Проблема межкультурного диалога и культурного плюрализма в социальной философии Франкфуртской школы.

Мы живем в кризисные времена, появление которых, на наш взгляд, подготовлено всем ходом человеческой истории в результате целенаправленной деятельности по пути преобразования окру­жающего мира. Используя свой разум, человек расширял знания о мире, увеличивал свое влияние на природу, с помощью науки и техники все более изменял материальные условия своей жизни, но при этом в своем духовном развитии не достигал такой индивидуально-нравственной и общественно­ответственной позиции, благодаря которой социальная организация человечества могла бы создавать условия для полноценного и всестороннего развития каждого человека. Напротив, сегодня мы кон­статируем, что необычайное ускорение материально-технического прогресса человечества привело к опасному разрыву, несоответствию между ним и другими сферами социального и культурного разви­тия, между производственной и духовно-нравственной жизнедеятельностью человека. Естественные науки и основанная на них техника оставили далеко позади науки о человеке, морали и обществе, научно-техническая культура осталась не подкрепленной в должной мере соответствующей культу­рой разумной и гуманной организацией человеческой жизни, общественных и межчеловеческих от­ношений. Человечество сегодня страдает не столько от недостатка научных знаний или отсутствия научно-технических и культурных средств, необходимых для решения насущных жизненных про­блем, сколько от недостатка мудрости и воли употребить могучие средства созидания современной цивилизации на благо человека и всего человечества.

Положение человека в условиях современного научно-технического развития и культурных пе­ремен показывает, что дальнейший прогресс мирового сообщества возможен и необходим лишь на основе опережающего социально-политического, духовного и нравственного развития общества и человека. Все более становится очевидным, что сегодняшние многочисленные кризисы — экологии, моральной жизни, экономики, внутренней и внешней политики — в своей последней основе являют­ся выражениями общего духовного кризиса. С нашей точки зрения, коренная особенность этого, наи­более значимого из всех кризисов состоит в утрате доверия к человеку, что с особой остротой прояв­ляется во взаимном недоверии отдельных социальных общностей, противостоянии культурных тра­диций, «столкновении цивилизаций», военных конфликтах. В нашем понимании состояние всеобще­го взаимного недоверия является результатом противоречивого характера процесса глобализации, который сопровождается радикальными переменами в социальной и культурной жизни, переоценкой устоявшихся ценностей и идеалов, привычных убеждений и представлений, поисками новых смыс­ложизненных ориентиров. Эти изменения по-разному влияют на страны и народы современного ми­ра, требуя практического определения людьми своего места в условиях существенного ослабления и разрушения архаичных этнических, национальных и религиозных институтов, некогда автоматически регулировавших жизненные процессы различных общностей, направлявших их деятельность и пове­дение. Высвобождение людей из-под власти этих институтов, авторитарного светского и религиозно­го сознания, распространение критического образа мышления не только способствовали утвержде­нию новых возможностей для свободного и творческого развития человека, но и, возложив на его плечи всю ответственность за принимаемые решения, открыли немалые возможности для стихийных форм его индивидуального самовыражения, входящих в противоречие с интересами других членов социума и общечеловеческими ценностями.

Таким образом, разработка коммуникационных технологий и диалогических форм взаимодейст­вий народов, государств, а также практическая реализация идеи межкультурного диалога и культур­ного плюрализма как неконфликтного существования в одном социальном пространстве многочис­ленных разнородных культурных сообществ — среди самых актуальных проблем современного че­ловечества. Одну из первых попыток проанализировать новую социальную и культурную ситуацию с социально-философских позиций предприняли представители Франкфуртской школы, которая заяви­ла о себе в философии ХХ в. как критическая теория высокоразвитого индустриального общества. Ее ведущие представители — М.Хоркхаймер, Т.Адорно, Г.Маркузе, Э.Фромм, Ю.Хабермас — видели свою основную задачу в том, чтобы, переосмысливая традиционный критический подход философии к анализу действительности, в первую очередь, применять его к анализу наличных общественных отношений. Поэтому, прежде всего, отметим, что представители этой школы формировались как мыслители в условиях социально-культурной обстановки западной буржуазной действительности, что видно по тематике их исследований, связанных с озабоченностью перспективами развития запад­ной культуры и цивилизации. Главными темами их философствования стали: исследование европей­ской культуры и рациональности с позиций глобальной проблематики и критического переосмысле­ния истоков цивилизации, понимание неразрывной связи между принципом господства человека над природой и принципом господства человека над своей внутренней природой, разработка новых принципов рациональности, помогающих уйти от «одномерности» общества и человека и создать новое плюралистично-коммуникативное мышление. Вслед за экзистенциализмом они утверждали извечность и непреодолимость противоположности между первично свободным самосознанием ин­дивида и теми навязанными ему формами общественного сознания, в которых протекает реальное существование его «я». Не господство капиталистических производственных отношений, а господ­ство «одномерного сознания», т.е. его социальная обусловленность, оказывается первопричиной всех противоречий и бед высокоразвитого индустриального общества. Следовательно, критике необходи­мо подвергнуть общественный характер производства и сознания, науку и технику, выступающие не столько в качестве производительной силы, сколько в роли новой, всех подавляющей и подчиняющей идеологии. По-новому следует трактовать и историю человечества, а именно как историю все увели­чивающегося отчуждения, но не столько отчуждения труда, сколько отчуждения сознания.

Согласно основной теоретической посылке социальной философии франкфуртцев, первоначаль­но свободный человек включается в общество посредством подавления и извращения его естествен­ных потребностей путем подчинения его инстинктов требованиям общества, замены естественных потребностей и побуждений искусственной «культурой», подчиняющей сознание навязанным извне нормам, принципу «расчета», необходимости «достижения успеха» в производственной и общест­венной деятельности, «принципу реальности», отвергающему как утопию его свободные мечты. С этой позиции осуществляется философская критика позитивизма, прагматизма, догматического рационализма и предлагаются новые мировоззренческие ориентиры. Уже в первом крупном произве­дении Франкфуртской школы — «Диалектике Просвещения» его авторы М.Хоркхаймер и Т.Адорно размышляют об опасности саморазрушающей силы человеческого разума вследствие покидания мыслью своей родной критической стихии [см.: 1; 9-11]. Стремление человека, используя разум, по­корить, подчинить природу своим целям, в конечном счете, всегда подчиняет человека «логике гос­подства», порождаемой «инструментальным разумом». Технократическое отношение человека к природе и к самому себе находит в атомной бомбе, в манипулировании сознанием людей, в господ­стве отчужденного сознания и в определяемом этим сознанием отчужденном общественном бытии свои крайние и непреодолимые проявления. «Мы, по сути дела, — пишут М.Хоркхаймер и Т.Адорно,—    замахнулись ни больше ни меньше как на то, чтобы дать ответ на вопрос, почему человечество, вместо того чтобы прийти к истинно человеческому состоянию, погружается в пучину нового типа варварства» [1; 8]. Вера в прогресс науки и техники, возникшая в эпоху Просвещения, в условиях ин­дустриальной цивилизации и буржуазных общественных отношений превращается в вид «ложного сознания», отрицающего и не желающего видеть противоречия этого прогресса. Более того, по мере развития средств массовой информации, значительно возрастает манипуляция умами людей, подав­ление индивидуальности, навязывание массовой культуры и утверждение «культа потребления». «Сегодня регрессия масс — это неспособность собственными ушами слышать неслышимое, собст­венными руками дотрагиваться до неосязаемого, это — новый вид ослепления, который приходит на смену любой из побежденных форм мифического ослепления» [1; 54].

Возможность изменения данной ситуации философы Франкфуртской школы связывают с разра­боткой стратегии «массового просвещения», суть которой заключается в борьбе против деполитиза­ции общества, против аппарата манипуляции сознанием населения, уводящей гражданскую актив­ность либо в приватную сферу, либо направляя все ее усилия в русло политических суждений правя­щих кругов. Но данная борьба невозможна силами прежних политических форм, поскольку совре­менное «корпоративное» государство, опирающееся на «интегрированное молчаливое большинство», обладая огромной изощренной машиной духовного и физического подавления, раздавит любой поли­тический протест. Кроме того, политические формы институционализируют протест, придают ему бюрократический характер и тем самым возвращают его в легитимные рамки, разрешенные государ­ством. Поэтому подлинная борьба за создание разумного, сознательного, «здорового» общества, ос­нованного на диалоге и плюрализме, предполагает изменение самого человека, его образа жизни, культуры.

По мнению таких представителей Франкфуртской школы, как Э.Фромм и Г.Маркузе, созданию подлинно свободного общества должен предшествовать полный разрыв в сознании человека с его прошлым и настоящим. Это обусловлено тем, что антигуманизм современного общества находит свою опору в поведении самого человека, его «социальных инстинктах». Экономика и политика вы­сокоразвитого индустриального общества не только сформировали «потребительский» образ мыслей и психологический тип человека, но и проникли в его физиологическую натуру, сделав потребность «иметь», «использовать» и «постоянно обновлять» вещи биологической потребностью человека. Вследствие этого, утверждает Г.Маркузе, «сама» природа человека «восстает» против любых пере­мен, «угрожающих современному буржуазному обществу» [цит. по: 2; 338]. Поэтому, заявляет он, несмотря на то, что причины, сделавшие историю человечества историей господства и рабства, явля­ются экономическими и политическими, никакие экономические и политические изменения не смо­гут положить конец отношениям господства и подчинения, пока не будут раскрепощены внутренние биолого-эстетические потребности людей, пока носителями этих изменений не станут люди, «фи­зиологически и психологически подготовленные к тому, чтобы их отношения к вещам и друг другу исключали элементы насилия и эксплуатации» [цит. по: 2; 340].

Э. Фромм связывает построение гуманистически развитого «здорового общества» с радикальны­ми преобразованиями во всей социальной структуре, в результате которых общество сможет разви­вать «способность человека любить людей», стимулировать «созидательный труд, развитие разума, объективности, обретение чувства собственного Я, основанного на ощущении своих творческих сил» [3; 87]. Реорганизация социальной системы должна осуществляться, согласно Э.Фромму, в направле­нии освобождения человека от использования его как средства для внешних и чуждых ему целей, в создании такого социального строя, где чувства человеческой солидарности, разума и продуктивно­сти будут в полной мере соответствовать его «экзистенциальным потребностям». С этой целью Э.Фромм рекомендует ввести в социальную практику принципы «чистой демократии», дифференци­рующей и интегрирующей рациональную деятельность человека и государства через «публичное употребление разума». «Нам, — пишет он, — необходимо возвратиться к широким городским собра­ниям, к созданию тысяч небольших хорошо информированных групп, имеющих возможность обсуж­дать и принимать интегрирующие решения новой «народной палатой»» [3; 389]. Такое участие граж­дан в рациональном обсуждении насущных вопросов социального развития поможет в преодолении иррациональных, бессознательных импульсов в человеческом поведении и будет способствовать по­явлению «нового» человека, достигшего внутренней свободы и способного создать «здоровое», бес­конфликтное, динамичное общество. Именно в связи с этим в современной социальной философии особенно актуальными и злободневными становятся исследования по выработке таких систем ценно­стных ориентаций, которые, действительно, сближают все культуры на основе взаимопонимания и взаимоуважения.

Другой видный представитель Франкфуртской школы Ю.Хабермас направил свои философские усилия на разъяснение значимости для разумного переустройства общества развитых форм коммуни­кации людей. Именно понятие коммуникативной рациональности он считал главным в своем фило­софствовании [см.: 4; 109-111]. Суть коммуникативной рациональности, по Ю.Хабермасу, заключа­ется в организации диалога, ведущегося с помощью аргументов, позволяющих выявить общезначи­мое, нормативное в высказываниях. Если в диалоге обнаружена нормативность высказываний, то тем самым задана и нормативность поступков, следовательно, обеспечивается коммуникативная компе­тентность. Именно таким образом вырабатываются правила совместного общежития людей, беда ко­торых состоит не в том, что они в обществе теряют свою индивидуальность, а в том, что они страда­ют от недостаточной коммуникативной зрелости.

Особое внимание Ю.Хабермас уделяет теме диалога культур, поскольку со времени окончания Второй мировой войны и основания Организации Объединенных Наций мировое сообщество интег­рировалось в некую ассоциацию наций-государств не только в экономических взаимоотношениях, но также и через межкультурные контакты. Члены этой новой международной организации наиболее очевидно различаются по уровням социально-экономического развития, но они также отличаются своими культурными характеристиками и путями культурного развития. Ю.Хабермас подчеркивает, что современная экономика находится в таком положении, что здесь граждане обеспечены вполне достаточно и именно в этом смысле сохранение сильной государственной власти не является столь важным. Появление свободного рынка делает бесполезным регулирование в сфере экономики. Он сам все расставляет по своим местам и тем самым решает проблему справедливости и солидарности путем перераспределения материальных ценностей между странами в зависимости от вклада нацио­нальной экономики в интегрированную мировую экономику [см.: 5; 10-12]. Иное дело межкультур- ные отношения, в которых отказ от национальной культуры всегда ведет к деморализации общества, к чувству общественной неполноценности, которое, в конечном итоге, и делает общество неспособ­ным к защите своих национальных интересов, к отстаиванию своих социальных, экономических и политических интересов перед кем бы то ни было. Различные культуры ассимилируют и приспосаб­ливают принципы глобальных процессов своими собственными способами. Признавая существова­ние универсальных тенденций в эволюционировании мирового социального порядка, различные ци­вилизации реагируют на проявление давления с их стороны как на вызовы, требующие ответов исхо­дя из собственных культурных ресурсов. Диалог в условиях глобализации становится проблемой для взаимосвязанного и конфликтного мира, с решением которой связаны перспективы солидарности и справедливости в межкультурных коммуникациях. Культурное пространство современного челове­чества представляет собой нечто вроде общей арены, на которой разные цивилизации встречают одна другую по мере того, как они модифицируют это пространство собственными культурно­специфическими способами. В связи с этим культурные самоинтерпретации современности опирают­ся на различные традиции, порождают соперничающие социокультурные проекты и переплетаются между собой чрезвычайно различающимися способами. Однако взаимодействие конкурирующих культурных самоинтерпретаций современности оставляет открытым вопрос о том, способно ли это взаимодействие перерасти в плодотворный межкультурный диалог относительно единых правил гло­бального сосуществования.

Далеко идущие усилия в направлении конституционализации международного права могут рас­считывать на успех, только если мировое сообщество способно интегрироваться в культурном смыс­ле — т.е. через признание в различных культурах принципа солидарной ответственности за будущее цивилизации. Необходимо помнить о том, что только диалог способен привести к духовному единст­ву различные культурные традиции. Рациональный успех диалога состоит не в достижении одинако­вых взглядов на ситуацию, а в выработке терпимого отношения к чужим взглядам и убеждениям. Все участники диалога, сохраняя собственную культурную традицию, должны быть готовы рассматри­вать дискуссионные проблемы одновременно в своей собственной перспективе и в перспективе каж­дой из остальных сторон. Кроме того, договаривающиеся стороны должны быть готовы использовать только те аргументы, которые могли бы убедить любого в принципе, безотносительно к основным метафизическим или религиозным принципам его культурной основы [см.: 6; 10-14].

Ю.Хабермас, как и другие представители Франкфуртской школы, ищет новые подходы к реше­нию стоящих перед обществом задач, прежде всего социальных, которые «чисто» научным путем не решаются. Обращаясь к сфере культурного плюрализма, он предлагает рассматривать общество не как общественно-экономическую формацию, а как социокультурный феномен, который может быть адекватно интерпретирован посредством нравственно-социального анализа. Раскрывая новые усло­вия и роль человека в современном мире, Ю.Хабермас обращается к критическому самосознанию индивида, благодаря которому появится возможность раскрыть социальные и культурные механиз­мы, определяющие мировоззрение человека. Развивая тезис Т.Адорно о том, что «в неправильно по­строенной жизни не может быть правильной жизни» [7; 5], Ю.Хабермас предпринимает попытку выйти на новый познавательный опыт в сфере коммуникации, взаимодействия личностей, языкового общения, диалога культур. Новые идеи живут не в изолированном индивидуальном сознании челове­ка, оставаясь только в нем, они пропадают для культуры. Идеи начинают жить только тогда, когда они получают свое выражение в языке, становятся импульсом к общению, вступают в существенные диалогические отношения с другими чужими идеями. «Идея, напротив, отсылает к тому, что реально. Она открывает глаза. Она требует активно думать, чувствовать и видеть нечто такое, чего раньше не замечали», — отмечал Э.Фромм [8; 260]. Для достижения полного взаимопонимания сторон необхо­димо, прежде всего, достичь умения слушать другую сторону, а для этого следует начинать обсуждение, демонстрируя взаимную заинтересованность в иной интеллектуальной позиции, воспи­тывая «коммуникативную компетентность». Э. Фромм настаивал на том, что «по мере взаимного узнавания членами группы полемика будет утрачивать язвительный и лозунговый характер и будет из спора превращаться в диалог между человеческими существами. Хотя всегда будут существовать фанатики, более или менее больные и просто глупые люди, не способные принимать участие в такой полемике, можно создать такую атмосферу, которая без всякого принуждения сведет на нет воздей­ствие подобных людей внутри группы» [8; 195].

Таким образом, при формировании «здорового общества» необходимо уйти от принуждения, господства, насилия. Диалогизм — это такой способ общения, в котором постигается человек. Чело­века невозможно познать, если он сам не «высказал» себя, если он сам не стремится к диалогу с дру­гим. Чужое сознание нельзя анализировать и определять как объект, как вещь, с ним можно только диалогически общаться. Это означает, что не существует единой универсальной логики, логика все­гда индивидуальна и уникальна. Логика, взятая в своем максимально всеобщем смысле, есть логика максимальной единицы разума — логика культуры. Однако и логика каждой культуры представляет собой диалог иных культур, диалог всеобщих смыслов бытия. И вся противоречивость современной мировой ситуации связана с расширением и усложнением многополярного мира вопреки этой логике. Нет четкого представления о направлении развития, нет достоверного прогноза будущего. Царит пессимизм. Национальные культуры довольно часто демонстрируют нетерпимость друг к другу. Во взаимоотношениях между странами и народами преобладает «логика господства и подчинения», что отделяет их друг от друга все дальше и дальше.

Конфликты в современном мире нарастают и могут быть продолжены уже на уровне не только групп, но и культур и цивилизаций. Ю.Хабермас отмечает, что тема «борьбы культур» часто высту­пает как отвратительная маска, которая прикрывает материальные интересы Запада [9; 22]. В этом смысле «мировые войны есть продукт одной цивилизации — западной» [10; 13]. Независимо от того, с чьей стороны и в какой форме были начаты военные действия, они, фактически, представляют ущербную и извращенную форму утверждения преимущества какой-либо одной культуры над дру­гой. Поэтому, на наш взгляд, следует согласиться с выводом С.Халилова о том, что навязывание мно­гим странам ценностей только западной цивилизации представляет собой угрозу для развития мирно­го диалога культур. «Глобализация и есть распространение этих ценностей по планете, принятие их всеми или принуждение их принять» [11; 11].

То, что сегодня западная цивилизация претерпевает кризис, очевидно. Мир на пороге больших перемен. Первая половина XXI в. знаменуется завершением гегемонии западной цивилизации, кото­рая либо постепенно уступит свое место мультикультурной цивилизации взаимопонимания, чреватой богатством развития, либо, сопротивляясь конструктивному диалогу и формированию нового миро­порядка, породит новый межцивилизационный конфликт, угрожающий гибелью человечества. Это — переходный период, который мы все переживаем. Идет поиск путей взаимопонимания и взаимосо- гласия, осуществляется вступление в диалог, а в нем происходит реальное познание и понимание другой культуры. В этом процессе возникает потребность во взаимном обмене ценностями, посколь­ку стороны, участвующие в диалоге, понимают, что без позитивного восприятия ценностей другой культуры невозможно добиться принятия общности целей и задач. Каждое современное государство стремится быть конкурентоспособным в достижении своих целей на мировой арене, для чего заключает соответствующие международные договоры, определяет национальную стратегию, реали­зует соответствующую внешнюю политику. Ю.Хабермас отдает преимущество тем государствам, которые претворяют в жизнь политику диалогов и компромиссов, ищут новые формы государственного управления, создавая условия для применения процедур «дискурсивного волеобра- зования и изъявления» [12; 66]. Отношения между государствами должны строиться на принципах разумного компромисса. Ю.Хабермас подчеркивает, что сегодня все государства ради самосохранения должны подчиняться императиву, состоящему в том, что война уже не является средством разрешения конфликтов [13; 144]. Единственный способ устойчивого решения конфликтов—    это диалог. Никто и ничто не заслуживает большего доверия, нежели сами участники дискуссии. Они найдут ответы на все актуальные вопросы.

Таким образом, представители Франкфуртской школы предприняли ряд важных шагов на пути обоснования необходимости признания межкультурного диалога и культурного плюрализма в каче­стве методологии преодоления субъектно-объектной дуальности в социальном развитии. Вместе с тем современный мир все еще далек от понятия справедливого диалога. Все рассуждения о межкуль- турном диалоге становятся бессмысленными в случае сохранения «логики господства» одной страны или одной культуры над другой. Для организации подлинного диалога помыслы его участников должны быть чистыми.

На современном этапе развития человечества важно духовное восприятие мира, для чего в этот мир должен прийти новый человек. «Тот, кто правильно видит мир, — подлинный человек, новый философ, у него нет философии в классическом понимании слова. Такой философ тратит свои силы не на размышления: он, не размышляя, уже видит» [13; 223]. В таком контексте представляется необ­ходимым воспитание особого восприятия «иной» культуры (в самом широком смысле), не считая ее хуже, ниже по своему развитию, а просто «другой», которую надо понять и принять в целях осущест­вления мирного диалога.

References

1   Horkheimer M., Adorno T. Dialectic of Enlightenment. — Мoscow-St.P.: Medium; Yuventa, 1997. — 413 p.

2     The social philosophy of the Frankfurt School (Critical essays). Ed. board: B.N.Bessonov and oth. — Мoscow: Thought, Prague: Freedom, 1975. — 359 p.

3    Fromm E. A healthy society. The dogma of Christ. — l^oscow: АSТ: Tranzitkniga, 2005. — 571 p.

4    Habermas J. Democracy. Mind. Moral: Moscow’s lectures and interviews. — Мoscow: Kmi: ACADEMIA, 1995. — 245 p.

5    Habermas J. The involvement of the other. — St.P.: Aletheia, 2001. — 417 p.

6    Habermas J. Religion, Law and Politics. On political justice in a multicultural world-society // Polis. — 2010. — № 2. — P. 7-21.

7    Adorno T. Problems of moral philosophy. — l^oscow: Republic, 2000. — 239 p.

8    Fromm E. The revolution of hope. — Мoscow: Pub. АST, 2006. — 283 p.

9    Habermas J. Chopped West. — Мoscow: Pub. All the World, 2008 — 192 p.

10    Rustamov Y. Relations between civilizations. — Baku: Chashyogl, 2009. — 184 p.

11        Khalilov S. East and West: on the road to universal ideals. Philosophical studies. — Baku: Publ. University «Azerbaijan», 2004.—  212 p.

12        Habermas J. Reconciliation through the public use of reason. Notes on the political liberalism of John Rawls // Problems of Philosophy. — 1994. — № 10. — P. 53-67.

13    Ismailov F. Metaphysics of language. — Baku: Azerneshr, 2002. — 201 p.

Фамилия автора: Ф.Э.Худанлы
Год: 2012
Город: Караганда
Категория: Философия
Яндекс.Метрика