенков,—     в настоящее время нельзя привести какие-либо абсолютные запреты для частиц со сверхсветовы­ми скоростями» [19; 99].

Интенсивно прорабатывает новое направление в моделировании физических процессов с потен­циалами сверхсветовых скоростей В.П.Олейник [20-22]. Возможности теоретического осмысления физических процессов в пространстве реализации сверхсветовых скоростей взаимодействия пред­ставлены в построениях информационно-вакуумной картины Вселенной Л.В.Лескова, связавшей низшие и высшие этажи мироздания энергетическим полем «мэона» [23, 24]. «Предполагается, — разъясняет О.А.Авченко содержание данной концепции, — что физическим референтом информа­ционного поля является мэон — семантически насыщенная структура квантового вакуума. Далее утверждается, что мэон может содержать неограниченно большой объем информации и взаимодейст­вовать с материальными объектами. ... При этом мэон, не находясь нигде в нашем материальном ми­ре, одновременно весь целиком присутствует повсюду, в каждой точке нашей четырехмерной Все­ленной. Наблюдатель воспринимает это свойство мэона как голографический принцип кодирования информации в семантическом пространстве наблюдателя. С точки зрения Л.В. Лескова, если в актах информационного обмена между наблюдателями в качестве посредника участвует мэон, то вполне можно ожидать необычных эффектов — передачи информации, превышающей скорость света на много порядков, «считывание» информации из прошлого, будущего или пространственно удаленной области и т.д. Давлением информационного потенциала можно объяснить формирование направле­ния вектора эволюции материального мира и возможное ускорение самого хода эволюции биосферы с течением времени» [25; 30].

По логике приверженцев «инфляционной теории» космогенеза П.Линде и Г.Гут, характеризует О.Базалук, революционные идеи современной космологии, развитие Вселенной в момент Большого Взрыва «не было связано с соблюдением принципа причинности и потому было допустимо любое превышение скорости» [26; 69]. Это предположение, являясь в основном результатом теоретического анализа проблем физики и космологии, находит свое определенное опытное подтверждение в резуль­татах ряда эмпирических наблюдений современной астрономии, зафиксировавших факт движения физических объектов со скоростью, превышающей величину 300 000 км/сек [1; 264-265, 4; 85-86]. «В 70-х годах при исследовании нескольких квазаров выяснилось совершенно поразительное обстоя­тельство: скорость. оказалась больше скорости C, причем в некоторых случаях достигала значение 20 С» [7; 169]. Исходя из гипотезы постоянства величины ускорения светового сигнала в пустоте (300 000 км/сек2) мы и будем решать проблему определения действительного возраста космологиче­ского расширения Вселенной.

Отправным пунктом наших вычислений будут сегодняшние представления о средней величине возрастания скорости разбегания галактик при увеличении расстояния между ними на 1 мегапарсек, т.е. о возрастании скорости на 75 км/сек. Поскольку эти данные не могут быть результатом непосред­ственных измерений, а определяются на основе сигнально-временных сопоставлений наблюдаемых событий, постольку сведем исходные величины к длительности времени, характеризующей продол­жительность пробегания светового луча по интервалу расстояния между телами. Это время мы най­дем по формуле Т = 2R: С, где R — расстояние между сопоставляемыми явлениями, проходимое лу­чом света от одного из них к другому в одном направлении и составляющее величину в 1мегапарсек (3-1019км) Т — время, затраченное световым лучом на прохождение расстояния R между наблюдае­мыми событиями туда и обратно, С — скорость света, равная 300 000 км/сек (мы пока вынуждены использовать постулат о постоянстве скорости света, чтобы в дальнейшем, получив исходную, «базо­вую» величину времени, ввести в собственные вычисления постоянную величину ускорения светово­го сигнала в вакууме). В результате вычисления мы получаем: Т = 2-3-1019км: 3-105км/сек = 2-1014сек. Вот то время, опираясь на которое наш гипотетический предшественник по вычислениям мог полу­чить величину в 1 мегапарсек расстояния при допущении равенства скорости света 300 000 км/сек. Мы же, исходя из установленного времени, должны определить величину R1 на основе постулирова­ния постоянства ускорения светового сигнала, равного 300 000 км/сек2. В предполагаемом вычисле­нии R1 будет представлять расстояние между соотносимыми телами, которое пройдет луч света в од­ном направлении при постоянстве своего ускорения и при условии, что полное время его движения туда и обратно составляет величину Т = 2-1014сек. При этом полное расстояние, пройденное лучом с постоянным своим ускорением, будет найдено по формуле: S = (АТ2): 2, где S — полное расстояние, А — постоянная величина ускорения светового сигнала, равная 300 000 км/сек2, а Т — полное время движения светового луча туда и обратно. В таком случае наши вычисления дадут следующий резуль­тат: S = 3-105км/сек2-(2-1014сек)2 : 2 = 6-1033км. Тогда величина Ri будет составлять половину полного расстояния S: R1 = 6-1033км: 2 = 3-1033км.

Теперь вычислим время t1, соответствующее отрезку времени на прохождение лучом света по­ловины полного расстояния от начального пункта движения при постоянстве ускорения светового сигнала. Для этого составим следующее уравнение: At12: 2 = AT2: 2 - At12: 2. Сокращение одинаковых знаменателей в правой и левой частях даст нам отношение: At12 = AT — At12. Сокращение одинако­вых множителей в правой и левой частях приведет к равенству: t1 ! = T2 — t12. В итоге мы получаем соотношение: 2t12 = T2. В таком случае искомую величину можно получить по формуле: t1 = V(T2: 2) или t1 = T: V2. Тогда получаем: t1 = 2-1014сек: V2 = ^2-1014сек.

Затем приступим к переводу величины возрастания скорости разбегания галактик в соответст­вии с постулатом постоянства ускорения светового сигнала. Для этого необходимо исходную вели­чину возрастания скорости разбегания галактик также свести к показаниям времени. Нам известно, что средний прирост скорости при увеличении расстояния между галактиками на 1 мегапарсек, т.е. на 3-1019км, равняется по современным данным величие V0=75 км/сек. При этом данному увеличению расстояния соответствует при постоянстве скорости света определенный интервал времени: T0 = R : С = (3-1019км): (3-105 км/сек), т.е. T0 = 1014сек.

В таком случае дополнительное расстояние, на которое увеличивается расстояние между галак­тиками за счет прироста скорости их взаимного разбегания, составит величину: S0 = V0T0 или S0 = 75-1014км. Вычислим промежуток времени, соответствующий приросту этого дополнительного расстояния при условии постоянства скорости света и прохождения светового сигнала по этому рас­стоянию туда и обратно. Это полное дополнительное время составит величину: T1 = 2S0 : C или T1=(2•75•1014км): (3-105км/сек)=5-1010сек. Теперь, исходя из полной величины дополнительного вре­мени, определим то расстояние, которое мог бы пробежать луч светового сигнала в одну сторону от начального пункта при постоянстве своего ускорения. Эта величина S1 составит прирост расстояния между галактиками за счет возрастания их скорости при постулате постоянства ускорения светового сигнала: S1 = / • AT12: 2 = 1/2-(3-105км/сек2)-(5-1010сек)2: 2 = (75-1025км): 4 « 1,875-1026км.

По полученному «действительному» приросту расстояния за счет возрастания скорости разбега- ния галактик и «действительному» времени, соответствующему данному приросту расстояния, мож­но определить среднюю величину «действительного» прироста скорости: V1 = S1: t1 = 75-1025км: 4^1014сек = (751011) км: (4-V2) сек. В таком случае время космологического расширения Вселенной с учетом постоянства ускорения светового сигнала составит величину: T1 = 1: H = 1: (V1: R1) = R1 : V1 = 34033км: [(751011): 4^2 км/сек] = 16 V21020 сек. При приблизительном равенстве одного года ин­тервалу времени величиной 31-106 секунд возраст космологического расширения Вселенной составит приблизительно 7,29-1013 лет.

Но этот возраст определен нами на основании сегодняшних представлений о зависимости между скоростью разбегания галактик и расстоянием между ними. Однако данные представления, как мы уже говорили, формируются на довольно шатком теоретическом основании, представленном грави­тационными параметрами красного смещения и неопределенностью действительных величин сред­ней плотности вещества во Вселенной. Поэтому в теоретическом плане более обоснованным выгля­дит результат, полученный самим Хабблом, определившим прирост скорости разбегания галактик на 1 мегапарсек возрастания расстояния между ними в 560 км/сек. На основе этой первоначальной вели­чины вновь определим возможный возраст расширения Вселенной при условии постоянства ускоре­ния светового сигнала в пустоте. Тогда: S„ = VqT0 = 560 км/сек-1014сек =56-1015км. В соответствии с этим устанавливаем новую величину полного дополнительного времени: T = 2S„: C = (2-56-1015км): (3-105км/сек) = (112-1010сек): 3 = 37,3-1010сек. Затем находим новую величину прироста расстояния между галактиками за счет возрастания их скорости при постоянстве ускорения светового сигнала: S = (/)-ATT2: 2 = /• (3-105км/сек2)-(37,3-1010сек)/2 = %^3^105^1391,29^1020км = %-4173,87-1025км « 1043,47^1025км. В результате получаем другую величину действительного прироста скорости: V = S: t1 = (1043,47-1025км): (^2-1014сек) = (1043,47-1011км/сек): V2 = 1/2-1043,47^2-1011км/сек « 738-1011км/сек. В итоге мы приходим к новой величине продолжительности космологического расширения Вселен­ной: Т = 1: H = 1: (V: Rj) = Rl V = (3-1033км): (738-101 км/сек) = (3 1022): 738 сек « 4,065-1019сек. В годах эта величина охватит отрезок времени длительностью приблизительно в 1,289-1012лет (1 трлн. 289 млрд. лет).

Какая же из полученных величин возраста космологического расширения Вселенной обладает необходимой мерой правдоподобия, в достаточной степени соответствует не только требованиям концептуально-логического единства научного знания, но и содержанию эмпирических обобщений? Решение этого вопроса предполагает строгое определение самого проверочного материала оценки наших гипотетических построений. Научная истина, как непротиворечивая система достоверных утверждений о предметной целостности исследуемой реальности, рождается в процессе согласова­ния, взаимной коррекции эмпирических суждений о фактах чувственного опыта, фиксирующих не­обходимое разнообразие в материале объективной действительности, и положений теории, призван­ных обозначить сущность, внутреннее основание наблюдаемых явлений и выразить их универсаль­ную взаимосвязь. Поскольку такая связь не является искусственной схемой, а представляет действи­тельную сущность исследуемых процессов, постольку она должна наблюдаться в содержании самого эмпирического материала. В этом плане эмпирический «факт» обладает в своей реальной «бытийст- венности» относительной автономией в структуре познания, первенствует в отношении абстрактных утверждений спекулятивно-теоретического сознания, способен продуктивно продвигать познание независимо от теоретического программирования, развивая полноту знания за счет своего объектив­но-исторического потенциала. В данном контексте следует признать оправданным, в случае сомни­тельности теоретических утверждений, непосредственное обращение познания к показаниям опыта как критерию достоверности научного знания. В соотношении мышления и бытия, воображаемой и реальной действительности наука, в отличие от мифо-идеологического сознания, отдает предпочте­ние объективно-историческим свидетельствам материального мира. «Реалистическая теория позна­ния, — обозначает Бердяев объективные границы рационального мышления, — должна признать примат бытия над мышлением. Мы мыслим по законам логики потому, что живем в данных формах бытия» [27; 57].

Объективно-исторические ритмы темпоральной динамики мировой целостности. Воз­никшие сомнения в объективной обоснованности сегодняшних показателей возраста Вселенной, по­лученных на основе спекулятивно-теоретических построений, заставляют нас обратиться к данным эмпирических наблюдений с целью выявления в их содержании действительных параметров мировой эволюции. Но при этом сама действительность должна выступать в содержании научного опыта в своем максимально обобщенном виде. Учитывая это, мы будем руководствоваться при оценке необ­ходимой полноты эмпирических данных рядом методологических требований: 1) «фактичности» (эмпирической наблюдаемости); 2) всеобщности (максимальной широты наблюдаемых зависимо­стей); 3) строгости (непротиворечивости, соответствия фиксируемых событий общей логике развития содержания); 4) простоты (минимума спекулятивно-теоретических допущений).

Одной из «рационально-эмпирических» моделей мировой целостности является хронографическая картина эволюции структурных уровней материи, разработанная А.А.Мироненко [5; 13-14, 15, 28]. Ав­тор рисует многоуровневую картину генезиса организационных и управленческих структур матери­ального мира, наглядно раскрывающую закономерный процесс его поступательного развития от про­стого к сложному. Подчеркивая многокачественный потенциал исторического генезиса видов орга­низации материи, исследователь полагает в то же время наличие на каждом из уровней бытия неко­торой постоянной величины темпоральной динамики присущих ему организационных форм [28; 29]. Поскольку при переходе с одного уровня бытия на другой происходит усложнение способов органи­зации материи, постольку развитие ее содержания обнаруживается в удвоении скорости эволюцион­ных изменений по сравнению с предшествующим этапом. «Из этого следует, что время развития (длительность) определяющей роли каждого данного уровня вдвое меньше предыдущего, а после­дующего — вдвое меньше данного» [28; 29]. Однако установленная исследователем регулярность в темпоральной динамике мирового развития тут же претерпевает у автора существенную деформа­цию, эмпирическую «поправку», отвергающую логику соответствия усложнения и ускорения эволю­ционного процесса. Чрезмерная усложненность, искусственность предлагаемой схемы расчета миро­вого времени становится очевидной при моделировании автором параметрических факторов общест­венной жизни [28; 47-50].

Стремление к определению универсальных параметров социального развития обнаруживается в программе математического моделирования общественной жизни С.П.Капицы. При этом инте­гральным показателем социальной динамики для него служит рост численности народонаселения [29; 207-208]. Найденный закон «квадратичного роста», по мнению С.П.Капицы, удовлетворяет тре­бованиям формального единства реализуемого процесса, его независимости от локальных условий окружающей среды [29; 220-221]. Однако автор, определив математический алгоритм роста числен­ности населения в мире, тут же вынужден ввести эмпирические поправки и ограничить действие за­кона внешними обстоятельствами. Следовательно, разработанная С.П.Капицей модель «квадратично­го роста» населения Земли сама должна опираться на прочное эмпирическое основание, обладающее действительно всеобщей необходимостью, самоочевидной достоверностью [29; 223-224].

Свою версию глобальной модели мировой темпоральности — «вселенского времени, геологиче­ского времени, оси истории человечества» — разрабатывает А.Е.Кулинкович [30]. «Применительно к проблемам геологии эта версия легла в основу конкретных методик, существенно важных при поис­ках и разведке месторождений нефти, газа, угля — методик «геотаймерного анализа». В литерату­ре. эта версия «уравнения Рока» получила название «уравнения Хлебникова-Кулинковича»» [31].

Характерные контуры действительно всеобщей зависимости были намечены в материале живой природы Ф.Энгельсом, увидевшим здесь действие закона постоянства ускорения биотической эво­люции: «По отношению ко всей истории развития организмов надо принять закон ускорения пропор­ционально квадрату расстояния во времени от исходного пункта» [32; 620]. Эта установленная Ф.Энгельсом эмпирическая закономерность с некоторым уточнением может быть экстраполирована на всю доступную нашему наблюдению Вселенную: по отношению ко всей истории мировой целост­ности следует принять закон циклического ускорения эволюционного процесса пропорционально двойному расстоянию по времени от исходного пункта» [33; 35, 34]. В соответствии с данным обоб­щением можно построить математическую прогрессию темпоральной динамики мировой эволюции в ее ретроспективной направленности от настоящего к прошлому. Исходной мерой намечаемой ис­торической ретроспекции будет интервал времени в 1 век (100 лет). Отложим последовательно 6 отрезков мирового времени, из которых каждый последующий в ретроспекции этап будет охваты­вать удвоенное время предшествующего. Сумма элементов данного числового ряда — 1, 2, 4, 8, 16, 32 — составит 6 300 лет, указывая в своем итоге на такой узловой момент истории человечества, как становление на рубеже V-IV тыс. л. до н. э. раннеклассовых цивилизаций Востока — Древнего Егип­та и Месопотамии. Если к полученной сумме в 63 столетия прибавить десятикратное увеличение 6-го шага нашей прогрессии (320 веков), то полученная величина в 38 300 лет будет соответствовать при­мерному возрасту «человека разумного», определившего идеальные перспективы социально­исторической практики человечества и создавшего современную техногенную цивилизацию.

Повторим ту же процедуру, но уже с единицей измерения, равной десятикратному увеличению 6-го шага первого числового ряда (32 000 лет): 32, 64, 128, 256, 512, 1024. Сумма этих величин обо­значит отрезок мировой истории в 2 016 000 лет. Согласно данным современной антропологии при­мерно 2 млн. лет назад на Земле появились первые представители человеческого рода, возник вид «человека умелого». Если сложить полученный результат (2 016 000) с десятикратным увеличением 6-го шага данного числового ряда (10 240 000) и возрастом «социализированного человечества» (38 000), то величина в 12 294 000 лет будет указывать на период существования в истории земной фауны такого ископаемого вида антропоидов, как «рамапитек», отделившего около 12 млн. лет назад человека от ныне существующих человекообразных обезьян, ставшего прародителем человеческого рода.

Проделаем вновь вычисления, но уже с исходной единицей, равной десятикратной величине 6-го шага предшествующего ряда (10 240 000 лет): 10 240, 20 480, 40 960, 81 920, 163 840, 327 680. Сумма величин этого ряда (645 120 000 лет) указывает на эпоху кардинального преобразования в развитии живой природы, обозначившую переход от примитивных форм жизни к сложноорганизованным, це­лостным существам животного мира. Если к этой величине (645 120 000) прибавить десятикратное увеличение 6-го шага данного ряда (3 276 800 000 лет) и возраст человечества в его максимальных границах (12 294 000 лет), то интервал в 3 934 214 000 лет укажет в общих чертах длительность су­ществования жизни на Земле.

Достаточно «точные» попадания установленной прогрессии в узловые точки мировой эволюции, характеризующие «социальную» историю человечества, его биосоциальную предысторию и биотиче­скую эволюцию, позволяют предположить, что на следующем этапе наших построений мы должны будем зафиксировать начальный момент физического зарождения Вселенной. Проделаем еще раз ту же операцию, но с исходной единицей, равной десятикратному увеличению 6-го шага предшествую­щего числового ряда (3 277 000 000 лет): 3 277, 6 554, 13 108, 26 216, 52 432, 104 864. К сумме этих чисел (206 451 000 000 лет) прибавим десятикратное увеличение 6-го шага данного ряда (1 048 640 000 000 лет) и возраст существования жизни на Земле (3 934 214 000 лет). В соответствии с эмпирической логикой мировой прогрессии возраст Вселенной составит интервал времени в 1 259 000 000 000 (1,259-1012) лет. Эта величина, полученная индуктивным путем, находится в до­вольно близком соответствии с одним из результатов теоретических вычислений возраста Вселенной, полученным на основании постулирования постоянства ускорения светового сигнала в пустоте и ис­пользования первоначальных величин, характеризующих закон Хаббла. Имеющиеся здесь расхожде­ния оправдываются принципиальным «разрывом» между теоретическим описанием исследуемого процесса, допускающим его предельные состояния (в нашем случае такой идеализацией является до­пущение реальности нулевого объема Вселенной как исходного пункта ее эволюции, от которого и ведется теоретический отсчет времени), и действительным его протеканием, исключающим дости­жимость идеальных границ и не требующим в своей реализации всей продолжительности теоретиче­ски необходимого времени. «Возраст Вселенной, т.е. время, прошедшее с момента S=0 до настоящего момента, во всех случаях. меньше, чем 1: H» [27; 183].

Наше прочтение темпоральной динамики мировой эволюции при всей меткости математических попаданий в узловые точки исторического процесса все же остается в своей количественной форме довольно абстрактной моделью действительной истории, требуя дополнительного подтверждения своей эмпирической достоверности. Таким подтверждением будет служить ее качественная интер­претируемость. Проясним качественный смысл первого цикла представленной схемы: 1 — 2 — 4 — 8—      16 — 32. Эта последовательность обозначает продолжительность возрастных формаций в разви­тии мировой цивилизации. Так, современный «капиталистический» мир, рожденный в огне наполео­новских войн, существует около 2-х столетий (XIX-XX вв.). Предшествовавшее ему общество «про­свещенного абсолютизма» жило 4 ст. (ХУ-ХУШ вв.). Средневековье, утвердившись в полноте своей религиозной идеи в арабо-исламском натиске на древний мир, охватило 8 веков (VII-XIV вв.). Ан­тичное общество, взращенное эстетикой древнегреческого миросозерцания, пережило 16 ст. своей истории (X в. до н.э. - VI в. н.э.). Социальный уклад раннеклассовых цивилизаций эпохи бронзы («азиатский способ производства») просуществовал около 3-х тысячелетий (IV-II тыс.л. до н.э.), то­гда как «первобытнообщинный строй» времен Варварства растянулся на 30 тысячелетий — от появ­ления «человека разумного» до утверждения ремесленного способа хозяйственной деятельности в ходе овладения тайнами металлургического производства.

Соответствие величин геометрической прогрессии возрастным параметрам реальной истории мировой цивилизации позволяет сделать прогноз, что «посткапиталистическая» эпоха нарождающе­гося информационного общества продлится всего одно столетие, захватит лишь ХХ! в. «Так, мгно­венность распространения информации в сетевом обществе ведет к постоянно возрастающему уско­рению перемен на социальном уровне. Быстротечность становится новой временной размерностью со­временной жизни. Схождение многообразия с быстротечностью и новизной обусловливает кризис адаптации, который в условиях, диктуемых сетевой логикой, выводится на уровень резонанса» [35; 33]. Информационный глобализм ХХI в. преодолевает в своем максимуме порог времени как «протяжен­ной», длительной, растянутой реальности и определяет мир как чистый феномен творческой силы жизни, как непрерывное возрождение первородной энергии сущего из «небытия», из глубин мирово­го вакуума. Действительным выражением скрытых энергий «исторического вакуума» и становится глобальный социум, способный «разрядить» свой свободный потенциал и в разрушительном взрыве новой мировой войны, и в созидательном преображении действительности. В контексте наблюдаемо­го сжатия социально-исторического времени в интервал нулевой длительности онтологическая структура времени теряет качественную однородность, однозначную непрерывность и становится дискретным пространством разнородных сил, антиномических возможностей, действительная дина­мика которых будет определяться потенциалом духовной свободы человека в претворении желанного будущего, когда ход мирового времени оказывается производной функцией очеловеченного про­странства.

Таким образом, темпоральная динамика мировой целостности обозначает реалиями глобального социума точку бифуркации в историческом развитии человечества — перехода от естественной не­обходимости к творческой свободе, к сознательному выбору своего будущего: свет творчества стано­вится направляющим лучом в утверждении вселенского будущего человечества.

Список литературы

1      ЛейзерД. Создавая картину Вселенной. — М.: Мир, 1988. — 324 с.

2       Лолаев Т.П. Свойства времени: их современная интерпретация // Философия и общество. — 2005. — № 4(41). —С.   158-171.

3       Спитцер Л. Пространство между звездами. — М.: Мир, 1986. — 182 с.

4        ЧернинА.Д. Физика времени. — М.: Наука, 1987. — 224 с.

5       ЕфремовЮ.Н. В глубины Вселенной. —3-е изд., перераб. — М.: Наука, 1984. — 223 с.

6       ВладимировЮ.С., МальцевН.В., Хорски Я. Пространство, время, гравитация. — М.: Наука, 1984. — 204 с.

7       НарликарДж. Неистовая Вселенная. — М.: Мир, 1985. — 256 с.

8       НовиковИ.Д. Как взорвалась Вселенная. — М.: Наука, 1988. — 176 с.

9       Еремеева А.И. Астрономическая картина мира и ее творцы. — М.: Наука, 1984. — 224 с.

10   ХоровицН. Поиски жизни в Солнечной системе. — М.: Мир, 1988. — 187 с.

11    Борисковский П.И. Древнейшее прошлое человечества. — 2-е. изд. — М.: Наука, 1980. — 240 с.

12    КозловаМ.С. Эволюция человека: прошлое, настоящее, будущее. — М.: Наука, 2005. — 110 с.

13    ЛьоцциМ. История физики. — М.: Мир, 1970. — 464 с.

14     Эйнштейн А. Собрание научных трудов. — М.: Наука, 1965-1967. — Т. 1. — 1965. — 700 с.; Т. 2. — 1966. — 878 с.; Т. 4. — 1967. — 599 с.

15    ПланкМ. Единство физической картины мира. — М.: Наука, 1966. — 287 с.

16    АхундовМ.Д. Проблема прерывности и непрерывности пространства и времени. — М.: Наука, 1974. — 256 с.

17    Молчанов Ю.Б. Принцип причинности и гипотеза сверхсветовых скоростей // Вопросы философии. — 1976. — № 5.—   С. 100-110.

18    Молчанов Ю.Б. Сверхсветовые скорости, принцип причинности и направление времени // Вопросы философии. — 1998. — № 8. — С. 153-166.

19    Барашенков В.С. О возможности элементарных процессов со сверхсветовыми скоростями // Вопросы философии. — 1976. — № 5. — С. 90-99.

20     Олейник В.П. Новая интерпретация релятивистской физики. Об одном из глубочайших заблуждений ХХ века // Фи­зика сознания и жизни, космология и астрофизика. — 2007. — Т. 7. — № 4(28). — С. 32-64.

21     Олейник В.П. Новый подход к проблеме движения: ускоренные движения по инерции // Физика сознания и жизни, космология и астрофизика. — 2009. — № 3. — С. 24-56.

22     Олейник В.П. Фундаментальные проблемы физики: сверхсветовая коммуникация, активные тепловые машины, без- опорное движение // Физика сознания и жизни, космология и астрофизика. — 2008. — Т. 8. — № 4(32). — С. 48-57.

23     Лесков Л.В. На пути к новой картине мира [Электронный ресурс] // Режим доступа: lib.autsider.ru/item.php? file=nauka_31 &ext=txt/.

24     Лесков Л.В. Нелинейная Вселенная: новый дом для человечества. — М.: Экономика, 2003. — 445 с.

25    Авченко О.А. Прозрение Пьера Шардена // Философия и космология. — Спецвыпуск № 2. — Универсум-Винница; Пороги-Днепропетровск, 2005. — С. 12-35.

26    Базалук О. Модели мироздания // Философия и космология. — Спецвыпуск № 2. — Универсум-Винница; Пороги- Днепропетровск, 2005. — С. 67-89.

27    БердяевН.А. Философия свободы // Сочинения. — М.: Раритет, 1994. — С. 11-244.

28    Мироненко А.А. Эволюция уровней организации материи. — Южно-Сахалинск, 2000. — 64 с.

29    Капица С.П., Курдюмов С.П., Малинецкий Г.Г. Синергетика и прогнозы будущего. — 2-е. изд. — М.: Эдиториал УРСС, 2001. — 288 с.

30     Кулинкович А.Е. Прогноз истории человечества в третьем тысячелетии н. э.: Доклад лауреата медали Н.Д.Кондратьева // Тенденции и перспективы социокультурной динамики. — М., 1999. — С. 41-77.

31    Кулинкович А.Е. Системогенетика и фундаментальная революция в философии [Электронный ресурс] // «Академия Тринитаризма». М., Эл. № 77-6567, публ. 10417 — 14.05.2003. Режим доступа: trinitas.ru/.

32    Энгельс Ф. Диалектика природы // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. — 2-е изд. — Т. 20. — М.: Госполитиздат, 1961.—   С. 343-626.

33     Гореликов Л.А., Мавдрик О.Д., Трунов А.В. Возраст космологического расширения Вселенной в свете некоторых фи­лософских допущений / М-во просвещения УССР, Криворож. гос. пед. ин-т. — Кривой Рог, 1990. — 41 с. — Деп. в ИНИОН АН СССР 18.01.90. № 40730.

34    Гореликов Л.А. Возраст Вселенной в современной научной картине мира // Пространство и время в научной картине мира: Сб. науч. тр. / Башк. гос ун-т им. 40-летия Октября. — Уфа, 1991. — С. 88-91.

35    ХряпченковаИ.Н. Тревожные тенденции глобальной информатизации // Полигнозис. — 2003. — № 4. — С. 28-35. 

Фамилия автора: Л.А.Гореликов
Год: 2011
Город: Караганда
Категория: Философия
Яндекс.Метрика