Некоторые аспекты оценки конституционности объектов конституционного контроля

Основным полномочием органов конституционной юстиции является контроль конституцион­ности законов и иных нормативных актов. Такой контроль осуществляется не только как специальное полномочие, но и при реализации других полномочий этих органов, например, при рассмотрении споров о компетенции, конституционных жалоб граждан на нарушение их прав и свобод, так как объектом проверки и в этих процедурах являются нормативные правовые акты. Органы конституци­онного контроля призваны обеспечивать соблюдение основополагающих норм, содержащихся в кон­ституции. Писаное право образует иерархию норм. Органы конституционной юстиции следят за тем, чтобы не нарушалось соответствие нижестоящих норм вышестоящим. Под контроль обычно подпа­дают разнообразные акты, и прежде всего законы, принимаемые парламентом. В сферу контроля включаются также международные договоры.

Верховенство конституции обеспечивается прежде всего через конституционный нормокон- троль, что присуще всем формам конституционной юрисдикции — американской, европейской, сме­шанной. Высшая юридическая сила конституции предполагает, что нижестоящие по силе правовые нормы соответствуют, по существу, ее положениям. В формальном смысле она проявляется в том, что, во-первых, конституционные нормы всегда имеют перевес над иными положениями закона или актов исполнительной власти, во-вторых, эти акты должны быть приняты государственными органа­ми согласно зафиксированной процедуре. Таким образом, закон имеет силу только тогда, когда он был издан органом, предусмотренным конституцией, и в соответствии с процедурой, ею установленной.

При исследовании объектов конституционного контроля важно определить критерии их консти­туционности, что связано c разрешением группы проблем. Во-первых, необходимо установить, явля­ются ли нормы Конституции единственными основными критериями конституционности объектов контроля. Во-вторых, следует обозначить, какие дополнительные критерии конституционности могут быть установлены.

Статья 62 Конституции Республики Казахстан закрепляет, что Парламент принимает законода­тельные акты в форме законов Республики Казахстан, постановлений Парламента, постановлений Сената и Мажилиса, имеющих обязательную силу на всей территории республики (ч. 1); законы рес­публики, постановления Парламента и его Палат не должны противоречить Конституции. Постанов­ления Парламента и его Палат не должны противоречить законам (ч. 7.) [1].

Применительно к определению критериев конституционности в конституционном законодатель­стве и судебной практике зарубежных стран выработаны различные подходы. Большинство из них можно свести к основным: 1) критериями конституционности выступают только нормы конституции государства; 2) критериями конституционности выступают нормы, содержащиеся как в конституции, так и в ряде других источников конституционного права. При первом подходе внимание акцентиру­ется прежде всего на необходимости качественно более высокого уровня правовой охраны нацио­нальной конституции в силу ее функций и особых юридических свойств, чем других источников пра­ва, включая и конституционные (органические) законы. Основной акцент при втором подходе дела­ется на наличие целого ряда особо значимых межнормативных связей между национальной консти­туцией и другими источниками конституционного права. Во многом эти связи предопределяются тем, что такие источники права регулируют качественно важные и устойчивые общественные отно­шения.

Если провести сравнительный анализ конституционных основ критериев оценки конституцион­ного соответствия нормативно-правовых актов, то можно выявить следующее. В одних странах за­креплена система «иерархического» обеспечения конституционного соответствия нормативно­правовых актов (Литва, Узбекистан). В них, в зависимости от юридической силы и вида нормативно­правового акта, он проверяется органом конституционного контроля на соответствие конституции и законам, актам президента и правительства. Другая система имеет целью обеспечить их соответствие только национальной конституции. К таким государствам, где «эталоном» конституционности явля­ется лишь Основной Закон, на наш взгляд, относятся Республика Казахстан, Российская Федерация. К третьему виду относится группа стран, в которых обеспечивается соответствие нормам права, со­держащимся в различных формах выражения права. К этой группе можно отнести большинство ев­ропейских стран.

Так, Конституция Литвы в ст.102 устанавливает, что Конституционный суд Литовской Респуб­лики принимает решение о соответствии законов и других актов Сейма конституции, а актов Прези­дента республики и Правительства — Конституции или законам [2].

Конституция Польши наделяет Конституционный Трибунал Республики Польши полномочиями разрешать дела о: 1) соответствии законов и международных договоров настоящей Конституции;

2)  соответствии законов ратифицированным Польшей международным договорам, ратификация которых требовала предварительного согласия, выраженного в законе; 3) соответствии правовых предписаний, издаваемых центральными государственными органами, настоящей Конституции, международным договорам, ратифицированным Польшей, и законам (ст. 188) [3]. А Конститу­ционный суд Чешской Республики вправе принимать следующие решения: а) об отмене законов или их отдельных положений, если они противоречат Конституции или международному договору, b) об отмене иных правовых актов или их отдельных положений, если они противоречат конституционно­му закону (Конституции), закону или международному договору (п.1 ст.87 Конституции Чешской Республики) [4].

Наиболее подробно закреплена система иерархического обеспечения соответствия Конституции нормативно-правовых актов в Основном Законе Словакии. Так, согласно п.1 ст.125 Конституцион­ный суд Словацкой Республики принимает решения о соответствии: а) законов — настоящей Кон­ституции, конституционным законам и международным договорам, на заключение которых дал со­гласие Национальный совет Словацкой Республики и которые были ратифицированы и обнародова­ны в порядке, установленном законом; b) распоряжений Правительства Словацкой Республики, об­щеобязательных правовых актов министерств и иных центральных органов государственной админи­страции — настоящей Конституции, конституционным законам и международным договорам, на за­ключение которых дал согласие Национальный совет Словацкой Республики и которые были рати­фицированы и обнародованы в порядке, установленном законом, и законам; с) общеобязательных распоряжений, издаваемых согласно ст.68 Конституции настоящей Конституции, конституционным законам и международным договорам, на заключение которых дал согласие Национальный совет Словацкой Республики и которые были ратифицированы и обнародованы в порядке, установленном законом, и законам, если решение по ним не принимает иной суд; d) общеобязательных правовых актов местных органов государственной администрации и общеобязательных распоряжений органов территориального самоуправления, издаваемых согласно ч.2 ст.71 Конституции, настоящей Консти­туции, конституционным законам и международным договорам, обнародованным в порядке, уста­новленном законом, законам, распоряжениям Правительства и общеобязательным правовым актам министерств и иных центральных органов государственной администрации, если решение по ним не принимает иной суд [5].

Система критериев конституционности в европейских государствах достаточно разветвленная. В частности, в ФРГ критериями конституционности, помимо норм конституций, могут выступать международно-правовые нормы. Согласно ст. 25 Основного Закона ФРГ, общие нормы международ­ного права являются составной частью права федерации, они имеют преимущество перед законом и непосредственно порождают права и обязанности для жителей федеральной территории. В Германии

Основной Закон также определяет, что земельное право может быть проверено на совместимость с федеральным правом [6].

Важна также позиция органа конституционной юстиции. Нередко органы конституционного контроля сами проверяют соответствие иным актам. Например, Конституционный совет Франции установил для себя право проверять соответствие обычных законов органическим законам.

В статье 10, п.2, Конституции Испании установлено, что входящие в Конституцию положения об основных правах и свободах должны толковаться в соответствии со Всеобщей декларацией прав человека и международными договорами и соглашениями по этим вопросам, которые ратифицирова­ны Испанией [7]. Конституция Молдовы закрепляет в п.1 ст.4 «Права и свободы человека»: консти­туционные положения о правах и свободах человека толкуются и применяются в соответствии со Всеобщей декларацией прав человека, пактами и другими договорами, одной из сторон которых яв­ляется Республика Молдова [8].

В Болгарии ст.149, п.1, подп.4, Конституции определено правило о том, что Конституционный суд устанавливает соответствие Конституции заключенных Болгарией международных договоров до их ратификации, а также соответствие законов общепризнанным нормам международного права и международным договорам, стороной которых является Республика Болгария [9]. Подобное положе­ние установлено и в Конституции Венгерской Республики: правовая система Венгерской Республики принимает общепризнанные нормы международного права и обеспечивает соответствие внутреннего права Венгрии принятым ею требованиям международного права (п.1 параграфа 7) [10]. Основной Закон Финляндии наделяет Конституционную комиссию правомочиями осуществлять контроль над конституционностью: комиссия должна высказывать свое мнение по вопросу о конституционности законопроектов и других представленных ей дел, а также об их соответствии международным документам о правах человека (параграф 74) [11].

Согласно п.4 ст.15 Конституции России, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются составной частью ее правовой системы; если междуна­родным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора [12]. В российской юридической литературе высказано мнение, что сама Конституция закрепляет в качестве отдельных, самостоятельных критериев конституционности правовые нормы, имеющие иные, чем Конституция формы нормативного выражения. По мнению Т.Я.Хабриевой, «использование систематического приема толкования позволяет прийти к выводу, что в случае противоречия Федерального закона международному договору Российской Федерации суд дол­жен обратиться с запросом в Конституционный суд, а в случае противоречия такому договору любого другого нормативного акта суд применяет правила международного договора» [13; 145].

Какой подход в отношении системы критериев конституционности установлен в Республике Ка­захстан? Анализируя положения ст. 72 Конституции Республики Казахстан, можно сделать вывод о том, что в качестве критериев конституционности объектов конституционной проверки в рамках аб­страктного нормоконтроля установлены только нормы самой Конституции. Так, в статье 72 ч.1 Кон­ституции Казахстана установлено, что Конституционный Совет по обращению Президента Респуб­лики Казахстан, Председателя Сената, Председателя Мажилиса, не менее одной пятой части от обще­го числа депутатов Парламента, Премьер-министра: 1) решает в случае спора вопрос о правильности проведения выборов Президента Республики, депутатов Парламента и проведения республиканского референдума; 2) рассматривает до подписания Президентом принятые Парламентом законы на их соответствие Конституции Республики; 2-1) рассматривает на соответствие Конституции Республики принятые Парламентом и его Палатами постановления; 3) рассматривает до ратификации междуна­родные договоры Республики на соответствие их Конституции; 4) дает официальное толкование норм Конституции. Согласно ч.2 ст.72 Конституционный Совет рассматривает обращения судов в случаях, установленных ст.78 Конституции.

Объективное толкование норм Закона Республики Казахстан о Конституционном Совете РК по­зволяет подтвердить вывод о том, что в конституционном законодательстве Республики Казахстан закреплены в качестве критериев конституционности объектов конституционного контроля только нормы самой Конституции. Так, в статье 1 Закона закрепляется статус Конституционного Совета как государственного органа, обеспечивающего верховенство Конституции Республики Казахстан на всей территории республики, подчиняющегося при осуществлении своих полномочий только Кон­ституции Республики (п.1); Конституционный Совет осуществляет свои полномочия, руководствуясь Конституцией Республики и настоящим Конституционным законом, воздерживаясь от установления и исследования иных вопросов во всех случаях, когда это входит в компетенцию судов или других государственных органов (ч.2) [14].

На основе ст.17 ч.2 Закона Конституционный Совет Республики Казахстан в соответствии с пп. 2), 2-1), 3) п.1 ст.72 Конституции рассматривает на соответствие Конституции: 1) до подписа­ния Президентом принятые Парламентом законы; 2) принятые Парламентом и его Палатами поста­новления; 3) международные договоры Республики до их ратификации. Конституционный Совет в соответствии с пп. 4)-5) п.1 ст.72 Конституции дает официальное толкование норм Конституции (ч.3 п.1); а также в соответствии с п.2 ст.72 Конституции рассматривает обращения судов о признании акта неконституционным, если суд в соответствии со ст.78 Конституции усмотрит, что закон или иной нормативный правовой акт, подлежащий применению, ущемляет закрепленные Конституцией права и свободы человека и гражданина (ч.4 п.1).

Итак, анализ норм Конституции РК и Конституционного закона о Конституционном Совете РК позволяет сделать вывод о том, что Конституция Республики Казахстан выделяет в качестве критери­ев конституционности объектов конституционного контроля только нормы самой Конституции. Вме­сте с тем, рассматривая конституционное законодательство в части регламентации прав и свобод че­ловека, а также юридической силы международно-правовых норм, международных договоров, рати­фицированных Казахстаном, можно предположить, что законодатель в качестве критериев конститу­ционности объектов контроля в рамках их рассмотрения закрепил нормы не только Конституции Республики Казахстан, но и нормы международных договоров Республики Казахстан.

Так, в преамбуле Конституции Республики Казахстан говорится, что народ Казахстана привер­жен идеалам свободы, равенства и согласия. В статье 1 ч.1 Основного Закона Республика Казахстан утверждает себя демократическим, светским, правовым и социальным государством, высшими цен­ностями которого являются человек, его жизнь, права и свободы. Статья 4 Конституции Казахстана провозглашает высшую юридическую силу и прямое действие Конституции на всей территории Рес­публики (ч.2). Часть 3 ст.4 Конституции Республики Казахстан устанавливает, что международные договоры, ратифицированные Республикой, имеют приоритет перед ее законами и применяются не­посредственно, кроме случаев, когда из международного договора следует, что для его применения требуется издание закона. В соответствии со ст.12 ч.1 в Республике Казахстан признаются и гаранти­руются права и свободы человека в соответствии с Конституцией. Согласно положениям ст.78 Кон­ституции Казахстана суды не вправе применять законы и иные нормативные правовые акты, ущем­ляющие закрепленные Конституцией права и свободы человека и гражданина. Если суд усмотрит, что закон или иной нормативный правовой акт, подлежащий применению, ущемляет закрепленные Конституцией права и свободы человека и гражданина, он обязан приостановить производство по делу и обратиться в Конституционный Совет с представлением о признании этого акта неконститу­ционным.

Возникает вопрос: допустимо ли закрепление в качестве критериев конституционности объектов контроля со стороны Конституционного Совета правовых норм, имеющих иные формы нормативно­го регулирования, чем сама Конституция Республики Казахстан? Иными словами, нормы каких ис­точников конституционного права, помимо Конституции, могут быть использованы как критерии конституционности? Прежде всего, вряд ли целесообразно рассматривать в качестве критериев кон­ституционности правовые нормы подзаконного характера, так как это уровень судебного, админист­ративного, а не конституционного контроля. Далее, нормы обычных, текущих законов также не могут служить в качестве таких критериев, поскольку использование норм ординарных законов в качестве самостоятельных критериев конституционности не соответствует юридической природе и предназна­чению Конституционного Совета как органа конституционного контроля. Последний может прирав­нивать к Конституции или сопоставлять с ней рассматриваемый акт (закон, акт исполнительной вла­сти) только в том случае, когда она обладает высшей юридической силой по отношению к сопостав­ляемому акту.

Таким образом, в качестве дополнительных критериев конституционности объектов конститу­ционного контроля могут быть предусмотрены нормы правовых актов, имеющих большую юридиче­скую силу, чем ординарные законы. С учетом этого в качестве критериев могут быть закреплены, во- первых, нормы конституционных законов и, во-вторых, нормы международных договоров, в отноше­нии которых Республика Казахстан выразила согласие на обязательность в форме конституционного либо ординарного закона.

Однако любые законы, в том числе конституционные, по смыслу Конституции Республики Ка­захстан могут быть объектами последующего конституционного контроля. Кроме того, предметом правового регулирования не всех международных договоров являются отношения, значимые с точки зрения конституционного права. Казахстан не всегда выражает свое согласие на обязательность меж­дународных договоров в форме закона. Иногда согласие на обязательность международных догово­ров может выражаться в форме правовых актов подзаконного уровня (указы Президента). Поэтому в качестве критериев конституционности нормы можно было бы закреплять нормы отдельных консти­туционных законов и международных договоров Республики Казахстан.

Следовательно, в настоящее время фактически единственными критериями конституционности объектов конституционного контроля являются нормы Конституции. Полагаем, что данный тезис требует дальнейшего развития. Использование в качестве критериев конституционности норм Кон­ституции Республики Казахстан предполагает познание их объективного смысла, что невозможно сделать без соответствующей интерпретации этих норм. Официальное толкование Конституционным Советом норм Конституции Республики Казахстан является естественным спутником конституцион­ного контроля. Без толкования Конституции Республики Казахстан Совет не сможет осуществить и конституционный контроль. Правовые позиции органа конституционного контроля могут выступать в качестве самостоятельного критерия конституционности объектов контроля, поскольку они отли­чаются нормативным единством с нормами Конституции.

В большинстве европейских стран к объектам конституционного контроля отнесены междуна­родные договоры, как правило, не вступившие в силу. Редко предусматривается возможность оспа­ривания и вступивших в силу для страны международных договоров (например, в Португалии). Мно­гие зарубежные страны включают в свое внутреннее законодательство те или иные нормы междуна­родного права. К примеру, в Основном Законе Германии установлено, что общепризнанные нормы международного права являются составной частью федерального права. Они имеют преимущество перед законами и порождают права и обязанности непосредственно для лиц, проживающих на терри­тории Федерации (ст.25). Конституция Молдовы в п.1 ст.8, посвященной соблюдению международ­ного права и международных договоров, провозглашает обязанность Республики Молдова соблюдать Устав ООН и договоры, одной из сторон которых она является, строить свои отношения с другими государствами на общепризнанных принципах и нормах международного права.

В соответствии с п.1 ст.96 Конституции Испании законно заключенные и официально опублико­ванные в Испании международные договоры составляют часть ее внутреннего законодательства. Их положения могут быть отменены, изменены или приостановлены только в порядке, указанном в са­мих договорах, или в соответствии с общими нормами международного права. Правовая система Венгерской Республики принимает общепризнанные нормы международного права (параграф 7 п.1 Конституции Венгерской Республики).

В Польской Республике ратифицированный Польшей международный договор после его опубликования образует часть правовой системы Республики Польша и применяется непосредственно постольку, поскольку его применение не поставлено в зависимость от издания закона (ст.91 п.1 Конституции Польши). Согласно конституционным установлениям Чешской Республики, ратифицированные и обнародованные международные договоры о правах человека и основных свободах, обязательства по которым приняла на себя Чешская Республика, являются непосредственно действующими (ст.10 Конституции). В Конституции Швейцарской конфедерации, ст.191 «Применяемое право», записано, что Федеральный суд и другие органы власти обязаны применять федеральные законы и международное право [15].

Содержание конституционного контроля относительно международных договоров в той или иной стране определяется прежде всего тем, признается ли в ней примат международного права над национальным, включая конституцию, или такое признание не распространяется на нее, сохраняю­щую верховенство в правовой системе страны. Конституции решают эту проблему по-разному.

В Германии общепризнанные нормы международного права имеют преимущество перед законами и порождают права и обязанности непосредственно для лиц, проживающих на территории Федерации (ст.25 Основного Закона Германии). В Конституции Молдовы указывается, что при наличии несоответ­ствий между пактами и договорами об основных правах человека, одной из сторон которых является Республика Молдова, и внутренними законами приоритет имеют международные нормы (п.2 ст.8).

В пункте 2 ст.91 Конституции Польши говорится о том, что международный договор, ратифици­рованный Республикой Польшей с предварительного согласия Сейма, выраженного в законе, имеет приоритет перед законом Республики Польша, если последний нельзя согласовать с договором. Подобные положения содержит ст.10 Конституции Чешской Республики: ратифицированные и обнародованные международные договоры о правах человека и основных свободах, обязательства по которым приняла на себя Чешская Республика, имеют преимущество перед внутренним законодательством.

Чаще всего органы конституционной юрисдикции наделяются полномочием проверять консти­туционность именно не вступивших в силу для страны международных договоров, чтобы предотвра­тить возникновение противоречий между международными обязательствами страны и ее конститу­цией. Так, согласно ст.95 Конституции Испании, заключению международного договора, содержаще­го положения, противоречащие Конституции, должен предшествовать пересмотр последней (ч.1); а о том, имеется ли такое противоречие, правительство или любая из палат может запросить Конститу­ционный суд (ч.2). И если Конституционный суд Испании в соответствии со своим полномочием, предусмотренным п. «в» ч. «два» ст. 127 Закона о нем, объявит международный договор неконститу­ционным, этот договор может быть ратифицирован (одобрен) только в случае изменения соответст­вующих конституционных положений.

Конституция Молдовы устанавливает правило, согласно которому вступлению в силу междуна­родного договора, содержащего положения, противоречащие Конституции, должен предшествовать пересмотр Конституции (ст.8, ч.2). Во Франции, если Конституционный совет, запрошенный прези­дентом республики, премьер-министром или председателем одной из палат, заявит, что какое-либо международное обязательство содержит положения, противоречащие Конституции, то разрешение на его ратификацию или одобрение могут быть даны только после пересмотра Конституции (ст.54 Кон­ституции Франции) [16].

Если же, как, например, в Португалии, признается неконституционным вступивший в силу для страны международный договор, то это не считается препятствием для применения договора, при условии, что признанные неконституционными его положения применяются другими сторонами до­говора и не нарушают основные принципы Конституции страны [17].

Обращает на себя внимание сочетание в некоторых странах верховенства конституции и прима­та международного права, что находит преломление в компетенции органов конституционной юрис­дикции, например, в Болгарии, Венгрии, Словении, где Конституционный суд правомочен давать за­ключения о соответствии конституции международных договоров до их ратификации и в то же время о соответствии законов общепризнанным нормам международного права и международным догово­рам, по которым данные страны являются стороной. Конституция Греции (ч. 2 ст. 28, п. «f» ч. 1 ст. 100), признавая общепризнанные нормы международного права и международные договоры стра­ны составной частью национального права и их примат над законами, возлагает на Верховный специ­альный суд Греции полномочие рассматривать споры относительно того, является ли норма между­народного права составной частью национального права [18].

Институт конституционного контроля связан с толкованием и формой изменения конституции; конституционный контроль всегда связан с проблемой изменения конституции. Особый порядок пе­ресмотра основного закона по отношению к порядку принятия или изменения простых законов уста­навливается для придания конституции устойчивости, некоторого постоянства и стабильности госу­дарственного строя. Конституционный Совет Казахстана не вправе отменять, вносить поправки в текст Конституции Республики Казахстан, таким образом изменяя, модифицируя основной критерий конституционности. Это — исключительная прерогатива учредительной власти, к каковой Консти­туционный Совет не относится. Конституция Республики Казахстан есть результат учредительного нормотворчества.

По-разному решается в мире вопрос о проверке конституционности законов, вносящих поправки в конституцию. Конституции не всегда дают на него прямой ответ, и его часто формулирует судебная практика. Но в некоторых странах ответ с той или иной степенью определенности можно найти и в конституции. Так, ст.79 (ч.3) Основного Закона ФРГ указывает, что не допускаются изменения дан­ного Основного Закона, затрагивающие разделение Федерации на земли, принципы сотрудничества земель в законодательстве или основные принципы, установленные ст.ст.1 и 20 (имеются в виду принципы, касающиеся уважения и защиты человеческого достоинства, признания неприкосновенно­сти и неотчуждаемости прав человека — ст. 1, основ демократического и социального федеративного государства, конституционного строя, верховенства права — ст.20). В Конституции Молдавии прямо предусматривается передача на рассмотрение Конституционного суда предложений (проектов) о пе­ресмотре Конституции (п. «с» ч.1 ст.135, ч.2 ст.141).

Возможность органа конституционной юрисдикции проверять конституционность конституци­онных поправок означает, что парламент ограничен конституцией, не может произвольно ее пере­сматривать, а орган конституционной юрисдикции является правовым защитником конституции и от парламента. Тем не менее прослеживается тенденция к постепенному признанию такого полномочия за органами конституционного контроля, в силу того обстоятельства, что несоответствие конститу­ционных поправок основополагающим конституционным принципам чревато изменением сущности самой конституции.

В Республике Молдова Конституционный суд наделен полномочием высказываться по предло­жениям о пересмотре Конституции (ст. 135 ч.1 п. с); в случае же выдвижения инициативы пересмотра Конституции проекты конституционных законов представляются Парламенту только вместе с заклю­чением Конституционного суда, принятым не менее чем четырьмя судьями (ст.141 ч.2 Конституции Молдовы). Согласно ст.144 п.а) Конституции Румынии, Конституционный суд высказывается в обя­зательном порядке об инициативах пересмотра Конституции [19].

Поскольку главной функцией органов конституционного контроля является наблюдение за соот­ветствием принимаемых парламентом законов конституционным нормам, то принятие органом кон­ституционного контроля решения о несоответствии какой-либо нормы закона или всего закона кон­ституции оказывает на законодателя безусловное влияние. Если закон признан частично не соответ­ствующим основному закону, то парламент должен его изменить таким образом, чтобы акт не нару­шал положения конституции. При этом парламент должен учитывать аргументацию конституцион­ных советников или судей. Если закон признается полностью неконституционным, то парламент обя­зан либо отказаться от регулирования в сфере действия этого акта, либо разработать новый акт, с учетом мнения органа конституционного контроля.

Следует признать справедливым мнение ученых-конституционалистов о том, что «теоретически преодолеть решение суда по вопросу о неконституционности того или иного закона (его положений) парламент может, только приняв поправку к конституции, чтобы сделать положения закона, на кото­ром парламент настаивает, соответствующими конституции. Однако парламент представляет суве­ренную волю народа и совсем исключать его мнение при объявлении закона неконституционным вряд ли верно» [20; 30].

Конституционные установления некоторых зарубежных стран предоставляют возможность пар­ламентам преодолевать возражения органов конституционной юстиции. Так, Конституция Румынии в ст.145 ч.1 регулирует процедуру преодоления решения Конституционного суда Парламентом. Так, в случае неконституционности, установленной в соответствии с пп. «а» и «Ь» ст.144 Конституции, за­кон или регламент направляются на повторное рассмотрение. Если закон принимается в первона­чальной редакции большинством не менее чем в две трети от общего числа членов каждой Палаты Парламента, то возражения относительно неконституционности отклоняются и промульгация стано­вится обязательной.

В статье 279 Конституции Португалии регулируются последствия вынесения решения органа конституционного контроля. Если Конституционный суд вынесет решение о неконституционности нормы, содержащейся в каком-либо декрете или международном соглашении, то президент респуб­лики или министр республики в зависимости от того, в чью компетенцию входит подписание соот­ветствующего акта, обязаны наложить на него вето и вернуть тому органу, который его одобрил (п.1); в случае, предусмотренном пунктом 1, декрет не может быть промульгирован или подписан, пока орган, одобривший его, не исключит из текста норму, признанную неконституционной в судеб­ном порядке, или пока в соответствующем случае акт не будет вновь утвержден большинством в две трети голосов депутатов, присутствующих на заседании (ч.2); Если Конституционный суд вынесет решение о неконституционности нормы, содержащейся в договоре, то он может быть ратифицирован только в случае, если Ассамблея республики утвердит его большинством в две трети депутатов, при­сутствующих на заседании (п. 4).

В Казахстане в ходе конституционной реформы 2007 г. был усилен статус Конституционного Совета Республики Казахстан как органа конституционной юстиции. Согласно ранее действовавшей редакции п. 2 ст. 74 Конституции отменялись и не подлежали применению только те законы и иные нормативные правовые акты, которые были признаны Конституционным Советом как ущемляющие закрепленные Конституцией права и свободы человека и гражданина.

В соответствии с новой редакцией п. 2 ст. 74 Конституции отменяются и не подлежат примене­нию любые законы и иные нормативные правовые акты, признанные Конституционным Советом не­конституционными, в том числе признанные ущемляющими закрепленные Конституцией права и свободы человека и гражданина.

Конституция Венгерской Республики также предусматривает, что в случае установления некон- ституционности Конституционный суд отменяет законы и другие правовые нормы (параграф 32/А, п.2).

Общепризнанные принципы и нормы международного права закрепляют приоритет прав и сво­бод человека. Эти права и свободы являются непосредственно действующими, служат критерием оценки законодательства. Основные принципы права, в сущности, представляют собой обобщение естественных требований, обусловленных природой человеческих отношений, которые проявляются как в нормативной сфере, так и в оценке действующих законов с позиций должного и справедливого.

Изложенное подводит к мысли о том, что только лишь позитивных (писаных) норм права, даже при их изобилии, недостаточно для урегулирования социальных отношений. Обращение к общим принципам необходимо, чтобы заполнить существующие пробелы и ответить на насущные потребно­сти, возникающие в реальной жизни. Принципы права — продукт развитого правового сознания. Их достоинство в том, что они выражают назревшие правовые требования, выступают инструментом оценки действующего права, его исправления и дополнения.

Конституция Норвегии в параграфе 112 устанавливает, что в случае внесения изменений в Кон­ституцию изменения никогда не должны противоречить принципам Основного Закона, а быть лишь модификациями тех или иных положений, не нарушающими его духа [21]. Конституция Португалии объявляет неконституционными нормы, нарушающие положения Конституции или принципы, в ней закрепленные (ст.277 ч. 1).

Таким образом, основным критерием конституционности объектов конституционного контроля в Республике Казахстан являются нормы Конституции. Сравнительно-правовой анализ конституци­онного законодательства показывает, что в зарубежных странах, помимо норм национальной Консти­туции, в качестве критериев конституционности используются нормы конституционных (органиче­ских) законов, международных договоров, принципы права и Конституции. Представляется целесо­образным, с учетом опыта зарубежных государств, закрепление в Основном Законе Казахстана само­стоятельных критериев конституционности объектов конституционного контроля, таких как принци­пы Конституции и общепризнанные нормы международного права, закрепляющих основополагаю­щие права и свободы человека и гражданина. Кроме того, правовые позиции органа конституционно­го контроля можно рассматривать в качестве дополнительного критерия конституционности, которые применяются совместно с нормами Конституции как основными критериями конституционности объектов контроля.

В научной литературе авторами предлагается дополнить полномочия Конституционного Совета Республики Казахстан обязательным вынесением заключений на соответствие проектов изменений и дополнений Конституции нормам ст.91, а также пп.2, 3 ст.39 Конституции Республики Казахстан [22]. По нашему мнению, данное полномочие можно было бы распространить не только на указанные статьи Основного Закона РК, но и на все нормы Конституции Республики Казахстан, закрепляющие основные права и свободы человека и гражданина, в содержание которых предполагается внесение поправок. Новой научной разработки требуют, в частности, отношения органа конституционного контроля и парламента при объявлении первым закона неконституционным [20; 30].

References

1      Constitution of the Republic of Kazakhstan 30.08.1995 / parlam.kz

2       Constitution of the Republic of Lithuania // Constitutions of 16 countries of the world / The compiler Baishev Zh. — Almaty: Zheti-Zhargi, 1995. — 576 p.

3       Constitution of the Republic of Poland // 20 European Constitutions / The compiler Luparev G.P. — Almaty: Law school «Adilet», 2003. — 762 p.

4       Constitution of Czech Republic // 20 European Constitutions / The compiler Luparev G.P. — Almaty: Law school «Adilet», 2003. — 762 p.

5       Constitution of the Slovak Republic // 20 European Constitutions / The compiler Luparev G.P. — Almaty: Law school «Adilet», 2003. — 762 p.

6       The fundamental law of Federal Republic of Germany // Constitutions of the countries of the European Union / Edited by L.A.Okunkov. — Moscow: Publishing group NORMA-INFRA, 1999. — 816 p.

7       Constitution of Spain // Constitutions of the countries of the European Union / Edited by L.A.Okunkov. — Moscow: Publish­ing group NORMA-INFRA, 1999. — 816 p.

8      Constitution of the Republic of Moldova // Constitutions of 16 countries of the world / The compiler Baishev Zh. — Almaty: Zheti-Zhargi, 1995. — 576 p.

9      Constitution of the Republic of Bulgaria // Constitutions of 16 countries of the world / The compiler Baishev Zh. — Almaty: Zheti-Zhargi, 1995. — 576 p.

10   Constitution of the Republic of Hungary // 20 European Constitutions / The compiler Luparev G.P. — Almaty: Law school «Adilet», 2003. — 762 p.

11   Constitution of Finland // 20 European Constitutions / The compiler Luparev G.P. — Almaty: Law school «Adilet», 2003. — 762 p.

12   Constitution of the Russian Federation / gov.ru

13   Khabrieva T.Ya. Legal protection of the Constitution. — Kazan: Publishing house of Kazan Univ., 1995. — 268 p.

14   Constitutional law of the Republic of Kazakhstan «On the Constitutional Council of the Republic of Kazakhstan» 29.12.1995 / constcouncil.kz

15             Constitution of Switzerland // 20 European Constitutions / The compiler Luparev G.P. — Almaty: Law school «Adilet»,— 762 p.

16   Constitution of French Republic // Constitutions of the countries of the European Union / Edited by L.A.Okunkov. — Mos­cow: Publishing group NORMA-INFRA, 1999. — 816 p.

17   Constitution of Portugal // Constitutions of the countries of the European Union / Edited by L.A.Okunkov. — Moscow: Pub­lishing group NORMA-INFRA, 1999. — 816 p.

18   Constitution of Greece // Constitutions of the countries of the European Union / Edited by L.A.Okunkov. — Moscow: Pub­lishing group NORMA-INFRA, 1999. — 816 p.

19   Constitution of the Republic of Romania // 20 European Constitutions / The compiler Luparev G.P. — Almaty: Law school «Adilet», 2003. — 762 p.

20             Shulzhenko Yu.L., Chirkin V.Ye. Constitutional Court of Russia, between past and future // State and law. — 2011. — № 12.— P. 24-30

21   Constitution of Norway // 20 European Constitutions / The compiler Luparev G.P. — Almaty: Law school «Adilet», 2003. — 762 p.

22   Kotov A.K. Constitution and the Constitutional Council of the RK. — Astana, 2005. — P. 94-95; Baymachanova D.M. Con­stitutional Council of the RK and its activity on protection of the rights and liberties of the person and citizen // Legal reform in the Kazakhstan. — 2008. — № 2. — P. 14.

Фамилия автора: Ф.А.Ержанова
Год: 2012
Город: Караганда
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика