Некоторые спорные вопросы в практике применения экологического законодательства в сфере недропользования

В соответствии с экологическим законодательством под охраной природных ресурсов понимается система государственных и общественных мер, направленных на охрану каждого вида природных ресурсов от нерационального использования, уничтожения, деградации, ведущих к утрате их потребительских свойств (подпункт 49 пункта 1 статьи 1 Экологического кодекса РК). В то же время необходимо отметить, что основной целью любого вида природопользования является удовлетворение материальных потребностей человеческого сообщества, необходимых для его нормального воспроизводства и интелектуально-духовного развития в течении неопределённо долгого времени на базе ограниченных природных ресурсов при сохранении качества окружающей среды. Таким образом, охрана природных ресурсов и само природопользование находятся во взаимной связи. Уровни развития человеческого сообщества, промышленности, науки и техники никак не могут оградить окружающую нас природную среду от воздействия, в том числе от вредного воздействия. Именно поэтому на повестке сегодняшнего дня остро стоит вопрос об обеспечении баланса между потребностью человеческого сообщества в природопользовании и состоянием окружающей среды, а чтобы не допустить дисбаланса в этом деле необходимо обеспечить строгое соблюдение требований экологического законодательства всеми субъектами антропогенной деятельности и повысить эффективность контрольной деятельности уполномоченных государственных органов и институтов общественного надзора. В связи с этим, хотелось бы остановиться на некоторых спорных вопросах в практике применения экологического законодательства в сфере недропользования. Как известно, недропользование является одним из видов природопользования, поэтому многогранная деятельность недропользователя регулируется и экологическим законодательством. В Республике Казахстан принят Экологический кодекс (далее – ЭК РК), изданы подзаконные правовые и нормативно-технические акты в целях совершенствования природопользования и повышения эффективности контроля над этим видом деятельности физических и юридических лиц. Вместе с тем, следует отметить, что законодательство Казахстана, предусматривая большинство отдельных инструментов и процедур, применяемых в мировой практике, одновременно не придало им системного характера. Немало примеров, когда ведомственные правовые акты противоречат положениям законов? международных договоров и конвенций либо более расширительно толкует законодательные положения. Наблюдается чрезмерный диктат государственных контролирующих органов и государственных чиновников, что нарушает баланс интересов других участников этих правоотношений. Порой, осмелюсь выразить своё мнение, государственные органы и чиновники, осуществляя свои надзорные функции больше думают о пополнении государственного бюджета любым путём за счёт природопользователей, чем о состоянии и восстановлении окружающей нас природной среды. Многомиллиардные (в тенге) суммы платы за эмиссии в окружающую среду, пени и административные штрафы, взыскиваемые с природопользователей в большей своей части уходят на иные цели, чем на восстановление окружающей среды. На протяжении последних лет неоднократно высказывалось мнение о создании «Национального Фонда охраны окружающей среды», где бы аккумулировались часть средств, поступающих в качестве обязательной платы за эмиссии вредных веществ в окружающую среду (например, 20-25%) и все средства в полном размере, взыскиваемые с природопользователей в качестве пени и административных штрафов, а также денежные суммы, взыскиваемые за причинённый природной среде ущерб в гражданско-правовом порядке, то есть в исковом порядке. При этом, расходная часть этого Национального Фонда осуществлялось бы через Парламент Республики Казахстан, например: на борьбу с опустыниванием; на обеспечении экологической безопасности Каспийского моря и его прибрежной зоны; на обеспечение экологической безопасности в зоне Аральского моря; для решения водоснабжения в южных и центральных регионах страны; для содержания заповедников и национальных парков и для других общественно значимых целей. Мне кажется, что инициатива создания такого фонда, впервую очередь, должна исходить от Министерства охраны окружающей среды РК, как центрального уполномоченного органа по регулированию вопросов в области охраны окружающей среды. К сожалению, пока же это ведомство занимается тем, что пополняет республиканский и местные бюджеты за счёт природопользователей. Значительные денежные средства от природо-пользователей поступают в «закрома родины», а дальнейший их путь знает только Всевышний и чиновник. Например, в 2008 году только одно совместное предприятие «Тенгизшевройл», работающее в Атырауской области, на добровольной основе и по судебным решениям выплатило в республиканский и местные бюджеты более пятисот миллионов долларов США. Однако неизвестно, какая часть из этой огромной суммы ушла на природоохранные мероприятия в Атырауской области, неизвестно, стали ли жители Атырауской области пить чистую воду, дышать чистым воздухом либо значительно улучшили своё здоровье в результате положительного изменения окружающей среды. Всё это свидетельствует о том, что информация о денежных потоках, поступающих от природо-пользователей в бюджет и их расходование должны быть под строгим общественным контролем, то есть этой деятельности государства необходимо придать публичность, поскольку безопасное состояние окружающей природной среды является достоянием всего человеческого общества.Как известно, к числу основных принципов охраны окружающей среды в Казахстане относится принцип, в соответствии с которым хозяйственная и иная деятельность юридических и физических лиц, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться на основе платности природопользования и возмещения вреда окружающей среде (статья 101 ЭК РК). Несмотря на высокую социальную значимость, институт платы за вредное воздействие на окружающую среду сталкивается с рядом проблемных моментов. Об этом свидетельствуют неединичные судебные разбирательства с участием природопользователей, предметом которых выступали вопросы платы за воздействие на природную среду и возмещения вреда, причинённого природопользователями окружающей среде. Вопрос о природе и формах платы за негативное воздействие на окружающую среду – один из самых неясных и спорных с правовой точки зрения. Так, например до принятия ЭК РК, статья 29 Закона РК №160 «Об охране окружающей среды» от 15 июля 1997 года устанавливала, что «плата за загрязнение окружающей среды взимается с организаций и граждан за выбросы и сбросы загрязняющих веществ, размещение отходов производства». Аналогичные объекты обложения платой за специальное природопользование предусматривает и Налоговый кодекс РК №209 от 12 июня 2001 года (статья 461).Ныне действующие ЭК РК также устанавливает обязательную плату за эмиссии в окружающую среду (статья 101 ЭК РК). При этом, в соответствии с подпунктом 26 пункта 1 статьи 1 ЭК РК под эмиссией понимаются: «выбросы, сбросы загрязняющих веществ, размещение отходов производства и потребления в окружающей среде, вредные физические воздействия».

 Принятый недавно новый Налоговый кодекс РК, который вводится в действие с 1 января 2009 года, объектами обложения признаёт фактический объём эмиссий в окружающую среду в пределах и (или) сверх установленных нормативов эмиссий в окружающую среду: «выбросов загрязняющих веществ, сбросов загрязняющих веществ и размещение отходов производства и потребления».Таким образом, из вышеприведённых законодательных положений, ранее действовавших, действующих в настоящее время, и которые будут действовать с будущего года усматривается, что согласно экологическому и налоговому законодательству обязательной платой облагаются только следующие виды специального природопользования: выбросы загрязняющих веществ, сбросы загрязняющих веществ и размещение отходов производства и потребления. Этот перечень является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит, он не может быть дополнен и подзаконными правовыми актами. Между тем, правоприменительная практика свидетельствует об имеющихся фактах расширительного толкования этих законодательных положений. Таким примером, может служить действие, в течении последних семи лет, положений «Правил выдачи, отказа в выдаче, приостановки и аннулирования действия разрешений на недропользование», утверждённых Постановлением Правительства РК №1154 от 9 сентября 2001 года. Названный ведомственный акт ввёл новое понятие продукты и материалы временного хранения (например, вскрышные и вмещающие породы, нефтепродукты, уголь, сера, ядохимикаты, асфальтобитумная смесь и др.), которые при хранении более трех месяцев в году приобретали статус отходов. В данном случае, на мой взгляд, министерство, разработавший ведомственный акт и правительство, утвердившее его, вышли за пределы своих полномочий, поскольку эти актом они ввели новые понятия, влекущее за собой возникновение новых обязательств для природопользователей, предусмотренных уже налоговым законодательством. Вышеприведенные положения Правил от 6 сентября 2001 года позволили расширительно толковать термин отходы, интерпретация которого была дана в статье 1 Закона «Об охране окружающей среды». Впоследствие, к примеру, сера была включена в качестве одного из подвидов отходов и в Классификатор отходов, утвержденных тем же министерством.Таким образом, согласно Правил от 6 сентября 2001 года «продукты и материалы, размещаемые в природной среде в открытом виде более 3 месяцев в году», в частности уголь и сера, по аналогии были отнесены к категории отходов. На этот вид специального природопользования, в соответствии с положениями вышеприведённых Правил, уже требовалось получение экологического разрешения, выдаваемое уполномоченным государственным органом, и которая влекла за собой производство обязательных платежей. Эти положения Правил от 6 сентября 2001 года по-моему твёрдому убеждению, прямо противоречили нормам двух правовых актов (Закон и Кодекс РК), которые стоят выше подзаконных актов по системе иерархии. В этой связи особо важным обстоятельством является и то, что в статье 1 Закона об охране окружающей среды содержалось законодательное толкование (интерпретация) понятия «отходы производства и потребления», под которыми понимались «вещества и материалы в любом агрегатном состоянии, образованные в результате антропогенной деятельности, не подлежащие дальнейшему использованию». В то время, как уголь, сера или же асфальтобитумная смесь являются продукцией, востребованной внутренним и внешним рынками потребления. В силу этого, названные Правила необоснованно отнесли «продукты и материалы, размещаемые в природной среде в открытом виде более 3 месяцев в году» к категории отходов, к тому же по аналогии, чего не должно быть в правотворческом процессе, поскольку аналогия может быть допущена только в правоприменительной деятельности. Данная позиция согласуется и с положением, закреплённым в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Республики Казахстан «О практике применения судами законодательства об охране окружающей среды» №16 от 22 декабря 2000 года, где указывается, что противоречащие закону нормы иных правовых актов, регламентирующих отношения по охране окружающей среды, могут применяться только после внесения соответствующих изменений в Закон «Об охране окружающей среды». Это разъяснение высшего судебного органа страны даёт конкретный ответ на спорный вопрос в пользу производителей угля, серы и другой продукции, указанных Правилах.Здесь хотелось бы привести позицию мэтра казахстанской цивилистики, доктора юридических наук, профессора Ю.Г.Басина по данному вопросу. В частности, критикуя ведомственный акт, которым уголь, сера и другие виды продукции были отнесены по аналогии к категории отходов производства и потребления, он отмечал, что этот правовой акт, утверждённый Постановлением Правительства РК, необоснованно относит продукты и материалы временного хранения к категории отходов по аналогии, поскольку«аналогия применяется при осуществлении правоприменительной, но не правотворческой деятельности». Также он констатировал, что «совсем недопустимо применять аналогию в публичных отношениях, если такое применение ухудшает положение граждан и юридических лиц, устанавливает или усиливает ответственность за какие-либо правонарушения, определяет или дополнительно увеличивает денежные платежи или иные взыскания, вводит не предусмотренные законом дополнительные обязанности и т.п.». Это мнение великого учёного заслуживает самого пристального внимания! Если же обратиться к положениям действующего Экологического кодекса РК, то вышеприведенная позиция подтверждается конкретными нормами этого правового акта. Так, в соответствии с подпунктом 62 пункта 1 статьи 1 ЭК РК под экологическим разрешением понимается «документ, удостоверяющий право физических и юридических лиц на осуществление эмиссий в окружающую среду». При этом, как уже приводилось выше, эмиссиями в окружающую среду являются: выбросы, сбросы загрязняющих веществ; размещение отходов производства и потребления в окружающей среде; иные вредные физические воздействия (подпункт 26 пункта 1 статьи 1 ЭК РК). И в этом законодательном положении мы не видим термина продукты и материалы временного хранения. В пункте 1 статьи 101 ЭК РК определено, что «плата за эмиссии в окружающую среду устанавливается налоговым законодательством РК». Выше было приведено положение действующего Налогового кодекса РК (статья 461), которое не предусматривает плату за размещение в открытом виде продуктов и материалов временного хранения, к каковым незаконно были отнесены уголь, сера, нефтепродукты и др. виды продукции/товара.Таким образом, вид деятельности по размещению и хранению, например, угля и серы открытым способом, согласно проанализированным законодательным положениям, регулирующих экологические отношения, не является специальным природопользованием и не требует получения экологического разрешения от уполномоченного государственного органа, а также не возлагает на хозяйствующий субъект обязанности производить какие-либо платежи за загрязнение окружающей среды в соответствии с Налоговым кодексом РК.  Между тем в Казахстане было ряд громких судебных дел, которые вопреки законодательным требованиям были разрешены не в пользу производителей указанной продукции, являющихся одновременно недропользователями и природопользователями.Обратимся к вопросу ответственности природопользователей за причинённый природной среде ущерб (вред). Для этого вновь обратимся к положениям экологического законодательства.Так, в статье 1 ранее действовавшего Закона РК «Об охране окружающей среды» №160 от 15 июля 1997 года указывалось, что «ущербом (вредом) окружающей среде и здоровью человека» является - «загрязнение окружающей среды или изъятие природных ресурсов свыше установленных нормативов, вызвавшее или вызывающее заболевания, деградацию или гибель живых организмом и человека, истощение природных ресурсов».Действующий, в настоящее время, Экологический кодекс РК имеет почти аналогичное по смыслу и содержанию положение, в соответствие с которым под «ущербом окружающей среде» понимается - «загрязнение окружающей среды или изъятие природных ресурсов свыше установленных нормативов, вызвавшее или вызывающее деградацию и истощение природных ресурсов или гибель живых организмов».

Простой юридический анализ приведённых законодательных норм позволяет прийти к выводу о том, что прежде чем обвинить природопользователя в противоправном причинении ущерба окружающей среде и требовать от него возмещение такого ущерба, компетентному органу необходимо достоверно установить и доказать следующие, обязательные по закону, обстоятельства:

1)       установить и доказать факт «загрязнения окружающей среды» и/или «изъятия природных ресурсов»;

2)       2.установить и доказать, что «загрязнение окружающей среды» и/или «изъятие природных ресурсов» осуществляется «сверх установленных нормативов»; и наконец;

3)       3.установить и доказать, что «загрязнение окружающей среды» и/или «изъятие природных ресурсов», осуществляемое «сверх установленных нормативов» должно в обязательном порядке «вызвать деградацию, истощение природных ресурсов или гибель живых организмов», причём необходимо установить и доказать причинную связь между действиями (бездействием) природопользователя с наступившими последствиями.

 Таким образом, ранее действовавший Закон РК «Об охране окружающей среды» и ныне действующий Экологический кодекс РК чётко и однозначно устанавливают законодательные критерии привлечения природопользователя к ответственности за ущерб, причинённый окружающей среде. По общему правилу, неустановление и недоказанность этих обстоятельств должно освобождать природопользователя от любой ответственности, в том числе и от материальной. Здесь следует отметить, что согласно ЭК РК существуют два метода определения экономической оценки ущерба, нанесённого окружающей среде – прямой и косвенный (статьи 109 и 110). «Прямой метод экономической оценки ущерба состоит в определении фактических затрат, необходимых для восстановления окружающей среды, восполнения деградировавших природных ресурсов и оздоровления живых организмов посредством наиболее эффективных инженерных, организационно-технических и технологических мероприятий». Косвенный метод же определения экономической оценки ущерба применяется в случаях, когда не может быть применён прямой метод экономической оценки ущерба. На мой взгляд, применение косвенного метода определения ущерба полностью противоречит смыслу и содержанию законодательного определения понятия - «ущерб окружающей среде», поскольку этот метод позволяет взыскивать с природопользователя значительные денежные средства без установления тех последствий, которые прямо указаны в законодательном акте только лишь на основе презумпции виновности природопользователя, что является не справедливым действием государства в отношении природо-пользователя. В этой связи снова обратимся к законодательным положениям. Так, например, в статье 1 Закона РК «Об охране окружающей среды» и пункте 34 части 1 статьи 1 ЭК РК, где даётся законодательное определение термину «загрязнение окружающей среде», кстати, именно к этому законодательному положению часто обращается представители уполномоченных органов, обосновывая законность своих исковых требований к природопользователю. Согласно указанным правовым нормам под «загрязнением окружающей среды» понимается - «поступление в окружающую среду загрязняющих веществ, радиоактивных материалов, отходов производства и потребления, а также влияние на окружающую среду шума, вибрации, магнитных полей и иных вредных физических воздействий». Следует сразу отметить, что такое определение термина «загрязнение окружающей среды» может быть использовано и в случаях нормативного загрязнения окружающей среды в пределах выделенных лимитов, а также в случаях противоправного загрязнения окружающей среды (сверх установленных нормативов и лимитов, без экологического разрешения и т.д.). Между тем, в том и другом случае необходимо обязательное подтверждение (доказанность) факта «поступления в окружающую среду загрязняющих веществ или отходов производства и потребления». При этом, доказанность факта «поступления в окружающую среду загрязняющих веществ или отходов производства и потребления» ещё не означает факт причинения «ущерба окружающей среде», поскольку для последнего необходимо в обязательном порядке установить и доказать наличие тех последствий, которые указаны в пункте 25 части 1 статьи 1 ЭК РК, а также установить и доказать причинную связь между «загрязнением окружающей среды» и наступившими последствиями, как этого требует положения законодательных актов. На каких же правовых актах, как правило, основывают свои требования уполномоченные государственные органы?Конкретные исковые требования и расчёт «ущерба» якобы причинённого окружающей среде в большей степени основываются на нормах ведомственных актов, противоречащих по своей сути положениям международно-правовых и законодательных актов Республики Казахстан.Так, например, чаще всего представители уполномоченных органов ссылались на положение, закреплённое в пункте 7 «Правил взимания платы за загрязнение окружающей среды», утверждённых Постановлением Правительства РК №1213 от 1 декабря 1998 года. Эта норма гласила, что «сверхнормативное загрязнение окружающей среды, выявленное в ходе государственного контроля и не нашедшее отражения в данных производственного учёта и государственной статотчётности, а также все виды самовольного (без разрешения) загрязнения окружающей среды являются нарушением природоохранного законодательства, влекущим взыскание ущерба (вреда) в претензионно-исковом порядке».Анализ этой нормы позволяют прийти лишь к одному однозначному выводу, в частности о том, что «сверхнормативное загрязнение окружающей среды, выявленное в ходе государственного контроля и не нашедшее отражения в данных производственного учёта и государственной статотчётности, а также самовольное (без разрешения) загрязнение окружающей среды является нарушением природоохранного законодательства, влекущим взыскание ущерба (вреда) в претензионно-исковом порядке» и ничего иного.Если сделать сравнительный анализ приведённого положения ведомственного акта и положений законодательных актов, то мы увидим, что ведомственный акт расширил законодательную интерпретацию термина «загрязнение окружающей среды», связав это понятие с дополнительными требованиями, например, с отсутствием «экологического разрешения». Если же обратиться к статье 1 Закона об охране окружающей среды и пункту 34 части 1 статьи 1 ЭК РК, то эти правовые акты более высокого уровня не связывают «загрязнение окружающей среды» отсутствием «экологического разрешения». Таким образом, положение ведомственного акта в этой части противоречит законодательным положениям, поэтому оно не должно применяться при разрешении данного спора. Что касается указания, содержащегося во второй части исследуемого положения вышеуказанных Правил о том, что «нарушение природоохранного законодательства», влечёт за собой «взыскание ущерба (вреда) в претензионно-исковом порядке», то этим положением никак нельзя обосновать законность исковых требований, поскольку оно указывает лишь на возможность взыскания ущерба в претензионном либо исковом порядке, и только. Между тем для реализации этой рекомендации из ведомственного акта необходимо в обязательном порядке установить и доказать факт причинения ущерба в том понимании, как это предусмотрено законодательными актами (см. статью 1 Закона о охране окружающей среды и пункт 25 части 1 статьи 1 ЭК РК). Следующим ведомственным актом, которым руководствуются уполномоченные государственные органы, являются «Правила установления экономической оценки ущерба от загрязнения окружающей среды», утверждённые Постановлением Правительства РК №486 от 31 мая 2006 года (далее – Правила №486), которые, в настоящее время, утратили силу, в связи с введением в действие аналогичных Правил, утверждённых Постановлением Правительства №535 от 27 июня 2007 года (далее – Правила №535).Так, например, по одному из исковых требований, уже рассмотренных судами, истец представил письменный расчёт ущерба, якобы причинённого природопользователем вследствие размещения и хранения отходов без соответствующего экологического разрешения, определённого им косвенным методом и по существующей формуле, как это предусмотрено Правилами №486.Обратимся к пункту 12 Правил №486, в котором закреплено положение о том, что «косвенный метод экономической оценки ущерба основывается на соотношении между фактическим воздействием на окружающую среду и установленным нормативом, а также на ставках платы за загрязнение окружающей среды, уровнях экологической опасности и экологического риска». Руководствуясь этим положением ведомственного акта и формулой, предусмотренной Приложением №3 к Правилам №486, Истец и определил ущерб в размере 74,378,587,500 тенге (619 млн. долларов США) и предъявил требования о взыскании этой денежной суммы с природопользователя.  Можно ли такой упрощённый порядок определения размера ущерба признать законной и обоснованной? По моему твёрдому убеждению нет, поскольку для определения размера «ущерба (вреда) окружающей среде» недостаточно применение положений ведомственных актов и сомнительных математических формул, а необходимо в обязательном порядке установить и доказать такой «ущерб (вред)», исходя из законодательных положений, а не из положений ведомственных актов. Чуть выше, я уже приводил, что законодательные положения признают наличие «ущерба (вреда) окружающей среде и здоровью человека» только в случаях наступления вредных последствий, то есть когда установлено и доказано – «загрязнение окружающей среде или изъятие природных ресурсов свыше установленных нормативов, вызвавшее или вызывающее заболевания, деградацию или гибель живых организмов и человека, истощение природных ресурсов». Как усматривалось из материалов этого гражданского дела, в результате деятельности природопользователя, связанной с производством, размещением и хранением отходов никаких вредных последствий, указанных в законе не наступило. Сам же факт размещения и хранения отходов без экологического разрешения не может быть достаточным основанием к привлечению природопользователя к имущественной ответственности.Таким образом, применённый Истцом косвенный метод установления экономической оценки ущерба только лишь на основании Правил №486 или Правил №535 противоречит правовым актам более высокого уровня. Истец не установил и не доказал вину природопользователя в загрязнении окружающей среды, которые повлекли бы за собой конкретные последствия, предусмотренные Законом об охране окружающей среды и ЭК РК.Эти и другие примеры несовершенства экологического законодательства, особенно ведомственных актов, являются причиной возникновения многочисленных судебных споров. На основе ошибочной интерпретации положений законов и иных правовых актов формируется ошибочная судебная и иная правоприменительная практика, ущемляются права и законные интересы природопользователей, недропользователей и других субъектов предпринимательской деятельности. Действия уполномоченных органов, регулирующих вопросы охраны окружающей среды, порой носят конфискационный характер, когда на основе положений ведомственных актов, противоречащих международным правовым актам и законам Казахстана, без достаточной и юридически значимой доказательственной базы, только лишь с использованием формальных математических формул, взыскивают с природопользователей многомиллиардные денежные суммы, несопоставимые с их конкретными действиями по осуществлению специальных видов природопользования. Таким образом дискредитируется закон и власть. В погоне за большими деньгами попираются основы права, принципы справедливости, объективности, разумности и гуманности. Надо помнить, что вся антропогенная деятельность в промышленности, сельском хозяйств, в любых других сферах полезной деятельности, воздействует в той или иной степени на окружающую нас природную среду. Естественно, природопользователь обязан производить определённую плату за нормативное использование природных ресурсов, соблюдать экологическое законодательство, а также возмещать ущерб, причинённый им природной среде в случаях и порядке, установленном законодательством. Однако всё это должно осуществляться на основе законов, существующих процедур и правил, без диктата государства, на основе обеспечения справедливого и разумного баланса интересов всех субъектов этих правоотношений.

 

Список литературы

1.Закон РК №160 «Об охране окружающей среды» от 15 июля 1997 года;

2.Экологический кодекс РК №212-III ЗРК от 9 января 2007 года;

3.Налоговый кодекс РК №209 от 12 июня 2001 года;

4.Новый Налоговый кодекс РК, вводимый в действие с 1 января 2009 года .

5.Нормативное Постановление Верховного Суда РК №16 «О практике применения судами законодательства об охране окружающей среды» от 22 декабря 2000 года;

6.«Правила взимания платы за загрязнение окружающей среды», утв. Постановлением Правительства РК №1213 от 1 декабря 1998 года;

7.«Правила установления экономической оценки ущерба от загрязнения окружающей среды», утв. Постановлением Правительства РК №486 от 31 мая 2006 года;

8.«Правила установления экономической оценки ущерба от загрязнения окружающей среды», утв. Постановлением Правительства №535 от 27 июня 2007 года;

9.«Правила выдачи, отказа в выдаче, приостановки и аннулирования действия разрешений на недропользование», утв. Постановлением Правительства РК №1154 от 9 сентября 2001 года;

10. «Классификатор отходов», утверждённый Приказом Министра охраны окружающей среды №169-п от 31 мая 2007 года;

11. М.А.Аленов, «Экологический процесс: нормативное регулирование и проблемы правоприменения», Астана, 2007;

12. Ю.Г.Басин, «Юридическое заключение», труды юридической фирмы «Эквитас», 2002 год;

13. Ж.С.Елюбаев, «Мысли о праве», Алматы, 2004;

14. А.Стамкулов, «Экологическая политика Казахстана: поиск правовых и политических ориентиров», журнал «Юрист», №3, 2002.

Фамилия автора: Ж.С.Елюбаев
Год: 2008
Город: Алматы
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика