Некоторые проблемы оказания юридической помощи: исторический и зарубежный опыт

Прогрессивные изменения законодательства в области адвокатской деятельности существенно изменили статус и роль адвоката. Тем не менее осталось еще много неразрешенных проблем, которые влияют на эффективность оказания юридической помощи населению. Так, не разрешены проблемы стимулирования оказания юридической помощи в отдаленных районах, в сельской местности, ста- жерства, обеспечения оказания бесплатной юридической помощи, не ясен до конца статус помощни­ков адвокатов.

Если обратиться к истории становления и развития российской адвокатуры, то данная ситуация не нова. Так, в известной работе 1914 г. «История русской адвокатуры» И.В. Гессена отмечается сле­дующий факт: «Председатели провинциальных судов то и дело обращаются в Петербург и Москву с просьбой найти желающих поселиться в округе того или другого суда. Препровождая одно из таких обращений (председателя Владимирского Окружного Суда) в Совет, председатель Спб. Окружного Суда Г.Н. Мотовилов просит узнать, не найдется ли желающих переселиться во Владимир и «оказать там деятельности суда то необходимое содействие, без которого судебная реформа не достигает це­ли». Председатель Кашинского суда сообщает, что «он приглашал в январе и в феврале месяцах 1867 г. через публикацию в «Московских и Петербургских Ведомостях» лиц, желающих быть при­сяжными поверенными при суде, но желания на это никто не изъявил» [1;121]. Известный юрист XIX в. К.К. Арсеньев также отмечал: «В небольших провинциальных городах при окружных судах четвертого разряда институт присяжных поверенных разрастается не скоро, несмотря ни на какие искусственные меры» [2;27].

Следует отметить, что сегодня на территории Казахстана много юристов, имеющих лицензию на право занятия адвокатской деятельностью, не желают заниматься ею в сельской местности. Сами областные коллегии адвокатов пытаются найти выход из ситуации, хотя бы на корпоративном уровне путем уменьшения сумм вступительного и текущих взносов, а то и освобождения от вступительного взноса. И все же, при огромном количестве адвокатов в городах их катастрофически не хватает на селе. Думается, что эта проблема неразрешима на уровне ведомственного или корпоративного урегу­лирования. Должны быть заложены законодательные основы, создающие льготы при прохождении стажировки, сдаче экзамена на лицензию в случае, если лицо планирует работать в сельской местно­сти. Все это в целях гарантирования должно отражаться в определенном договоре, по которому, в случае отказа от такой работы, происходит аннулирование лицензии, прекращение ее действия, ис­ключение из коллегии адвокатов.

В силу исторически сложившихся причин, как в экономике, культуре, образовании и других сферах деятельности, так и в сфере оказания юридических услуг, село еще нуждается в государст­венной поддержке. Предоставляются же некоторые льготы для поступающих из сельской местно­сти по определенным квотам. Вспомним институт земских врачей, учителей, существовавший в прошлом, ведь именно там оттачивалось мастерство будущих профессионалов. И думаем, что данная мера не будет противоречить принципу равенства всех перед законом, а, наоборот, способствовать выравниванию положения жителей городской и сельской местности. Это не возврат к советскому прошлому, а мера гуманизации и демократизации взаимоотношений между двумя социальными группами. Поэтому, считаем, что необходим законодательный механизм, направленный на разреше­ние данной проблемы.

Институт помощничества известен адвокатуре давно. Он представляет собой инструмент не только организационно-технического обеспечения эффективности деятельности адвоката, но и форму подготовки качественного кадрового потенциала для адвокатуры. В период судебно-правовых ре­форм в России в девятнадцатом веке, несмотря на введение института присяжных и частных пове­ренных, не было уделено должного внимания помощникам, отсутствовала какая-либо регламентация.

Вопрос о помощниках — вопрос будущности сословия присяжных поверенных [1;239], основ­ной вопрос жизни сословия [1; 230]. Хотя при определенной загруженности адвокатов помощники могли оказывать реальную квалифицированную помощь. В то время в Петербурге и Москве было только по одному присяжному поверенному, которые проводили реальную работу с помощниками, обсуждали с ними дела, разрешали практические вопросы. «Большинство помощников на самом деле только числятся при своих патронах, отношения между ними имеют совершенно формальный харак­тер» [2;44]. В Москве выработалась другая организация. Присяжный поверенный Ф.Н. Плевако уста­новил для своих многочисленных помощников товарищеский суд чести. Это те единичные случаи попыток присяжных поверенных внести какое-либо содержание в личный патронат и установить нрав­ственную связь со стажерами.

С одной стороны, некоторые юристы избегали данного института, а пребывали в должности кан­дидата в судьи, занимаясь частной практикой, а с другой — сомнительные люди стремились к данной должности. Отсутствие должного контроля, длительный стаж нахождения в этой должности, не­большая оплата труда создали в последующем проблемы, которые послужили предметом большой дискуссии. Обсуждался вопрос регламентации помощничества, предоставления помощникам права судебного представительства по уголовным и гражданским делам, пути сближения помощников по своему статусу с присяжными поверенными.

Стажерство, несмотря на имеющиеся преимущества, тем не менее, краткосрочно и не всегда по­могает приобрести необходимые навыки в работе. Специфика адвокатской профессии заключается в том, что мастерство оказания юридической помощи приобретается в течение достаточно длитель­ного времени, путем участия в большом количестве дел. То есть это не только опыт обобщенный, но во многом и лично приобретенный.

Институт помощничества значительно выигрывает пред стажерством, что верно отметил Ю.И.Стецовский: «Срок стажировки может быть удлинен коллегией, но при этом нельзя забывать об ограниченности ее средств для оплаты труда стажеров. В связи с этим заслуживает внимания вопрос

о  введении института помощников адвоката. Находясь в течение нескольких лет после окончания стажировки под повседневным наблюдением опытных адвокатов, проводя несложные оплачиваемые дела, помощники приобретают опыт и знания, что улучшит подготовку адвокатов» [3; 95].

Например, стажировка будущих адвокатов в Казахстане на сегодня платная (сумма немалень­кая), срок — до одного года. Стажер не получает оплаты за свой труд, за такой короткий срок не успевает набраться опыта. А если учесть, что в казахстанском законодательстве снято требование о наличии стажа по специальности для адвокатов, то можно себе представить, какую юридическую по­мощь будет оказывать вчерашний студент.

А с введением помощничества многое выглядело бы иначе. Студент после окончания вуза мо­жет пройти стажировку, которая в Казахстане входит в стаж по специальности. Затем он сдает экза­мены в квалификационную коллегию для получения лицензии на право занятия адвокатской деятель­ностью; поступает в коллегию помощником адвоката на срок, определяемый коллегией, но не менее двух лет. По истечении этого срока коллегия решит вопрос о продлении пребывания в данном каче­стве на срок до пяти лет или о принятии в члены коллегии.

В связи с этим не можем согласиться с точкой зрения М.Ю.Барщевского, выступающего катего­рически против такой формы подготовки адвокатов, считающего, что «жестко связывать институт помощника и стажера не следует» [4; 74]. Нам видится, что именно в такой многоступенчатой систе­ме подготовки в адвокатуре останутся только квалифицированные, понимающие собственное при­звание люди. Также будет возможность заработать молодым, начинающим юристам, в то же время приобретая бесценный личный опыт. Как подметил в прошлом К.К. Арсентьев: «Мы убеждены, что надежда скорее найти оплачиваемые, хоть и скудно, занятия для весьма многих служит единственной побудительной причиной к вступлению в помощники присяжного поверенного» [2; 41].

Несомненно, данное правило несколько иначе должно применяться к лицам, имеющим стаж ра­боты по специальности. Возможно сокращение срока нахождения в помощниках или срока стажи­ровки, введение аттестации вместо экзаменов для получения лицензии, как это относительно недавно введено в РК, — лица, работавшие следователем, дознавателем, судьей, прокурором более десяти лет, освобождаются от сдачи экзаменов, аттестуются.

Еще одна перспектива, в направлении которой можно было бы совершенствовать адвокатуру, — это пути создания муниципальной адвокатуры, тем более, что эта проблема тесно связана с обеспече­нием института обязательной защиты и присутствует в уголовном судопроизводстве любого типа.

В отличие от факультативной защиты по уголовным делам при необходимости оказания обяза­тельной защиты, «не секрет, что всегда возникают трудности кадрового адвокатского обеспечения, сложных взаимоотношений с судом» [5; 65]. Наряду с этим существует проблема своеобразной зави­симости адвокатов от органов, ведущих уголовный процесс, которая известна достаточно давно [6; 45, 46, 7; 38].

Возможны два варианта модификации зарубежного опыта. Известно, что в странах англо­саксонской системы права существует условное деление лиц, оказывающих юридическую помощь на барристеров и солиситеров. На сегодня в результате совершенствования законодательства, напри­мер в Англии, происходит размывание существующих различий [8; 80]. Учитывая существующие тенденции глобализации и интеграции, опыт зарубежных государств представляет определенный ин­терес. Может, следовало бы в рамках адвокатуры создать определенное структурное подразделение (возможно даже с использованием института помощников). Причем лица, оказывающие такую по­мощь, не должны получать гонорара за участие в уголовном деле по назначению, а только зарплату. Это обеспечило бы независимость молодого адвоката от представителей органов, ведущих уголов­ный процесс, и других влияний извне, достойную оплату труда, неплохую практическую подготовку помощника и квалифицированную защиту обвиняемого.

Второй вариант может быть заимствован из практики адвокатуры в США, где в последнее время данный способ оправдал себя как более менее эффективный. Это создание так называемых публич­ных агентств по оказанию юридической помощи неимущим (public defenders agencies). Их финанси­рование осуществляется преимущественно за счет средств местного бюджета, специальных взносов и благотворительных пожертвований [8;193, 194]. Такая модель вполне приемлема на территории на­ших государств, несмотря на спорность у себя на родине. В США, как и во всех государствах с таким типом судопроизводства, при абсолютной состязательности особенно остро стоит вопрос финансо­вого обеспечения не только оказания юридической помощи обвиняемому, но и больших расходов по проведению параллельного расследования (экспертиза, розыск свидетелей, доказательство защиты, услуги частного детектива, доставка свидетелей и др.).

В континентальном типе уголовного судопроизводства нет необходимости проводить такое рас­следование. Бремя доказывания лежит на сторонах только в судебном разбирательстве, а обязанность доказывания — на органе, ведущем уголовный процесс. Поэтому расходы на содержание штатного адвоката будут намного меньше, чем оплата из федерального бюджета услуг адвоката по каждому уголовному делу. Не будет и так называемых «карманных адвокатов», будет гарантия независимой защиты. Это предпочтительнее ситуации, когда члены коллегии адвокатов формально подходят к своей работе по обязательной защите, акцентируя все усилия на оплаченных уголовных делах. А здесь у молодого адвоката не будет других (уголовных или гражданских) дел, кроме «бесплатных». Можно разработать норматив нагрузки на одного адвоката и определиться в необходимом штате.

Государство, охраняя права и законные интересы граждан и юридических лиц, в процессе рас­следования и разрешения уголовных дел вторгается в комплекс прав и свобод граждан, которые во­влекаются в орбиту уголовного судопроизводства. Очень высока вероятность необоснованного и не­законного нарушения неприкосновенности этих прав. Также подлежат охране права и законные ин­тересы лиц, потерпевших от совершенного преступления. Возможны нарушения прав иных лиц, вы­полняющих в уголовном процессе вспомогательные функции. Если представители государства, орга­нов, ведущих уголовный процесс, защищены на различных уровнях законодательства, то в отноше­нии частных лиц необходимы дополнительные механизмы защиты их прав.

Одним из наиболее эффективных элементов такого механизма является участие адвоката в уго­ловном процессе. Формы участия разнообразны, и здесь всегда стоит проблема разграничения защи­ты в широком и узком смысле слова, защиты и охраны [9; 34, 35]. Как различаются цели участников процесса, так и отличаются по своей функциональности задачи адвоката, в зависимости от того, чьи права и интересы он отстаивает. На сегодня в законодательстве РК известны три формы участия ад­воката: защитник, представитель потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика, адво­ката свидетеля.

В основе всех трех форм лежит общая цель — охрана прав, свобод и законных интересов граж­дан и юридических лиц путем оказания им квалифицированной юридической помощи в сфере уго­ловного судопроизводства. Следует отметить, что в содержание понятия «квалифицированная юри­дическая помощь» входит не только консультативная и представительская функции, но также и во­просы определения и реализации методики и тактики в целях наиболее эффективного участия адво­ката в надлежащем качестве. Цели и задачи участия адвоката в судебных действиях исходят из общих задач адвокатуры как института общества и государства.

«Адвокатура представляет собой не заместительницу тяжущихся, как субъектов процесса, а фак­тор правосудия и элемент судебной организации, являясь, таким образом, институтом в той ветви публичного права, которая носит название судебного или процессуального» [10; 10]. То есть следует подчеркнуть публично-правовой характер адвокатской деятельности, ее высокое социальное предна­значение.

Состязательная сущность процесса предполагает наличие равноправных сторон, но не может быть равноправия при квалифицированном обвинении, с одной стороны и неквалифицированной за­щите — с другой.

«Каждый подсудимый заинтересован в том, чтобы быть оправданным и избежать наказания. Но для общества важно, с одной стороны, чтобы невиновный не понес незаслуженного кары, а с другой—   чтобы виновный не избег ее, как и то и другое одинаково опасно для общественного порядка» [10; 13]. Речь не идет о неоправданном освобождении от наказания виновного, а о справедливости всего судопро­изводства. И будет справедливым оправдание невиновного, признание невиновным при недоказан­ной виновности. Но обвинитель никогда не признает своих ошибок в силу субъективной направлен­ности его деятельности (мы подразумеваем даже не психологическую субъективность, она иногда имеет место быть, а субъективность, обусловленную процессуальным положением субъекта стороны, специфичностью задач того или иного участника процесса). Только наличие такой же субъективно направленной деятельности квалифицированного участника другой стороны обеспечит необходимый баланс, способствующий справедливости судебного решения в итоге.

«Воззрение на адвокатуру, как на представительницу общества, вытекает из самой сущности уголовного и гражданского процессов из характеров отношения к ним государств и общества» [10;12]. Адвокатура, защищая права конкретной личности, вступает в некое подобие конфликта с го­сударством на примере конкретного дела, и данное противостояние придает адвокатской деятельно­сти совершенно иной, лишенный частных, сиюминутных интересов смысл, наполненный гуманисти­ческим, правозащитным содержанием. В некоторые периоды, особенно по так называемым полити­ческим делам, адвокат становится одним из главных действующих лиц в развивающейся драме взаи­моотношений общества и государства. «Уже одно то, что адвокатура служила в разные эпохи то опо­рой, то противовесом одной и той же политической системы, доказывает, что в ней не было ничего политического... что отношения ее к власти и взаимное отношение власти к ней зависели не от той или иной политической системы самой по себе, а от отношения этих систем к защищаемому ее пра­вовому принципу» [ 11;192].

Адвокатура представляет собой лакмусовую бумажку демократичности общества, государства, политического режима, потому что иногда находится на переднем фронте борьбы за права человека и гражданина. И чем больше попираются эти права, тем большую неприязнь вызывает этот институт. Если же адвокатура не выполняет свой профессиональный долг, то она вызывает недоверие у обще­ства как нежизнеспособный орган для защиты прав личности. «Необходимо оговориться, что такое предубеждение против адвокатуры отнюдь не составляет какой-либо национальной или вообще спе­цифической особенности. Оно встречается весьма нередко и при самых разнообразных обстоятельст­вах, но непременно при одном условии — при отсутствии принципа законности и господстве произ­вола» [6; 30]. То есть там, где профессия адвоката (адвокатура) является уважаемой обществом и признаваемой реальной силой государством, торжествуют право и справедливость.

«Нужно твердо помнить: не профессия адвоката сама по себе, а такое или иное отношение к ней власти придает профессии то более, то менее яркий политический оттенок, порою застилающий са­мое существо профессии. Исполняя свой профессиональный долг, отстаивая силу закона и протестуя против всяких на него посягательств, адвокат тем самым выступает против правительства, поскольку оно само насаждает произвол, и при таких условиях государственной жизни деятельность адвоката неизбежно приобретает «противоправительственный» характер» [1;31]. Так что расхожее выражение среди французских адвокатов, что «адвокаты — это проданная совесть» не совсем справедливо. Ни­какой гонорар не заставит адвоката идти против закона, поскольку в силу своих профессиональных задач он сам вынужден требовать соблюдения законности от органов, ведущих уголовный процесс.

Таким образом, возможности совершенствования адвокатуры широки, если учесть прошлый и зарубежный опыт. В случае взвешенного, обоснованного ее реформирования положительный эффект получат все: общество, государство, адвокатское сообщество и отдельно взятый человек и гражда­нин, для которого и существуют все эти институты.

References

1     History of Russian legal profession. Volume the first. Giessen I.V. Legal profession, a society and the state (1864-1914) / The composer S.N.Gavrilov. — Мoscow: The lawyer, 1997. — 376 p.

2     Arsenyev K.K. Note about Russian legal profession: Theoretical works. Protective speeches. Sketches. — Tula: The Auto­graph, 2001. — 357 p.

3      Stetsovsky Yu.I. Soviet legal profession. — М/oscow: The Higher school, 1989. — 304 p.

4     BarsheevskyM.Yu. Oganization and activity of legal profession in Russia: the Scientifically-practical textbook. — Moscow: Vocational training, 2000. — 352 p.

5      Filimonov B.A. The lawyer in the German criminal trial. — Мoscow: Spark, 1997. — 110 p.

6     Nekrasov M.P. Activity of the defender-lawyer on improvement of quality of investigation and consideration of criminal cases // Questions of maintenance of socialist legality in criminal legal proceedings. The collection of proceedings. — Tver: Tver’s state university, 1991. — P. 41-47.

7       Zhamiyeva R.M., Kairzhanov E.I. The taktiks of lawyer protection on criminal cases. — Almaty: Civilization, 2000. — 228 p.

8       GutsenkoK.F., GolovkoL.V., FilimonovB.A. The criminal trial of the western states. — Мoscow: Reflection, 2001. — 470 p.

9     Bormotova L.V., Karyakin E.A. Pressing question of activity of the lawyer in criminal legal proceedings // Legal profession and lawyer activity in a view of a modern constitutional law (to the 10 anniversary of acceptance of the Constitution of Russia): Ma­terials of scientifically-practical conference. — Ekaterinburg, 2004. — P. 32-40.

10   Vaskovsky E.V. The organization of legal profession. P. 2. Historycal-dogmatic research. — SPb: Stasulevich’s printing house, 1983. — 231 p.

11  Винавер M. Sketches about legal profession // The Lawyer in criminal trial / The doctor of jurisprudence, prof. P.A.Lupinskaja under edition and with foreword. — Мoscow: New lawyer, 1997. — P. 189-238.

Фамилия автора: Р.М.Жамиева , Б.А.Жакупов
Год: 2012
Город: Караганда
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика