Роль и значение конституционных принципов

Роль и назначение конституционных принципов трудно переоценить как для теории, так и для практики конституционно-правового регулирования, поскольку именно они (принципы) несут в себе основной созидательный потенциал юридического обеспечения общественных отношений, склады­вающихся на всех уровнях государственного и общественного развития.

Конституция Республики Казахстан 1995 г. изменила ложившееся в отечественной науке в основном на базе позитивного, узконормативного правопонимания представление о принципах, закрепив приоритет неотчуждаемых и принадлежащих каждому от рождения прав и свобод, сфор­мулировав большинство из них как общие, фундаментальные принципы права. Кроме того, прямо назвала международные договоры в качестве действующего права страны, а ратифицированные международные договоры Республики Казахстан признала имеющими приоритет перед ее законами. Эти положения, права и свободы являются непосредственно действующими, выступают критерием оценки конституционности законодательства, обязательны для всех правоприменителей.

Дефиниция, данная в «Философском словаре», определяет принцип как «первоначало, руково­дящую идею, основное правило поведения...» [1; 382], обращая внимание на то, что это «центральное понятие, основание системы, которое обобщает и распространяет какое-либо положение на всe явле­ния власти, из которой данный принцип абстрагирован» [2; 329]. В Толковом словаре С.И. Ожегова «принцип» трактуется, во-первых, как основное, исходное положение какой-нибудь теории, учения, мировоззрения, теоретической программы, во-вторых, как убеждение, взгляд на вещи [3; 595].

В общетеоретической правовой литературе сложилось устойчивое мнение, согласно которому принципы права представляют собой такие начала, отправные идеи его бытия, которые являются однопорядковыми с сущностью права и составляют его главное содержание, придают логичность, последовательность и сбалансированность всей правовой действительности (материи) [4].

Анализируя содержащиеся в конституционно-правовой литературе мнения по вопросам о поня­тии и роли принципов [5], можно выделить главную категорию принципа: принцип является нормой деятельности (поведения), непосредственно выражающей закономерности общественного развития. Из этого, однако, не следует, что понятия «принцип» и «закономерность» тождественны. Они соот­носятся подобно философским понятиям «форма» и «содержание».

Право, закон, определяемые в литературе как политико-юридическое опосредование и нор­мативно-обязательное отображение закономерностей общественного развития [6; 26, 77], должны закреплять своими установлениями прежде всего те социальные нормы, которые продиктованы общественно-политическими, социально-экономическими, духовными интересами народа, поскольку вне правовых форм общественные отношения не могут быть успешно реализованы.

Основные закономерности общественно-политического развития в комплексной правовой форме отражаются в Основном Законе общества и государства. Закономерность выступает прежде всего в качестве конституционного принципа государственной и общественной жизни. Конституционные принципы выражают объективные закономерности социального бытия, что проявляется, независимо от характера и степени закрепления их в Конституции, в общественном правосознании. Иными сло­вами, они коренятся в самих фактических общественных отношениях и регулируются социальными нормами. Приобретая конституционную формализацию, они становятся общеобязательными юриди­ческими требованиями.

Будучи закрепленными в конституционных нормах, принципы приобретают высшую юридиче­скую силу, а также государственно-правовую защиту. Поскольку они выражают главные устои демо­кратического общества, конституционные принципы являются исходной базой регулирования обще­ственных отношений. Получив выражение в качестве конституционных, принципы приобретают ре­гулятивный характер, свойственный конституционным нормам, нормативную обязательность.

Рассматривая значимость принципов Основного Закона применительно к конституционному праву, можно утверждать, что данные принципы обладают универсальностью, высшей императив­ностью, общеобязательностью; направляют механизм конституционно-правового регулирования, а также служат отправным критерием законности и правомерности действий государственных органов, должностных лиц и граждан.

Изучение государственно-правовой литературы показывает, что, как правило, конституцион­ные принципы рассматриваются в качестве одного из важнейших элементов правового содержания Основного Закона, имеющего самостоятельное значение, в котором свое концентрированное выра­жение находит социальное содержание Конституции. Принципы Конституции определяются как руководящие начала, в которых юридически выражены основные объективные закономерности развития данного общества и государства [7; 97].

Конституция вносит организующее начало в механизм народовластия в соответствии с объек­тивными тенденциями социально-политического развития общества. Эти тенденции концентрируют­ся в понятии конституционных принципов демократии. Такие конституционные установки, как прио­ритет прав и свобод человека и гражданина, равенство граждан перед законом, разделение власти, законность, ответственность за нарушение закона и др. напрямую зафиксированы в Конституции, пронизывают всю правовую систему, фактически выполняя роль фундаментальных, концептуальных устоев всего казахстанского права. Они являются универсальными, наиболее важными и стабильны­ми началами, охватывают своим действием все отрасли отечественной системы права. Значительный шаг в этом плане сделала Конституция Республики Казахстан 1995 г., включившая в качестве осно­вополагающих принципов деятельности Республики Казахстан общественное согласие и политиче­скую стабильность, экономическое развитие на благо всего народа, казахстанский патриотизм, реше­ние наиболее важных вопросов государственной жизни демократическими методами, в том числе голосование на республиканском референдуме или в Парламенте (ст.1, п.2 Конституции).

Следовательно, утверждение принципов народовластия, правового государства в общественно­политической жизни страны является объективным фактором, выражающим закономерности обще­ственного развития. Вместе с тем в условиях формирования в Казахстане гражданского общества, которое существенно расширяет демократические механизмы участия граждан в управлении обще­ством и государством, возникает большая потребность в правовом опосредовании объективно сло­жившихся политических закономерностей, прямой формализации многих принципов демократии, в частности, гуманизма, свободы, справедливости, открытости. Конституционные принципы стано­вятся критериями демократизации общества: вне данных принципов невозможно ни построение гуманного и демократического общества, ни создание правового государства, ни утверждение под­линной свободы личности.

В конституциях зарубежных стран принципы закрепляются в той или иной формулировке, при­чем в их текстах иногда прямо указано, что следующие положения являются принципами. Показа­тельной в этом отношении является Конституция Португалии от 2 апреля 1976 г. с поправками 1982 и 1989 гг. Первые 11 статей Конституции провозглашают ее основные принципы (суверенитет, закон­ность, соответствие Конституции, унитарная форма государственного устройства и др.). В статье 2 «Демократическое правовое государство» указывается, что Португальская Республика — демократи­ческое правовое государство, основывающееся на народном суверенитете, на многообразии демо­кратических мнений и демократическом политическом плюрализме, на уважении и гарантиях осу­ществления основных прав и свобод и имеющее целью претворение демократических принципов в экономической, социальной и культурной жизни и углубление демократии участия [8; 521].

В статье 8 «Международное право» в п. 1 говорится: нормы и принципы общего или обычного международного права являются составной частью португальского права [8; 522]. Статья 9 Основно­го Закона Португалии устанавливает основные задачи государства, к которым, в частности, пункт b относит гарантию основных прав и свобод и уважение принципов демократического правового госу- дарства[8;523].

В части 1 «Основные права и обязанности» португальской Конституции раздел I называется «Общие принципы». Содержащиеся в нем статьи посвящены различным принципам: к примеру, ст. 12 — принци­пу всеобщности, ст. 13 — принципу равенства. Статья 18 устанавливает юридическую силу: так, в п.1 говорится, что конституционные положения о правах и свободах и их гарантиях являются нормами пря­мого действия и обязательны для государственных и частных учреждений [8; 524]. Часть II Конституции Португалии «Экономическая организация общества» содержит раздел 1 под названием «Общие принци­пы», в котором выделяется ст. 80 — основополагающие принципы.

Часть III Основного Закона Португалии «Организация политической власти» содержит раздел 1 «Общие принципы», в котором раскрываются сущность и значение принципов, таких, например, как участие граждан в политике, разделение властей и др. Статья 116 данного раздела Конституции посвящена общим принципам избирательного права, в числе которых выделяются следующие: прямое избирательное право, свобода пропа­ганды, равенство возможностей и одинаковое отношение ко всем кандидатам, беспристрастность публичных учреждений по отношению к различным кандидатам, принцип сменяемости.

Таким образом, в отличие от большинства конституций, в Основном Законе Португальской Рес­публики не только тщательно регламентируются фундаментальные начала государства и общества, но и закрепляются общие принципы в различных сферах государственной политики — в области экономики, политических отношений, правового статуса личности.

В конституциях других зарубежных стран также имеются положения, содержащие принципы государственной и общественной политики. Так, глава III Основного Закона Испании 1978 г. «Об ос­новополагающих принципах социально-экономической политики» содержит ст. 40, в которой гово­рится, что органы власти создают благоприятные условия для социального и экономического разви­тия, а также для более справедливого распределения региональных и личных доходов в рамках поли­тики экономической стабильности; особое значение имеет проведение политики, направленной на достижение полной занятости [8; 379]. Конституция Итальянской Республики 1947 г. открывается с «Основных принципов», включающих 12 статей. В статье 1, к примеру, Италия провозглашается де­мократической республикой, основывающейся на труде, суверенитет в которой принадлежит народу, осуществляющему его в формах и границах, установленных Конституцией [8; 423].

В Конституции Финляндии 1999 г. в главе 1 «Основы государственного строя» в параграфе 2 «Демократические и правовые принципы» сказано: государственная власть принадлежит народу, представленному в Эдускунте (парламенте). Целью демократии является обеспечение каждому права участвовать в общественной деятельности и развитии среды обитания. Любое осуществление госу­дарственной власти должно основываться на законе. Во всей государственной деятельности должен неукоснительно соблюдаться закон [9; 597]. А в главе 2 «Основные свободы и права» в параграфе 8 «Законодательные принципы уголовного права» финской Конституции говорится: никто не может быть признан виновным в преступлении или приговорен к наказанию на основании деяния, которое согласно закону не было признано преступлением на момент его совершения. За преступление не может устанавливаться более строгое наказание, чем то, которое согласно закону допускалось на мо­мент его совершения [9; 598].

В конституционной доктрине зарубежных стран признается, что поскольку в конституцию вхо­дят не только нормы, содержащиеся непосредственно в ее тексте, но также принципы и идеи, кото­рые не определены прямо в конституционных положениях, но вытекают из их совокупности, из об­щего смысла и значения, защита и охрана конституции также распространяется и на них. Это поло­жение отражено в некоторых конституциях, подтверждено решениями органов конституционного правосудия ряда стран. Так, согласно п. 1 ст. 277 Конституции Португалии, неконституционными являются нормы закона, нарушающие положения Конституции, или принципы, в ней закрепленные. Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 27 января 1993 г. обратил внимание на то, что конституционные принципы обладают высшей степенью нормативной обобщенно­сти, предопределяют содержание конституционных прав человека, носят универсальный характер и в связи с этим оказывают регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений. Общеобя­зательность таких принципов состоит как в приоритетности перед иными правовыми установлениями, так и в распространении их действия на все субъекты права [10; 60].

Из приведенных выше цитат видно, что современные демократические конституции регулируют общественное и государственное устройство, правовое положение человека на основе принципов. Такое конституционное регулирование ведет к созданию целостного основного закона нового типа, который в интегрированном виде дает представление о «каркасе общества и государства», их эконо­мических, политических, социальных и духовных параметрах, о статусе и роли человека и граждани­на в обществе и государстве [11; 8]. И лишь такой основной закон может быть признан конституцией, который закрепляет общечеловеческие ценности, воплощенные в праве. Более того, конституция са­ма выступает в качестве ценности уже в силу того, что отражает господствующие в данном обществе в конкретных исторических условиях ценности и представляет собой юридический фундамент для существования этих ценностей [12; 5].

Конституционные принципы могут быть сформулированы в основном законе прямо (как, напри­мер, принципы единства и разделения государственной власти, законности), либо косвенно (принцип гласности), либо их содержание выводится путем анализа соответствующих положений конституции (принципы гуманизма, социальной справедливости). Н.А. Богданова обращает внимание на то, что принцип может не четко формулироваться в основном законе, но конституция устанавливает отдель­ные нормы, которые, по сути, есть признаки того или иного конституционного принципа [13; 146-147]. В этом случае конституционные (законные) принципы можно вывести путем толкования норматив­ного текста. Другой исследователь, С.Ю. Суменков, высказывает мнение, что правовые принципы могут складываться из целого ряда положений, одни из которых зафиксированы в нормах права, а другие пока не нашли в них своего отражения или вообще не могут быть закреплены в силу своей несостоятельности или изменившихся условий [14; 24]. Наиболее показательными в этом отношении, на наш взгляд, являются социально-экономические принципы государственной политики, реализация которых в большой степени зависит от уровня экономического развития страны в определенный исто­рический момент. Поэтому С.Ю. Суменков приходит к выводу о том, что законодательное, прежде все­го конституционное, воплощение получают те принципы, нормативное выражение которых не вызыва­ет сомнений и которые могут быть защищены в судебном порядке [14; 24]. Не случайно в Конститу­ции Индии содержится запрет требовать в судебном порядке осуществления мер, предусмотренных руководящими принципами.

Между текстуальным выражением ряда принципов, определяющих развитие демократических процессов в обществе, в основном законе, научным оформлением и социально-политическими харак­теристиками, данными в политических документах, имеются расхождения, обусловленные теорети­ческими недоработками, а также отставанием законотворческой работы от нужд и потребностей практики, не подкрепленные действенными гарантиями. Речь идет о принципах равенства, гласности функционирования государственных органов, должностных лиц, их ответственности за нарушение прав и свобод человека и гражданина, политическом и идеологическом плюрализме, социальной справедливости, возмещении государством ущерба, причиненного личности незаконными действиями государственных органов и должностных лиц, и др. Между тем это признанные во всем мире общече­ловеческие ценности. Поэтому нельзя отрицать потребность в конституционном закреплении подобных принципов. Это реально необходимо. Кроме того, необходимо учитывать и международно-правовой аспект рассматриваемой проблематики, поскольку дальнейшая интеграция Казахстана в мировое со­общество актуализирует проблему приведения законодательства страны в соответствие с междуна­родными стандартами (принципами).

Конституции многих зарубежных стран указывают на то, что нормы международного права являются действующими и во внутригосударственном праве: например, Конституция Российской Федерации 1993 г. в ст. 15 предусматривает, что общепризнанные нормы и принципы международ­ного права, а также международные договоры РФ являются частью ее правовой системы. Необхо­димо отметить, что Конституция Республики Казахстан 1993 г. в ст. 3 предусматривала, что меж­дународно-правовые акты о правах и свободах человека и гражданина, признанные Республикой Казахстан, имеют на территории республики приоритет перед ее законами [15].

Конституционные принципы, как основополагающие начала, идеи, способствуют юридиче­скому закреплению социальных отношений, обладая при этом гораздо высшей степенью абстракт­ности по сравнению с конкретными юридическими нормами. В.Е. Чиркин в этой связи считает, что конституционное регулирование основ общественного строя на уровне принципов имеет недостат­ки в силу своей абстрактности. «Включение в основной закон большого числа норм-принципов, — пишет автор, — усиливает идеологические качества основного закона, ослабляя, однако, его юри­дические свойства» [11; 8]. Не всегда эти принципы, по мнению В.Е. Чиркина, подлежат судебной защите, а это может сделать Основной Закон нуждающимся во многих истолкованиях документом [11; 8]. Вместе с тем конституционное регулирование посредством принципов, благодаря высокой степени логического обобщения, имеет важное методологическое значение, образуя тем самым фи­лософский аспект конституционного права, — как верно отмечает Н.А. Богданова [13; 165].

Признание конституционных принципов в качестве одного из важных компонентов конституци­онно-правового регулирования ставит вопрос о соотношении принципов права и юридических норм, что является отражением давней дискуссии в юридической науке о приоритете права или закона, нормы права или нормы законодательства, а в конечном итоге — о соотношении естественного и по­зитивного права, субъективного и объективного в праве. Здесь важно отметить следующее. Если под принципами конституции понимать только основополагающие начала, которые отражены в нормах основного закона, то тогда к их числу нельзя будет отнести те конституционные принципы, которые, являясь основополагающими, руководящими идеями правосознания, направляя механизм правового регулирования, дают государству возможность осуществлять регулирование общественных отноше­ний путем сознательного воздействия на деятельность всех субъектов права. Официальное закрепле­ние в нормах основного закона, безусловно, необходимый этап конституциализации принципов, по­скольку правовой принцип вне нормативной формы предстает перед нами в виде декларации, которая не подкреплена государственной волей. Однако не следует упускать из виду, что существуют осно­вополагающие идеи, которые получили общественное признание и реализуются в правоотношениях, но не зафиксированы в нормативно-правовых актах. Есть также значительная группа принципов, представляющих собой руководящие, ведущие идеи правосознания, закрепленные в иных, не нор­мативно-правовых источниках права, например, в нормах международного права и в обычаях, в актах органов конституционной юстиции, в деятельности органов правосудия. Несмотря на от­сутствие их формальной фиксации в основном законе, они тоже могут быть отнесены к числу конституционных принципов.

Изложенное подводит к мысли о том, что только позитивных норм права недостаточно для уре­гулирования социальных отношений. Обращение к общим конституционным принципам необходимо для того, чтобы заполнить существующие пробелы и ответить на насущные потребности, возникаю­щие в реальной жизни. Конституция не может существовать и развиваться без важнейших отправных положений, определяющих ее предназначение и тенденции развития.

Обобщая сказанное, следует подчеркнуть, что, будучи возведенными в ранг конституционных, данные принципы пронизывают все содержание Конституции и являются принципами демократии, политической, экономической, социальной и духовной систем общества, определяющими жизнедея­тельность всего социального организма. Конституционные принципы выступают одновременно как принципы конституционного строя, принципы взаимоотношений государства и личности, принципы организации и деятельности всей системы государственных органов, должностных лиц. Конституци­онные принципы являются нормативными началами, эталонами, предписаниями, определяющими и регулирующими ключевые моменты организации и развития общественных отношений. Конститу­ционные принципы являются, во-первых, исходными началами правового регулирования, обеспечи­вающими согласованность и эффективность системы юридических норм, а во-вторых — непосред­ственными регуляторами общественных отношений, в случае ее пробельности либо противоречиво­сти. Российский исследователь Г. А. Гаджиев подчеркивает, что конституционные принципы вопло­щают в себе в наиболее концентрированном виде дух и смысл конституции. Именно поэтому они позволяют адаптировать конкретные конституционные нормы к постоянно изменяющимся условиям общественной жизни [16; 8].

Особенно наглядно роль конституционных принципов проявляется в период интенсивного изменения общественных отношений, когда действующая правовая система, в силу ряда причин не способная к быстрому приспособлению, вступает в противоречие с новыми ценностями обще­ства. С учетом современного состояния казахстанского законодательства изучение и развитие конституционных принципов представляется весьма актуальным и перспективным в отечествен­ной теории и практике конституционализма, требующей приведения ее в соответствие с мировыми конституционными ценностями. Это предоставляет возможность для раскрытия богатого потенциала конституционных принципов, который важен для обеспечения разнообразия и дальнейшего развития нормативного регулирования.

С другой стороны, принципы должны быть конкретизированы в нормах конституционного права. Некоторые принципы правового, демократического государства в настоящее время не имеют отвечающих современному уровню общественно-политической практики конституционно­правовых основ, поэтому важной задачей является прямое текстуальное закрепление основных тре­бований, признаков данных принципов непосредственно в конституции и законодательстве.

Не менее важной представляется значимость в практике конституционализма всемерной реализации и применения конституционных норм, к числу которых относятся и конституционные принципы. В рос­сийской юридической литературе констатируется, что на конституционные принципы не ссылаются пра­воприменители, в частности, судьи, при рассмотрении конкретных дел. Так, А.Л. Кононов указывает, что в российской судебной практике общие принципы Конституции как самостоятельный аргумент судебно­го решения почти не применяются, за исключением, может быть, решений Конституционного Суда РФ, как в силу неразработанности самой доктрины, так и вследствие консервативности юридического мышления судей, многолетней ориентации их лишь на писаные законодательные нормы [17; 82]. По­хожую картину мы можем наблюдать и в казахстанской практике.

Принципы конституции играют также важную роль при осуществлении конституционного кон­троля [18; 127]. Практика органов конституционного правосудия многих стран свидетельствует, что при решении вопроса о конституционности нормативных актов, о толковании конституции эти орга­ны исходят из ее принципов.

Поскольку в силу ст. 1 Конституции Республики Казахстан человек, его права и свободы явля­ются высшими ценностями государства, а согласно п.1 ст. 12 в Казахстане признаются и гарантиру­ются права и свободы человека в соответствии с Конституцией, соблюдение и защита прав личности является обязанностью всех законодательных, исполнительных и судебных органов государства, а значит, конституционные принципы должны применяться всеми этими органами, в том числе и су­дами, и органами конституционного контроля и надзора, и только в таком случае конституционные принципы будут оказывать регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений. В этом, на наш взгляд, заключается один из важнейших аспектов значимости конституционных прин­ципов в казахстанской правовой системе.

Список литературы

  1. Философский словарь / Под ред. И.Т.Фролова. — М.: Изд. полит. лит-ры, 1986. — 590 с.
  2. Философский словарь. — М.: Политиздат, 1972. — 689 с.
  3. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка / Ин-т рус. яз. им. В.В.Виноградова РАН. — 4-е изд., доп. — М.: Азбуковник, 1999. — 944 с.
  4. См.: Явич Л.С. Право развитого социалистического общества (Сущность и принципы). — М.: Юрид. лит., 1978. —С.  11; Лившиц Р.З. Теория права. — М.: Наука, 1994. — С. 195.
  5. См. напр.: Теоретические основы Советской Конституции / Ред. Б.Н.Топорнин. — М.: Наука, 1981. — 207 с.; Советское конституционное право / Ред. С.И. Русинова, В.А. Рянжин. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1975. — 463 с.; Теоретические вопросы ре­ализации Советской Конституции. — М.: Наука, 1982. — 220 с.; Михалева Н.А. Социалистическая Конституция (Пробле­мы теории). — М.: Юрид. лит., 1981. — 152 с.; Степанов И.М. Конституция и политика. — М.: Наука, 1984. — 173 с.
  6. ТихомировЮ.А. Теория закона. — М.: Наука, 1982. — 256 с.
  7. Сравнительное конституционное право / Ред.кол.: А.И.Ковлер, В.Е.Чиркин (отв.ред.), Ю.А.Юдин. — М.: Манускрипт, 1996. — 729 с.
  8. Конституции государств Европейского союза / Под ред. Л. А. Окунькова. — М.: Издат. группа НОРМА-ИНФРА, 1999.— 816 с.
  9. 20 европейских конституций / Сост. Г.П. Лупарев. — Алматы: Акад. юриспруденции: Высш. шк. права «Әділет», 2003.— 762 с.
  10. ВКС РФ. — 1993. — № 2-3.
  11. Чиркин В.Е. Российская Конституция и международный опыт // Государство и право. — 1998. — № 12. — С. 5-14.
  12. Автономов А.С. Ценность Конституции // Государство и право. — 2009. — № 3. — С. 5-11.
  13. Богданова Н.А. Система науки конституционного права. — М.: Юрист, 2001. — 260 с.
  14. Суменков С.Ю. Принципы права и исключения в праве: аспекты соотношения // Государство и право. — 2009. — № 5.— С. 23-30.
  15. Конституция Республики Казахстан. Принята 28 января 1993 г. на девятой сессии Верховного Совета Республики Ка­захстан. — Алматы: Казахстан, 1995. — 32 с.
  16. Гаджиев Г.А. Конституционные принципы рыночной экономики (Развитие основ гражданского права в решениях Конститу­ционного Суда Российской Федерации). — М.: Юристъ, 2004. — 286 с.
  17. Кононов А.Л. Об общих принципах права во французской и бельгийской судебной практике по административным де­лам // Государство и право. — 2001. — № 3. — С. 82-86.
  18. Сравнительное конституционное право: Учеб. пособие / Енгибарян Р.В. — Ростов н/Д.: Феникс, 2007. — 543 с.
Фамилия автора: Ержанова Ф.А.
Год: 2010
Город: Караганда
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика