Лексические и фонетические архаизмы в составе русских фразеологизмов

В современном русском литературном языке насчитывается около тысячи фразеологизмов, со­держащих в своих компонентах лексические архаизмы и историзмы, например: бить челом, беречь как зеницу ока, подпускать турусы на колесах, гол как сокол и др.

В этой группе фразеологизмов, в отдельных их компонентах, сохранились слова, вытесненные из употребления в свободных словосочетаниях другими синонимичными словами, или слова, кото­рые исчезли из употребления в языке, так как прекратили существование те предметы и явления дей­ствительности, которые они прежде обозначали.

Компоненты фразеологизмов, содержащие лексические архаизмы и историзмы, оказываются в изоляции от современной лексической системы и сообщают особую выразительность всей фразеоло­гической единице. Лексические архаизмы «в компонентном составе фразеологической единицы вы­ступают в качестве детерминирующих элементов, притягивающих к себе другие, не содержащие ар­хаизмов. Иначе говоря, устаревшие слова как бы цементируют структуру всего фразеологического оборота» [1; 5].

Наличие лексических архаизмов в структуре сравнительно большого количества фразеологизмов современного русского языка связано с устойчивостью и идиоматичностью последних, что обуслов­ливает их длительное существование в языке. Во фразеологических единицах архаизмы получают свою особую новую жизнь и до известной степени воспринимаются как «живые» архаизмы, так как продолжают свое существование, а не исчезают бесследно. Следовательно, «одним из определяющих показателей лексического архаизма является утрата связей данной лексемы с однокоренными произ­водными словами активного словарного запаса языка и ее вытеснение синонимичными лексемами» [1; 11]. Так, например, слово перст, вытесненное синонимичным ему словом палец, уже не ассоции­руется со словом наперсток, которое продолжает свое существование в современной лексической системе языка. Лексема перст сохранилась лишь во фразеологизмах перст указующий, вложить персты в язвы, один как перст и др.

Лексические архаизмы, вышедшие из употребления и не имеющие синонимов в современном русском языке: баклуши, турусы, сокол, балясы, просак и др. (бить баклуши, турусы на колесах, гол как сокол, балясы точить, попасть впросак), встречаются и в наше время [2].

К лексическим архаизмам относятся также и такие слова, которые «продолжают бытовать в со­временном словарном составе языка, но имеют, помимо основных, еще и устаревшие значения» [1; 9]: брань — 'ругань', 'битва, сражение'; жир — 'масленичное вещество', 'богатство'; собака — 'домашнее животное', 'репей'. Старославянский по своему происхождению фразеологический обо­рот во время оно ('некогда', 'когда-то очень давно') в качестве одного из компонентов включает ус­таревшее указательное местоимение оно — ' то'. В современном языке фразеологизм под сурдинку, включающий устаревшее слово сурдинка (' то же, что сурдина; приспособление, применяемое для приглушения звучания музыкальных инструментов'), означает 'тихо, приглушенно', 'тайком, втихо­молку'.

Фразеологизмы, которые включают в свой состав лексические архаизмы, могут быть связаны с понятием о человеческом организме. В качестве устаревших компонентов в них выступают слова:

а)  древнерусские (из общеславянского языка): плоть — 'тело', стать — 'телосложение, фигура', чело — 'лоб', лик — 'лицо', уста — 'губы', око — 'глаз', пята — 'пятка', стопа — 'нога, шаг',
лоно — ' грудь', карачки — ' голень', живот — ' жизнь', душа — ' ямочка на шее под кадыком', погибель — ' сгиб тела';

б)  старославянские: перст — 'палец', зеница — 'зрачок', вежды — 'веки', чресла — 'поясница', чрево — 'живот'.

Эти существительные теперь уже не употребляются в свободных словосочетаниях, а входят в состав фразеологических оборотов:

  • -    ангел во плоти (кроткий сердцем);
  • -    с какой стати (зачем, почему, по какой причине);
  • -    душа нараспашку (чистосердечный, бесхитростный, прямодушный человек);
  • -    бить челом (кланяться, просить о чем-то, жаловаться, благодарить);
  • -    в мгновение ока (быстро, вмиг);
  • -    один как перст (в полном одиночестве);
  • -    с головы до пят (целиком, полностью);
  • -    из уст в уста (от одного человека к другому);
  • -    идти по стопам (следовать за кем-либо в чем-либо);
  • -    беречь (хранить) как зеницу ока (с особой заботой, бережностью относиться к чему-либо, ох­ранять, сохранять что-либо);
  • -    на лоне природы (вне города, в лесу, в поле) и др.

Изменения в составе фразеологических оборотов прямо и непосредственно связаны как с тем, что происходит в лексической системе языка в целом, так и с тем, в каком направлении осуществля­ется говорящими дальнейшая обработка фразеологизмов. «Возникновение в устойчивом сочетании слов лексических единиц, вне его более нигде не существующих, связано с выходом соответствую­щих слов из активного употребления. То или иное слово при возникновении фразеологического обо­рота является свободным по своему употреблению и принадлежит к активной лексике, употребляясь как во фразеологизме, так и вне его. Позднее же сфера его функционирования сужается и зачастую ограничивается одним-единственным фразеологизмом. Этим объясняется возникновение во фразео­логизмах только им свойственных лексических вкраплений, потенциальных слов [3].

В качестве примеров можно привести следующие фразеологизмы русского языка:

  • -    с гулькин нос (очень мало): гулькин — притяжательное прилагательное от существительного гулька < гуля — 'голубь';
  • -    забубенная головушка (отчаянный, способный на все человек): забубенная — имя прилагатель­ное, образованное от существительного забубены < забобоны — ' вздор';
  • -    писать мыслете (идти нетвердым шагом, шатаясь, заплетающейся походкой): мыслете — старое название буквы М;
  • -    стоять фертом (важничать): ферт — старое название буквы;
  • -    аки тать в нощи: тать — ' вор', ' бандит', ' разбойник' и др.
  • Так же, как и лексике, фразеологии свойственно явление омонимии, при котором между разны­ми значениями фразеологизмов, состоящих из одних и тех же слов, нет никакой связи.
  • Во фразеологизмах это еще на воде писано (написано), вся кровь бросилась в лицо, огород горо­дить, душа нараспашку, сыр-бор разгорелся, нелегкая дернула, на худой конец слова свободного употребления вилы, краска, огород, душа, бор, нелегкая, худой являются омонимами. Во фразеоло­гизме
  • -    вилами на воде писано (неизвестно, будет так или нет, осуществится ли, удастся ли) слово ви­лы имеет значение 'круг';
  • -    краска бросилась в лицо (кто-либо покраснел от стыда, смущения, досады): краска — ' кровь';
  • -    огород городить (затевать какое-либо дело): огород — 'ограда', городить — 'строить';
  • -    душа нараспашку (чистосердечный, прямодушный, откровенный человек): душа — ' ямочка на шее под кадыком' [4];
  • -    сыр-бор разгорелся от чего, из-за чего (по какой причине, почему началось что-либо, происхо­дит что-либо): бор — 'сосна', сыр — краткое прилагательное от слова сырой;
  • -    нелегкая дернула (неизвестно зачем, по какой надобности нужно было мне (тебе и т.п.) (сде­лать что-либо): нелегкая — 'дьявол', 'черт';
  • -    на худой конец (в самом крайнем, в самом худшем случае): др.-русск. худъ — 'плохой; не­взрачный; непрочный; слабый; малый; скудный'.

Современные слова кол, нос, жир, мир имеют и другое, уже исчезнувшее значение, которое за­крепилось только в устойчивых словосочетаниях. В выражениях хоть кол на голове теши (о чьем-либо упрямстве, непонимании [5; 475 ]), вбивать осиновый кол в могилу (окончательно избавиться от кого-либо [5; 56]) существительное кол имеет значение 'заостренная палка', а в таких выражениях, как ни кола ни двора, ни кола ни угла (совсем ничего нет [5; 201]) кол — 'полоса пахотной земли ши­риной в две сажени'.

Такие же омонимичные отношения характерны для фразеологизмов держать нос по ветру (применяться к обстоятельствам, беспринципно меняя свои убеждения [5; 136]), комар носа не под­точит (не к чему придраться [5; 202]), зарубить на носу (запомнить крепко-накрепко, навсегда; иметь что-либо в виду [5; 170]), остаться с носом (остаться без того, на что рассчитывал, без самого необходимого [5; 299]. В первых двух фразеологизмах нос — корма корабля, в следующем нос — это отглагольное существительное: носить > нос. Следовательно, зарубить на носу — сделать отметку (зарубку) на том, что носишь с собой (дощечка, палочка). Остаться с носом — остаться с тем, что принес с собой (с приносом), не выиграв дела, не добившись никакого результата, не получив того, на что очень рассчитывал.

В устойчивом словосочетании иметь сердце (излить злобу) слово сердце имеет устаревшее зна­чение ' гнев', ' злоба'. С таким же значением это существительное употребляется и во фразеологизме сорвать сердце. Иное значение имеет слово сердце в выражениях от сердца отлегло (стало легче), положа руку на сердце (откровенно), близко принять к сердцу (отнестись к чему-либо с большой за­интересованностью). Архаичное для современного русского литературного языка значение 'гнев', ' злоба' у слова сердце является вторичным.

В группе фразеологизмов одним миром мазаны (о людях с одинаковыми недостатками [6; 304]), всем миром (всем вместе), на миру и смерть красна (не страшно умереть на людях; легче что-либо перенести со всеми вместе), не от мира сего (о человеке, не приспособленном к жизни), по миру пус­тить (о бедности, нищете), ушел в иной мир (умереть), сильные мира сего (люди, занимающие высо­кое положение в обществе) [6; 303] существительные миро и мир совпадают в падежных формах. Устаревшее слово миро означает 'благовонное вещество в церковных обрядах', а мир — многознач­ное слово в русском языке и в рассматриваемых фразеологизмах означает:

  • -   совокупность всех форм материи в земном и космическом пространстве;
  • -   отдельная часть вселенной;
  • -   земной шар и люди, населяющие его;
  • -   светская жизнь в противоположность монастырской жизни;
  • -   сельская община с ее членами [6; 303].

Анализ рассматриваемого корпуса устойчивых сочетаний русского языка позволил нам составить семантическую классификацию фразеологизмов, включающих в свой состав устаревшие единицы лексико-фразеологического поля, имеющие значение 'части тела', а также элементы, связанные с наименованиями растительного и животного мира, с явлениями окружающей среды, с наименованием одежды, обуви, орудий труда и производства, с наименованиями древних русских и греческих букв, с русской метрологией и денежными единицами, с обозначением обрядов, поступков и чувств людей.

Устойчивые сочетания, включающие в свой состав лексические архаизмы, связанные с наименованием отдельных частей человеческого организма, представляют собой значительную группу в русской фразеологии. Основными компонентами в таких сочетаниях выступают как древнерусские слова (плоть — 'тело', стать — 'телосложение', 'фигура', чело — 'лоб', лик — 'ли­цо', уста — 'губы', око — ' глаз', пята — 'пятка', стопа — ' нога, шаг', лоно — 'грудь', карачки < корокъ — ' голень', живот — 'жизнь', душа — 'ямочка на шее под кадыком', погибель — 'сгиб те-ла'[6]), так и старославянские (перст — 'палец', зеница — 'зрачок', вежды — 'веки', чресла — 'по­ясница, бедра', чрево — 'живот' [6]).

Эти существительные «теперь уже не употребляются в свободных словосочетаниях, кроме редких случаев, обусловленных стилистическими особенностями языка художественных произведений» [1; 60], а входят в состав фразеологических оборотов:

  • перепоясывать свои чресла: готовиться идти в далекое странствие;
  • чревато последствиями: причинить какой-либо вред кому-либо;
  • не на живот, а на смерть: не щадя своей жизни;
  • класть живот: погибать, умирать;
  • под стать: подходящий, достойный кого-либо или чего-либо;
  • с какой стати: почему, зачем, по какой причине;
  • надевать личину: скрывать свою подлинную сущность, свое лицо;
  • гнуть в три погибели: жестоко эксплуатировать и т. д.

Многие из перечисленных компонентов-соматизмов входят в состав не одного, а двух и более фразеологизмов:

  • око: в мгновение ока (быстро, вмиг), пуще зеницы ока (бдительно, заботливо, тщательно беречь), смежить очи (погрузиться в сон), всевидящее око (о человеке, которому все известно), как зеницей ока дорожить (что-либо ценить, чем-либо дорожить), око за око, зуб за зуб (о необходимости отомстить, отплатить за что-либо);
  • перст: один как перст (в полном одиночестве), вложить персты в язвы (сделать что-либо больное, очень неприятное);
  • пята: по пятам (идти не отставая, неотступно), с головы до пят (целиком, полностью);
  • уста: вкладывать в уста (заставлять кого-либо говорить те или иные мысли, слова), из уст (узнавать от кого-либо), из первых уст (узнать, услышать непосредственно от очевидцев, от участников), из вторых (третьих) уст (узнать через посредников, не от очевидцев), из уст в уста (от одного человека к другому), отверзать уста (сказать что-либо), не сходить с уст (беспрестанно произноситься, упоминаться в разговоре);
  • плоть: плоть и кровь (родной ребенок, порождение, детище кого-либо, чего-либо), плоть от плоти (кровное родство, идейное порождение, детище кого-либо или чего-либо), облекать в плоть и кровь (воплощать, выражать в определенной, конкретной, живой форме), облекаться в плоть и кровь (приобретать живую, конкретную форму;
  • стопа: идти по стопам (следовать за кем-либо в чем-либо), падать (припадать) к стопам (умолять, просить кого-либо о чем-либо), повергать к стопам (полностью подчинять чьей-либо воле, власти; преподносить что-либо, выражая свою покорность), направлять свои стопы (направляться, идти куда-либо).
  • Одни древние названия растений и животных уже исчезли из русского языка или были вытеснены другими словами, например: собака — 'репей', купина — 'куст', былье — 'трава', акрида
  • 'род саранчи', арестанты — 'мелкая сушеная рыбешка', кур — 'петух', долгие — 'запряженные лошади, которых раньше использовали для перевозок на дальние, долгие расстояния'. Другие же на­звания имеют в современном русском языке однокорневые варианты, но уже тоже устаревшие или получившие стилистическую окраску: телец — 'теленок', змий — 'змей', козлица — 'коза', теляти
  • ' теленок', агнец — ' ягненок'.

В современном русском языке все перечисленные слова в качестве архаических компонентов входят в состав фразеологических оборотов:

-    вешать собак, вешать собак на шею (несправедливо обвинять, наговаривать, клеветать на кого-либо), неопалимая купина (что-либо нерушимое, непреходящее), быльем поросло (давно, навсегда забыто), питаться акридами и (диким) медом (недоедать, не имея достаточно пищи), сорок бочек арестантов (наговорить очень много и не по существу), попасть как кур во щи (неожиданно попасть в беду, неприятность), на долгих (добираться на одних и тех же лошадях).

Устаревшие формы имен существительных входят в состав фразеологизмов до зеленого змия, нашему теляти да волка поймати, отделять овец от козлиц, златой телец, бедный агнец и некоторые другие.

Среди группы фразеологизмов, которые характеризуют состояние или явления природы, арха­ичные элементы в своем составе имеют следующие: у черта на куличках (очень далеко, в большом отдалении, в глухих местах), ни зги не видно (совсем ничего не видно), земная твердь (земля, суша), разверзлись хляби небесные (пошел очень сильный, проливной дождь) и др.

Этимологический анализ архаизмов в данных фразеологических оборотах раскрывает их семан­тику, которая сводится к следующему:

  • кулига — древнерусское образование от существительного кулижки — ' лесистое, глухое, бо­лотное место';
  • зга — собственно русское образование от существительного сътьга, в котором после падения редуцированного -Ъ произошло упрощение группы согласных (стг >сг) а затем ассимиляция по звонкости (глухой [с] под влиянием [г] перешел в [з]). Зга — это 'дорога' (ср. стежка — ' тропинка');
  • твердь — старославянское образование с помощью темы -Ь от тврьдый > твьрдый. Твердь — 'небо';
  • хлябь — общеславянское образование с помощью темы -Ь от глагола хлябати — 'качаться, шататься'. Существительное хлябь имело значение ' водная глубина, бездна'.

Одежда людей в прошлом, как и обувь, была строго регламентирована: каждый должен был оде­ваться в соответствии со своим положением в обществе. В XVIII веке дворяне носили сапоги, а кре­стьяне — лапти. Так как «основная часть современной русской фразеологии формировалась именно в XVIII веке» [1; 126], то лапти и сапоги значительно обогатили ее:

  • лапти плести (неумело бестолково делать что-либо, путать);
  • переобуть кого-то в лапти (обмануть, одурачить);
  • в лапоть звонить (бездельничать, быть без дела);
  • не лапоть сплести (серьезное дело, которое не просто выполнить);
  • лаптем щи хлебать (жить, прозябать в нищете, невежестве; быть отсталым, некультурным);
  • лапти откинуть (умереть);
  • (что-то) в сапожках ходит (что-то очень дорого стоит);
  • два сапога пара (о сходных людях, характеризующихся чем-то плохим). К этой же группе фразеологизмов можно отнести и следующие:
  • служить по кафтану (служить по оплате);
  • давать по шапке, получать по шапке (выгонять, увольнять, снимать с должности);
  • шапками закидать (хвастливое уверение: легко и быстро победить, одолеть врага, неприяте­ля);
  • снимать шапку, ломать шапку (кланяться, раскланиваться перед кем-либо; унижаться, заиски­вать).

Имеет отношение к одежде фразеологический оборот ходить козырем. Знатные и чиновные лю­ди в Древней Руси прикрепляли себе сзади у ворота кафтана особый козырь, вышитый золотом, се­ребром или жемчугом. «Расшитый козырь торчал столь внушительно и придавал такую гордую осан­ку, что и до сих пор ходить козырем означает 'высоко держать голову, важно выступать' [7; 149].

Русская фразеология тесно связана с многообразием человеческой деятельности, отдельные предметы которой либо утратили свое значение в настоящее время, либо исчезли из жизни народа совсем. Например, мы часто слышим на ловца и зверь бежит (ловец — 'охотник'), какого рожна, на рожон лезть, переть против рожна (рожон — 'заостренный кол, рогатина, с которыми охотились на медведя'); тянуть канитель (канитель — 'золотая или серебряная нить', употребляющаяся в золо­тошвейном деле. Изготовление такой нити — дело кропотливое и трудное), во весь мах (мах — 'один полный оборот мельничного колеса'), не лыком шит, лыка не вяжет, горе лыковое (лыко — 'липо­вая кора'), ни кола ни двора (кол — 'полоса пахотной земли шириной в две сажени'), разводить ту­русы (турусы — ' осадные башни, подкатываемые на колесах к стенам'); не мытьем, так катаньем (катанье — существительное, образованное от глагола катать. Термин возник в среде валенщиков-шерстобитов, которые мыли, парили, валяли и катали шерсть, идущую на изготовление валенок)и т. д.

В качестве компонентов многих фразеологических оборотов выступают древние названия букв русской азбуки: аз, буки, глагол, мыслете, ять, твёрдо, ижица, ферт: не смыслить ни аза, начинать с азов, от аза до ижицы, твердить азы, сидеть на азах, азы да буки, играть азы; все это буки; и иже с ним; знать на ять; прописать ижицу, дошли до ижицы; не миновать глаголя; выделывать но­гами мыслете; твердо слово; ходить фертом, стоять фертом.

Компонентами фразеологических оборотов русского языка могут быть наименования букв гре­ческого алфавита, что объясняется давними культурными связями носителей этих языков. Например, во фразеологических сращениях альфа и омега (сущность, основа, самое главное, начало и конец), ни на йоту (нисколько, ничуть, ни на самую малость), ни йоты (совсем ничего) содержатся наименова­ния первой и последней букв (альфа и омега) и девятой буквы греческого алфавита (йота).

Национально-культурная специфика русской картины мира может передаваться фразеологиче­скими оборотами, включающими в свой состав единицы веса, длины, расстояния, денежные системы: от горшка два вершка, семи пядей во лбу, ни пяди не уступать, семь верст до небес и все лесом, за семь верст киселя хлебать, мерить версты, коломенская верста, мал золотник, да дорог и др.

Тюркское по происхождению слово аршин породило в русском языке целый ряд фразеологиз­мов: мерить на свой аршин, словно аршин проглотил, на три аршина сквозь землю видеть, мерить всех на один аршин, аршинный товар, аршин не солжет, смерить на аршин, семь аршин говядины и три фунта лент.

Не раз менялись на Руси денежные единицы, многие из них исчезли, а отдельные наименования вошли в состав фразеологических оборотов:

  • -    нет ни полушки за душой (очень бедный);
  • -    полушки не стоит (не имеет никакой ценности);
  • -    гроша ломаного не стоит (не имеет ценности);
  • -    пропасть ни за грош (бессмысленно пропасть);
  • -    ни на грош (нисколько, ничуть, ни на самую малость);
  • -    грош цена в базарный день (имеет малую ценность или не представляет никакой ценности, ни­куда не годится, ничего не стоит);
  • -    ни в медный грош не ставить (совсем не считаться с чем-то или с кем-то);
  • -    ставить ребром последний грош (тратить на что-либо последние деньги);
  • -    не было гроша, да вдруг алтын (о неожиданном приобретении чего-то неожиданного);
  • -    перебиваться с гроша на копейку (жить очень бедно, терпеть нужду, лишения).

Слова полушка и грош получили в русском языке значение чего-то очень малого. Полушка — древнерусское производное с суффиксом -ька от существительного полуха, которое является суф­фиксальным образованием (-уха) от уже исчезнувшего существительного полъ. Древнерусские полуха и полъ имели значение 'половина'.

Грош — польское заимствование, «отмечающееся в памятниках письменности с XIV века» [1; 101] и восходящее к латинскому grossus denarius — 'тяжелая монета'. Польский грош стал обо­значением самой мелкой монеты, а с XIX века он равнялся монете в полкопейки.

Алтын — три копейки. По своему происхождению это тюркское слово, пришедшее в русский из татарского, где имело значение ' золото'. С течением времени алтын стал обозначать самую мелкую денежную единицу, и грош, полушка и алтын стали синонимами, а затем вошли в состав фразеологизмов-синонимов:

  • -    ни гроша за душой, ни полушки за душой, ни алтына за душой;
  • -    ни на грош, ни на полушку;
  • -    ни гроша денег, ни полушки денег;
  • -    гроша ломаного не стоит, ни на ломану полушку.

Во фразеологических оборотах сохранились также древние названия денежных единиц лепта и талант (древнегреческие заимствования, где лепта — 'тонкий, мелкий', талант — 'монета большо­го достоинства'): лепта вдовицы (скромное пожертвование, сделанное от чистого сердца), ни на леп­ту (нисколько, ничуть, ни на самую малость), вносить свою лепту (принимать посильное участие в чем-либо), зарыть талант в землю (безвозвратно погубить свои способности, не использовать их, не дать им развиться).

Обычаи и обряды играют важную роль в жизни народа. Они связывают поколения, обеспечива­ют преемственность культуры, способствуют сохранению национальной самобытности. Поскольку обычай предписывал правила поведения, он должен был иметь хорошую «запоминающуюся форму» [7; 174]. Такой формой стали пословицы. Довольно часто у них возникало переносное значение, а «отколовшийся» от той или иной пословицы фрагмент становился устойчивым сочетанием, т.е. фра­зеологизмом.

Связь фразеологизма с обычаем или обрядом не всегда лежит на поверхности. Например, значе­ние фразеологизма на лбу (на лице) написано связано с обычаем, когда во времена царствования Алексея Михайловича бунтовщикам ставили клеймо на лбу или щеке. В наше время это выражение имеет значение 'заметно по внешнему виду, по выражению лица'.

Фразеологизм скалить зубы означает 'смеяться', 'хохотать', 'насмехаться'. Глагол скалить со­относится с существительным скала, которое в древности имело значение 'щель'.

С обычаями, обрядами и бытом русского народа связаны следующие фразеологизмы:

  • -    типун тебе на язык — 'недоброе пожелание кому-либо, кто говорит не то, что следует' (типун — болезненный нарост на кончике языка у птицы);
  • -    смотреть букой — ' иметь угрюмый, недобрый вид' (бука — ' привидение');
  • -    на свой салтык — 'делать что-либо на свой лад, образец, на свой манер' (салтык — тюркское образование от salt — 'обычай');
  • -    чин чином — 'так, как нужно, как полагается, как следует' (чин — 'порядок');
  • -    сгореть до тла — 'сгореть до основания, полностью' (тло — 'основание').

В этой группе устойчивых словосочетаний много архаичных элементов старославянского про­исхождения: паче чаяния, бразды правления, во сто крат, до последнего издыхания, вступить на стезю, воздать сторицей, исчадие ада, знамение времени и многие другие.

В именных компонентах фразеологических оборотов современного литературного языка сохра­нилось достаточно большое количество архаичных отвлеченных существительных (как древнерус­ского, так и старославянского происхождения): лихо — 'горе', худо — 'беда', мочь — 'сила', мор — 'повальная болезнь, эпидемия', призор — 'присмотр', чета — 'пара', хвала — 'одобрение, прослав­ление', схима — 'строгий монашеский обет в ожидании смерти', помин — 'особый обычай отмечать память об усопших', преткновение — 'помеха, затруднение', зазрение — 'осуждение', отпущение — 'прощение', одр — 'ложе больного'. Они встречаются в следующих фразеологизмах: кричать что есть мочи, легок на помине, без зазрения совести, козел отпущения, на смертном одре, геенна огнен­ная, не поминать лихом, взять измором и т. д.

Таким образом, фразеологические обороты с лексическими архаизмами характеризуют нацио­нальное своеобразие и богатство современного русского языка. Они оказываются в изоляции от со­временной лексической системы языка, а потому приобретают особую «экзотичность» и сообщают особую выразительность всей фразеологической единице.

Среди рассматриваемого корпуса сочетаний можно выделить фразеологические единицы с лек-сико-фонетическими архаизмами:

  • -    (явиться) яко (как) тать в нощи — скрытно, незаметно;
  • -    (вкушать) от древа добра и зла — начинать познавать что-либо;
  • -    (попасть) из огня в полымя (попасть из одной беды или опасности в другую);
  • -    покинуть земную юдоль — умереть, скончаться;
  • -    земная юдоль — жизненный путь с его заботами и печалями;
  • -    опочить в бозе — скончаться, умереть;
  • -    все в руце божией — независимо от нас, независимо от наших желаний;
  • -    притча во языцех — о ком-либо или о чем-либо всем надоевшем;
  • -    темна вода во облацех — о чем-нибудь неясном и туманном.

Существительные в этих фразеологизмах сохраняют не только старославянский (нощь, древо, юдоль) и древнерусский (полымя) звуковой состав, но и старинный характер чередования согласных в основах слов ([к] // [ц], [г] // [з]), отмечается и ударение.

После введения на Руси христианства в древнерусском языке в результате влияния на него ста­рославянского языка закрепилось довольно большое количество фразеологических оборотов, пред­ставляющих собой цитаты из книг Священного писания. «Многие их этих фразеологических старо­славянизмов в силу близости словарного запаса и грамматического строя двух языков прочно вошли в русскую систему, так что не чувствуется их заимствованный характер» [8], например:

  • -    плоть и кровь (родной ребенок, о кровном родстве; об идейном родстве);
  • -    злачное место (место для развлечения, кутежа).

Примерами фразеологизмов библейского происхождения могут быть следующие устойчивые сочетания слов:

  • -    всякой твари по паре (Библейское сказание о Ноевом ковчеге);
  • -    питаться акридами (Евангельская легенда об Иоанне Крестителе).

Больше всего сохранилось элементов старославянского языка во фразеологических оборотах, в которых имена существительные обозначают названия частей человеческого организма: как зеницей ока дорожить; всевидящее око; притча во языцех; класть живот; не на живот, а на смерть; чрева­то последствиями; перепоясывать свои чресла; падать к стопам; идти по стопам; кровь и плоть; плоть от плоти; отверзть уста; из первых уст; влагать в уста; вложить персты в язвы; один как перст; опустить очи долу; око за око; зуб за зуб; недреманное око; в мгновение ока; пуще зеницы ока; смежить очи и др.

Старославянские элементы входят также в состав фразеологических оборотов, где они обозна­чают отвлеченные понятия: хлеб насущный, геенна огненная, воздать сторицей, камень преткнове­ния, денно и нощно, злачное место, знамение времени, исчадие ада, до последнего издыхания, во сто крат, бразды правления.

Фразеологические обороты современного русского литературного языка, содержащие в своей структуре различные архаичные элементы, образуют весьма значительный пласт в русском языке. Систематизация данных фразеологизмом в этом отношении позволяет полнее представить общую картину языка и помогает не только осознать многослойный характер современной языковой систе­мы, но и воссоздать прежний словарный состав русского языка, опираясь на его исторические факты и исходя из его современного состояния.

  

Список литературы

1 Попов Р.Н. Фразеологизмы современного русского языка с архаичными значениями и формами слов. — М.: Высш. шк., 1976. — 200 с.

2      Шанский Н.М., Зимин В.И., Филиппов А.В. Опыт этимологического словаря русской фразеологии. — М.: Рус. яз.,1987. — С. 121.

3      Шанский Н.М. Фразеология современного русского языка. — М.: Просвещение, 1985. — С. 112.

4      ДальВ.И. Толковый словарь живого великорусского языка. — Т. 1—1. — М.: Рус. яз., 1989-1991. — С. 505.

5      Фразеологический словарь русского языка / Под ред. А.И.Молоткова. — 2-е изд., стереотип. — М.: Сов. энцикл., 1968. — 543 с.

6      Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю.Шведовой. — 18-е изд., стереотип. — М.: Рус. яз., 1986. — 797 с.

7      ГвоздаревЮ.А. Рассказы о русской фразеологии. — М.: Просвещение, 1988. — 192 с.

8      Винокур Г.О. О славянизмах в современном русском литературном языке // Избранные работы по русскому языку. — М.: Учпедгиз, 1959. — С. 26.

Фамилия автора: В.Д.Нарожная
Год: 2012
Город: Караганда
Категория: Филология
Яндекс.Метрика