Развитие системы криминалистической тактики

Развитие криминалистической науки неразрывно связано с развитием представлений о её объек­те и предмете. Такая связь обусловливается особенностями её возникновения, характером и специфи­кой, а также совершенствованием и развитием правовых основ криминалистической деятельности.

«Активное приспособление специальных наук» или «развитие и специализация естественнона­учного знания в криминалистике идёт не по пути выделения автономных частнонаучных комплексов, а по пути формирования внутри криминалистики и, что самое главное, на базе её теории и методоло­гии специализированных направлений, обеспечивающих решение типовых криминалистических за­дач применительно к типовым криминалистическим объектам» [1; 14].

Криминалистика является комплексной правовой прикладной научной отраслью, что справедли­во для всех её разделов как элементов единой системы: общего, криминалистических техники, такти­ки и методики. С учётом того, что криминалистика призвана обеспечивать эффективное достижение правовых задач, её правовые основы во многом обусловливают не только рамки или границы крими­налистических исследований, но и направление и содержание дальнейшего развития науки кримина­листики, её системы. Именно эффективное достижение правовых задач «заставляет» криминалистику активно приспосабливать данные других наук с целью доказывания объективной истины по уголов­ному делу.

Современный период нашего государства характеризуется активным развитием национального права и законодательства, постоянным поиском направлений совершенствования и дальнейшей де­мократизации правовой системы. Радикальные изменения представлений о приоритетах задач отрас­левых законодательств определила Конституция Республики Казахстан, провозгласив себя «демокра­тическим, светским, правовым и социальным государством, высшими ценностями которого являются человек, его жизнь, права и свободы» [2]. Таким образом, основной целью функционирования право­вой системы в нашем обществе должна быть защита конституционных прав и свобод человека и гра­жданина. На наш взгляд, в задачах уголовного судопроизводства [3, ст.8 УПК РК] усматриваются несоответствие с данным курсом и не защитительный, а обвинительный уклон нашего правосудия по уголовным делам. Это проявляется в том, что среди задач правосудия на первое место поставлены — быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение и привлечение к уголовной ответственности лиц, их совершивших, цель же законодательно не определена. В соответствии с конституционным положением целью уголовного судопроизводства должна быть защита законных прав и интересов граждан путём установления объективной истины. Данной цели должны подчиняться задачи, опреде­лённые в уголовно-процессуальном законодательстве. Оптимальное, эффективное достижение цели и задач правосудия призвана обеспечить криминалистическая наука путём разработки рекомендаций по технике, тактике и методике собирания, исследования, оценки и использования доказательствен­ной и иной полезной в процессе расследования информации. Правильное определение направлений и содержания криминалистических рекомендаций технического, тактического и методического харак­тера основывается на научно обоснованной системе соответствующих разделов науки.

Определение содержания и системы криминалистической тактики, её значения неразрывно свя­зано с представлениями об общей системе криминалистики, поэтому закономерно обратиться к её раскрытию и пониманию в научной литературе. В последнее время, с введением принципа состяза­тельности в общую систему уголовно-процессуальных принципов, его расширение и реализация, как одно из основных направлений демократизации уголовного судопроизводства, вызвало много «ско­ропалительных» предложений по реорганизации системы криминалистики и введению многих, не свойственных отечественной криминалистике терминов: «банковская криминалистика», «кримина­листика защиты», «криминалистика коррупции» и т.д., что отмечается также Н.П.Яблоковым и А.Ю.Головиным [4; 8]. С другой стороны, нельзя не сослаться на мнение С.П.Митричева о том, что «криминалистика без уголовного процесса мертва, ибо приемы и средства криминалистики приме­няются только в уголовном процессе. Бесспорно также то, что поскольку криминалистика тесно свя­зана с уголовным процессом, основные теоретические положения уголовно-процессуального права должны найти свое отражение в криминалистике» [5; 13, 14].

В настоящее время совершенно обоснованно система криминалистики традиционно представле­на: общей теорией криминалистики, криминалистической техникой, криминалистической тактикой и криминалистической методикой. Она представляет собой «критерий, позволяющий отграничить кри­миналистику от иных областей научных знаний, обозначить как внешние границы ее содержания, так и внутреннюю структуру составляющих её знаний» [4; 63, 64]. Целостность и обоснованность четы­рехзвенной системы криминалистики обусловливается отражением в ней основных направлений оп­тимизации деятельности по расследованию преступлений — технической, тактической и методиче­ской, что, в свою очередь, отражает структуру и особенности преступной деятельности. Таким обра­зом, представленная система криминалистики соответствует целостному представлению о данной науке, подчиненности её отдельных разделов общим задачам и принципам, при их относительной самостоятельности, определенной относительно автономными объектами, задачами и методами тех­ники, тактики и методики. Кроме того, данная система отражает структурные построения уголовно­процессуального права, соответствует её положениям (в частности о единстве уголовно­процессуальной формы), основным элементам доказывания: собиранию, исследованию, оценке и ис­пользованию, а также уголовному праву. С учетом изложенного данная система позволяет свободно развиваться частным криминалистическим учениям внутри каждого из разделов, способствует появ­лению новых учений.

Однако при определении структуры общей части криминалистики данными же авторами пред­лагается выделение частных криминалистических учений и теорий в общей части криминалистики. Р.С.Белкин в общую часть науки отнес: введение в общую теорию криминалистики; частные крими­налистические теории (учения); учения о методах криминалистики; учение о языке криминалистики; криминалистическую систематику [6; 42, 43].

А.Ю.Головин приходит к выводу о том, что наиболее приемлемой является следующая структу­ра общей теории криминалистики: науковедческие, методологические учения и система частных криминалистических теорий (учений) [7; 77].

Не останавливаясь на рассмотрении всех элементов общей теории криминалистики, обратимся к проблеме отнесения частных криминалистических учений (их системы) к общей теории криминали­стики. Частная криминалистическая теория (учение) является составляющим структурным элементом всей теории криминалистики, теория криминалистики поэтому может быть представлена совокуп­ностью всех частных криминалистических учений. Если в отраслях права таким структурным со­ставляющим выступает правовой институт, то в криминалистике его назначение выполняют частные криминалистические теории и учения, в рамках которых разрабатываются рекомендации техническо­го, тактического и методического характера. Вопрос о развитии правовых институтов неразрывно связан с исследованием проблемы, включающей вопросы о наличии их системы в определенной от­расли права, её качественной характеристики, свойствах, направлениях развития, соответствия прин­ципам и задачам правовой отрасли. Но в структуру ни одной из отраслевых наук не включена само­стоятельным подразделом система правовых институтов, что естественно. Институт рассматривается в общих разделах отраслевых наук с точки зрения его понятия, содержания, структуры, видов и т.д., аналогично такому образованию, как правовая норма. Например, что бы представляла собой система уголовно-процессуального права, если в её общую часть включить «систему уголовно­процессуальных институтов»? Такой раздел заменил бы фактически и общую и особенную части науки.

Кроме того, нет единого мнения об отнесении тех или иных криминалистических учений к част­ным криминалистическим учениям и теориям. Данное положение и понятно, поскольку нет разрабо­танности вопроса о понятии, содержании, структуре и задачах частной криминалистической теории (учения). Более того, сам А.Ю.Головин указывает на наличие дискуссионных проблем включения или невключения ряда частных криминалистических теорий (учений) в систему общей части крими­налистики. При этом он отмечает, что «необоснованные переносы криминалистического научного знания в общую теорию криминалистики фактически лишают другие разделы криминалистики соб­ственного понятийного аппарата, позволяют осуществлять в их рамках лишь разработку прикладных проблем. . Происходит разрушение системных связей и внутри общей теории криминалистики» [7; 81]. Разработка тех или иных частных криминалистических учений происходит в рамках само­стоятельных разделов криминалистики при решении соответствующих им задач путем исследования их объектов и присущими им методами познания, что фактически и послужило основанием для по­строения четырехчленной системы криминалистики. Поэтому выделение самостоятельным элемен­том общей теории системы частных криминалистических учений носит искусственный характер и противоречит общей системе криминалистики. Такое положение противоречит и назначению част­ных криминалистических теорий — быть формой, включающей научные знания, обосновывающие решение частных задач криминалистики. Другое дело, когда речь идет о частных криминалистиче­ских теориях, которые направлены на решение задач общего характера, относящихся ко всему про­цессу расследований преступлений, например, «криминалистическая идентификация», «криминали­стическая диагностика», криминалистическое прогнозирование». Поэтому, признавая в соответствии со структурой деятельности четыре раздела криминалистики, следует частные криминалистические теории, учения развивать в рамках тех разделов, на достижение задач которых они направлены. Не случайно отнесенные во многих учебниках 80-х годов по криминалистике вопросы взаимодействия следователя с оперативными работниками и другими участниками, выдвижения следственной версии и планирования в современных учебниках вновь рассматриваются в рамках криминалистической тактики.

Развитие теоретических и методологических основ криминалистической тактики, радикальные изменения её правовых рамок обусловливают обращение к вопросу систематизации данного раздела, обновлению его структуры и содержания.

Уже в первых учебниках по криминалистике «уголовная тактика» выделялась самостоятельным подразделом в числе уголовной техники и методики расследования отдельных видов преступлений [8; 8].

Если развитию криминалистической методики, в частности разработке частных методик рассле­дования отдельных видов преступлений, которые не предусматривало ранее действовавшее уголов­ное законодательство, посвящено достаточно работ, то тактика не получила должного отражения в литературе. Определение основных направлений совершенствования криминалистической тактики должно основываться на представлениях о её структуре, элементы которой призваны отражать разви­тие содержания её предмета и обеспечивать потребности правоприменительной практики в сфере от­правления правосудия по уголовным делам.

Традиционное определение и структура криминалистической тактики в большинстве учебников по криминалистике, на наш взгляд, не вполне соответствуют современному уровню развития крими­налистики и её предмета. В учебниках в разделе криминалистической тактики, как правило, раскры­ваются общие положения, учение о следственной версии, планировании, тактика производства от­дельных следственных действий — тактика осмотра места происшествия, тактика допроса и т.д. В учебнике под редакцией Т.А.Седовой и А.А.Эксархапуло справедливо отнесено к криминалистиче­ской тактике также освещение вопросов взаимодействия следователя с оперативно-розыскными и иными государственными органами; привлечение общественности к расследованию и предупрежде­нию преступлений [9; 443]. Логико-информационная структура следственного действия и тактиче­ской комбинации, общетактические аспекты изучения личности обвиняемого в процессе расследова­ния включены самостоятельными параграфами в главу, освещающую общие положения криминали­стической тактики, учебника МГУ им. М. В. Ломоносова 1996 г. [10; 368, 370].

А.Г.Филиппов предлагает выделить в криминалистике новый самостоятельный раздел — «Орга­низация раскрытия и расследования преступлений», аналогично названию кафедр в некоторых учеб­ных заведениях при министерстве внутренних дел, которые функционировали как в советский пери­од, так и в настоящее время [11; 369]. В содержание раздела предлагается отнести традиционные раз­делы криминалистической тактики: криминалистические версии и планирование, вопросы взаимо­действия, изучение личности обвиняемого и подозреваемого, «теорию следственных ситуаций и не­которые другие» [11; 370]. На наш взгляд, нет оснований рассматривать тактические аспекты версии, взаимодействия, изучения личности обвиняемого в отрыве от организационных, тем более, что орга­низация в практической деятельности часто выступает элементом тактики следователя, иного субъек­та доказывания.

Общие положения подготовки и производства криминалистически сходных групп следственных действий (вербальных и невербальных) самостоятельно освещены в учебнике под редакцией В. А. Образцова. Коллектив авторов указанного учебника выделяет в структуре криминалистики две части: общую и особенную. В особенную часть отнесены организационно-тактические особенности подготовки и производства следственных действий и методико-криминалистическое обеспечение предварительного расследования (криминалистическая методика). Рассмотрение понятия, назначения криминалистической тактики, тактического приёма отнесено в общую часть криминалистики [12]. Таким образом, как самостоятельный раздел криминалистическая тактика изложена в общей и осо­бенной частях. При этом в самом учебнике указано на общий характер тактического обеспечения по­исково-познавательной деятельности в уголовном судопроизводстве, которое касается «подготовки и производства отдельных действий субъектов ППД, а также комплексов тех или иных действий» [12; 331, 332]. Видимо, признавая общий характер криминалистической тактики, необоснованно рассматривать входящие в неё отдельные структурные элементы в особенной части криминалистики, если речь не идёт об особенностях применения тактических рекомендаций применительно к ситуаци­ям расследования отдельных видов преступления.

Наиболее полно отражает современный уровень развития криминалистической тактики учебник, подготовленный в соавторстве Т.В.Аверьяновой, Р.С.Белкиным, Ю.Г.Коруховым, Е.Р.Россинской. Самостоятельными главами в разделе «Криминалистическая тактика и технология» выделены, поми­мо общих положений и тактики производства отдельных следственных действий: криминалистиче­ские версии и планирование расследования, розыскная деятельность следователя, взаимодействие участников раскрытия и расследования преступлений, следственная ситуация и тактическая комби­нация, фактор внезапности, тактические решения [6; 451-543]. Представленная в данном учебнике структура криминалистической тактики свидетельствует о необходимости выделения в ней общей и особенной частей. К общей части криминалистической тактики, несомненно, следует отнести давно сформировавшиеся учения о тактических приёмах, криминалистических версиях, планировании, взаимодействии следователя с оперативными работниками, другими участниками уголовного судо­производства, а также с общественностью; развивающиеся криминалистические учения о тактиче­ских операциях, тактических решениях.

В литературе при исследовании вопросов понятия тактической операции используются два тер­мина: «операция» и «комбинация». «Под операцией обычно понимают законченное действие или ряд связанных между собой действий, направленных на решение определённой задачи, под комбинацией —     сочетание, взаимное расположение объединённых общим замыслом приёмов, действий» [6; 507]. Исходя из данного положения профессор Р.С.Белкин отдавал предпочтение термину «комбинация», поскольку он включает в себя указание на «ухищрение, уловку как средство решения задачи». Одна­ко при построении схемы исследования деятельности, как преступной, так и по расследованию пре­ступлений, следует исходить из схемы самой деятельности [13; 207], где процедуру составляет сово­купность действий и операций [14; 103-107].

Тактический приём относится к способу действия, а также к способу проведения совокупности действий. Таким образом, корректней использовать термин «операция», а под тактической операцией понимать взаимосвязанную достижением общей тактической задачи расследования совокупность следственных, оперативно-розыскных и иных действий, проводимую под единым руководством сле­дователя. Применительно к тактике производства отдельных следственных действий можно исполь­зовать термин «тактическая комбинация», введённый одним из основоположников следственной так­тики профессором А.Н.Васильевым [15; 46]. Тактическую комбинацию образует совокупность такти­ческих приемов (которая включает и научно-технические средства), определяющая вместе с уголов­но-процессуальными предписаниями операциональный состав следственного действия. Учение о тактической операции является элементом общей части криминалистической тактики, вопросы так­тической комбинации следует отнести к учению о тактических приёмах.

Если выделение и определение значения типовых тактических задач расследования поставили вопрос о разработке нового криминалистического учения о тактических операциях, то дальнейшие развитие и разработка рекомендаций по результативному достижению таких общих тактических за­дач в познавательной деятельности следователя, как проверка алиби обвиняемого (подозреваемого), розыск преступника, поиск материальных следов преступления и других призваны пополнить осо­бенную часть криминалистической тактики. Тактические операции, отражающие типовые задачи расследования криминалистически одновидовых преступлений, закономерно следует разрабатывать и рассматривать в рамках частных криминалистических методик.

Кроме того, несмотря на общее признание необходимости криминалистического исследования личности преступника, криминалистического исследования личности потерпевшего (криминалисти­ческой виктимологии), данные вопросы, как правило, не рассматриваются в учебниках по кримина­листике, не отнесены ни к тактике, ни к методике. Рассмотрение указанных учений в криминалисти­ческой тактике обусловливается её предметом — взаимодействие и отношения участников расследо­вания, которые не могут быть раскрыты без исследования личностной характеристики преступника, потерпевшего и других участников, правильную тактику поведения с которыми должен определить следователь. Особенности характеристики поведения и личности преступника, потерпевшего при со­вершении отдельных видов преступлений должны получить своё развитие в частных криминалисти­ческих методиках как элементы криминалистической характеристики преступлений.

Неразрывная связь между тактическим приёмом и тактическим решением как его результатом определяет необходимость дальнейшего развития и включения учения о тактических решениях в учебник, в раздел криминалистической тактики, что должно способствовать получению студентами навыков практической деятельности. Данное положение предполагает построение стройной системы названного учения, определение понятия, задач, места в структуре познавательной деятельности по уголовным делам, рекомендаций по правильному законному выбору тактических решений, а значит, и необходимость дальнейшего его развития.

Таким образом, определение содержания структуры криминалистической тактики связано с ре­шением об отнесении к криминалистической тактике некоторых новых возникающих учений, а также учений, криминалистический характер и значимость которых для раскрытия и расследования престу­плений не вызывает сомнений.

К новым направлениям развития криминалистической тактики следует отнести вопросы тактики профессиональной защиты, прокурора и судьи (суда).

Реализация новой системы уголовно-процессуальных принципов закономерно вызвала к жизни новые институты, в частности введение суда с участием присяжных заседателей, определила новый процессуальный статус и значение таких субъектов, как суд, защитник, представитель, прокурор. За­кономерно встал вопрос о разработке оптимальных и результативных приёмов и средств (тактики) решения задач, возникающих в ходе их деятельности.

Вопрос о разработке тактики адвоката-защитника, судьи, прокурора ещё и раньше поднимался в литературе, однако до настоящего времени он остался однозначно нерешённым, вызывающим науч­ные споры и дискуссии.

В 1938 г. А.Л.Цыпкин отмечал необходимость внедрения данных криминалистики в деятель­ность суда [16; 44]. В своё время Н.В.Терзиев, А.И.Винберг и другие советские криминалисты также подчеркивали, что криминалистика не является наукой только для предварительного следствия и дознания, ее приемы и методы должны применяться и в деятельности суда [17; 154, 18; 103].

Впервые научно обосновал возможность и необходимость использования достижений кримина­листики в судебном исследовании доказательств Л.Е.Ароцкер. Он предложил и создал концепцию тактики судебного следствия, разработал систему ее методов и приемов. «Криминалистическая так­тика судебного следствия — это система основанных на уголовно-процессуальном законе приемов и методов планомерной подготовки и проведения судебного следствия и отдельных судебных дейст­вий, обеспечивающая установление истины по делу [19; 61]. Н.А.Якубович предложила определять тактику судебного следствия как систему приемов и методов, разработанных в соответствии с уго­ловно-процессуальным законом с использованием данных специальных наук и обобщения судебной практики для организации планомерного эффективного проведения судебного следствия путем пра­вильного конструирования судебных версий, избрания рационального порядка их проверки и опреде­ления линии поведения суда и участников судебного разбирательства при производстве процессуаль­ных действий по исследованию доказательств. Она в 1978 г. предложила в тактику судебного следст­вия включить определение линии поведения суда и участников судебного разбирательства, выпол­няющих свои профессиональные функции при производстве процессуальных действий по исследова­нию доказательств [20; 139].

Иную концепцию системы криминалистической тактики создал О.Я.Баев. Он выделил три само­стоятельные подсистемы: тактику следственную (предварительного расследования преступлений); тактику прокурорскую (государственного обвинения по уголовным делам); тактику адвокатскую (тактика профессиональной защиты от подозрения или обвинения в совершении преступления). Под криминалистической тактикой он предложил понимать «систему научных положений и разрабаты­ваемых на их основе соответствующих средств (приемов, рекомендаций по их реализации, операций) допустимого и рационального собирания, исследования и использования доказательственной инфор­мации следователем (дознавателем), прокурором — государственным обвинителем, адвокатом — защитником, каждым в соответствии со своей процессуальной функцией в условиях потенциального или реального, непосредственного или опосредованного противодействия со стороны лиц или орга­нов, имеющих иные интересы в уголовном судопроизводстве, чем те, которые имеет субъект, для оп­тимизации деятельности которого соответствующий вид криминалистической тактики создается» [21; 184].

О.Я.Баев категорически не согласен с существованием «криминалистики суда», не возражая против выражения «использование данных криминалистики в судебном разбирательстве уголовных дел». Он считает, что «не суд как таковой, а две состязающиеся в суде стороны — обвинение и защи­та» являются субъектами криминалистики при судебном рассмотрении уголовных дел: прокурор — государственный обвинитель и адвокат — защитник подсудимого» [22; 16]. Судья, при всей специ­фике его функции разрешать уголовные дела, является субъектом познавательной деятельности, на основе которой, установив посредством представляемых в суде доказательств объективную истину, выносит решение. При этом судебное разбирательство по уголовным делам проходит в конфликтной ситуации сторон, с противоположными интересами и отношениями к данной объективной истине. Требует особой тактики, на наш взгляд, и нравственно-воспитательная задача судебного разбиратель­ства. Помимо этого, суд также может проводить отдельные следственные действия. Так, процедура проведения допросов подсудимых, потерпевших, свидетелей, после допроса их сторонами защиты и обвинения, требует от судьи особого мастерства, поэтому, на наш взгляд, с развитием уголовно­процессуального законодательства вопросы принятия тактических решений и реализации тактиче­ских приемов судьёй (судом) представляются предметом криминалистических исследований.

В.М.Бозров представляет криминалистическую тактику, состоящую из двух разделов: 1) следст­венная тактика, где акцент делается на поисковый момент; 2) тактика судебного следствия, в которой акцентируется внимание на исследовательских аспектах и которая связана главным образом с про­веркой выводов, изложенных в обвинительном заключении. В свою очередь тактика судебного след­ствия подразделяется на тактику разрешения уголовного дела и на тактику обвинения и защиты [23; 10].

С середины 90-х годов ставится вопрос о необходимости научного исследования тактики про­фессиональной защиты, издан ряд работ, посвящённых данной проблематике. Несмотря на это, во­прос о включении тактики профессиональной защиты в криминалистическую тактику вызывает дос­таточно резкие возражения [24], при этом защищён ряд диссертационных работ, предлагающих изла­гать положения профессиональной защиты и представительства в рамках криминалистики. Р.Г.Зорин считает, что в настоящее время зарождается новая отрасль правового знания криминалистика защиты [25], А.Г.Филиппов предлагает её определить как теорию профессиональной защиты [26; 125]. По их мнению, вопросы тактики деятельности защитника должны развиваться не в рамках криминалистики, а «отпочковаться» от неё, как в свое время криминалистика от уголовного процесса, в самостоятель­ную науку. В настоящее время такие предложения несколько поспешны, имеют прогнозируемый ха­рактер, так как теоретические и методологические основы тактики профессиональной защиты со­ставляют положения криминалистических учений и теорий.

Неоднозначно также решается вопрос о тактике прокурора. Еще в трудах А.Т.Кони, Н.Н.Полянского, М.С.Строговича, А.Д.Бойкова, И.Я.Фойницкого и других известных юристов про­шлого столетия нашли свое отражение положения об искусстве тактики и стратегии защиты обви­няемого, подсудимого. Данное положение следует отнести и к прокурору, поддерживающему госу­дарственное обвинение. В последнее время издан ряд работ, раскрывающих значение и содержание тактических аспектов деятельности государственного обвинителя [27].

Актуальность вопроса о расширении содержания криминалистики, в частности криминалисти­ческой тактики, в современное время (время осуществления судебно-правовой реформы) ещё раз подтверждает комплексный прикладной характер криминалистики и её правовую зависимость. Ак­туализация новых предметных срезов в едином объекте криминалистики — деятельности по уста­новлению истины по уголовным делам с целью защиты законных прав и интересов граждан — есте­ственно определяет возникновение и развитие новых криминалистических учений, в частности в криминалистической тактике. Основные направления развития, а также уровень научного кримина­листического знания должны быть отражены в её структуре. Структура криминалистической тактики должна быть представлена обязательно двумя основными частями — общей и особенной. К общей части следует отнести учения:

-   о предмете, методах, задачах криминалистической тактики;

-   криминалистическое учение о тактических приемах;

-   учение о криминалистических версиях;

-   учение о планировании;

-   учение о моделировании;

-   общие положения тактики взаимодействия участников уголовного судопроизводства;

-   криминалистическое учение о тактических ситуациях;

-   криминалистическое учение о тактических решениях;

-   криминалистическое учение о тактических операциях;

-   криминалистическое учение о личности преступника;

-   криминалистическое учение о личности потерпевшего.

Особенная часть, на наш взгляд, должна включать тактические рекомендации основным субъек­там установления истины по уголовным делам — следователю, защитнику, суду, прокурору, соответ­ственно называться следственной тактикой, тактикой профессиональной защиты, тактикой прокурора и тактикой судьи (суда). Основным содержанием в разделах особенной части криминалистической тактики должны стать тактика производства отдельных процессуальных действий и решения типо­вых тактических задач соответствующими субъектами. Данная структура не претендует на оконча­тельность в определении системы особенной части криминалистической тактики.

Структура каждого названного учения, входящего в особенную часть криминалистической так­тики, с учетом накопления ими новых знаний и современного состояния развития в соответствии с требованиями настоящего времени, должна составлять тему самостоятельного криминалистического исследования.

Список литературы

1               Колдин В.Я. Естественнонаучная криминалистика в системе современного криминалистического знания. Вступит. ст. // Клаус Дитер Поль. Естественнонаучная криминалистика (Опыт применения научно-технических средств при расследова­нии отдельных видов преступлений). — М.: Юрид. лит., 1985.

2         Конституция Республики Казахстан. — Алматы: Жеті жаргы, 2010.

3                Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан: Учеб.-практ. пособие. — Алматы: Изд-во «Норма-К», 2011.

4               Яблоков Н.П. Криминалистика: природа, система, методологические основы // Н.П.Яблоков, А.Ю.Головин. — 2-е изд., доп. и перераб. — М.: Норма, 2009.

5        Митричев С.П. Предмет, метод и система советской криминалистики. — М.: Знание, 1956.

6        Аверьянова Т.В., Белкин Р.С. и др. Криминалистика / Под ред. Р.С.Белкина. — М.: НОРМА-ИНФРА М, 1999.

7         Головин А.Ю. Криминалистическая систематика. — М.: «ЛексЭст», 2002.

8               ЯкимовИ.Н. Криминалистика: Руководство по уголовной технике и тактике. — М., 1925; Криминалистика / Под ред. А.Я.Вышинского. — М.: ОГИЗ, 1935.

9         Криминалистика: Учебник / Под ред. Т.А.Седовой и А.А.Эксархопуло. — СПб.: Изд-во «Лань», 2001.

10        Криминалистика. Учебник для вузов / Отв. ред. проф. Н.П.Яблоков. — М.: Изд-во БЕК, 1996.

11        Криминалистика: Учебник / Под ред. А.Г.Филиппова. — 3-е изд., перераб. и доп. — М.: Спарк, 2004.

12        Криминалистика. Учебник. — 2-е изд., перераб. и доп. / Под ред. В. А. Образцова. — М.: Юристъ, 1999.

13            Щедровицкий Г.П. Принципы и общая схема методологической организации системно-структурных исследований и разработок // Системные исследования. Методологические проблемы. — М., 1984 // e.gov.kz/wps/portal

14        ЛеонтьевА.Н. Деятельность, сознание, личность. — М.: Политиздат, 1975.

15        Васильев А.Н. Тактический приём — основа следственной тактики // Социалистическая законность. — 1974. — № 4.

16        Цыпкин А.Л. Судебное следствие и криминалистика // Социалистическая законность. — 1984. — № 12.

17         Терзиев Н.В. К вопросу о системе науки советской криминалистики // Правоведение. — 1961. — № 2.

18        ВинбергА.Н. Криминалистика. Введение в науку — М.: Юрид.лит., 1962.

19           АроцкерЛ.Е. Использование данных криминалистики в судебном разбирательстве уголовных дел. — М.: Юрид. лит., 1964.

20            Якубович Н.А. Общие проблемы криминалистической тактики // Советская криминалистика: теоретические пробле­мы. — М.: Юрид. лит., 1978.

21         Баев О.Я. Основы криминалистики. — Воронеж: Изд-во Воронежского ун-та, 1998.

22            Баев О.Я. Криминалистическая адвокатология как подсистема науки криминалистики // Профессиональная деятель­ность адвоката как объект криминалистического исследования. — Екатеринбург: Изд-во «Чароид», 2002.

23            Бозров В.М. Процессуальные, криминалистические и психологические аспекты судебного следствия: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — Свердловск, 1991.

24            Каминский М.К. Процедурная революция и криминалистика // Профессиональная деятельность адвоката как объект криминалистического исследования. — Екатеринбург: Изд-во «Чароид», 2002. — С. 70-82; Эксархопуло А.А. Профессио­нальная защита в уголовном процессе и предмет криминалистики // Профессиональная деятельность адвоката как объект криминалистического исследования. — Екатеринбург: Изд-во «Чароид», 2002. — С. 149-161.

25            Зорин Р.Г. Криминалистика защиты против криминалистики обвинения // Теоретические основы криминалистики. — Минск, 2000 // www.e.gov.kz/wps/portal

26             Филиппов А.Г. Криминалистика и теория профессиональной защиты по уголовным делам // Профессиональная дея­тельность адвоката как объект криминалистического исследования. — Екатеринбург: Изд-во «Чароид», 2002.

27            Руководство для государственных обвинителей. Криминалистический аспект деятельности. Учеб. пособие — СПб: Юрид. центр «Пресс», 2003; Утибаев Г.К. Представительство интересов государства в суде. Учеб. пособие. — Астана, 2004; Мельник В.В. Психологические основы поддержания государственного обвинения в суде с участием присяжных заседате­лей. — М., 2002 и др. // www.e.gov.kz/wps/portal

Фамилия автора: К.В.Ким
Год: 2011
Город: Караганда
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика