Психолингвистические параметры типологии текстов

Лингвистические исследования текста основываются на работах таких лингвистов, как И.Р.Гальперин, Н.С.Валгина, Н.В.Шевченко, З.Я.Тураева, В.А.Лукин. На рубеже ХХ-ХХІ вв. многие лингвисты стали признавать, что для более полного понимания некоторых реалий языка необходим выход за рамки лингвистики, в область психических процессов индивида. Психолингвистические ис­следования понимания текста базируются на концепциях Л.С.Выготского, Н.И.Жинкина, А.Р.Лурии, А.Н.Леонтьева, А.Н.Соколова, В.А.Артемова, затрагивающих различные стороны этого феномена. В рамках психолингвистики изучаются особенности структуры текста и ее влия­ния на процесс понимания, рассматриваются вопросы, связанные с особенностями и функциони­рованием в речи различных стилистических фигур [А.А.Залевская, 1991], вопросы логико-композиционной организации текста, роль схем знаний в процессе понимания текста [Н.В.Рафикова, 1999; В.Я.Шабес, 1989], исследуется роль отдельных элементов текста в процессе его понимания [Н.Р.Гальперин, 1981], изучается процесс конструирования проекции текста [Ю.А.Сорокин, 1985; Н.В.Рафикова, 1999]. Так, при лингвистическом подходе к изучению текста важны в первую очередь те языковые средства, благодаря которым создается общий замысел, и эмо­циональное содержание текста. При анализе же текста с позиций психолингвистики в центре внима­ния, по мнению В.П.Белянина, оказывается «языковая личность, процессы порождения и восприятия текста рассматриваются как результат речемыслительной деятельности индивида, как «способ отра­жения действительности в сознании... с помощью элементов системы языка»» [1].

Текст можно рассматривать с точки зрения заключенной в нем информации (текст — это, преж­де всего, информационное единство); с точки зрения психологии его создания, как творческий акт автора, вызванный определенной целью (текст — это продукт речемыслительной деятельности субъ­екта). Можно рассматривать также текст с позиций прагматических (текст — это материал для вос­приятия, интерпретации); текст можно характеризовать со стороны его структуры, речевой организа­ции, его стилистики (например, стилистика текста, синтаксис текста, грамматика текста; шире — лингвистика текста) (Валгина Н.С. Теория текста. Учеб. пособие).

«Текст — это произведение речетворческого процесса, обладающее завершенностью, объекти­вированное в виде письменного документа произведение, состоящее из названия (заголовка) и ряда особых единиц (сверхфразовых единств), объединенных разными типами лексической, грамматиче­ской, логической, стилистической связи, имеющее определенную направленность и прагматическую установку» [2].

По мнению В.П.Белянина, текст представляет собой основную единицу коммуникации, способ хранения и передачи информации, форму существования культуры, продукт определенной историче­ской эпохи, отражение психической жизни индивида и т.д. [1].

По мнению Н.В.Шевченко, текст можно рассматривать с точки зрения заключенной в нем информации, так как он представляет «собой информационное единство» [3]. С точки зрения психо­логии создания текст можно подвергать рассмотрению как творческое действие автора, выступающее в роли продукта речемыслительной деятельности субъекта. Текст можно анализировать с прагмати­ческих позиций, поскольку это «материал для восприятия, интерпретации» [3]. К тому же текст мож­но охарактеризовать и со стороны его структуры, речевой организации, его стилистики.

Понятие «текст», по мнению многих исследователей, не может быть определено только лин­гвистическим путем. Текст — это результат определенного рода деятельности. И восприятие при этом — не пассивное подражание действия извне; это «живой, творческий процесс познания» [4], имеющий определенный вектор.

Восприятие текста представляет собой процесс извлечения смысла, находящегося за внешней формой речевых высказываний, что требует знания лингвистических закономерностей построения. Будучи целостным отражением предметов, ситуаций и событий, оно возникает при непосредствен­ном воздействии физических раздражителей на рецепторные поверхности. Восприятие текста подчи­няется общим психологическим закономерностям: оно тесно связано с вниманием, мышлением и па­мятью, направляется мотивацией, имеет определенную эмоциональную окраску. Различают адекват­ное восприятие и иллюзии; критерием адекватности считают включенность его в общение и практи­ческую деятельность.

Сопоставляя представленные характеристики категории восприятия, нужно отметить, что, с одной стороны, восприятие содержит в себе мыслительные процессы по переработке информации, при этом положительной результативной стороной этого феномена является понимание; с другой стороны, этот процесс зависит, по мнению исследователя, от того, как личность в процессе воспри­ятия реализует интеллектуальные, а самое главное — творческие способности.

Таким образом, движение понимания постоянно переходит от целого к части и от части к цело­му. И задача всегда состоит в том, чтобы, «строя концентрические круги, расширять единство замыс­ла, который мы понимаем» [5; 72]. Значит, взаимосогласие отдельного и целого — критерий пра­вильности понимания. Если этого не возникает, то понимание не состоялось.

Вместе с тем исследователи [6; 72] выделяют параметры понимания, к числу которых относятся такие, как глубина, отчётливость, полнота и обоснованность.

Под полнотой имеется в виду максимальное выявление содержания сообщения, включая его контекст и подтекст; под отчётливостью — степень осмысления свойств, связей и отношений вос­принимаемого сообщения; под обоснованностью — осознание оснований, которые обусловливают уверенность в правильности понимания. Глубина осмысления — степень проникновения в сущность воспринимаемого, учёт всех факторов, обусловливающих смысл.

Важно обратить внимание на то, что в настоящее время в психолингвистике сложились две тра­диции анализа понимания сообщений в процессе языковой коммуникации.

Т.М.Дридзе [7] первый путь называет «дедуктивным». Его суть состоит в том, что на текст нала­гаются сконструированные категориальные структуры, определяющие выраженное в тексте содер­жание, в результате чего оно как бы проецируется на сообщение. Этот подход позволяет реципиенту наиболее «простым» способом проникнуть в текстовую информацию, что недостаточно для «глубин­ного» понимания смысла художественного текста.

Второй путь — «индуктивный» — строится непосредственно на анализе языковой структуры сообщения, её систематизации и сопоставлении с соответствующей структурой адресата. Такой под­ход позволяет с единой точки зрения представить структуру сообщения или структуру сознания уча­стников коммуникации. Наиболее развитой формой «индуктивного» анализа является «тезаурусный» подход, при котором эффективность толкуется как степень изменения системы знаний получателя информации [7].

Всякий стиль неразрывно связан с высказыванием и с типическими формами высказываний, ко­торые М. М.Бахтин называет речевыми жанрами. «По существу, — пишет он, — языковые, или функ­циональные, стили есть не что иное, как жанровые стили определенных сфер человеческой деятель­ности и общения. В каждой сфере бытуют и применяются свои жанры, отвечающие специфическим условиям данной сферы; этим жанрам и соответствуют определенные стили. Определенная функция (научная, техническая, публицистическая, деловая, бытовая) и определенные, специфические для ка­ждой сферы условия речевого общения порождают определенные жанры, т.е. определенные, относи­тельно устойчивые тематические, композиционные и стилистические типы высказываний. Стиль не­разрывно связан с определенными тематическими единствами и — что особенно важно — с опреде­ленными композиционными единствами: с определенными типами построения целого, типами его завершения, типами отношения говорящего к другим участникам речевого общения (к слушателям или читателям, партнерам, к чужой речи). Стиль входит как элемент в жанровое единство высказы­вания» [8].

Текст, являясь результатом осуществления коммуникативного замысла автора, задает про­грамму восприятия, направляет внимание и ход мыслей реципиента. Вариативность декодирова­ния текстов обусловлена тем, какие содержательно-стилистические константы являются свойст­вами данного текста. Каждый тип текста предполагает определенные результаты.

Функционально-стилистические константы официально-делового текста. Современный офи­циально-деловой стиль — это функциональная разновидность русского литературного языка, приме­няемая в сфере общественных отношений. Деловая речь служит средством общения государств, го­сударства с отдельным лицом и обществом в целом; средством общения предприятий, учреждений, организаций; средством официального общения людей на производстве и в сфере обслуживания.

Официально-деловой стиль относится к книжно-письменным стилям литературного языка. Он реализуется в текстах законов, приказов, указов, распоряжений, договоров, актов, справок, удостове­рений, доверенностей, в деловой переписке учреждений.

К общим экстралингвистическим и собственно языковым чертам этого стиля следует отнести следующие:

1)  точность, детальность изложения;

2)  стандартизированность изложения;

3)  долженствующе-предписывающий характер изложения (волюнтативность).

Стандартизация языка деловых бумаг обеспечивает ту степень коммуникативной точности, ко­торая придает документу юридическую силу. Любая фраза, любое предложение должны иметь толь­ко одно значение и толкование. Чтобы достичь такой степени точности в тексте, приходится повто­рять одни и те же слова, названия, термины. В официально-деловой речи стандарт и клише представ­ляют собой функционально оправданную необходимость.

Изложение официально-деловых текстов отличают высокая степень унификации, стандартиза­ция как ведущая черта синтаксиса, высокая степень терминированности лексики, логичность, без­эмоциональность, информационная нагрузка каждого элемента текста. Следовательно, имеются все основания предположить, что результаты восприятия текста, принадлежащего к официально-деловому стилю, должны отличаться однозначностью трактовки текста.

Функционально-стилистические константы научного текста. Научный стиль обслуживает сферу науки, т.е. сферу человеческой деятельности, функцией которой является выработка и теоре­тическое осмысление объективных знаний о действительности. Как способ освоения действительно­сти, наука отличается стремлением к максимально обобщенному, объективному, обезличенному зна­нию. Науку характеризует интеллектуально-понятийный образ мышления. Эти особенности научного познания воплощаются в содержании и отражаются в языковой форме научных произведений. Со­держанием научных произведений являются идеи и факты, законы и категории, открытые учеными.

Основу языкового оформления научных текстов составляет стандартизированность, т.е. выбор предписываемого для данных условий коммуникации клишированного языкового варианта.

Основные качества научного стиля — подчеркнутая логичность, смысловая точность (однознач­ность выражения мысли), информативная насыщенность, объективность изложения, скрытая эмо­циональность, обобщенно-отвлеченный характер изложения, использование отвлеченной лексики. Лексический пласт представлен многочисленной терминологией — метатекстом. Отвлечённость и обобщённость лексического уровня ведут за собой аналогическую черту морфологического уровня.

Научное изложение рассчитано на логическое, а не на эмоциональное чувственное восприятие. Однако наука и техника — это не только логика, но также источник сложных эмоций. Последнее мо­тивирует использование образной лексики и экспрессивных конструкций. Это определяется в значи­тельной степени областью знания, речевым жанром, темой, формой и ситуацией общения, авторской индивидуальностью, национальной спецификой научного стиля.

Текст, относящийся к научному стилю, не рассчитан на массового читателя, так как требует пресуппозитивных знаний (знаний в определенной сфере), из чего можно сделать предположе­ние, что восприятие научного текста может быть осуществлено только реципиентом, теоретиче­ски подготовленным в данной области познания.

Функционально-стилистические константы публицистического текста. Публицистический (общественно-публицистический) стиль связан с общественно-политической сферой коммуникации. Этот стиль реализуется в газетных и журнальных статьях на политические и другие общественно значимые темы, в ораторских выступлениях на митингах и собраниях, по радио, телевидению и т.д.

Язык газетной публицистики не только «называет» понятия, явления, факты, вещи, людей и со­общает о них, он призван также активно воздействовать на массы читателей определенным образом, внушать им те или иные идеи и положения. Публицистическая речь имеет установку на воздействие, т. е. стремление заразить адресата сопереживанием, что означает неравнодушие к конечному резуль­тату речи (совпадению задания и эффекта).

Публицистическая речь во многих жанровых разновидностях тяготеет к художественным спосо­бам отображения действительности, выраженным индивидуально-образным способом номинации. Характерные взаимоотношения участников речевого акта в публицистической сфере общения — это неравные, дистантные, официальные отношения с преобладанием подготовленного отбора средств выражения и письменной формы осуществления, с личной ответственностью адресующегося за спо­соб выражения и его одновременной опорой на коллективные привычки языкового сознания в целом, так как в этой сфере речь направлена на воспринимающую массу, без возможности учета дифферен­цированных эффектов восприятии. Эти признаки обусловливают возникновение стереотипного круга функционально прикрепленных стилистических средств, которые осознаны обществом как необхо­димое средство осуществления наиболее характерных для публицистики экспрессивных заданий [9].

Еще одна экспрессивная возможность публицистических жанров речи состоит в достаточно большом просторе для проявления индивидуальной речевой манеры, что отчасти сближает ее с ху­дожественной речью. На границах этих сближений четко выявляется антиномия неповторимости и шаблона, которая образует барьер между художественным и нехудожественным отражением дейст­вительности в слове.

Публицистика, так или иначе, близка массовому читателю. Поэтому стоит предположить, что текст, относящийся к публицистическому стилю, не вызовет у реципиентов сложности в вос­приятии, толковаться будет приблизительно однозначно.

Функционально-стилистические константы художественного текста. Художественный стиль — функциональный стиль речи, который применяется в художественной литературе. Текст в этом стиле воздействует на воображение и чувства читателя, передаёт мысли и чувства автора, использует всё богатство лексики, возможности разных стилей, характеризуется образностью, эмоционально­стью речи.

В художественном произведении слово не только несет определенную информацию, но и слу­жит для эстетического воздействия на читателя при помощи художественных образов. Чем ярче и правдивее образ, тем сильнее он воздействует на читателя.

Средства художественной выразительности разнообразны и многочисленны. Это тропы: эпите­ты, сравнения, олицетворения, гипербола, литота, аллегория, метафора и т.п.; стилистические фигу­ры: анафора, эпифора, градация, параллелизм, риторический вопрос, умолчание и т.п

Мир художественной литературы — это «перевоссозданный» мир, изображаемая действитель­ность представляет собой в определенной степени авторский вымысел, а значит, в художественном стиле речи главнейшую роль играет субъективный момент. Вся окружающая действительность пред­ставлена через видение автора. Но в художественном тексте мы видим не только мир писателя, но и писателя в этом мире: его предпочтения, осуждения, восхищение, неприятие и т. п. С этим связаны эмоциональность и экспрессивность, метафоричность, содержательная многоплановость художест­венного стиля речи.

На первый план в художественном тексте выходят эмоциональность и экспрессивность изобра­жения. Многие слова, которые в научной речи выступают как четко определенные абстрактные поня­тия, в газетно-публицистической — как социально-обобщенные понятия, в художественной речи не­сут конкретно-чувственные представления.

В художественной речи возможны и отклонения от структурных норм для выделения автором какой-нибудь мысли, черты, важных для смысла произведения. В.П.Белянин основывался на том, что каждый языковой элемент, из которых состоит текст, обусловлен не только лингвистическими, но и психологическими закономерностями: структуру любого художественного текста можно соотнести с тем или иным типом акцентуации человеческого сознания. В роли организующего центра текста выступает его эмоционально-смысловая доминанта — «система когнитивных и эмотивных эталонов, характерных для определенного типа личности и служащих психологической основой... вербализа­ции картины мира в тексте» [1; 54].

Чем в большей мере ощущается присутствие «художественности» в тексте, тем сильнее прояв­ляется личностное начало. Личностное начало в большей степени проявляется в художественном тексте, нежели в тексте учебного характера, различных справочниках, инструкциях. Художественный текст — это результат деятельности, направленной на реализацию творческих возможностей, спо­собностей, психологических особенностей личности.

Характерной особенностью художественного текста является то, что он, сообщая реципиен­ту некоторую информацию о действительности, включает его в авторское, субъективное видение мира. Особое значение для декодирования при этом имеют концептуальные и стилевые особен­ности текста. Тексты, относящиеся к художественному стилю, могут иметь различную интерпре­тацию испытуемых, так как авторскую концепцию не всегда может понять либо принять чита­тель.

Следует отметить, что между читателем и писателем существует тесная и тонкая связь, в извест­ном отношении они составляют единое целое. Они не могут существовать один без другого.

Авторский замысел выражается модальностью текста, т.е. отношением говорящего (пишущего) к действительности, которое может быть реализовано различными средствами — грамматическими, лексическими, фразеологическими, интонационными, композиционными, стилистическими (т.е. язы­ком в действии). Это могут быть междометия, эмоционально-экспрессивная лексика, слова с суффик­сами субъективной оценки, экспрессивные интонационные конструкции, изобразительно-выразительные средства (тропы и фигуры речи), прямые и переносные формы повелительного на­клонения.

Различаются объективная и субъективная модальность. Объективно-модальное значение — от­ношение сообщаемого к действительности, субъективно-модальное — отношение говорящего к со­общаемому. Через модальность, по мнению Н.В.Шевченко, проявляются личность автора, его миро­воззрение, эмоциональный настрой, художественное кредо, с одной стороны, и жанр художественно­го произведения — с другой.

Зависимость текста от автора определяется «типом языковой личности» — автора текста: при­надлежностью автора к одному из типов речевой культуры (элитарной, литературно-разговорной, среднелитературной, просторечной, фамильярной); полу (мужскому или женскому), возрасту, про­фессии — и конкретной языковой личности, в которой, помимо взаимодействия всех перечисленных выше факторов, проявляются и индивидуальные человеческие черты: темперамент, склонность или несклонность к рефлексии.

В каждом конкретном случае автор по-разному выражает свою позицию: или явно, через слово, или скрыто, через содержательно-концептуальную или подтекстовую информацию.

В авторском «я» проявляется не только личность автора, в структуре «я» (прежде всего в худо­жественных текстах) могут объединяться личность автора и рассказчика, автора и лирического героя.

Автор может прямо выражать свою позицию в тексте — в автосемантичных отрезках, «свобод­ных» [10; 7-11] предложениях; автору могут принадлежать характеристики персонажей, их душевно­го состояния, возможных реакций на какие-либо явления.

Вмешательство автора может раздвигать не только пространственные, но и временные рамки изображения. Словесные проявления авторского присутствия в тексте составляют «авторский узор», представленный у Т.В.Шмелевой в тексте следующими элементами: «экспликация «фигур» автора и адресата, которые обычно оказываются «за кадром», но могут получить для своего проявления осо­бые фрагменты текста; разнообразные авторские оценки и средства авторизации информации о них языковыми средствами, отобранными автором для их описания; использование метатекста» [11; 72­73], или текста в тексте.

«Авторский узор — в руках самого автора, он может сделать его более или менее заметным, ли­бо убрать совсем» [3; 55-57].

За каждым текстом стоит языковая личность, владеющая системой языка, или языковая личность автора, понимаемая как «совокупность способностей и характеристик человека, обусловливающих создание и восприятие им речевых произведений» (текстов) [5; 27].

Результат восприятия зависит и от объекта, и от воспринимающего субъекта. «С позиций психо­логии человеческого бытия, — пишет В.В.Знаков, — понимание нужно субъекту для того, чтобы по­нять мир и самого себя, определить, что он есть, какое место занимает в мире» [12; 39].

Однако возможность неоднозначного толкования содержания текста обусловлена не только содержательно-стилистическими константами, но и различными субъективными переменными ин­дивида. Они проявляются в виде мировоззрения и убеждений; психического состояния — эмоций, установок. В данном случае следует отметить, что немаловажным фактором для правильного воспри­ятия текста является пресуппозиция, т.е. общий фонд знаний.

В ходе исследования предпринята попытка выявить психолингвистические механизмы влияния параметров типологии текстов и различных субъективных переменных индивида на восприятие текста. 

 

Список литературы

1    БелянинВ.П. Основы психолингвистической диагностики: модели мира в литературе. — М.: Наука, 2000. — 179 с.

2    Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. — М.: Наука, 1981. — 210 с.

3    Шевченко Н.В. Основы лингвистики текста. — М.: Наука, 2003.

4   Залевская А.А. Введение в психолингвистику: Учебник для студ. вузов, обучающихся по филол. спец. — М.: Изд-во Рос. гос. ун-та, 2000. — 382 с.

5    Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. — М.: Наука, 1987. — 186 с.

6    Лаптева О.А. Русский разговорный синтаксис. — М.: Наука, 1976. — 213 с.

7   Дридзе Т.М. Текст как иерархия коммуникативных программ (информативно-целевой подход) // Смысловое воспри­ятие речевого сообщения. — М.: Наука, 1976. — 196 с.

8  БахтинМ.М. Проблема речевых жанров // Эстетика словесного творчества. — М.: Искусство, 1979. — С. 241, 242.

9   Стилистика русского языка: жанрово-коммуникативный аспект стилистики текста / Отв. ред. А.Н.Кожин. — М.: Нау­ка, 1987. — 240 с.

10   Кожевникова Н.А. О соотношении речи автора и персонала // Языковые процессы современной художественной лите-
ратуры. Проза. — М.: Наука, 1977. — 213 с.

11    Шмелева Т.В. Текст сквозь призму метафоры тканья. — М.: Наука, 1998. — 142 с.

12    Знаков В.В. Психология понимания правды. — СПб.: Алетейя, 1999. — 281 с.

Фамилия автора: Г.Ю.Аманбаева, М.И.Пастарнак
Год: 2012
Город: Караганда
Категория: Филология
Яндекс.Метрика