Центральноазиатский вектор внешней политики Японии:проблемы и перспективы

С момента распада Советского Союза новые независимые страны Центральной Азии (ЦА) ведут самостоятельную политику на мировой арене. После получения независимости бывшие советские республики оказались в центре внимания мирового сообщества. Геополитическое пространство Центральноазиатского региона стало ареной конкуренции ведущих глобальных держав. На сегодняшний день можно с ответственностью констатировать тот факт, что в этом процессе фактически устоялись конкретные игроки, которые уже определили свои интересы, цели и задачи. Не захотела остаться в стороне и Япония. Следует отметить, что в первые годы после получения стран региона независимости политика Японии в отношении ЦА была не столь активной. Однако в последнее время интерес Японии к Центральноазиатскому региону (ЦАР) повышается, что обусловлено рядом политических и экономических причин.

На современном этапе, между Японией и странами ЦА не существует каких-либо крупных противоречий или принципиальных проблем. В целом ничто не препятствует активному наращиванию взаимного сотрудничества. По признанию многих исследователей, авторитет Японии в сравнении с другими странами, среди государств ЦА довольно высок. Япония имеет позитивный образ миролюбивой и дружелюбной страны, стремящейся  искренне помочь нуждающимся странам. На сегодняшний день Япония является одним из первостепенных доноров Центральноазиатского региона, оказывающая посильную экономическую, техническую и безвозмездную помощь в рамках японской правительственной программы ОПР - Официальная Помощь Развитию развивающихся стран. Роль программы ОПР во внешней политике Японии очень высока, так как она является одним из основных рычагов влияния в международных отношениях [1].

Программа ОПР - это помощь на нужды развития, которая представляет собой льготный вид помощи, входящих в число основных форм экономического сотрудничества Японии с развивающимися странами. Для того, чтобы страны ЦА получили право на финансовую помощь Японии по линии ОПР, Комитет помощи развитию Организации Экономического Сотрудничества и Развития (ОЭСР) Японии включил пять стран ЦА в список развивающихся государств. Это произошло 1 января 1993 года, после чего произошли значительные перемены во внешней политике Японии по отношению Центральноазиатского региона. Вообще, в отношениях Японии с республиками ЦА можно выделить достаточно четко обозначенные этапы, смена которых сопровождалась существенным изменением приоритетов политики Японии в отношении этих стран [2].

Изменения в политике Японии во многом связаны с обретением Центральной Азией имиджа территории, выступающей в качестве одной из перспективных альтернатив Ближневосточному региону в области экспорта энергетических ресурсов. Также весомое значение имеет то, что Центральноазиатские государства стали играть более важную роль в соперничестве держав в связи с повышением значимости углеводородного сырья региона. Об активизации политики Японии в отношении ЦАР свидетельствует выдвижение официальным Токио собственных проектов, направленных на более активное взаимодействие со странами ЦА в сферах экономики, политики и безопасности [3].

Начиная с 1993 года Япония пересматривает свои внешнеполитические интересы в отношении  Центральноазиатского региона и выдвигает следующие инициативы:

1997 г. - Дипломатическая концепция страны - «Евразийская дипломатия» премьер-министра Рютаро Хасимото, предполагавшая экономическое и политическое сотрудничество между Японией, Россией и странами ЦА. Согласно этому документу политический курс Японии в отношении ЦА содержит три главных принципа:

- политический диалог по углублению доверия и взаимопонимания;    

- экономическое сотрудничество и сотрудничество в области освоения природных ресурсов для обеспечения процветания в регионе;

- достижение мира в регионе посредством нераспространения ядерного оружия, демократизации и стабилизации.

Концепция «Евразийской дипломатии» Японии получила широкое распространение после речи премьер-министра Японии Хасимото 24 июля 1997 года. В своем выступлении Хасимото подчеркнул важную роль евразийского континента как особого геостратеги-ческого пространства в международных отношениях и политике. Необходимо заметить, что, имея в виду «Евразию», на самом деле Хасимото вел речь о «Шелковом пути» в Европу, пролегающий через Китай, ЦА, а точнее Прикаспийский регион. Хасимото в своей речи сказал: «Япония имеет глубоко укоренившуюся ностальгию по этому региону, вызванную славой дней Шелкового пути». Это означает только одно - нефть и газ Прикаспия делает этот район одним из важных приоритетов внешней политики Японии. В «Голубой книге» МИД за 1998 год  сообщалось о необходимости крепить  более близкие связи с КНР, КР, Россией именно в контексте «Евразийской дипломатии», но на самом деле появление данного термина связано с тем, что Япония оказывает особое внимание энергетическим ресурсам Прикаспия [4].

1998 г. - «Дипломатия Шелкового пути», направленная на поддержку демократических преобразований, содействие экономическим реформам, разведывание природных ресурсов и реконструкцию транспортной инфраструктуры. Важным представляется тот факт, что впервые Япония официально использовала термин «страны Шелкового пути». Впервые было заявлено, что ЦА является одним из приоритетов внешней политики Японии;

2004 г. - Инициатива в рамках диалога «Центральная Азия + Япония», что предполагало проведение регулярных встреч для содействия сотрудничеству и региональному взаимодействию. В диалоге определено 5 направлений сотрудничества:

- политический диалог;

- развитие внутрирегионального сотрудничества;

- поощрение бизнеса;

- интеллектуальный диалог;

- культурные связи и людской обмен;

2006 г. - «Трансформация Центральной Азии в коридор мира и стабильности» - подход к странам ЦА с долгосрочной перспективой. Эта инициатива представляет собой новый подход к ЦА, выдвинутый министром иностранных дел Японии Таро Асо. В выступлении было отмечено, что ЦА - относительно новый вектор  внешней политики Японии. Министр подчеркнул, что обеспечение безопасности в данном регионе  чрезвычайно важно для Японии, как для добычи, так и для перевозки природных ресурсов в будущем.

Необходимо внести небольшую поправку - под понятием «Центральная Азия» Япония подразумевает не истинное ее географическое значение, которое включает в себя Синьцзян-Уйгурский автономный округ КНР и Афганистан, а пять бывших республик СССР - Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан и Туркменистан в их нынешних границах. Относительно недавно, примерно через год после открытия форума Диалог «Центральная Азия + Япония», в 2005 г. в организацию Центральноазиатского регионального экономического сотрудничества (Central Asia Regional Economic Cooperation), созданную по инициативе Японии по линии Азиатского банка развития, был  включен Афганистан. Это связано с тем, что Япония активно поддерживает проекты по созданию нефтегазопроводов из ЦА в южном направлении с перспективами выхода на рынок Юго-Восточной Азии.

Проанализировав существующие доктрины, инициативы и концепции Японии можно сделать следующие выводы. Япония стремится расширить доступ к энергетическим и природным ресурсам ЦА. Известно, что Япония сильно зависит от экспорта энергоресурсов из Ближнего Востока, поэтому Япония заинтересована в поисках новых поставщиков энергоресурсов в страну. Об этом открыто заявил бывший премьер-министр Японии Дзюнъитиро Коидзуми перед выездом в Центральную Азию: «Мы хотим развивать политические и экономические связи с Казахстаном и Узбекистаном, поскольку Япония должна искать альтернативных поставщиков нефти и газа. Мы не можем полагаться исключительно на Ближний Восток» [5].

Визит Д. Коидзуми в Казахстан и Узбекистан в августе 2006 г. вызвал бурную реакцию в мире. Это был первый визит  премьер-министра Японии за всю историю отношений этих республик с Японией. Зарубежные СМИ объясняли повышенное внимание японских деловых кругов огромными запасами нефти и природного газа в этом регионе. Японская газета «Иомиури» заявила, что Япония планирует добиться транспортировки энергоносителей из этого региона транзитом через Афганистан к побережью Индийского океана, а затем в Японию. В связи с этим визит  премьер-министра Японии в республики ЦА можно будет расценивать как начало осуществления этого стратегического плана [6].

Данное заявление прямое свидетельство того, что Япония действительно заинтересована в энергетическом секторе Центральноазиатских стран. Вообще, Япония никогда не скрывала своей заинтересованности в природных богатствах ЦА, и на протяжении ряда лет более чем однозначно давала понять основу своих интересов. В связи с этим построение отношений с каждой из стран зависело сугубо от их ресурсного потенциала. От этого и зависела финансовая помощь в рамках ОПР.

На первый взгляд политика Японии в данном регионе кажется бесперспективной в силу ее географической отдаленности. Но анализ региональных инициатив Японии показывает, что японская политика в ЦА - далеко не краткосрочные отношения сегодняшнего дня, а долгосрочная перспектива завтрашнего. За всю историю дипломатии Япония никогда не ограничивалась «одноразовыми» акциями, а ее политика всегда была направлена на разработку долгосрочных мер. Вследствие этого японский прагматизм определил три направления, которые станут основными принципами внешней политики в ЦА:

- подход к ЦА с учетом долгосрочных перспектив;

- обеспечение региональной безопасности и поддержка открытого регионального сотрудничества;

- поиск взаимовыгодного партнерства в регионе;

Из анализа вышеизложенных принципов вытекают следующие выводы. Япония свои долгосрочные ожидания связывает с Афганистаном, а точнее со строительством безопасных путей перевозки ресурсов через Афганистан и Пакистан. Министр иностранных дел Японии Таро Асо в своем выступлении неоднократно подчеркивает, что  стабильность Афганистана прямо влияет на ситуацию в ЦА. По мнению Токио, очевидно, что гарантом стабильности должны выступать США, которые продолжают сохранять там военное присутствие. Конечно, сейчас невозможно предположить получится ли Америке обеспечить безопасность данного маршрута, но тут важно другое - у США и Японии существуют и возможность,  и время для реализации своих планов в регионе. Самое меньшее до тех пор, пока Ближний Восток сохраняет положение основного поставщика нефти на мировой рынок [7].

Для того, чтобы воплотить свои планы в реальность Япония начала заметно акцентировать внимание на обсуждении проблем безопасности региона, которые в свою очередь напрямую зависят от стабилизации обстановки в Афганистане. Ведь по расчетам Токио именно через эту страну должны будут проходить магистральные трубопроводы с центральноазиатскими энергоносителями. Однако тот факт, что перспективы урегулиро-вания ситуации в Афганистане весьма туманны даже в среднесрочной перспективе, ни для кого не является тайной. Но для Японии этот факт не так уж важен. Более того, это и выгодно, если брать во внимание, что нефть и газ Ближнего Востока все еще остаются главными источниками энергоносителей мировой экономики. С момента открытия Центральной Азии начался процесс консервации ее энергетических ресурсов в расчете на долгосрочную перспективу. По сути, на это и направлены многие проекты по разработке нефтегазовых месторождений - важно закрепить за собой право ими распоряжаться в будущем. Для этого необходимо было сохранять географическую блокировку любых проектов, связанных с транспортировкой энергоресурсов ЦА, а именно Каспийского моря. Но в то же время, проявлять постоянный интерес и финансовые вливания в область разведки углеводородных ресурсов в Казахстане, Узбекистане и Туркменистане. С другой стороны, очевидно, что ощутимой экономической выгоды от сотрудничества со странами ЦА для Японии в настоящее время нет. И она возможна только в перспективе. Еще в 1997 г. советник посольства Японии в Узбекистане И. Накадзима сказал: «Мы работали и работаем здесь с убытками, но мы не намерены уходить из этого региона. Мы богаты, можем себе это позволить, и все равно дождемся лучшего будущего». И наступление этого лучшего будущего в меньшей степени зависит от Японии. Поскольку лучшее будущее зависит от установления в регионе прочной и надежной системы безопасности, а это Япония не в состоянии самостоятельно гарантировать. Но от гарантий безопасности в регионе зависят дальнейшие перспективы внешнеполитического курса Японии и успешная реализация намеченных целей. Только при выполнении задачи по обеспечению безопасности в регионе Центральная Азия обретет устойчивый интерес для развитой экономики Японии. Естественно, что под обеспечением безопасности подразумевается нормализация ситуации в Афганистане. С 2001 г. афганская тематика становится одним из ведущих направлении политики Японии в ЦА. Получается, понимание долгосрочности нестабильной обстановки в Афганистане просто на руку Японии, поскольку Афганистан используется как удобный повод для сдерживания региона и его ресурсов в «изолированном» состоянии [8].

Нефть и газ, не единственные ресурсы, которые вызывают интерес Японии. Известно, что Казахстан вышел на первое место, после Австралии и Канады, по запасам урановой руды. Этот факт был отмечен японскими деловыми кругами, поскольку Япония собирается увеличить использование атомной энергии, для чего собственно и импортируется уран. Япония производит треть своего электричества на атомных электростанциях, которые потребляют 8000 тонн урановой руды в год. На сегодняшний день, от Казахстана Япония получает только 3% этого объема. Япония, экономика которой зависит от импорта нефти и газа, также надеется в будущем проработать перспективы строительства в Казахстане атомных электростанций с японским участием [9].

Также, важным приоритетом политики Японии в ЦА является противостояние китайско-российскому влиянию в регионе. Намерение Японии содействовать региональной интеграции самими странами ЦА приветствуется. Однако существует другая сторона медали. Здесь Япония сталкивается с трудностями политического характера, так как Китай и Россия вряд ли могут допустить это в зоне своих жизненно важных интересов. Ни для кого не секрет, что динамичное усиление, деятельность и закрытый характер Шанхайской Организации Сотрудничества (ШОС) вызывает недовольство и беспокойство у многих западных стран. К тому же принятие в организацию новых членов всерьез не рассматривается. Повышение роли ШОС в обеспечении региональной безопасности в ЦА вызывают у Японии озабоченность. Нежелание «допускать» внешние силы к решению важных вопросов регионального характера рассматривается в Токио как разделение сфер влияния Китая и России в Центральной Азии, усиление их политического и экономического влияния, что может препятствовать в будущем осуществлению политики Японии в регионе.

Как показывает ситуация, Японией руководствует не только экономический интерес, но и политический. Действительные цели политики Японии в ЦА самой Японией не раскрываются, но отчетливо осознаются и понимаются другими членами мирового сообщества. Рассматривая политику и деятельность официального Токио в ЦАР нельзя оставлять в стороне ее внешнеполитические ориентиры в целом, т.е. не стоит забывать о союзнических отношениях с США. Вполне очевидно, что активизация внешнеполитического курса Японии в ЦА будет тесно связана с политикой США. Япония, скорее всего, будет выступать единым фронтом с Америкой, пытаясь нейтрализовать влияние России и Китая. Хотя, не факт, что японцы отважатся втянуться в противостояние с Китаем и Россией, ставя под угрозу свои экономические интересы в ЦА. Скорее всего, они предпочтут найти общий формат сотрудничества, прийти к общему мнению, который будет устраивать всех, проявляющих интерес к этому региону. Как сообщает японская газета «Асахи симбун», Россия и Китай будут внимательно следить за любыми движениями Японии, чтобы иметь более сильное право голоса в регионе. «Создав атмосферу, показывающую, что присутствие Японии в Центральной Азии невозможно игнорировать, наша дипломатия добьется больше пространства для маневра», - приводит «Асахи симбун» слова министра иностранных дел Японии Таро Асо. «Для Японии важно иметь голос равный по силе тому, который имеют Китай и Россия на их задворках» - еще одно изречение министра. Еще неизвестно, помогут ли усилия в ЦА решить текущие дипломатические проблемы Японии с Россией и Китаем. Переговоры с Россией по Северным территориям приостановлены по всем направлениям, а японские и китайские лидеры даже не встречаются друг с другом [10].

Но самое важное, Токио понимает, что, если не активизировать свою деятельность в Центральноазиатском направлении сегодня, завтра будет поздно.  На самом деле у Японии немало шансов, поскольку в странах ЦА Япония пользуется большим авторитетом. К тому же положительный образ как миролюбивой страны, содействует  усилению развития отношений между Японией и ЦА. Исходя из этого, еще одним  направлением политики Японии в ЦА является поддержка регионального сотрудничества. По мнению японских политиков, проблемой ЦА на пути к процветанию являются географическая замкнутость и безвыходная преемственность советской системы, т.е. в период СССР экономика каждой из стран была узкоотраслевой  и развивалась обособленно, а после распада Советского Союза страны оказались в уязвимом положении. Между государствами ЦА нет регионального сотрудничества, а без него, считает Япония, у ЦА нет перспектив. Официальный Токио не раз заявлял, что будет не просто поддерживать сотрудничество в регионе, а станет его инициатором. По мнению японских ученых и экспертов, занимающихся изучением Центральной Азии, необходимо ускорить процессы интеграции в регионе. В своем выступлении на форуме «Центральная Азия плюс Япония» в Ташкенте профессор Тецужи Танака, директор Института изучения Центральной Азии и Кавказа в Японии, поделился своим видением о дальнейшем развитии Центральной Азии: «Интеграция должна проходить по трем компонентам: вода, энергоресурсы и таможня. Сейчас в ЦА наблюдается небольшой разрыв между странами, имеющими энергоресурсы и теми, кто ими не обладает. Нельзя позволить этому разрыву увеличиваться. Необходимо развивать экономический союз. По отдельности страны не смогут противостоять мировой политике. Тенденция интеграции захватила в мире самые сильные страны. К примеру, Евросоюз, объединивший более двадцати стран, или, например, ASEAN. Все объединяются. А независимым государствам Центральной Азии придется конкурировать с этими мощными союзами. И если ЦА не будет представлять единый регион с экономической точки зрения, то в мировой экономике не выживет ни сам регион, ни какая либо страна в отдельности. Страны ЦА имеют свои собственные особенности и некоторые проблемы во взаимоотношениях. Но, тем не менее это Азия. К тому же, у народов ЦА много общего: схожие национальные черты, некоторые культурные традиции, элементы языка, а самое главное  их объединяет общий советский исторический опыт», - сказал в заключение Тэцужи Танака. Вполне очевидно, что вопрос интеграции во взаимоотношениях стран ЦА самый больной и требующий особого подхода. Немаловажно, что японская сторона достаточно информирована в силу того, что занимается изучением Центральной Азии, и с особой осторожностью и уважением относится к тысячелетним традициям, вопросам демократии и принципам правления Центральноазиатских стран.

«Мы живем в то время, когда, кажется, что почти каждый интересуется Центральной Азией», - сказал Эван Феидженбом, заместитель госсекретаря по Южной и Центральной Азии. И это действительно так. В последнее время принято говорить о «второй большой игре за Центральную Азию», в которой судьба региона решается в треугольнике Россия-Китай-США. Действительно, нечто вроде игры имеет место. Однако сейчас правильнее будет говорить не о треугольнике, а как минимум о квадрате, одной из сторон которого является Япония. У Японии есть полный набор интересов в регионе ЦА: стратегический, политический, коммерческий, финансовый и гуманитарный. Надо отметить, что данная игра не носит однозначно конфронтационный характер. Ее можно назвать соперничеством или конкуренцией. Однако несмотря на сложную ситуацию, между странами-участницами все-таки существует желание сотрудничать, что естественно радует. А поводов для сотрудничества в Центральной Азии, действительно, большое множество.

Хотелось бы быть уверенными, что государства ЦА будут находиться в центре, а не вне этого «большого квадрата».

 

Список литературы

1. Э. Усубалиев Проблемы и перспективы политического курса Японии в Центральной Азии // Институт Стратегического Анализа и Прогноза, 2008, 05 ноября.

2. О. Сидоров Внешнеполитическая доктрина Японии по отношению к странам Центральной Азии // Информационно-аналитический портал gazeta.kz // 2004, 28 апреля.

3. Политика Японии // Сотрудничество и безопасность в ЦА: состояние и перспективы. // Отв. ред. Б.К. Султанова. – Алматы: КИСИ при президенте РК, 2008. - с. 233-242.

4. Официальный сайт Министерства иностранных дел Японии mofa.go.jp

5. Япония нацелилась на энергоресурсы Центральной Азии // газета «Коммерсант», 2006, 30 августа.

6. В конце августа премьер-министр Японии впервые посетит республики Центральной Азии // газета «Иомиури», 2006, 21 июля.

7. Э. Усубалиев «Трансформация Центральной Азии в коридор мира и стабильности» - новая инициатива Японии // Аналитика // Дальний Восток // Япония, 2007, 21 марта, с. 4.

8. Э. Усубалиев Роль Японии в Центральной Азии // Институт Стратегического Анализа и Прогноза, 2008, 18 марта.

9. Д. Косырев Центральноазиатская дилемма Коидзуми // РИА Новости, 2006, 30 августа.

10. Япония заинтересована в энергоресурсах Центральной Азии // по материалам ИТАР-ТАСС, с ссылкой на данные газеты «Асахи симбун», 2006, 24 августа.

Фамилия автора: А.Т. Мухаметрахимова
Год: 2009
Город: Алматы
Яндекс.Метрика