Артефакты ведической культуры на территории Средней Азии и Казахстана

В современном мире возрастает роль использования компаративистского метода исследований, сопоставляющего культурные и мировоззренческие аспекты древних цивилизаций. Особо актуальны исследования в сфере индоевропеистики, посвященной изучению общих цивилизационных корней индоевропейских народов. Открытия высокого научно-технического уровня древнеиндийской циви­лизации и ее лингвистическая и культурная связь с народами Европы побуждают современных уче­ных выявлять доказательства их культурного и генетического родства. В последние десятилетия по­является все больше работ, посвященных связям славянских и балтийских народов с ведической ци­вилизацией, в то время как выявлению культурной преемственности между ведической цивилизацией и древними жителями Средней Азии и Казахстана посвящено не так много исследований. Тюркский этнос традиционно не относится к индоевропейским. Тюркские языки также образуют самостоятель­ную языковую группу. По этой причине на настоящий момент компаративистские исследования ве­дической цивилизации и культуры тюркских народов незначительны. Тем не менее географически Средняя Азия и Казахстан — ближайшие соседи Индии с севера, их расположение значительно бли­же, нежели славянских, балтийских и европейских народов.

С точки зрения логики географическое расположение тюркских народов в обширном ареале ме­жду индоевропейскими народами наводит на мысль, что на их территориях и в их культуре также должны сохраниться следы ведической цивилизации, которая, может быть, дошла до нашего времени в меньшем объеме из-за отсутствия письменной культуры и номадического образа жизни.

Однако, на наш взгляд, в фольклоре, обычаях и религиозно-космологических представлениях тюрков можно обнаружить остатки ведической культуры, в глубокой древности присутствовавшей на территории Средней Азии и Казахстана. Целью настоящей статьи является анализ доказательств су­ществования ведической культуры в ареале современных среднеазиатских народов. Для достижения этой цели нами последовательно рассматриваются следующие вопросы:

  • -   археологические находки в Средней Азии и Казахстане, относящиеся к ведической культуре;
  • -   этнографические и культурные следы ведической цивилизации;
  • -   лингвистические исследования скифского и тюркского языков;
  • -   упоминания о саках и тюрках в ведической литературе.

Археологические находки в Средней Азии и Казахстане, относящиеся к ведической куль­туре. Согласно ведическому летоисчислению, ведическая цивилизация как политический конгломе­рат государств существовал на территории Евразии до 3012 г. до н.э., после которого он распался на ряд самостоятельных государств. Соответственно артефакты ведической цивилизации более законо­мерно искать в археологических данных, соответствующих эпохе бронзы в Средней Азии и Казах­стане.

Наиболее последовательным ученым, отстаивающим влияние ведической культуры на Казах­стан, является А.Танабаев — казахстанский исследователь, который с 1993 г. занимался изучением и реконструкцией Золотого человека, ставшего государственным символом Казахстана.

В результате многолетней работы А.Танабаев приходит к выводу, что Золотой человек является прямым наследием ведической культуры на территории Казахстана. Анализируя четыре с половиной тысяч сакральных знаков, составляющих костюм Золотого человека, ученый обнаружил в нем весь пантеон ведических дэвов-полубогов. Таким образом, наиболее знаменитый артефакт культуры Древнего Казахстана Золотой человек, по мнению исследователя-специалиста в этой сфере, принад­лежит к наследию ведической культуры.

Однако это не единственная археологическая находка, позволяющая проследить связь ведиче­ской и сакской культур. Сенсационным для Евразии было открытие древних усыпальниц на полуост­рове Мангышлак, сделанное археологом А.Астафьевым. Две гробницы, возраст которых датируется 2 тысячелетием до н.э., обнаруживают сходство с ведической космологией. Гробницы данного захоро­нения сделаны в форме яйца, в котором в позе эмбриона захоронены тела женщин. Поза эмбриона, по заключению археологов, свидетельствует о том, что древние жители Мангышлака верили в реинкар­нацию — переселение души — и воспринимали смерть как преддверие новой жизни. Удивление вы­зывает форма гробницы — яйцо, покрытое семью оболочками из разных материалов. Именно в веди­ческой космологии говорится о том, что Вселенная по своей форме представляет собой космическое яйцо, покрытое семью оболочками первоэлементов. Наличие в могиле ритуальной пищи свидетель­ствует, по мнению ученых, о проведении ведического ритуала культа Ямы. Другой аспект — крема­ция также наводит на мысль о принадлежности мангышлакского захоронения к ведической цивили­зации.

Кремация как ритуал захоронения повсеместно встречается в памятниках сакской культуры. В ведической культуре кремация была общеобязательным ритуалом, поскольку, согласно ведической религии, уничтожение тела в огне освобождает душу от привязанности к телу и позволяет ей отпра­виться в новый цикл перерождений. Обычай кремации существовал у славянских народов до их хри­стианизации и до ХУ в. — у балтов.

Свастика — символ ведической религии — неоднократно встречается на архитектурных памят­никах Средней Азии и Казахстана, украшая собой здания Бухары, мавзолей Ходжы Ахмета Яссави и предметы, найденные в Отраре. На территории Казахстана археологи находят свастики в погребениях эпохи бронзы на керамических изделиях и на украшениях (бляшках). Ведическая янтра Вишну, сим­волизирующая Бога, в виде гексаграммы встречается среди отрарской керамики.

Материальная природа описывается в Ведах как богиня Дурга со змеями в руках, которые оли­цетворяют время. Ритуальное изображение богини со змеями было найдено в тюркском поселении Алтын-Депе.

Полубоги Ашвини описываются в ведической традиции как близнецы в форме лошадей, везущих на колеснице дочь солнца. В казахстанских археологических находках неоднократно встре­чаются изображения коней-близнецов, впряженных в ритуальную колесницу. Они же присутствуют в экипировке Золотого человека.

Ведические артефакты в этнографии тюркской цивилизации. Этнографические исследова­ния традиций древних казахов также позволяют говорить об их генетическом родстве с ведической культурой. Анализ народных казахских обычаев свидетельствует о том, что в Казахстане дошли до наших дней и существуют ритуалы, схожие с древнеиндийскими.

В качестве примера можно привести сходство свадебного обряда в ведической и тюркской куль­турах. В ведической культуре свадьба — виваха-ягья — проводилась следующим образом. Невеста приходила к месту свадьбы с закрытым покрывалом лицом. Перед женихом, который ранее ее не ви­дел, покрывало снимали с лица. Отец невесты подводил ее к жениху. Затем жених и невеста семь раз обходили вокруг костра. Это означало, что последующие семь жизней они будут рождаться мужем и женой. Далее следовала ягья — сакральный ведический ритуал, когда жрец возливал масло в огонь, произнося соответствующие мантры, чтобы умилостивить Бога Вишну и полубогов и получить их благословение для новобрачных на счастливую семейную жизнь. После этого следовали многоднев­ные пиры и празднества, в ходе которых угощалось огромное количество людей. Подобные праздне­ства широко распространены в современной Индии.

Ритуальная сторона вивахи удивительным образом соответствует древнетюркским свадебным обрядам, согласно которым невеста также приходит с закрытым лицом, после чего происходит тор­жественная церемония бет ашар — открывание лица невесты. После этого жених и невеста 7 раз об­ходили огонь. Затем следовал обряд возливания топленого масла в огонь, сопрождаемый молитвами, обращенными к огню и Умай, о ниспослании семейного счастья молодоженам [1; 23]. Этот свадеб­ный ритуал практиковался в Казахстане еще в начале ХХ в., а в современную свадебную традицию от него вошел элемент «бет ашар».

Между ведической и тюркской традициями существует сходство в обычае для мужчин носить косичку на макушке головы. В ведической традиции это связывалось с символикой чакр. Согласно ведам, человеческое тело состоит из физического и астрального, связь между ними осуществляется через энергетические центры-чакры. Главная из чакр — сахасрара располагается в области темени. В ведической культуре для защиты у мужчин было принято оставлять в этой области пучок волос, име­нуемый шикхой. Эта же традиция осталась в культурах многих народов. В тюркской культуре у мужчин был обычай носить небольшую косичку айдар. Этнографические исследования казахских традиций показывают, что обычай носить айдар взрослыми мужчинами существовал в Казахстане до начала ХХ в. В современной казахской культуре он возрождается в виде моды оставлять косичку на макушке у маленьких мальчиков.

Технология устройства жилья древних казахов, юрты, по своим принципам напоминает ведиче­скую систему построения жилища Васту-шастру. Как и в ведических постройках, вход юрты был ориентирован строго на восток, центральная ее часть обозначалась шаныраком, открытым для цирку­ляции воздуха. В Васту-шастре центральная часть дома брахмастан также должна была быть открыта для воздуха и солнца. Деление юрты на сектора, в которых совершалась регламентированная дея­тельность, также соответствует ведическим принципам обустройства жилья. В казахской юрте муж­чинам отводилась правая сторона, женщинам — левая. Согласно йогическим принципам, канал муж­ской энергии расположен в правой части тела, а женской — в левой.

Лингвистические исследования скифского и тюркского языков. Исследования языка древ­них жителей Азии скифов и проблем его происхождения начались в ХІХ в. В это время выдвигалось большое количество точек зрения относительно того, к какой языковой семье принадлежал язык ски­фов. В результате многолетних исследований имен скифских царей ученые установили, что язык скифов относился к индоевропейской языковой семье. Скифо-сарматская ономастика ХХ в. развива­лась благодаря исследованиям В.Ф.Миллера, М.Фасмера, Я.Харматты и В.И.Абаева и других. На основе результатов исследований ученые пришли к выводу, что язык древних скифов и сарматов от­носился к индоевропейским языкам и, следовательно, соответствовал санскриту. Например, название Черного моря в Древней Греции звучало как «Понт Эвксинский». Согласно лингвистическим иссле­дованиям, это название произошло от скифского «ахшайна» — темно-синее, темное. В современных иранском и осетинском языках «ахшайна» обладает тем же значением. На санскрите скифское «ах­шайна» соответствует «кришана» — черный, темно-синий. Одно из скифских племен носило назва­ние Хаома варги, что также соответствует санскриту. Напиток хаома в скифском языке соответство­вал ведическому напитку полубогов соме. А термин «варга» восходит к глагольному корню свар, от­носящемуся к творению и производству. Слово «хаомаварги» означало «производящие напиток хао- му — сому».

Таким образом, древние жители Евразии скифы говорили на языке, схожем с ностратическим языком индоевропейских народов.

Современные тюркские языки не входят в группу индоевропейских языков, однако в них встре­чаются некоторые термины, общие с санскритом:

Бала (санскр.) — ребенок, бала (каз.) — ребенок; балаван (санскр.) — силач, балуан (каз.) — силач; джан (санскр.) — душа, жан (каз.) — душа; апсу (санскр.) — вода, су (каз.) — вода; ис (санскр.) — напиток, іш (каз.) — пей; кси (санскр.) — житель, кісы (каз.) — человек;акави (санскр.) — глупый, акымак (каз.) — глупый; чйаванау (санскр.) — жевать, шайнау (каз.) — жевать; тама (санскр.) — тьма, низ вселенной, томен (каз.) — низ; бхуран (санскр.) — буря, боран (каз.) — буран.

Известный востоковед Ю Н.Рерих, исследуя эпос киргизского народа «Манас», анализирует об­раз одноименного главного героя этого эпоса — человека — сына неба и земли. Рерих возводит его образ к Ману — прародителю человечества в ведической литературе [2; 172]. От Ману, согласно лин­гвистическим исследованиям, берут свое начало английское «man» и немецкое «mann», означающие на этих языках «человек».

Кроме того, некоторые санскритские слова встречаются в древнетюркском языке. В «Древне­тюркском словаре» перечисляются восемь групп небожителей: tanrilar, lular, jeklar, gantarvilar, garudilar, asurilar, kumbantilar, kinarilar, mogoragilar — боги, драконы, демоны, гантарви, гаруди, асу- ра, кумбанти, кинари, могораги. Из них гантарви, гаруды, асуры и кинары имеют явно ведическое происхождение. Например, санскритский термин «гандхарв» означал небесных существ упадевов, которые находились между миром людей и полубогов и служили вестниками от последних для чело­вечества. Они описываются как крылатые существа, обладающие прекрасными голосами. Согласно «Древнетюркскому словарю», gandarvi / gantarvi — рел. мифические существа, благозвучно играю­щие и распространяющие благоухание: одна из восьми групп небожителей; gandari 1) питающийся запахом, благовонием; 2) тандарва', танцовщики, музыкант небесный [3; 457]. Асури имели в древне­тюркском языке ту же роль, что и асуры в санскрите. Гаруда в Ведах описывается как существо с го­ловой орла, носящий на себе Вишну. В «Энциклопедии иудaизмa» К.Ф.Дильмaн, А.Дaфф обнаружи­вают связь между херувимом Яхве и Грифоном (Грудой) Вишну. В иранской мифологии Гаруда фи­гурирует как Шьена-Гаруда, и, так же как и в Ведах, он появляется в истории о похищении напитка бессмертия. В дальнейшей истории иранской поэзии, уже в «Шах-намэ», его образ трансформируется в божественного Симурга. У народов ханты-манси распространен образ крылатого Карса — гигант­ской птицы с человекоподобной головой. Как и Гаруда, Карс говорит по-человечески и может носить человека на спине. В тенгрианском пантеоне Гаруда появляется как Хан Гаруди. Кинары в ведах пе­речисляются как один из видов жителей высших планет.

Первым тюркским памятником письма является Бугутская надпись — эпитафия, высеченная на могильном камне Таспара-кагана. Она выполнена на тюркском языке согдийским письмом. А на оборотной стороне камня высечен перевод текста на санскрите.

Упоминания о саках и тюрках в ведической литературе. В Махабхарате существует история о хуннах — народе, ушедшем после битвы на Курукшетре на северо-восток. Этимологически народ хунну соответствует гуннам, проживавшим в древности на территории Азии и ставшими общими предками венгров, монголов, казахов и др. азиатских народов. Хунадеша — Земля хуннов неодно­кратно фигурирует в Махабхарате, а император хуннов Шаливахан упоминается в ведических пред­сказаниях Бхавишья-пураны в связи с историей прихода Иисуса Христа в Гималаи.

В Махабхарате существует несколько упоминаний народов, связанных с происхождением пред­ков современных среднеазиатских народов. Одна из историй Махабхараты описывает императора ведической империи Яяти, у которого было пятеро сыновей. Особенностью данной истории было то, что, несмотря на обычай первородства, император Яяти передал полномочия правления империей своему младшему сыну Пуру, а четверым старшим выделил отдельные княжества. Второй сын царя Яяти Тур в ведической литературе считается основателем культуры яванов. Таким термином в Индии называли тюрков. Этимологически имя Тура и тюркский этнос имеют один корень, что позволяет предположить происхождение термина «тюрки» от имени этого царя. Аналогичная идея существует в Авесте, где утверждается: «Тура — прародитель туранцев».

Другой сын императора Яяти — царь Ану стал родоначальником народа шаков, которые транс­формировались в течение истории в термин «саки». На сегодняшний день многочисленные сакские племена считаются прародителями отдельных славянских народов и тюркских народов Средней Азии. В результате смешения саков с племенами саувиров (санскр. — савиров) и хуннами (хунну, гуннами) образовалось большинство народов Центральной России и Сибири, а также хазары и болгары.

В Бхагавата-пуране встречается также упоминание о народе кхасов. Этот санскритский термин означал народ, у которого растет негустая борода, что, вероятно, указывало на генетическую особен­ность монголоидной расы. Возможно, что трансформация термина «кхасы» привела к возникновению слова «казахи» или слова «хакасы».

Таким образом, компаративистский анализ археологических, этнографических и лингвистиче­ских данных показывает, что в глубокой древности на территории Средней Азии и Казахстана суще­ствовала ведическая цивилизация.

Веды и тенгрианство. Древней религией тюркских народов, предшествующей исламу, является тенгрианство. Тенгрианство представляло собой религию, основанную на поклонении единому Богу —   небу Тенгри. Кипчаки называли Бога Тенгри, татары — Тэнгри, алтайцы — Тенгри, Тенгери, тур­ки — Танри, якуты — Тангара, кумыки — Тэнгири, балкаро-карачаевцы — Тейри, монголы — Тэн- гер, чуваши — Тура. Речь всегда шла об одном — мужском божественном начале, Боге-Отце.

Из-за обращения в ислам тюркских народов и отсутствия систематизированных канонических источников тенгрианство дошло до наших дней в неполном виде. Однако благодаря всевозрастаю­щему интересу к традициям предков тенгрианство активно исследуется и возрождается в Казахстане и других азиатских государствах. В рамках настоящей работы мы рассмотрим тенгрианство в связи с ведической культурой. На наш взгляд, как и Славянские веды, тенгрианство возникло на основе ве­дического мировоззрения, представлявшего собой в древности единую для Евразии религиозную систему. Для обоснования этой точки зрения сравним отдельные элементы тюркской и ведической религий.

Термин «тенгрианство» состоит из двух компонентов: тенгри+ан, где Тенгри означает имя Бога, а анъ называлась сама религиозная система. Название системы «анъ» сохранилось и по сей день у тюрков Алтая. Однако на санскрите также термин «яна» означает и путь, и систему взглядов и убе­ждений.

Как и в ведизме, Хан Тенгри мыслится как трансцендентный Бог, находящийся за пределами ви­димого мира и видимого неба.

Тенгрианская история сотворения и конструкции мира имеет сходства с ведической. Согласно Ведам, материальная Вселенная представляет собой космическое яйцо, наполовину заполненное во­дами причинного океана. Эта Вселенная творится Богом Вишну, который входит в нее и из Него по­является гигантский золотой лотос, о котором речь шла в контексте мусульманско-ведических сопо­ставлений. Первым существом во Вселенной, рожденным из лотоса, является Брахма, которому Вишну доверяет творить миры и планеты внутри Вселенной. Брахма создает Вселенную из трех уровней миров: райских, земных и адских. Связывает эти миры гигантская космическая ось Шишу- мара, а также вселенская золотая гора Меру, на вершине которой поселяется сам Брахма.

Согласно тюркским представлениям, также Вселенная до творения представляла собой бескрай­нюю водную пустыню, на поверхности которой плавали две утки. Одна из них задумала процесс тво­рения и поручила другой утке достать для этого землю. Сотворенный мир в тенгрианстве также де­лится на три сферы: Верх, Середина и Низ. Также Владыка Неба, Бог Тэнгри, создает во Вселенной «Золотой Кол» («Алтын Теек»), ставший осью мира, вокруг которого держат свой путь Луна и Солн­це, звезды и кометы. Другое проявление этой оси в тюркской религии — это Золотая гора, на верши­не которой поселяется Ульген — персонаж тенгрианского пантеона, схожий с ведическим Брахмой.

Как и для ведической системы, для мировоззрения тюркских народов было характерно деление мира на три сферы: верхний мир, средний мир и нижний мир. Древняя идея реинкарнации как вечно­го путешествия души между этими тремя мирами, характерная для тенгрианства, также роднит его с ведической религией. Связующим звеном между тремя мирами, своего рода осью мира кочевники мыслили космическое древо мира Байтерек, в которое, согласно рассказам баксы, входили души умерших и из которого они выходили в новое воплощение. Концепция отличия души от тела, яв­ляющаяся главным принципом ведической цивилизации, была известна древним тюркам. Практика камлания в тюркском шаманизме неразрывно связана с идеей выхода шаманом из тела и путешествия его по трем мирам для решения вопросов, связанных с чьими-то душами. Путешествие шамана из одного мира в другой также осуществлялось посредством мирового древа.

В ведической религии верхний мир состоит из семи планетных систем и населяют его девы- полубоги. В тенгрианстве верхний мир состоит из девяти сфер и населяют его Алпы-Дивы. Имена некоторых из них совпадают с ведическими по названию и функциям: Умай — Ума, Кубер — Куве- ра, Самар — Мара, Гаруда — Хан Гаруди. Гаруда, изображавшийся в виде грифа, встречается в ка­захском фольклоре как тотем, предок Шойынкара. В греческой истории одно из сакских племен опи­сывалось как «грифы, стерегущие золото».

В серединном мире, как в ведизме, так и в тенгрианстве, обитают люди. А нижним миром, со­гласно тенгрианству, управляет Таму-Эрклиг-хан — адский Эрклиг-хан. Тюркское слово «тама» — ад совпадает с санскритским термином «тамас», который является характеристикой адских миров.

Тюркский сюжет о нырянии Тенгри во вселенский океан за Землей напоминает ведическую ис­торию о воплощении Бога как Варахи, когда Он нырнул в причинный океан и достал оттуда Землю.

Тенгрианство описывает рум — мир в форме горы, плавающей на спине гигантской черепахи. У основания этой горы покоится змея Бегша. Это описание напоминает ведическую историю пахта- ния вселенского океана, в водах которого плавала гигантская черепаха Курма. На панцире этой чере­пахи располагалась вселенская золотая гора Меру. Основание этой горы обвито гигантской змеей Васуки.

Объектом поклонения в тенгрианстве являлась также гора Хан Тенгри. Исследователь-тюрколог из Башкортостана Ильгиз Султанов пишет, что гора Хан-Тенгри, которой поклонялись тюрки, на са­мом деле находится в Гималаях. Это гора-свастика Кайлас, имеющая форму пирамиды. Тенгрианские храмы назывались «килиса» — от Кайласа — названия горы. У многих народов Востока она счита­лась обителью богов. По утверждению части исследователей тенгрианства, Южный Тибет прежде являлся традиционным местом паломничества тюрков. Люди останавливались на берегу озера Манас и смотрели на Кайлас издали. Здесь они молились и вели философские беседы.

С горой Кайлас в Индии связано поклонение Уме, которая в тенгрианстве появляется как богиня Умай. Трезубец Шивы, как один из символов Кайласа встречается в тенгрианской культуре как там­га. Например, трезубец был тамгой Казахского ханства.

Тенгрианство как религия существовала в древности по всей территории Азии, однако из-за ис- ламизации ее центральных областей артефакты тенгрианства существуют здесь в малом объеме. У тюркских народов России тенгрианская традиция сохранилась лучше. Сходства между некоторыми концептами Вед и тенгрианством в изложении якутских шаманов выявил российский ученый А.И.Кривошапкин. Исследуя тенгрианство через шаманские учения народа саха, ведущего свое про­исхождение от саков, он отождествляет их с родом североиндийских царей шакьев, в семье которых родился Будда Шакьямуни. Вопрос тождественности саков кшатрийскому роду шакьев в современ­ной науке является спорным, тем не менее А.И.Кривошапкин приводит интересные данные, анализи­руя якутскую терминологию. Исследователь находит также в якутском языке аналоги ведических эпох юг:

Халыйы уйэ угэхэ — обычаи века заблуждения (кали юга).

Сата уйэ угэхэ — обычаи века волшебства (сатья юга).

Ученый утверждает, что якутские шаманы обладали знанием о чакрах — энергетических цен­трах, учение о которых содержится в Ведах, и приводит их аналоги в языке саха:

Муладхара — былыт харыа.

Свастиштхана — сибе тиистине.

Манипура — мааны быара.

Аннахата — анаа хата.

Вишуддха — бш этиие.

Аджна — аайы дйоо.

Сахасрара — саха саыыара.

А.И.Кривошапкин пишет, что шаманы саха называли чакры прорубями «ойбон». Им также про­водится сравнение названий энергетических каналов в йоге с идеями шаманов. Ведический термин «кундалини» он сопоставляет с тюркским словом «кун» в смысле «солнце» и «энергия». Энергетиче­ский канал сушумну он рассматривает как суумну или сер — основной канал. Солнечный и лунный каналы ида и пингала сопоставляются им с якутскими идэ и ба ых уола [4; 43].

В ведическом мировоззрении на уровне карма-кханды немаловажная роль отводилась питам — предкам. Согласно ведической философии, благочестивые люди, особенно привязанные к своей семье, отправлялись после смерти на одну из райских планет, которая называлась питрилока — пла­нета предков. Оттуда они сохраняли связь со своим родом и покровительствовали потомкам, охраняя их и защищая. Людям, привязанным к материальным благам, Ведами рекомендовалось совершать шрадху — ритуал подношения освященной пищи — пинды предкам в определенные дни. Считалось, что люди, не готовые к преданности Верховному Богу, могут начать свой духовный путь с поклоне­ния предкам. Культ предков является неотъемлемой принадлежностью тенгрианства. Он же сохра­нился в ритуальной культуре современных казахов в виде приготовления лепешек по пятницам для удовлетворения духов предков.

Для выражения преданности Богу в ведической культуре существовала традиция наносить на лоб тилак — знак, символизирующий путь к Богу. Аналогичная традиция существовала в тенгри- анстве: тюрки рисовали на лбу символ креста — аджа, выражающий их покорность Тенгри.

References

1       Tursinov E.D. The cradle of Turkic folklore. — Almaty: Bastau, 2001. — 187 p.

2       Rerih Yu.N. Tibet and Central Asia. — Samara: Agni, 1999. — 645 p.

3      Nadelyaev V.M., Nasilov D.M., Tenishev E.R., SherbakA.M. Old Turkic Dictionary. — Leningrad: Nauka, 1969. — 649 p.

4       Krivoshapkin A. Tengrianstvo and development of a man. — Yakutsk: Olonho, 2002. — 254 p.

Фамилия автора: А.К.Айтжанова
Год: 2012
Город: Караганда
Категория: Философия
Яндекс.Метрика