Криминалистическая психология: возможности и перспективы

Криминалистика, как и иные науки, постоянно развивается, усовершенствуется в предмете, объ­екте, методах и задачах исследования. Формируются и отвергаются различные учения и теории, что обусловлено интеграцией накопленных знаний других наук. Это указывает на динамику дальнейшего развития криминалистической науки, ее прогрессивность научных взглядов и эффективность разра­ботки рекомендаций в объяснении таких социально значимых явлений и феноменов, как преступле­ние, преступность и преступник.

Необходимо отметить, что криминалистика является специфичной научной деятельностью, где определена главная цель — получение, исследование и теоретическая систематизация знаний об окру­жающей действительности. Интеграция познаний различных наук в криминалистику отвечает ее науч­ным функциям.

В этой связи особая научная роль принадлежит психологии, как научному знанию, эффективно интегрируемому в криминалистику для успешного решения стоящих перед ней задач борьбы с пре­ступностью, а также для раскрытия, расследования и предупреждения отдельных видов общественно­опасных деяний. Это обусловлено тем, что исследование и психодиагностический анализ поведения человека в ситуациях, связанных с преступной деятельностью, в научном и прикладном аспектах обогащаются посредством использования психологических познаний, заимствованных и адаптиро­ванных криминалистической наукой.

Необходимо отметить, что изначально психология развивалась как наука о сущности, особенно­стях, качественных и количественных характеристиках психических процессов и явлений, их влия­нии на формирование, трансформацию поведения человека.

Однако процесс развития психологической науки определял возникновение и развитие само­стоятельных направлений психологии, вызванных исследованием и анализом психологических реак­ций на различные ситуации, установок, влияющих на формирование поведения в целом, и в частно­сти на преступное поведение.

С развитием научных исследований психологической науки связаны, например, психология личности, анормальная, клиническая, возрастная психология и многие другие, которые, в свою оче­редь, также стремительно развиваясь, обеспечили возникновение более узких в научном понимании исследований, а именно криминальной психологии, психологии преступного деяния и пр. Это спо­собствовало разработке новых научных подходов и методов, в частности, адаптированных к нуждам криминалистики, как науки, призванной практически осуществлять в соответствии с выработанными научными рекомендациями положения по выявлению, раскрытию и расследованию преступлений, что способствует формированию криминалистической психологии и определения ее научного статуса.

Дифференциация и интегрирование психологии в криминалистическую науку обусловливается также тем, что практическая деятельность по борьбе с преступностью, качественное, быстрое и пол­ное раскрытие, расследование и предупреждение преступлений различного вида имеют чрезвычайно важный аспект, а именно взаимоотношения людей между собой и с социумом, обществом и государ­ством. Возникновение личных, социальных, общественных отношений взаимозависимы и оказывают влияние друг на друга, что указывает на их психологическую природу и определенные закономерно­сти их развития, в том числе правовую.

Эффективное применение научных достижений психологии в области государственного адми­нистрирования, общественного управления, социальных сфер, а также в различных областях право­ведения, в том числе криминалистике, уголовно-процессуальном праве, теории оперативно­розыскной деятельности, судебной экспертизе, способствовало заимствованию, синтезу и формиро­ванию прикладных направлений психологии с указанными науками, что определило образование на­учных учений — например, юридической психологии и ее основных отраслей, пенитенциарной пси­хологии, психологии преступного деяния, преступного поведения, а также достаточно новой в казах­станской правовой науке отрасли криминалистической психологии.

Необходимо отметить, что синтез прикладных научных психолого-криминалистических знаний представляет возможными основательные исследования, анализ и объективную оценку психологиче­ской предпосылки преступной деятельности с целью решения поставленных перед криминалистикой задач и целей с позиций практического использования в процессе выявления, раскрытия и расследо­вания общественно опасных деяний.

В настоящее время особую теоретическую и практическую актуальность, важность и значимость с позиций психологической науки приобретает противодействие отдельным общественно опасным деяниям, которые характеризуются социальной значимостью и особой общественной опасностью.

В этой связи возникает прикладная и теоретическая необходимость выработки рекомендаций быстрого, качественного и эффективного выявления, пресечения, раскрытия и расследования престу­плений определенного криминалистического вида. Это обусловлено, с одной стороны, динамикой роста преступности, а с другой — возникновением новых составов преступлений, технической, так­тической и психологической подготовкой преступников, использованием достижений научно­технического прогресса в преступной деятельности, в том числе имеющей профессиональный и ор­ганизованный характер. Указанный фактор определяет выделение такой отрасли психолого­криминалистического знания, как криминалистическая психология.

Эффективное и актуальное применение познаний психологической науки в области криминали­стики можно осуществлять по таким основным линиям предварительного и судебного следствия, как:

-    исследование, анализ, оценка специфических особенностей поведения личности преступника и его установление;

-    организация процесса выявления, раскрытия, расследования преступления;

-    отправление справедливого правосудия и обоснованный приговор подсудимого лица как этап уголовного процесса;

-    организация профилактической и предупредительной деятельности органов следствия, дозна­ния, прокуратуры и суда;

-    отправление справедливого правосудия и обоснованный приговор подсудимого лица как этап уголовного процесса;

-    организация деятельности подразделений учреждений уголовно-исполнительной системы.

Использование познаний психологической науки по указанной линии деятельности правоохра­нительных органов, специальных государственных служб и комитета уголовно-исполнительной сис­темы МВД РК предоставляет широкую возможность установления точных, объективных тенденций развития и распространения преступности как социально-правового и психологического феномена, криминалистических видов и групп преступлений, анализа поведения отдельных типов преступни­ков, их групп, стратификацию и иные специфические особенности рассматриваемого явления. Это обеспечит наиболее быструю и эффективную борьбу с различными видами и формами преступных проявлений посредством специальных психолого-криминалистических методов и средств, приклад­ной и практической деятельности компетентных органов и служб.

Научно-теоретический анализ психологических исследований указывает, что интеграция рас­сматриваемых знаний в криминалистику и их систематизация осуществлялись в конце XIX начале XX вв. В этот период научное и практическое подтверждение получило положение, о том, что в це­лях эффективной борьбы с преступностью необходимы применение знаний юридической психологии как специальной правовой науки криминального цикла и резкий всплеск интереса со стороны прак­тических сотрудников к использованию в процессе раскрытия и расследования преступлений, в осо­бенности насильственного характера, знаний психологии.

В дальнейшем это привело к разработке научных психологических исследований в области формирования и проявления криминального поведения, ведущих к совершению отдельных видов преступлений определенным типом личности преступника, и на этой основе выработки рекоменда­ций и мер по профилактике и предупреждению отдельных криминалистических видов и групп обще­ственно опасных деяний.

А.Г.Ковалев отмечал, что наука должна называться юридической психологией, так как исследу­ет не только проблемы предварительного производства и судебный процесс, но и ряд других право­вых регламентированных деятельностей, направленных на борьбу с преступностью [1; 56].

Однако, по нашему мнению, юридическая психология в современном ее понимании, как научно­прикладная дисциплина и отрасль научного знания, исследует закономерности и механизмы психи­ческой деятельности человека в сфере правоотношений, т.е. его специфическую социальную дея­тельность в целом, и ее предмет является достаточно масштабным и теоретическим по своему содер­жанию.

По нашему мнению, криминалистическая психология как научно-прикладная дисциплина отве­чает требованиям практической деятельности правоохранительных органов. Она способна не только к интеграции психологических познаний в криминалистическую науку, но имеет свои задачи и пред­мет исследования.

Предметом криминалистической психологии выступают психологические закономерности фор­мирования психической деятельности человека в сфере выявления, раскрытия, расследования и пре­дупреждения преступлений, что и определяет в целом борьбу с преступностью.

Научный интерес представляют, с одной стороны, факторы, которые облегчают и стимулируют деятельность правоохранительных и специальных государственных органов, а с другой — те, кото­рые затрудняют или препятствуют ее осуществлению.

Научные исследования по криминалистической психологии предоставляют возможность успеш­но и эффективно разрешать следующие задачи правоохранительной и государственной деятельности:

-    быстрое, полное и эффективное осуществление процесса расследования;

-    быстрое установление лица, совершившего преступление, его истинных мотивов и целей;

-    принятие эффективных мер по пресечению, предупреждению и противодействию совершения преступления;

-    эффективное использование международного опыта по выявлению, пресечению, раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений;

-    эффективная организация правоохранительными органами и государственными службами процесса выявления, пресечения, раскрытия и расследования преступлений.

В этом смысле особая роль психологических знаний в раках криминалистической науки прояв­ляется достаточно сегментированно и относится также к сфере своевременного выявления, раскры­тия и расследования преступлений и их пресечения как одной из основных задач правоохранитель­ных органов и специальных государственных органов.

Криминалистическая психология направлена на исследование основных психологических зако­номерностей, связанных:

-    с выявлением, пресечением, раскрытием и расследованием преступления;

-    с установлением лиц, совершивших преступление (причастных к нему);

-      с предупреждением преступлений.

Значительная часть этих закономерностей имеет достаточно устойчивый характер и играет важ­ную роль в борьбе с преступностью. Закономерности иного, не психологического характера дейст­вуют менее продолжительное время, т.е. имеют преходящий характер.

Преходящий характер определенных психологических закономерностей находится в прямой за­висимости от произошедших перемен в условиях жизни и деятельности людей, от наступивших из­менений в обстановке совершения преступления (в том числе в окружающей среде) — пространст­венно-временной, территориально-географической и иной, где реализуется деятельность правоохра­нительных и специальных государственных органов.

Однако необходимо отметить, что представленные таким образом предмет и задачи криминали­стической психологии, как научно-прикладной отрасли синтеза знаний психологической и кримина­листической наук, не всегда принимаются однозначно всеми специалистами, занимающимися науч­но-исследовательской или научно-прикладной деятельностью. Необходимо отметить, что многие специалисты придерживаются мнения, что сферой ее применения должно являться, главным образом, судопроизводство, т.е. она не должна заниматься специфической деятельностью правоохранительных и специальных государственных органов.

Имеет место мнение, что для расширения предметной области криминалистической и юридиче­ской психологии необходимо включение в ее проблем судопроизводства, проблем преступного пове­дения, а также деятельности учреждений уголовно-исполнительной системы. Эта позиция особенно характерна для некоторых представителей русской психологической школы и освещается в учебнике по юридической психологии под редакцией В.П.Васильева.

Такая точка зрения, с учетом из анализа международного опыта распространена и в Республике Болгария, что доводит, фактически, до формального объединения проблемных областей трех само­стоятельных прикладных отраслей психологии: криминальной, юридической и пенитенциарной пси­хологии.

Криминалистическая психология является самостоятельной научно-прикладной отраслью пси­хологии, которая исследует не только преступное поведение, но и преступные действия, реализацию преступных планов криминальной личности. Также она использует достижения науки при исследо­вании психологических проблем по розыску, расследованию, судебному преследованию и предот­вращению преступлений, совершенных отдельными лицами, организованными преступными груп­пами или преступными организациями.

Главным образом увеличение масштаба предметной области криминалистической психологии может осуществляться посредством включения этих двух направлений деятельности, связанных с судопроизводством, а именно: установлением и розыском лиц, совершивших преступления, и пре­сечением преступной деятельности, что уже входит в сферу исследования криминалистической пси­хологии.

По нашему мнению, увеличение масштаба предметной области криминалистической психологии является достаточно оправданным как с научной, так и с практической точки зрения. В данном слу­чае речь идет не о различных деятельностях, а о различных аспектах одной и той же деятельности, связанной с организованным противодействием преступности.

Кроме того, мы считаем, что криминалистическая психология в большей степени, чем юридиче­ская психология направлена на понимание преступного поведения, учета в процессе расследования преступного умысла, на познание мотивов, отношений и удовлетворений притязаний как сотрудни­ков правоохранительных органов, так и лиц, совершающих правонарушения и преступления.

Существуют три основных ключевых понятия: понимание, объяснение и содействие. Кримина­листическая психология объясняет человеческое поведение, направляя внимание на внутренний мир человека. Она ищет причины действий и поступков относительно психического состояния, в форми­ровании отношений, в когнитивных, т.е. умственно-познавательных, процессах, схемах и структурах.

Таким образом, криминалистическая психология занимается не только тем, что происходит в психике человека, как, например, юридическая психология, но и тем, что происходит во взаимосвя­зи между психическими процессами и действительным поведением личности в процессе совершения преступления и его расследования, где, собственно, задействованы человеческий фактор, отношения между людьми, взаимосвязь следователь-преступник, где результат таких человеческих отношений облекается в процессуальную форму, итог процесса раскрытия и расследования конкретного престу­пления. Без изучения поведения личности не представляется возможным сделать выводы о том, что происходит в психике другой личности. Когда указывается, что психология и криминалистика явля­ются науками, подразумевается, что психологи и криминалисты собирают информацию, используя систематические эмпирические методы.

Криминалистическая психология, по существу, является объяснительной наукой. Но мы не только объясняем поведение, гораздо важнее принять решение, определить и оценить совершенное преступление, чтобы стало возможным отличать объективную истину от лжи в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.

Преступное поведение, по своей сути, — это умышленное поведение, которое реализуется путем на­рушения норм уголовного законодательства (умышленное в том смысле, что это не осуществляется слу­чайно). Человек несет уголовную ответственность, если в ходе совершения преступления он осознает свои действия и желает наступления преступных последствий.

Преступление как социальный феномен привлекает внимание и любопытство людей. В основе любой теории преступности лежит определенная модель поведения человека.

Конформистская модель (Роберт Мертон) связана с теорией стресса — люди, которые являются конформистами, легко принимают определенное положение.

Нонконформистская определяет, что человек по своей природе является недисциплинированным и в отсутствие ограничений легко совершает преступления (Нью Орлеан, 2005 г.). Это связано с тео­рией социального контроля (Тревис Хирш), которая утверждает, что преступление осуществляется, когда нормативные стандарты становятся более слабыми, т.е. когда их социализация неполна или осуществлялась неправильно.

Теория обучения (Сазерланд) — когда преступное поведение приобретается (как и любое дру­гое), т.е. данный человек научается быть преступником.

Составление профиля вероятного преступника, т.е. реконструкция личностного профиля, осно­вано на когнитивных оценках. Эта теория еще знакома как «психологическая аутопсия».

Теория условного рефлекса утверждает, что поведенческая реакция происходит потому, что во время совершения действия, для которого дается ложное показание, устанавливается наличие страха, тревоги или стресса.

Теория конфликта — здесь существует конфликт альтернатив: либо сказать правду, либо «спа­сти свою шкуру». Эти выборы могут определить путем измерения физиологических реакций. Эта теория основана на исследованиях Лурия. Используется теория наказания полиграф (детектор лжи).

Теория наказания — когда исследуемое лицо реагирует, потому что предполагает, что последует наказание, если будет установлена правда.

Таким образом, можно сделать вывод, что криминалистическая психология — это научно­прикладная наука, разрабатывающая на основе специальных методов научные положения о психоло­гических процессах и поведении преступника, а также психолого-криминалистических механизмах выявления, раскрытия, расследования и предупреждения преступной деятельности.

На начальном этапе развития направления криминалистической психологии ученые-психологи предполагали, что достаточно выделить устойчивые диспозиционные личностные черты, которые определяют общую картину поведения человека, чтобы понять его в целом.

Сторонники теории личностных качеств (трейт-факторной теории) считают, что люди демонст­рируют закономерности в поведении личности при определенных обстоятельствах времени и места и что именно они характеризуют человека.

Однако они не обращают достаточного внимания на окружающую среду, в которой находится личность, или создавшуюся вокруг неё конкретную ситуацию. Для этой цели необходима «профиль­ная информация», которая основана на познании психологической и криминалистической наук, а также криминологии, антропологии, политологии, социологии, истории и экономики.

Составление профиля преступника — это процесс идентификации личностных черт, поведенче­ских тенденций, географического местонахождения, демографических данных, основанных на харак­теристике места инцидента (Bartol, 1994).

Психологические особенности человека, как правило, подвергаются тщательному анализу с уче­том его индивидуальности, которая присуща каждой личности и которая ею выражается, что позво­ляет произвести оценку.

Личность латентно включает в себя разнообразные источники, подчиненные биологическим и социальным влияниям (криминалистическим и психологическим), где отражается накопленный опыт предыдущих поколений, в том числе воспитательного, этнического и культурного характера.

Типология профилей использует множество элементов, которые составлены в основном из упро­щенной социальной реальности с идентифицированными гомогенными группами лиц с криминальным поведением, с разграничением (Clinard, Quinney, and Wildeman, 1944; Meier, 1984) по кластерной мо­дели, в зависимости от видов криминальных действий (насильственные, корыстные, транспортные, наркопреступления). Эта классификационная система углубляет наше мнение об отличительных чер­тах преступников с целью эффективности текучей превенции преступлений (Miethe, T.D. et al., 2006).

Профили лиц с криминальным поведением сфокусированы согласно следующим элементам:

1)  криминальное поведение;

2)   характеристика правонарушителя;

3)   описание пострадавшего лица;

4)   ситуационный контекст.

Необходимо отметить и тот факт, что нормы поведения являются специфическими и признаны как неизменными в обществе. Однако общественные нормы ограничивают и идентифицируют (в личностном аспекте) группы (банды) или субкультуры с девинклентной сосредоточенностью. Оп­ределение о норме объясняется стандартом об общественно одобренном поведении. Социальная нау­ка идентифицирует сбор следующих норм:

1)  поведенческие;

2)   технические — при помощи них определяется эффективность поставленных целей и их связь с физическими, биологическими и социальными нуждами;

3)   гедонизм — регулирование индивидуальных потребностей желаниями и удовлетворенностью,

4)   личностно-интегративные — регулирование индивидуального выбора между различными от­ветами личности на эмоциональной основе;

5)   культурные — регулирование интеракций между группами;

6)   юридические — объединяют правовые и социальные аспекты (Abotchie, C., 2002). Данные нормы поведения определяют отношения между общественно полезными правилами и криминаль­ным поведением совершителей различных по своей сущности преступлений.

Чезаре Ломброзо (1835-1909) и позитивистская школа применяли научный метод для расследо­вания преступления при помощи физических измерений характеристик уголовных элементов и срав­нения их физических особенностей с населением, которое не проявляет криминальных особенностей, а также типологии осужденных преступников. В этом исследовании Ч.Ломброзо ссылается на поло­жительную («positive») статистическую корреляцию между преступлением и физическим типом. Из­вестно, что он и его последователи — представители Позитивистской школы, утверждают, что одна треть всех преступников являются примитивными и отсталыми в своем развитии людьми. Это ут­верждение потом создает атавистическую теорию. Задержка в развитии индивидов связывается с на­следственными (от предшественников, предков) факторами. По его мнению, это является показате­лем для изначального преступника или для того преступника, который родился таким. Предопреде­ление биологически установленных плохих черт показывают наклонности к криминальным и асоци­альным действиям [2; 132].

Для подтверждения своей теории Ч.Ломброзо использовал статистические модели T-test, Z-test и анализ вероятности (ANOVA). Т-тесты и Z-тесты очень подобные и характеризируют различия меж­ду двумя группами, хотя ANOVA используются для исследования трех или больше показателей (Cox,S.M., 2002).

Теория привязанности. Привязанность личностик социуму является элементом биологической системы, которая чаще всего характеризируется отношением между ребенком и родителем. Первич­ные функции привязанности выражаются потребностью в защите молодого человека и связанны с её существованием. Теория привязанности относится к биологическому развитию человека. Опираясь на нее, проводили исследования John Bowlby (1907-1991) и Mary Ainsworth (1913-1999). Эта теория представляет основную структуру, на которой построены межличностные отношения, и в частности преступное поведение.

Исследователи начали изучать дефициты в «привязанности», «внимании» как связь с преступ­ным поведением. Представлены аргументы, которые полагают, что при родственных отношениях существует комплекс во взаимоотношениях, где появляется дисбаланс привязанности, который ука­зывает на асоциальное поведение. Индивидуальная уязвимость людей была связана с психологиче­скими и биохимическими реакциями индивида на окружающую среду — гормональный уровень и информация, хранящаяся на электроэнцефалограмме (ЭЭГ) для различных типов преступников (Raine, Adrian, 1993). Эти биологические различия, при их функционировании или нет, создают про­белы и увеличивают риск (Fishbein, D., 2002). Разные химические системы мозга участвуют в воспри­ятии стремления, импульсивности, отрицательного темперамента и других когнитивных и поведен­ческих сходств с антиобщественным поведением. Эти химические особенности несколько отличают­ся для разных людей в результате генетических факторов и социального опыта. В отдельных случаях эти функции определяют уровни активности во внутренней области мозга, отвечающие за мотива­цию, эмоции, удовольствия и ощущение боли.

Теория контроля, в большей степени практически, используется в криминологии и представляет идею, что все нормальные люди способны совершать преступления, потому что каждый человек, с его умениями и навыками, может самостоятельно или находясь под влиянием совершить действия преступного характера.

Чтобы осуществить правонарушение, не требуется специальной мотивации или определенного знания о деяниях людей. Человек с психологической нормой может иметь готовность к криминаль­ным действиям, но у него присутствуют опасение и страх негативных последствий наказания за соде­янное преступление.

Теория модернизации — одна из самых известных теорий, созданная Е.Дюркеймом. Согласно этой теории, социальная и экономическая трансформация в данной стране, находящаяся в процессе развития и модернизации, отмечает существенные последствия на уровне криминализации (Abotchie, C., 2002). Традиционные формы регуляции, распределение ролей, социальная организация и контроль на­рушены, большое количество людей уходят из своих родных мест, т.е. из привычной обстановки, в не известные им ранее места, конгломераты. Результатом является отчуждение этих людей, которые при этом часто сталкиваются с социальными проблемами — безработицей, недостаточной зарплатой, бедностью, отсутствием социальной интеграции (аномия). Это приводит к повышению уровня пре­ступности и, в частности, рецидивного поведения.

Теории изучения преступлений сосредоточиваются на характеристике общностей, которые бла­гоприятствуют самому высокому проценту преступлений в общности (макросоциальные теории), или на изучении характеристик людей, которые провоцируют криминальное поведение этого индивида (микросоциальные теории).

Теории изучения общества являются микросоциальными теориями, которые утверждают, что нарушение закона представляет собой заученное поведение. Эти теории идентифицируют как усло­вия, при которых индивид изучает криминальное поведение, так и процессы, через которые проходит этот индивид, пока научится совершать преступления. Самый важный современный теоретик по криминологии по изучению общества — это Роналд Акерс (Sellers, C.S., 2002), который объединя­ет идеи как из социологии, так и из психологии поведения. Теория имеет огромную эмпирическую поддержку (практические доказательства) и служит основой для большого количества программ (SSSL model) по предупреждению нарушений, и злоупотребления, связанных с наркотиками.

Интерес к психологическим теориям с научной точки зрения связан с процессом формирования личности и раскрытия самых тяжелых асоциальных факторов в процессе социализации и перемен в личности, которые отражают ее криминальное поведение.

Основные теории, определяющие преступное поведение

Мотивационно-поведенческие теории. Исследователи понимают поведение как совокупность врожденных регуляторных и приобретенных механизмов вследствие изучения определенный соци­альной среды, включая активное учение посредством процессов искания, принятия, переработки и передачи информации. В общем могут быть разграничены внутренние (потребности, мотивы и отно­шения) и внешние (требования и стимуляция со среды) условия поведения.

Первые исследования криминального поведения преступников были проведены на биологиче­ской основе. Исключение в этом направлении составляет Исаак Рей (Isaac Ray, 1807-1881) с «Treatise on the Medical Jurisprudence of Insanity», который является первым судебным психиатром в США и совершает первые исследования психологической классификации преступности (O'Conor, S., 2002). Он описывает формы душевных расстройств, чтобы помочь судебной практике. Рекомендует при рассмотрении вопроса, обращать ли внимание на индивидуальные черты личности, показанные через ее поведение, и связанные с этим действием стремления и последствия, которые приводят к крими­нальному поведению.

Зигмунд Фрейд (1859-1939) разделяет психическое на три компонента: Ид, Эго и Суперэго (Wallenstein, M., 2002; O'Conor, S., 2002). Его гипотеза для индивида по отношению к криминальному поведению — это слабое Суперэго, которое не развилось вследствие нарушений в межличностных от­ношениях с его родителями в детском возрасте. По Фрейду, мотивация для преступления не осознана и сложна, находится внутри в — Иде и Эго и аккумулирует внешнее проявление, потому что совесть не развита.

Vernon Geberth определяет модус операнди (МО) как «почерк и модель совершения преступле- ни^^сЬсііҺ, V., 1996). Он утверждает, что модус операнди является заученным поведением инди­вида, при котором существуют перемены вследствие приобретенного социального опыта. Этот соци­альный опыт инициирует комбинацию поведений преступника с целью успешного выполнения кри­минального акта.

При классификации совершающих преступления используется основа ментальных расстройств и личностных особенностей, исследованных клиническими психологами и психиатрами. В перспективе типология криминального поведения ассоциируется с идентификацией отдельных личностных осо­бенностей и группы характеристик. Такие клинические уровни, как импульсивность, антисоциальное личностное расстройство, невротичность и психотизм часто отличаются в разных видах преступлений.

С позиций криминалистической психологии насилие можно разделить на индивидуальное и коллективное. Индивидуальное, или личностное, насильственное поведение направлено на одного или нескольких индивидов. Коллективное насилие осуществляется группой людей и направлено на одного или несколько лиц. В целом насилие объясняется характерной для него спонтанностью и невротичностью в ответ на негативный для них стимул (Delaney, T., 2002). Ответы на данные реакции в ситуациях являются неопределенными и порождаются, скорее, неуравновешенностью и выражен­ной тревожностью личности. К этим особенностям относятся и когнитивные убеждения, и эмоцио­нальные факторы (фрустрация и раздражительность), которые генерируют мотивацию для агрессив­ного поведения.

Оценка личности преступника производится при помощи Минессотского многофакторного лич­ностного теста (Minesota Multiphasic Personality Inventory (MMPI), данные которого направляются к коррекционно-терапевтическим программам. При них наблюдаются средние или низкие уровни IQ, которые обусловливают трудные социальные реляции. Их интеллектуальный потенциал не терпит изменений, но умеет изучать поведенческие модели.

При антисоциальном поведении обращается внимание на мальтретирование в детском возрасте, которое генерирует антисоциальное поведение. В публикации Кати Уидэм (1989) «The cycle of violence» поддерживается гипотеза (Widom, C.S., 1989), что пренебрежительное отношение к детям, родительская заброшенность и мальтретированность впоследствии формируют у личности делин­квентное поведение, склонность к совершению преступлений.

Современные исследования используют модели Роберта Хьера и Дороти Люис, которые бази­руются на психологической теории о психопатической модели в развитии био-психосоциального ас­пекта преступления. В таких моделях устанавливается связь между ментальными дефицитом, невро­логической уязвимостью, насилием в детстве и последующим криминальным поведением. В иссле­довании Хю Херва «Psychopathy across the agens: A history of the Hare psyctopath» определено, что психопатная личность — это инструментально-импульсивный индивид со слабым контролем над своим поведением, который безоглядно и без угрызения совести манипулирует другими посредством угрозы или насилия. Соответственно, его способность легко может подавлять моральность для лич­ной обеспеченности, не чувствуя угрызения. Все это делает его интересным для исследования (Herve, , 2007). С появлением и развитием DSM его уникальная клиническая картина — интеллигентный, но с социальными отклонениями, без эмоциональных задержек — является интригующей для иссле­дования.

Согласно исследованиям студии «Practice concerns: Psychopathy and deception» Barry Coopera и John Yuille, что преступники-психопаты очень склонны к обману, который является патологическим признаком их поведения, а не только целью манипулирования в межличностных отношениях (Cooper, В. andYuille, J. C., 2007). Это утверждение авторов основывается на PCL-R, в котором со­держатся 2 айтема для показателя ложь/обман.

Cooper и Yuille подтверждают тезис Пола Экмана (1997), что «обманщики по природе знают о своих умениях. Они используют это поведение в семейной среде, в школе, с друзьями, когда пона­добится, не чувствуя вины за свои поступки. Эта их уверенность является признаком для психопа­тичной личности» [3; 91]. Психопатичная личность, испытывает наслаждение от лжи/обмана в своем поведении.

Согласно официальной статистике, совершающие преступления являются маскулинном типом, который преобладает при насильственных преступлениях. Поэтому необходимо обращать серьезное внимание на связь между мужественностью и насилием. Исследования в этой стороне сфокусирова­ны на процессах социализации, где существенное влияние оказывает нежный пол, с точки зрения его личностного и межличностного развития. В настоящим времени акцент в исследовании ставится на развитие мужественности и мужественной идентичности (McNeil, T.L., 2002).

Роль мужественности (masculinity) существенна для развития идентичности мужского пола в культурном, социальном и психологическом аспекте. Мальчики призваны еще с раннего возраста принимать рискованные решения. Поведение, которого требовали родители или взрослые из близко­го окружения, было как определенная норма для каждого индивида мужского пола (Canada, G., 2000). Корреляции при рисковом поведении показаны в ситуациях конкуренции, где могут существовать агрессивный акт или деструктивное проявление. В 90% у совершивших насильственные преступле­ния наблюдается выраженная маскулинность.

В 70-х годах XX в. Берковиц (1962, 1974, 1993) и Фешбах (1970) решают, что для определения действия как агрессия надо включать намерение ранить другого, а не просто создать упомянутые выше последствия. Согласно Л.Берковицу (2003), агрессия бывает двух видов: враждебная и инструменталь­ная [4; 65] Враждебный (реактивный) тип агрессии — это поведение, которое подчинено эмоциям (чув­ствам или гневу) индивида, цель которого — причинение боли или телесного повреждения. Инстру­ментальный тип агрессии — это намерение, цель которого нанесение вреда.

Теория социального изучения агрессивного поведения основывается на ролевом поведении, идентификации и человеческих взаимоотношениях. Данная личность может подражать поведению другой личности, и это подражание включает личностные факторы (Попов, X., 1999). При отсутствии ролевой модели нет подражающего поведения. Теоретики социального изучения сочетают операцио­нальные и обусловливающие теории. Самая всеохватная теория о социальном изучении представлена Албертом Бандурой (Bandura, 1973, 1983).

В соответствии с рассматриваемой теорией поведение возникает в результате взаимодействия между когнитивными факторами и факторами окружающей среды — реципрокный детерминизм. Субъекты учатся, наблюдая других (преднамеренно или случайно), — моделирование или изучение посредством подражания. Индивидуальный выбор модели является влиянием разнообразных факто­ров — возраста, пола, семейного и социального статуса, подобия. Если выбранная модель отражает нормы здоровья и ценности, индивид развивает в себе личностную эффективность (selfefficacy) — способность для адаптации, как к нормальным ежедневным, так и к угрожающим ситуациям. Устра­нение отрицательных типов поведения возможно при помощи перемены поведения посредством обу­чения субъекта альтернативных техник из других ролевых моделей (Kaplan и Sadock, 1988). В этой теории визируется предположение, что корни упомянутого выше поведения разнообразны по охвату и включают в себя как прошлый опыт изучения «агрессоров», так и широкий спектр внешних ситуа­тивных факторов.

Личностная склонность к стрессу. В психологическом плане рассматриваются два типа поведе­ния (А и Б) по модели Майера Фридмана и Рея Роузмана (1974).

Поведение типа «А» у людей характеризуется нетерпеливостью либо, напротив, неторопливо­стью. Такие люди легко поддаются провокации к более высокой степени агрессии, несмотря на то, что их агрессивность может быть сознательно подавлена и проявляется как тенденция к соревнова­нию и конкуренции с достижениями других. Агрессивные реакции наблюдаются даже при столкно­вении с проблемой, которую такая личность не может разрешить. В своих убеждениях они считают, что показателем личной ценности является материальный успех. Они имеют врожденную склонность к более высоким уровням активации и отъявленной мотивации к поиску ощущений; проявляют по­вышенную склонность к установлению личного контроля. Их поведение в группе характеризируется стремлением к занятию лидерской позиции и склонностью к доминированию. Поведение типа «Б» характеризируется следующими психологическими особенностями. Этот тип склонен оценивать ка­ждое отдельное событие в контексте своего целого жизненного пути и найти смысл там, где другие люди переживают сильный стресс и депрессию. Люди этого типа активно используют данные соци­альные ресурсы, чтобы пережить события, вызывающие стресс; получают более достаточную соци­альную поддержку; воспринимают жизнь, как ряд интересных событий и как источник возможностей личностного развития и роста. Все это обусловливает большую устойчивость на события, вызываю­щие стресс и более эффективную социальную адаптацию.

Большая часть молодых людей подвергаются угрозам криминализации, которая вызвана отсут­ствием социально-экономических ресурсов (бедности) среди общности, где они проживают, и нахо­дятся в зависимости от окружающей их среды или обстановки.

Как правило, окружающая среда (обстановка) в своей преобладающей части составляет безра­ботных, не обремененных проблемами людей, что инициирует их к совершению различных видов преступлений. Как правило, такая молодежь воспитывается в неблагополучных семьях, у них отсут­ствует установка к правовым и культурным нормам поведения в обществе, нет положительного при­мера старших поколений семьи с традиционными нормами поведения, уважением к социуму и госу­дарству, патриотизмом. В их криминальных проявлениях в большинстве случаев наблюдается на­сильственное поведение, пока в других бывают непостоянные преступные действия (Kemp, Q., 2002). Эта социальная среда представляет нам лиц недостатками в развитии — физическими, эмоциональ­ными, психологическими и интеллектуальными. Эти личностные характеристики при отсутствии позитивного выбора поведения являются серьезной предпосылкой к деструктивной и рецидивной деятельности молодых людей.

Молодежь, как значительная по своей количественной составляющей социальная группа в обще­стве, является обособленной категорией риска, которая отождествляется высокой импульсивностью, невротичностью и психопатичностью. У них низкий самоконтроль, сопровождаемый разрушительным восприятием, и вызывающее отношение к окружающим. Их поведение в публичном пространстве детерминируется как девинклентное, с постоянными криминальными проявлениями насильственного характера. Эти особенности ведут к повышенному уровню чувствительности, на которой акцентиру­ется при коррекционной интервенции.

Согласно исследованиям В. Фокса, рецидивисты — это люди, по отношению к которым сущест­вующая «... в социуме система стимулов и санкций бывает резистентной» (Фокс, В., 1980). Они от­чуждены от общественных ценностей и приняли негативное отношение к институциям, которые осуществляют правовые функции. У рецидивистов устойчивая асоциальная ценностная система и негативный Я-образ. Их регулятивные механизмы являются недоразвитыми, что объясняет их низкое социальное встраивание и компетентность. У них отсутствуют социально-позитивные контакты и окружение, которым они могут идентифицироваться, получая апатию и поддержку. Их интеракции бы­вают с другими криминально проявленными лицами и группами, в которых они получают уважение.

Список литературы

1      Ковалев А.Г. Юридическая психология: генезис и перспективы. — М.: Юрид. лит-ра, 1970. — С. 56.

2       Wallenstein М. 2002; Miethe, T.D. et al., 2006; Holmes, R.M. and Holmes, S.T., 2002.

3      Экман П. Психология лжи. — СПб.: Изд-во Питер, 2011. — С. 302.

4      Аронсон 3., Уилсон, Т., Зикерт Р. — М.: СПб.: Изд-во «Питер». 16-е изд. «Мастера психологии», 2004. — С. 679.

Фамилия автора: Б.Ганчевски , Л.К.Аренова
Год: 2013
Город: Караганда
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика