Социальная структура западноевропейских городов

Интерес к данной теме определяется значи­мостью города как явления в истории средне­векового общества. Это одна из сложных проб­лем в исторической науке. Не случайно, что до сегодняшнего дня не существует четкого науч­ного определения самого понятия «город». В историографии нет цельной монографии, рас­крывающей все аспекты деятельности средне­векового города, а проблема социальной струк­туры западноевропейских городов до сих пор остается мало исследованной.

При изучении средневекового города неиз­бежно возникает проблема социальной струк­туры его населения. Аспектов у этой проблемы много. Главный из них: кто же они, средне­вековые горожане, откуда взялось городское население, в чем его экономическая и со­циальная специфика? Затронуты и другие воп­росы: имущественная и социальная дифферен­циация в среде горожан и в то же время инте­грация различных элементов и групп в со­словие горожан, полноправие и неполноправие внутри городской массы и т. д [1]. Из кого же состояло городское население? Из разнородных элементов: из купцов, первоначально живших в обособленных поселениях, которые в Германии именовались «вик»; из ремесленников свобод­ных и несвободных, зависимых от феодала, сеньора города; из вассалов городского сеньора, из его слуг, выполнявших различные адми­нистративные обязанности - они вершили суд, собирали подати с населения, их называли ми-нистериалами [2]. Большинство горожан перво­начально составляли несвободные крестьяне, ремесленники, беглый сельский люд (бежавшие от своих прежних господ). Большая часть зе­мель, на которых работали крестьяне, к XI в. принадлежала феодалам. Крестьян, чья жизнь была особенно тяжела, называли во Франции -сервами, а в Англии - вилланами. Во время не­прерывных междоусобных войн крестьяне ис­кали защиты у соседнего сеньора или монастыря. Найдя могущественного покровителя, крестья­нин вынужден был признать свою зависимость от него, передать ему в собственность свой зе­мельный надел. Зависимый крестьянин продол­жал вести хозяйство на прежнем своем наделе, но за пользование им господин требовал ис­полнения барщины и уплаты оброков. Власть феодала над крестьянином проявлялось не только в том, что тот работал на барщине и платил оброк, он был лично подвластен фео­далу, землевладелец судил его в своем суде, крестьянин  не  имел  право  без позволения своего господина переселиться в другую мест­ность. Однако, несмотря на поземельную и личную зависимость от феодала, крестьянин не был абсолютно бесправен. Сеньор не мог каз­нить его, согнать с надела (если тот выполнял свои обязанности), продать или обменять без земли и отдельно от семьи. Огромную роль в жизни средневековых людей играл обычай, ко­торый соблюдали как крестьяне, так и сеньоры. Размеры оброка, виды и продолжительность барщинных работ не менялись из поколения в поколение. То, что было раз и навсегда уста­новлено, считалось разумным и справедливым. Сеньоры не могли по своей воле увеличить крестьянские повинности. Сеньоры и крестьяне были нужны друг другу: одни были «всеоб­щими кормильцами», от других трудовой люд ждал защиты и покровительства.

В средние века все население Европы дели­лось на три группы — три сословия (входящие в три сословия люди обладали разными пра­вами и обязанностями). Служители церкви (свя­щенники и монахи) составляли особый слой населения — духовенство, считалось, что оно руководит духовной жизнью людей — забо­тится о спасении душ христиан; рыцари защи­щают страну от чужеземцев; крестьяне и горо­жане занимаются сельским хозяйством и ре­меслом.

Тот факт, что на первом месте стояло духо­венство, вовсе не случаен, ведь главным для средневекового европейца были его отношения с Богом, необходимость спасения своей души после окончания земной жизни. Духовенство располагало своей собственной церковной иерар­хией и дисциплиной, а также суммой при­вилегий, резко отделивших его от светского мира. Служители церкви в целом были обра­зованнее рыцарей и, тем более, крестьян. Почти все ученые, писатели и поэты, художники и музыканты той эпохи были духовными лицами; они же часто занимали высшие государст­венные должности, оказывая влияние на своих королей. Духовенство делилось на белое и чер­ное, или монашество. Первые монастыри — общины монахов — появились в Европе уже после падения Западной империи. Монахами в основном становились глубоко верующие хрис­тиане, желавшие посвятить свою жизнь исклю­чительно служению Богу. Они давали обеты (обещания): отказаться от семьи, не жениться и не выходить замуж; отказаться от имущества, жить в бедности; беспрекословно подчиняться настоятелю монастыря аббату (в женских монастырях — аббатисе), молиться и трудиться. Многие монастыри владели обширными зем­лями, которые обрабатывали зависимые кре­стьяне. При монастырях часто возникали школы, мастерские по переписке книг, библиотеки; мо­нахи создавали исторические летописи (хро­ники). В средние века монастыри были центрами образования и культуры.

Второе сословие составляли светские фео­далы, или рыцарство. Важнейшими занятиями рыцарей были война и участие в военных со­стязаниях — турнирах; досуг рыцари прово­дили на охоте и на пирах. Обучение письму, чтению и математике не было обязательным. В средневековой литературе описаны правила достойного поведения, которым должен был следовать каждый рыцарь: быть беззаветно пре­данным Богу, верно служить своему сеньору, заботиться о слабых и беззащитных; соблюдать все обязательства и клятвы. В действитель­ности рыцари далеко не всегда следовали пра­вилам чести. Во время войн они часто творили всяческие бесчинства. Феодалы жили в крепких каменных замках (в одной только Франции их было около 40 тысяч). Замок окружал глубокий ров, проникнуть внутрь можно было только при опущенном подъемном мосте. Над стенами замка высились оборонительные башни, глав­ная — донжон, состояла из нескольких этажей. В донжоне находилось жилище феодала, пир­шественный зал, кухня, помещение, где хра­нились припасы на случай длительной осады. В замке, кроме феодала, жили его семья, воины и слуги.

Основную массу населения Европы в сред­ние века составляло крестьянство, проживав­шее в небольших деревнях по 10—15 дворов в каждой. Крестьяне пытались высвободиться от гнета феодалов путем участия в крестовых по­ходах, паломничества, бежали в леса, в воз­рождавшиеся и рождающиеся города. Они могли реально освободиться, лишь убежав в города [3]. Таким образом, большинство из них и освобождались от личной зависимости. В этом мы можем убедиться, читая статью 2 из го­родского права города Гослара, дарованного императором Фридрихом II в 1219 году: «Если же какой-либо чужак войдет в этот город для проживания и пребудет в нем год и день так, что никто не обвинит и не уличит его в сер­вильном состоянии, да возрадуется он свободе, являющейся общим достоянием других горо­жан, а после смерти никто да не посмеет предъявлять в отношении его претензии как к своему серву» [4]. Городской человек, ремес­ленник или купец, переставал быть крепост­ным, если ему удавалось прожить в городе определенный срок. Он уже не чувствовал над собою гнета помещичьего режима [5]. Го­родской воздух становился волшебным, и делал крепостного свободным. Только в городе, само­стоятельно занимаясь ремеслом или торговлей, крестьянин получал возможность развивать свою деятельность. Но эта свобода не была абсолютной свободой. Эта была свобода от феодально-поместного гнета. Городской сеньор все же облагал горожан, но это обложение, уже не могло поглотить всей массы прибавочного труда ремесленников и всей торговой прибыли купцов [6].

На экономической почве складывался и сплачивался новый, прежде феодализму неве­домый социальный слой - горожане. В рамках господствующего класса - сословия феодалов, в свою очередь, действовали более или менее крупные сословия, принадлежность к которым обеспечивала определенный социальный статус.

С.М. Стам указывает что горожане были очень неоднородным слоем. Но их объединяла общая заинтересованность в наибольшей сво­боде развития городского товарного производ­ства и обмена. Объективность данной социаль­ной общности реализовалась в коммунальной борьбе, в выработке городского права [7]. Го­родское право фиксируется в источниках как привилегия. Но, как могло быть иначе в об­ществе, где право составляло монополию феодального класса, а все прочие были бес­правны? Горожанам, естественно, приходи­лось отвоевывать свои права и фиксировать их, так сказать, в порядке исключения. Но это были не привилегий господ, а завоевание угне­тенных. Городское право впервые в феодаль­ном обществе нарушало юридическую монопо­лию феодалов и защищало интересы просто­людинов, давало им гражданское полнопра­вие [8].

Н.А. Хачатурян обращает внимание на го­родские корпорации и отмечает, чтобы реали­зовать свою способность трудиться, ремеслен­ник должен был войти в состав цеховой орга­низации, объединяющей ремесленников данной специальности и стремящейся к монополии на производство. Внутри цеха он был вынужден подчиняться цеховым установлениям с харак­терными для них эгалитарными тенденциями, которые можно рассматривать как своеобраз­ное проявление внеэкономического принужде­ния цеховой организации по отношению к своим членам.

Цех не единственный вид общинной орга­низации в городе. Наиболее близкой по при­роде к нему формой являлась купеческая гиль­дия - объединение купцов с определенной дис­циплиной, общим капиталом и общей собст­венностью в виде страхового фонда и склад­ских помещений. Даже союзы подмастерьев -организации, связанные уже с категорией сред­невекового труда, с общей кассой взаимопо­мощи, контролем за условиями труда и дис­циплиной, - отдали дань средневековой кор­поративности. Следует назвать, наконец, и саму городскую общину в целом, в рамках которой реализовалось единство мелких профессио­нальных корпораций (цехов, гильдий) или более крупных социальных групп (патрициата, бюргерства) и формировалась социальная общ­ность горожан.

История собственно городской общины, на­конец, которую можно наблюдать в смене веду­щих сил городской общины и форм управле­ния, а также изменениях в статусе полнопра­вия, ставшего постепенно достоянием весьма узкого круга лиц, не только владеющих не­движимостью, но и имеющих доступ к город­скому управлению, отразит глубинные сдвиги в усложняющейся по мере развития феодализма социальной структуре городского сословия [9].

Городская община скорее выглядит единой и сплоченной, когда речь заходит о ее на­сущных экономических, социальных и полити­ческих интересах. Главным противником, глав­ной опасностью был сеньор, все остальное отступало в тень и обнаруживалось редко [10]. В экономическом отношении новое сословие было более всего связано торгово-ремесленной деятельностью. Обычно городское сословие отождествляется с понятием «бюргерство». Словом «бюргер» в некоторых странах Европы первоначально обозначали всех городских жителей. Позднее «бюргер» стал применяться только для полноправных горожан.

Города нигде не играли в средние века такой громадной политической роли, как в Италии, и нигде размах их торговых сношений не был так велик, как именно в этой стране. К тому же не только возникновение, но и расцвет итальян­ских городов относился к более раннему вре­мени, чем в других западноевропейских стра­нах. Однако различные итальянские города сильно отличались друг от друга и по своей экономике, и по своей социальной структуре.

Одни из этих городов (Венеция, Генуя, Пиза) в течение всего средневековья играли главным образом роль крупнейших торговых центров и занимались преимущественно внешней торгов­лей. В то же время рост ремесленного произ­водства в городах Средней и Северной Италии увеличивал потребность в рабочих руках, занятых в городском ремесле, а следовательно, в притоке населения из деревни в город. Но это могло стать возможным лишь путём разрыва феодальных пут личной зависимости крестьян от феодалов. Между тем, хотя в XII — первой половине XIII в. среди крестьянства Северной и Средней Италии имелось большое число лично свободных держателей — либелляриев, значи­тельная часть крестьян продолжала ещё оста­ваться несвободной (сервы, маснадерии) [11].

Освобождение крестьян, которое в широких масштабах происходило во второй половине XIII в. в Средней Италии, выражалось в личном освобождении крестьян за выкуп, без земли. С конца XI в. группы лично свободного крестьян­ства начали создавать так называемые сельские коммуны, имевшие самоуправление и своих выборных должностных лиц. Эти сельские ком­муны возникли в тот период, когда города в своей борьбе против сеньоров поддерживали стремление крестьян к независимости от фео­далов. Но после победы над собственными сеньорами города стали подчинять себе сель­ские коммуны и отменять их самоуправление. Они захватывали общинные угодья сельских коммун, а богатые горожане скупали крестьян­ские наделы [12]. К концу XIII в. во Флоренции уже резко обозначились различные слои горо­жан с прямо противоположными интересами. Купцов, менял и ростовщиков, объединённых в семь «старших цехов» - называли «жирный народ». Члены младших цехов, их подмастерья и городское плебейство составляли большин­ство населения Флоренции, их называли - «то­щий народ».

Проблема социальной структуры города Южной Италии весьма сложна. Социальный и хозяйственный облик городов определялся мно­жеством тесно связанных между собой факторов, как общеевропейских, так и специфических для данного региона. Патрициат больших городов Адриатического побережья - Бари, Бриндизи, Трани - принимал даже в XII - начале XIII в. активное участие в торговле с Византией и дру­гими странами Средиземноморья. Другой сфе­рой деятельности, дававшей патрициату боль­шую прибыль, было кредитное дело. Нередко отдельные лица или компании совмещали мор­скую торговлю с судными операциями [13]. Другая часть патрициата была более тесно связана с королевской властью, чем торгово-ростовщическая: из этих семей выходили долж­ностные лица, игравшие ведущую роль во внутриполитической жизни города - баюлы, катепаны и многочисленные судьи. Рыцари имелись лишь в отдельных патрицианских родах, и это не меняло социального облика верхней страты. Норманны осели в городах в небольшом числе; между тем именно они со­ставляли до анжуйского завоевания основной костяк рыцарства. Городское же рыцарство отличалось своеобразием не только по своим занятиям.

Несколько иным был социальный строй боль­ших городов, расположенных на Тирренском побережье. Если исключить Амальфи (тор­говцы которого расселились по другим го­родам, образуя там целые колонии), купцы портов Салерно, Неаполя, Гаэты в XII в. мало участвовали во внешней торговле. Отчасти по этой причине нобилитет, был здесь более замкнутым. В XIII в. члены знатных городов начинают сравнительно широко использовать типично городские источники дохода: они владеют лавками и товарными складами, под­час сдают дома и торговые помещения в аренду. Прибыль, получаемая знатным лицом от лавок и домов, иногда служит объектом дарения церкви [14]. Основную часть среднего слоя городского населения составляли ремес­ленники. Увеличивавшееся в это время отста­вание ремесла Юга от Северной и Средней Италии в первую очередь объясняется хозяй­ственной политикой норманнских королей, и особенно Фридриха II, оказывавших покрови­тельства венецианским, генуэзским и пизан-ским купцам, которые доставляли сюда ремес­ленные изделия и вывозили зерно и другие сельскохозяйственные продукты. В городах Кампании - Неаполе, Салерно - ремесленники часто передавали профессию по наследству и были тесно связаны между собой, поселяясь на

Литература одной улице или вокруг одной церкви [15]. Даже в крупных городах жило немало мелких собственников, занимавшихся обработкой своих земель, которые были расположены недалеко от города. Многие из этих собственников по мере ослабления городского хозяйства и увели­чения фискального гнета беднели и вливались в гетерогенную пеструю массу городского плебса - чернорабочих, грузчиков, поденщиков. Как видим, это были люди разного общественного положения. Но со временем эти различия сгла­живаются, и создается, хотя и в имуществен­ном отношении разношерстное, но по-своему единое население, связанное общими правами и обязанностью взаимопомощи, подобно тому, как это было в сельской крестьянской общине[16].

Наконец, горожане использовали труд зави­симых людей, а также рабов в основном для домашних работ. Даже в XIII в. их было не мало, особенно в Бари - главном рынке рабов, захваченных на балканском полуострове. Рабов включали в состав приданого, передавали по завещанию наследникам, отдавали в залог при получении ссуды. В XIII в., когда сузилась возможность заниматься в городе ремеслом или найти выгодное занятие, приток сельских жите­лей в крупный город уменьшился. Исключение составил Неаполь, превращенный Карлом I в столицу королевства. После Анжуйского завое­вания множество мелких и средних городов было роздано в качестве феодов сподвижникам Карла I, что значительно повлияло на их даль­нейшую судьбу. Но и характер большого го­рода, положение отдельных слоев его населе­ния претерпели заметную трансформацию. На­чалась аграризация города, связанная с вступ­лением экономики Южной Италии в длитель­ную полосу упадка [17].

Рассмотрев социальную структуру средневе­ковых городов Западной Европы, необходимо отметить высокий уровень социальной органи­зованности горожан, включенных в определен­ную иерархию - церковную, цеховую, купе­ческие гильдии и др.

 

Список литературы

1       Стам С.М. Средневековое городское право XII-XIII вв. - Саратов, 1989. - С.21.

2       Средневековая Европа глазами современников и историков/под. ред. А.Л. Ястребицкая. - М., 1995. Ч-II. - С.113.

3       Стам С.М. Средневековый город и развитие социальной структуры феодального общества // Классы и сословия средневекового общества / под. ред. З.В. Удальцовой. - М.: МГУ, 1988. - С.41.

4       Городское право города Гослара//Средневековое городское право XII-XIII вв./под. ред. С.М. Стама. - Саратов, 1989. - С.144.

5       Дживелегов А.К. Вольный город в Европе. - М.: Русский книжник, 1922. - С.36.

6     Стам С.М. Средневековый город и развитие социальной структуры феодального общества. // Классы и сословия средневекового общества /под. ред. З.В. Удальцовой. - М.: МГУ, 1988. - С.41.

7     Там же. - С.42.

8     Там же. - С.43

9     Хачатурян Н.А. Город в системе феодальной формации. // Вопросы истории. 1983. №1. - С.80,81,82,83.

10  Стам С.М. Средневековое городское право XII-XIII вв. Саратов, 1989. - С.23

11  Всемирная история. В 10 тт. М.1957. Т-3. Глава 26. Италия и папство XII-XIII вв. - С.388.

12  Там же. - С. 388-389.

13  Абрамсон М. Л. Социальная структура крупного южно итальянского города (XII-XIII вв.) //Классы и сословия средневекового общества /под.ред. З.В. Удальцовой. - М.: МГУ, 1988. - С.116.

14  Там же. - С.117, 118.

15  Там же. - С. 119.

16  Средневековая Европа глазами современников и историков. /под. ред. А. Л. Ястирибицкая. - М., 1995. Ч-II. - С. 113.

17  Абрамсон М.Л. Социальная структура крупного южно итальянского города (XII-XIII вв.) //Классы и сословия средневекового общества /под.ред. З.В. Удальцовой. - М.: МГУ, 1988. - С. 120.

Фамилия автора: В.Б. Бейсембаева
Год: 2013
Город: Алматы
Категория: История
Яндекс.Метрика