Динамика культуры. Синхронический аспект

Обычно под динамикой культуры понимают:

а) внутрикультурную динамику,

б) динамику куль­туры как целостности (ее эволюцию, прогресс, регресс и т.д.).

На наш взгляд, имеет смысл говорить и об ином аспекте динамики культуры — о динамике взаимодействия культур. Следует отметить, что вопрос о взаимодействии культур — тема далеко не новая. Однако, как правило, она исследуется изолированно от темы эволюционной динамики. Мы считаем, что это именно аспекты, ибо, вопреки Шпенглеру и его единомышленникам, абсолютно изолированных, закрытых культур не существует. Некоторые особенности как внутрикультурной динамики, так и динамики культуры как целостности подчас невозможно объяснить без учета межкультурного взаимодействия. Но и само это взаимодей­ствие, помимо того, что оно может осуществляться в различных формах, претерпевает изменения (развивается в сторону прогресса или регресса и т.д.), ибо оно также есть процесс. Взаимодействие культур обусловлено их объективным многообразием как в историческом аспекте, так и в аспекте наличной современности. Это объясняется тем, что исторически человечество возникало и развива­лось в виде разбросанных по планете локальных общностей. Но даже если верна гипотеза о том, что человечество сначала появилось в одном регионе Земли, а затем расселилось группами, то в местах расселений возникали самобытные культуры. К.Маркс писал: «Различные общины находят различ­ные средства производства и различные жизненные средства среди окружающей их природы. Они различаются поэтому между собой по способу производства, образу жизни и производимым продук-там»1. И ещё: «Внешние природные условия экономически распадаются на два больших класса: есте­ственное богатство средствами жизни, следовательно, плодородие почвы, обилие рыбы в водах и т.п., и естественное богатство средствами труда, каковы: действующие водопады, судоходные реки, лес, металлы, уголь и т. д. На начальных ступенях культуры имеет решающее значение первый род, на бо­лее высоких ступенях — второй род естественного богатства»2. Переход от начальных стадий к более высоким связан с постепенным переходом от присваивающего производства к производящему. Именно по мере этого перехода и развития производящего производства самобытность культуры данной общности, которую можно определить как этнос, а культуру — как этническую. При этом мы понимаем этнос как его трактует Ю.В.Бромлей, а не так, как Л.Н.Гумилёв. Мы согласны со следую­щим утверждением Г.С.Померанца: «Теория этносов (имеется в виду теория Гумилёва. — Ж.А.) за­крывает дорогу к пониманию великих коалиций культур, культурных кругов, цивилизаций, то есть делает шаг назад от Шпенглера и Тойнби, назад к романтическому национализму»3.

Те культурфилософы, которые отстаивают идею локальных замкнутых культур (цивилизаций), отрицают содержательное взаимодействие культур. Третий закон развития культурно-исторических типов Н. Я. Данилевский формулирует следующим образом: «Начала цивилизации одного культурно-исторического типа не передаются народам другого типа. Каждый тип вырабатывает её для себя при большем или меньшем влиянии чуждых, ему предшествовавших или современных цивилизаций»4. Эти два предложения явно не согласуются друг с другом. Ведь тезис о том, что начала не передаются другим, и тезис о том, что всё же сказывается влияние, исключают друг друга. Н.Я.Данилевский пы­тается преодолеть эту несогласованность следующим образом. Он пишет: «Вся история доказывает, что цивилизация не передаётся от одного культурно-исторического типа другому; но из этого не сле­дует, чтоб они оставались без всякого воздействия друг на друга, — только это воздействие не есть передача...»5. Таких способов он выделяет три: 1) пересадка с одного места на другое посредством колонизации; 2) прививка; 3) воздействие цивилизации на цивилизацию, аналогичное влиянию поч­венного удобрения на растительный организм. Данилевский отмечает, что из всех трех способов только прививку можно было бы считать передачей, однако сам он придаёт понятию прививки мис­тический смысл; следовательно, прививка не есть передача. На наш взгляд, аргументация Н.Я.Данилевского не убеждает. Воздействие есть воздействие; оно в положительном или в отрица­тельном плане вызывает те или иные изменения в цивилизации, на которую оказывается воздействие.

Ту же позицию, только более жёсткую, занимает и О.Шпенглер. Замкнутые культуры, согласно ему, эквивалентны друг другу: они проходят одни и те же стадии, просуществовав около тысячи лет, исчезают. Они уникальны, самобытны. У каждой своя экономика, своё искусство, своя философия, своя математика и т.д. «Я надеюсь доказать, — пишет Шпенглер, — что все без исключения великие творения и формы религии, искусства, политики, общества, хозяйства, науки одновременно возника­ют, завершаются и угасают во всей совокупности культур; что внутренняя структура одной полно­стью соответствует всем другим; что в исторической картине любой из них нет ни одного имеющего глубокий физиогномический смысл явления, к которому нельзя было бы подыскать эквивалента во всех других, притом в строго знаменательной форме и на вполне определенном месте»6. Всё есть во всех культурах, однако оно недоступно другим культурам. Математика одной культуры непонятна другой культуре, у которой своя математика, решающая именно её и только её проблемы. И так во всём. Шпенглер пишет: «. Мы едва ли в силах представить себе, сколько великих мыслей чужих культур нашли в нас свою погибель, поскольку мы, исходя из нашего мышления и его границ, не смогли их ассимилировать или, что то же, ощущали их ложными, ненужными и бессмысленными»7.

Следовательно, как и Н.Я.Данилевский, О.Шпенглер отрицает возможность положительного, содержательного взаимодействия культур. Правда, как и Данилевский, он не может не признать фак­ты соприкосновения культур. Он, в частности, пишет: «В судьбе отдельных, сменяющих друг друга, вырастающих друг возле друга, соприкасающихся, оттесняющих и подавляющих друг друга культур исчерпывается содержание всей человеческой истории»8.

Факты, однако, опровергают в данном отношении и Данилевского, и Шпенглера. В обществен­но-историческом процессе имеет место постоянное, всё более интенсивное и многообразное по своим формам взаимодействие культур. С превращением истории во всемирную историю его отрицание есть уже не только безобидное заблуждение, но вредное занятие. Взаимодействие — это наиболее абстрактная характеристика взаимоотношения культур. Оно осуществляется в различных формах. Поэтому имеет смысл говорить о типологии взаимодействия культур.

Однако прежде чем к этому перейти, необходимо коснуться общемировоззренческого аспекта данного взаимодействия. Среди записей М.М.Бахтина, относящихся к 1970-1971 годам, имеется та­кая: «Три типа отношений:

Отношение между объектами: между вещами, между физическими явлениями, химическими явлениями, причинные отношения, математические отношения, логические отношения, лингвистиче­ские отношения и др.

Отношения между субъектом и объектом.

Отношения между субъектами — личностные, персоналистические отношения: диалогиче­ские отношения между высказываниями, этические отношения и др. Сюда относятся и всякие персо­нифицированные смысловые связи. Отношения между сознаниями, правдами, взаимовлияния, уче­ничество, любовь, ненависть, ложь, дружба, уважение, благоговение, доверие, недоверие и т.п.»9. Мы утверждаем, что ни отношения между объектами (объект-объектные отношения), ни отношения меж­ду субъектом и объектом (субъект-объектные отношения) не подходят для характеристики межкуль­турного взаимодействия. К нему применимы лишь отношения между субъектами (субъект-субъектные отношения). Второе касается субъекта межкультурного взаимодействия. Это ответ на вопрос: кто вступает во взаимодействие? На него ответил О.Шпенглер. Он пишет: «Две культуры могут соприкоснуться меж собой — при контакте двух людей или же когда человек одной культуры видит перед собой мёртвый мир форм другой культуры в её доступных для восприятия останках. И в том и в другом случае деятелен один лишь человек»10. То есть единственным субъектом взаимодей­ствия культур может быть, и таковым является, только конкретный человек, индивид. Следовательно, взаимодействуют всегда лишь конкретные индивиды — субъекты — представители своих культур. Культуры как таковые не могут являться субъектами.

Итак, памятуя об этих мировоззренческих аспектах исследования взаимодействия культур, пе­рейдем к самому исследованию. Одни авторы выделяют уровни и формы взаимодействия культур, другие ограничиваются лишь формами или типами взаимодействия.

На наш взгляд, взаимодействие культур осуществляется (или может осуществляться) между всеми структурными звеньями как горизонтальной, так и вертикальной структуры культуры как це­лостности. К горизонтальной структуре мы относим внутрисубъектную культуру, внешнесозидатель-ную культуру, произведенческую культуру. Взаимодействие культур осуществляется между всеми этими звеньями. Самое простое и самое распространенное и, очевидно, исторически первичное взаи­модействие — это взаимодействие на произведенческом уровне. Разумеется, произведения (орудия деятельности, утварь, одежда, различные поделки и т.д.) не сами вступают друг с другом во взаимо­действие, а представители разных культур заимствуют их друг у друга. Также обстоит дело с процес­суально-созидательным звеном. Способы деятельности, обычаи, стандарты поведения и т.д. заимст­вуются или отвергаются представителями разных культур. Наконец, субъекты разных культур всту­пают в непосредственное взаимодействие, обмениваясь идеями, взглядами, мировоззренческими по­зициями и т. д.

В развитых культурах выделяются и обладают относительной самостоятельностью целые облас­ти, или сферы, культуры — экономика, техника, наука, искусство, религия и др. Взаимодействие культур, естественно, осуществляется между соответствующими областями. Характер и содержание данных взаимодействий определяются прежде всего характером и содержанием самих этих областей. Взаимодействие культур на уровне экономики отличается от взаимодействия на уровне религии пре­жде всего (если не учитывать иные особенности, о чем будет сказано ниже) спецификой самих этих сфер. В свою очередь взаимодействие культур в плане отдельных их сфер может осуществляться на произведенческом, процессуальным и непосредственно-субъектном уровнях. Другими словами, взаимодействие культур как таковое может осуществляться и звеньями горизонтальной, и уровнями вертикальной структур, и отдельными областями культуры. Единственное, что мы пока можем отме­тить, это то, что если брать культуры как целостности, то взаимодействие между ними может быть как полным (в пределе — тотальным), что случается не столь часто, так и неполным (фрагментар­ным), что чаще всего и имеет место. В последнем случае взаимодействие осуществляется на одном или нескольких уровнях, сферах, звеньях. И опять же, альфа и омега этих взаимодействий, — кон­кретные индивиды-субъекты.

Перейдем теперь к типологии. В цитировавшейся выше монографии С.Г.Ларченко и С.Н.Ере­мина второй параграф второй главы носит название «Типология межкультурных взаимодействий». Они пишут: «Ставя вопрос о типологии межкультурных взаимодействий отдельных социальных ор­ганизмов, следует признать, что множество взаимодействий в целом определяется характером сторон взаимодействия, их существенными различиями. Вообще говоря, поле взаимодействий отдельного социального организма может включать, во-первых, природно-географическую среду и, во-вторых, социальную среду, представленную различными социальными объектами. Последние могут в свою очередь принадлежать к формационно различным относительно исходного этапам социального раз-вития»11. Выше мы уже отмечали натурализм и вещный редукционизм данной концепции. В данном фрагменте заслуживает внимания лишь момент историзма, содержащийся в последнем предложении. Правда, авторы находятся в плену у так называемого «формационного подхода», отвергаемого нами. Типология же у данных авторов небогатая: они выделяют два типа межкультурного взаимодействия: 1) взаимодействие, включающее двух участников; это, можно сказать, непосредственное взаимодей­ствие; 2) взаимодействие трех участников, один из которых является посредником между двумя дру­гими. Согласно им, «посредничество в межкультурных взаимодействиях предстаёт, как минимум, в двух аспектах: посредничество в межкультурных взаимодействиях для сторон, связываемых посред­ничеством, и посредничество в межкультурных взаимодействиях для социального организма-посредника»12. Нам представляется, что изображенное авторами посредничество в максимальной степени подходит к сфере обращения товаров (когда купец внедряется между производителем и по­требителем и опосредствует их отношение) или к сфере политики (когда в какой-либо конфликтной ситуации одно государство берёт на себя роль посредника в нормализации отношений между кон­фликтующими государствами). Относительно других сфер и уровней культуры так говорить нельзя. Культуры (или их сферы, уровни, звенья) взаимодействуют друг с другом и непосредственно и опо­средствованно; эти формы зачастую совмещаются или взаимно дополняют друг друга.

Подобно тому, как типологию культур можно проводить по разным основаниям, также и типоло­гию взаимодействия культур можно проводить по разным основаниям. Можно, например, выделять типы взаимодействия культур, исходя из типологии самих культур. Тогда можно выделить взаимодей­ствие между кочевыми и оседлыми культурами, между культурами Востока и Запада, между культура­ми, базирующимися на системе отношений личной зависимости и культурами, базирующимися на сис­теме отношений вещной зависимости. И так далее. Если взять первый из названных типов, то можно сослаться на состоявшийся в 1987 г. в Алма-Ате советско-французский симпозиум, тезисы которого под названием «Взаимодействие кочевых культур и древних цивилизаций» были изданы в том же году, а через два года вышла в свет книга под тем же названием объемом в 464 страницы.

Принципиальное различие кочевой культуры и оседлой цивилизации (будем её здесь так назы­вать) попытался установить Э. В. Сайко. Он пишет: «Сам факт становления цивилизации как всеобще­го по своей сущности явления выражает прогресс, определяющий новый исторический этап, и одно­временно содержит тенденцию прогресса в перспективе исторического развития. Мир кочевников в самом факте своего возникновения не заключает тенденцию всеобщего прогресса»13. Это, согласно ему, и предопределяет характер и содержание взаимодействия между оседлой и кочевой культурами. А А.М.Хазанов проводит идею, согласно которой номады экономически, идеологически и культурно (его выражения) были зависимы от оседлых народов. Он пишет: «Как специализированная кочевая экономика нуждалась в земледельческих и ремесленных продуктах, так и кочевые культуры нужда­лись в оседлых культурах в качестве источника, компонента и модели для сравнения, заимствования, имитации или, напротив, отвержения»14. Мы считаем, что он рисует несколько искажённую картину. По крайней мере, она не дает объективного представления об отношениях между традиционной ка­захской кочевой культурой и культурами окружающих оседлых народов.

Что касается взаимоотношения культур Запада и Востока как типа взаимодействия культур, то тут также немало сложностей. Во-первых, эта типология оставляет в стороне культуру (а на деле это — огромное множество самобытных культур15) Африки, культуру обеих доколумбовых Америк, культуру Австралии. Во-вторых, если культуру Запада условно можно свести к некоему единству, то с Востоком это проделать невозможно. Когда употребляют формулу «Восток-Запад», то под Восто­ком негласно подразумевают Китай, Индию и Японию. Однако, как отмечают В.Е.Кемеров и Н. П. Коновалова, «Запад и Восток обнаруживают свою неодномерность, расчлененность. Выявляют­ся, например, как бы три Востока: Ближний, мусульманский, Юго-Восточная Азия»16. А отсюда сле­дует, что типология межкультурных взаимодействий, основанная на типологии культур, имеет право на существование, однако она не может считаться полностью удовлетворительной. Следовательно, необходима иная типология.

На наш взгляд, наиболее эффективной будет типология, основывающаяся на различении харак­тера, способов взаимодействия как такового. Ведь взаимодействие кочевой и оседлой культуры, культуры Востока и культуры Запада не является (или не могущее являться) неизменным, постоян­ным. Оно может осуществляться разными способами. Однако прежде чем перейти к анализу типоло­гии межкультурных взаимодействий по способу его осуществления, обозначим еще одну типологию, в чём-то сходную с предыдущими, т.е. также не вполне определенную. Это типология, основанием которой являются пространство и время. Здесь можно выделить два типа взаимодействия культур: 1) взаимодействие в пространстве, синхронное, когда взаимодействующие культуры сосуществуют одновременно (как выразился бы М.М.Бахтин, в одном хронотопе); 2) взаимодействие во времени, диахронное, когда культуры разделены временем. Кстати, А.Дж. Тойнби также разделял контакты цивилизаций в пространстве и во времени. В этих взаимодействиях осуществляются различные спо­собы последних. Тем не менее данная типология вполне уместна, так как взаимодействие сосущест­вующих культур (цивилизаций) по многим параметрам отличается от взаимодействия таких культур, когда актуально существует лишь одна из них. В последнем случае активна лишь ныне здравствую­щая культура, тогда как культура, ставшая достоянием истории, никакой видимой активности про­явить не может. Тойнби поэтому и предпочитает термин «контакт». Применительно к контактам ци­вилизаций во времени Тойнби употребляет понятие ренессанса. «Ренессанс., — пишет он, — есть одна из форм контактов. Но этот контакт осуществляется не в пространственном измерении, а во временном. Контакт имеет место между живой цивилизацией и призраком мёртвой цивилизации или же ушедшей в прошлое в фазы живой цивилизации»17.

Прежде чем перейти к типологии взаимодействий как таковых, коснёмся одной типологии куль­тур, которая поможет нам помочь лучше разобраться в вышеназванной. Мы считаем возможным го­ворить об относительно закрытых и относительно открытых культурах. В данном случае понятие за­крытой культуры ничего общего не имеет с концепциями Данилевского, Шпенглера, Тойнби. Мы вводим эти типы культуры, по аналогии с различением А.Бергсоном и К.Р.Поппером закрытого и от­крытого обществ. Так, Бергсон утверждал, что «открытое общество противостоит обществу закрыто-му»18 и отмечал, что «различие между обоими объектами сущностное, а не просто количественное»19. Не станем углубляться в эти концепции, отметим лишь, что если в понимании закрытого общества позиции Бергсона и Поппера близки, то в понимании общества открытого они резко различны.

Но для нас важна лишь сама идея. И для А.Бергсона, и для К.Поппера закрытое общество — это общество, в котором индивидуум — лишь часть общества, где господствует механизм традиции и т.д. То есть это в первую очередь первобытное, архаическое общество и так называемые традиционные (традиционалистские) общества (а для Поппера это ещё и тоталитарные режимы ХХ в.). Наше пони­мание закрытой культуры, учитывая это, всё же несколько иное. С нашей точки зрения, в основе за­крытой культуры лежит то, что Г. С. Батищев определяет как своецентризм и своемерие. Своецен-тризм — и в первую очередь ценностный — придает субъектам данной культуры уверенность в ее превосходстве над другими культурами, в ее избранности и праве судить о других культурах и отно­ситься к ним исходя из своих норм, ценностей, стандартов и т.д., одним словом, своемерно (по Г. С. Батищеву). В противоположность этому открытая культура не своемерна, не мнит себя центром и вершиной, а потому и относится к другим культурам толерантно, признавая их самобытность и право на эту самобытность.

Вот эти два типа культуры, а точнее, — лежащие в их основании принципы и придают характер взаимодействию культур как таковому и типам взаимодействия так такового. Перейдем теперь к этой типологии. Речь, таким образом, должна идти о типах самого взаимодействия.

Следует отметить, что пока нет единого мнения относительно способов (типов) взаимодействия культур. А.Дж.Тойнби употребляет понятия «контакт» (оно уже приводилось выше) и «столкнове­ние» (одна из глав его работы «Цивилизация перед судом истории» озаглавлена «Столкновения ци­вилизаций»20). Р.Н.Исмагилова, давая характеристику культурным процессам в Африке конца 80-х годов ХХ в., пишет: «Характер современных культурных процессов не может быть определен одно­значно: взаимодействие, взаимовлияние, симбиоз, синтез, конфликт культур, всё это нередко состав­ляет диалектическое единство»21. А вторая часть книги, в которой помещен цитируемый текст, на­звана «Культурные процессы в современной Африке: синтез, диалог, взаимодействие, конфликт»22. Из перечисления Р.Н.Исмагиловой, как видно, выпал диалог. Однако в обоих перечислениях взаимо­действие фигурирует рядом с другими формами культурного процесса. С такой трактовкой мы согла­ситься не можем. Для нас взаимодействие является родовым понятием, а все другие формы — видо­выми по отношению к нему. Только что можно выбрать из перечисленного?

Но прежде чем отобрать, следует отметить, что без учета закрытого или открытого характера культуры, лежащего в основании процесса взаимодействия своецентризма или же несвоецентризма, невозможна объективная типология способов межкультурных взаимодействий. Именно характер данного основания придаёт характер тому или другому типу взаимодействия культур. Поэтому пер­вое, что следует сделать, это разделить все возможные типы межкультурного взаимодействия на два больших типа, уже внутри которых могут быть выделены подтипы. Первый можно назвать отрица­тельным типом межкультурного взаимодействия, второй — положительным его типом. В первом типе преобладает высокомерно-пренебрежительное, негативное отношение к той культуре, с которой данная культура вступает во взаимодействие. В пределе это — разрушительное для одной или для обеих культур взаимодействие. Во втором типе, напротив, преобладает приемлющее, положительное отношение к той культуре, с которой данная культура вступает во взаимодействие. Назовем некото­рые из подтипов как положительного, так и отрицательного взаимодействия.

Их перечисление должно следовать в порядке повышения интенсивности взаимодействия куль­тур, как положительного, так и отрицательного. Начнем с положительного типа. Здесь можно выде­лить следующее подтипы, последовательность которых является вместе с тем и стадиями развития общего положительного взаимодействия культур. Самой простейшей формой или простейшим под­типом является межкультурный контакт. Он может быть как кратковременным, так и продолжи­тельным. Однако в ходе контакта вступающие в него культуры остаются почти неизменными. Это, если угодно, ознакомительная фаза взаимодействия. Следующим подтипом мы назовём взаимодопол­нительность культур (то, что Р.Н.Исмагилова определяет как симбиоз). Само это понятие производ-но от понятия дополнительности, введённого физиком Н.Бором. В статье «Философия естествозна­ния и культура народов» (1939 г.) Он высказал мысль о применимости данного понятия к человече­ским культурам. Он пишет: «В атомной физике слово «дополнительность» употребляют, чтобы ха­рактеризовать связь между данными, которые получены при разных условиях опыта и могут быть наглядно истолкованы лишь на основе взаимно исключающих друг друга представлений. Употребляя теперь это слово в том же примерно смысле, мы поистине можем сказать, что разные человеческие культуры дополнительны друг к другу»23.

Но Н. Бор имеет в виду просто наличие многообразия культур, которые взаимно дополнительны друг другу как таковые, онтологически. У нас же речь идет о форме (подтипе) взаимодействия куль­тур. Взаимная дополнительность культур в данном смысле означает, что они сколько-нибудь активно не воздействуют друг на друга, но от самого их соприкосновения каждая из них, так сказать, чувству­ет себя лучше, чем без него. Следующим подтипом положительного взаимодействия культур являет­ся их взаимовлияние. Это уже довольно интенсивный и взаимно заинтересованный процесс. Данный подтип взаимодействия культур можно определить либо как диалог (низшая форма), либо как поли-фонирование (высшая форма). Здесь культуры максимально открыты друг другу. Но на самом низ­шем этапе взаимовлияния может сохраняться некоторое отношение культуры к себе как к самоцели, а к другой — как к своеобразному средству. В этом случае, как отмечает Н.П.Коновалова, «другая культура превращается в необходимый инструмент самопознания культуры...»24. Более высокую форму взаимовлияния можно, вслед за М.М.Бахтиным и М.Бубером, определить как встречу. Бахтин пишет: «При такой диалогической встрече двух культур они не сливаются и не смешиваются, каждая сохраняет своё единство и открытую целостность, но они взаимно обогащаются»25. Наиболее высо­кой формой взаимовлияния культур является та, которую Г.С.Батищев называет полифонированием. Она строится не только на базе полной открытости культур друг другу и без малейшей примеси своецентризма, но на базе предпочтения другой культуры — своей (Г.С.Батищев вслед за А. А. Ухтомским говорит о доминанте на Другом; в данном случае — на другой культуре). Но высшим подтипом взаимодействия культур является их синтез. Это, однако, явление довольно редкое.

Вернемся ко взаимовлиянию культур. Мы полагаем, что применительно к нему можно говорить о преемственности. Выше, при рассмотрении развития культуры, мы также говорили о преемствен­ности, что, впрочем, является общепринятым. Но там основным атрибутом преемственности мы определили наследование. Здесь мы ставим акцент на другом атрибуте преемственности (точнее, ут­верждаем, что она обладает этим атрибутом) — на заимствовании. Следовательно, мы утверждаем, что преемственность обладает двумя основными атрибутами — наследованием и заимствованием. Остановимся на последнем (речь пока у нас, разумеется, идет о положительном заимствовании). По-иному оно именуется аккультурацией. Западные (в основном американские) культурантропологи ак­тивно обсуждают проблему аккультурации. В частности, ими обсуждается проблема соотношения аккультурации и диффузии. Р.Л.Билз, например, так пишет: «Оба понятия представляют культурное изменение как результат передачи культуры из одной группы в другую»26. И далее: «Результаты ак­культурации. определяются как восприятие, т.е. усвоение значительной части другой культуры и приспособление к стереотипам поведения и ценностям новой культуры.»27.

С.А.Арутюнов так определяет заимствование: «Заимствование, как явствует уже из самого на­звания, представляет собой случай культурной трансформации, связанной с прямым внешним воз-действием»28. На наш взгляд, это довольно одностороннее определение: оно лишает инициативы за­имствующую сторону. Получается, что культура пассивно ожидает внешнего воздействия, а без этого никакого заимствования не бывает. По нашему мнению, это не так. Конечно, ситуация, изображенная С.А.Арутюновым, встречается, но это не единственный канал заимствования. С.Н.Артановский от­мечает: «Если уровни развития взаимодействующих обществ неодинаковы, то потом заимствование идет лишь из высокоразвитого в слаборазвитое общество, но не наоборот. В сфере производства за­имствуется лишь то, что является более прогрессивным. Когда встречаются народы, один из которых имеет железные орудия, а другой — каменные, этот последний заимствует железные орудия, но ни­кто еще и никогда не наблюдал обратного процесса»29. Разумеется, для того чтобы осуществить то или иное заимствование в виде или произведения (в частности, орудий труда), социальных структур, идей или ценностей, заимствующая культура должна быть готова к этому. «Для того, чтобы заимст­вование произошло, — пишет Артановский, — в большинстве случаев необходимы определенные объективные предпосылки самой общественной действительности. Как правило, почва для усвое­ния чужого подготовляется внутренним развитием, и общество вбирает в себя внешние влияния или отвергает их, в зависимости от того, совпадают ли они с внутренними тенденциями его развития»30.

Перейдем теперь к отрицательному типу взаимодействия культур. Начинается оно, как и поло­жительное взаимодействие, с контакта, однако своецентризм обеих или одной культуры вскоре пере­растает в столкновение культур. Оно может иметь как «холодные», так и «горячие» формы. В любом случае оно, если пользоваться понятием, введенным М.М.Бахтиным, является монологическим взаи­модействием культур, когда каждая из них своецентрична и своемерна и полагает другую культуру чем-то вроде недокультуры. Столкновение может перерастать в открытый антагонизм, кульминаци­ей которого является конфликт. А.Дж. Тойнби отмечает, что столкновение цивилизаций чаще всего проявляется в том, что более сильная цивилизация совершает экспансию на более слабую и часто по­беждает её. Однако, утверждает Тойнби, на смену наступлению, как правило, рано или поздно при­ходит контрнаступление. В качестве примера он приводит греко-римскую цивилизацию. В результате завоеваний, совершенных Александром Макендонским, а также римлян, греко-римская цивилизация распространилась на большей части Европы и Азии. Но со временем состоялось контрнаступление. «Это контрнаступление, — пишет Тойнби, — частично осуществлялось тем же способом, что и пер­воначальное наступление греко-римского мира, то есть силой оружия. Однако помимо этого было и другое контрнаступление, ненасильственное, духовное, в ходе которого завоёвывались не крепости и провинции, а умы и сердца. Это наступление осуществили миссионеры новых религий, возникших в тех землях, которые греко-римская цивилизация силой завоевала и покорила»31.

Мы считаем, что и при осуществлении отрицательного типа межкультурного взаимодействия происходит преемственность. Но это — отрицательная преемственность, отрицательное заимство­вание, которые ведут не к развитию и расцвету заимствующей культуры, а к её деградации и разру­шению. И здесь тоже можно сослаться на А.Дж. Тойнби. Согласно ему, «элементы культуры, вполне безвредные и даже благотворные на родной почве, могут оказаться опасными и разрушительными в чужом социальном контексте. С другой стороны, стоит чужеродным элементам утвердиться в новом окружении, они обретают тенденцию привлекать к себе другие элементы своей собственной культу-ры»32. И тем самым довершать разложение и разрушение той культуры, в которую они внедрились. Он, в частности, показывает, «какой вред может нанести некий институт, вырванной из привычной социальной сферы и силой перенесенный в другой мир»33.

Итак, мы рассмотрели мировоззренческие (могущие в то же время быть и методологическими) ас­пекты динамики культуры. Мы выделили два основных аспекта — динамику культуры, как целостно­сти самой по себе, и динамику взаимодействия культур. Объективно они неразрывны, но теоретическое исследование может делать их своим предметом лишь поочерёдно. Это — замечание методологическо­го характера. На этом настоящий раздел завершается. 

 Продолжение

Список литературы

  1. Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. — Т. 1. — Кн. I: Процесс производства капитала // Маркс К., Эн­гельс Ф. Сочинения. —2-е. изд. — Т. 23. — С. 364.
  2. Там же. — С. 521.
  3. Померанц Г. Однониточные теории // Он же. Выход из транса. — М.: Юрист, 1995. — С. 346-371 (356).
  4. Данилевский Н.Я. Россия и Европа. Взгляд на культурные и политические отношения Славянского мира к Германо-Романскому. — С. 77.
  5. Там же. — С. 83.
  6. Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. 1. Гештальт и действительность. — С. 271.
  7. Там же. — С. 218.
  8. Там же. — С. 262.
  9. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. — С. 342-343.
  10. Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. 2. Всемирно-исторические перспективы. — С. 57.
  11. Ларченко С.Г., Ерёмин С.Н. Межкультурные взаимодействия в историческом процессе. — Новосибирск, 1991. — С. 109.
  12. Там же. — С. 116.
  13. Сайко Э.В. Историко-производственные основания связей обществ кочевых культур и мира древних цивилизаций // Взаимодействие кочевых культур и древних цивилизаций: Тез. докл. советско-французского симпозиума по археоло­гии Центральной Азии и соседних регионов. Алма-Ата, 19-24 окт. 1987 г. — Алма-Ата: Наука, 1987. — С. 48.
  14. Хазанов А.М. Кочевники и внешний мир. 3-е изд., доп. — Алматы, 2000. — С. 464.
  15. См.: Африка. Взаимодействие культур. — М.: Наука, 1989.
  16. Кемеров В.Е., Коновалова Н.П. Запад и Восток: проблематизация диалога // Культуры в диалоге. — Екатеринбург,1992. — С. 9.
  17. Тойнби А.Дж. Постижение истории: Сборник. — М., 1991. — С. 600.
  18. Бергсон А. Два источника морали и религии. — М, 1994. — С. 290.
  19. Там же. — С. 32-33.
  20. См.: Тойнби А.Дж. Цивилизация перед судом истории // Он же. Цивилизация перед судом истории: Сборник. — М.,1995. — С. 29.
  21. Исмагилова Р.Н. Культура и этничность // Африка. Взаимодействие культур. — М, 1989. — С. 207.
  22. См.: Африка. Взаимодействие культур. — С. 186.
  23. БорН. Философия естествознания и культуры народов // Он же. Избр. науч. тр. — М., 1971. — Т. II. — С. 287.
  24. Коновалова Н.П. Диалог Востока и Запада как творческое со-изменение культур (историко-методологический анализ): Автореф. дис. ... канд. филос. наук. — Свердловск, 1991. — С. 12-13.
  25. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. — С. 335.
  26. Билз Ральф Л. Аккультурация // Антология исследований культуры. Т. 1. Интерпретации культуры. — СПб., 1997. —С. 349.
  27. Там же. С. 355.
  28. Арутюнов С.А. Инновации в культуре этноса и их социально-экономическая обусловленность // Этнографические ис­следования развития культуры. — М. — С. 34.
  29. Артановский С.Н. Историческое единство человечества и взаимное влияние культур. Философско-методологический анализ современных зарубежных концепций. — Л., 1967. — С. 92-93.
  30. Там же. — С. 91.
  31. Тойнби А.Дж. Цивилизация перед судом истории. — С. 131.
  32. Тойнби А.Дж. Постижение истории: Сборник. — С. 578.
  33. Тойнби А.Дж. Цивилизация перед судом истории. — С. 183.
Фамилия автора: Ж.Т.Аубакирова
Теги: Культура
Год: 2004
Город: Караганда
Категория: Культурология
Яндекс.Метрика