Японо-американское сотрудничество в военно-политической сфере в начале XXI века

В период пребывания Дз. Коидзуми на посту премьер-министра Японии наблюдалась заметная активизация японо-американского диа­лога, связанного с изучением возможностей дальнейшей модернизации японо-американского альянса. Исходной точкой данного процесса стал конец 2002 г., когда главы дипломати­ческих и оборонных ведомств обеих сторон провели встречу в формате заседания японо-американского Консультативного комитета без­опасности. Между тем, старт активной стадии консультаций пришёлся на конец 2004 г. Пауза отчасти была связана с проведением сложных переговоров между Вашингтоном и Сеулом по вопросу реорганизации структуры американ­ского военного присутствия в Республике Ко­рея. Но всё же главным фактором, сделавшим возможным разработку в период 2005-2006 гг. двусторонних программных документов, стало утверждение правительством Японии новых Ос­новных направлений программы национальной обороны.

Новые Основные направления программы национальной обороны [1] стали первым япон­ским программным документом в сфере по­литики безопасности, в котором были названы государства, военная политика которых вызы­вает озабоченность у японской стороны - КНР и КНДР. Документ, определяющий оборонную политику Японии на последующие 10 лет, в качестве важнейших моментов, угрожающих безопасности Японии, указывает на программу разработки ядерного оружия в КНДР, проблему распространения технологий производства бал­листических ракет, а также нерешенность во­проса о будущем Корейского полуострова. В новых Основных направлениях также предла­гается активизировать участие Сил самообо­роны в миротворческих операциях по всему миру. Данное положение можно рассматривать как одно из наиболее радикальных изменений оборонной политики страны за всю послевоен­ную историю.

Основные направления, которые были пере­смотрены с целью соответствия новым угрозам, таким, как, например, международный терро­ризм, продемонстрировали намерение Японии укреплять союз с Соединенными Штатами по­средством   различных   инструментов   и воз­можностей. В документе предполагается, что японская сторона возьмёт на себя более актив­ную роль в двустороннем стратегическом диа­логе по проблемам безопасности. Кроме того, впервые указывается на необходимость умень­шения неудобств, причиняемых гражданскому населению, живущему около американских баз.

В истории японо-американских отношений в области безопасности, начиная с середины 70-х гг. можно проследить следующую схему: после утверждения правительством новых сред­несрочных оборонных программ начинается активизация двустороннего диалога, целью ко­торого является согласование японо-американ­ских договорённостей в области безопасности с изменениям в оборонной политике Японии. Конкретным результатом данной работы ста­новится принятие документов, определяющих новые задачи и цели сторон в рамках альянса [2]. В связи с этим, после одобрения прави­тельством Японии нового оборонного плана можно было с большой степенью уверенности ожидать появления договорённостей, касаю­щихся дальнейшей модернизации двусторон­него союза безопасности.

Действительно, в ноябре 2004 г. главы военных и внешнеполитических ведомств обеих сторон приступают к переговорам, направлен­ным на выработку конкретных предложений по адаптации альянса к изменениям как самой международной среды безопасности, так и под­ходов обеих сторон к вопросам её обеспечения. При этом предполагалось, что на первом этапе стороны определят новые стратегические цели альянса, после чего приступят к изучению конкретных шагов, направленных на их реа­лизацию.

Что касается первого, в феврале 2005 года главы внешнеполитических и военных ведомств обеих сторон (Кондолиза Райс и Дональд Рамс-фельд - с американской стороны, Нобутака Матимура и Йосинори Оно - с японской) про­вели в Вашингтоне встречу в формате заседания Консультативного комитета безопасности [3]. По итогам встречи было подготовлено Совмест­ное заявление [4] (далее - Февральское заяв­ление), которое можно считать первым про­граммным документом альянса, принятым в 21-м веке.

Если рассматривать внешние факторы, побудившие стороны перейти к расширению сотрудничества в области безопасности, то здесь необходимо исходить из того, что в течение почти десятилетия после окончания холодной войны японо-американский союз безопасности трансформировался с целью лучшего соответ­ствия новым реалиям региональной среды. Так, по мнению японского эксперта Кэна Дзимбо [5], сотрудника токийского Института глобаль­ного, индустриального и социального прогресса, альянс после завершения холодной войны эво­люционировал в направлении от «ориентирован­ного на угрозы к ориентированному на ин­тересы». Это означает, что, в отсутствие угрозы со стороны бывшего СССР, акцент при ре­формировании альянса делался на общности интересов в сфере региональной безопасности. Данные интересы можно обобщить следующим образом:

S Сдерживание очагов конфронтации, оставшихся со времён холодной войны.

S Антикризисное взаимодействие (про­тиводействие распространению ракетных техно­логий и ОМП, миротворческие операции).

В Февральском заявлении уже предлагается конкретный и достаточно обширный перечень региональных проблем, подпадающих под ком­петенцию японо-американских отношений в об­ласти безопасности:

S Обеспечение безопасности Японии, укреп­ление мира и стабильности в АТР, а также поддержание способности реагировать на со­бытия, затрагивающие интересы США.

S Поддержка процесса мирного воссоеди­нения на Корейском полуострове.

S Поиск мирного решения для всего ком­плекса проблем, связанных с Северной Кореей.

S Развитие конструктивных отношений с КНР и позитивное отношение к возможности для этой страны взять на себя более ответ­ственную и позитивную роль как на регио­нальном, так и на глобальном уровне.

S Поддержка разрешения Тайваньского во­проса мирным путём.

S Содействие повышению транспарент­ности военной программы КНР.

S Содействие вовлечению России в кон­структивные процессы, происходящие в АТР.

S Полная нормализация российско-япон­ских отношений посредством разрешения тер­риториальной проблемы.

S Содействие делу построения мирной, стабильной и развивающейся Юго-Восточной Азии.

S Поощрение различных форм региональ­ного сотрудничества, акцентируя при этом вни­мание на важности создания открытых регио­нальных механизмов.

S Противодействие неконтролируемой тор­говле оружием и военными технологиями.

S Обеспечение безопасности морских ком­муникаций.

При этом подчёркивается приоритет поисков мирных путей решения для большинства из вышеуказанных проблем, из чего можно сделать вывод о постепенном переходе японо-амери­канского сотрудничества по вопросам регио­нальной безопасности из чисто военного в военно-политическое измерение.

В Февральском заявлении стороны впервые заговорили о переводе японо-американского военно-политического сотрудничества в гло­бальное измерение. При этом, из анализа выступлений участников встречи, а также текста Совместного заявления можно сделать вывод о том, что стороны окончательно перешли к расширенному толкованию самого понятия «японо-американский союз безопасности». Дело в том, что ранее под данным термином обычно подразумевались двухсторонние отношения, связанные преимущественно с обеспечением безопасности Японии, а начиная с середины 90-х гг., также и с улучшением региональной среды безопасности в СВА. Теперь же в сферу дей­ствия японо-американского союза безопасности уже включается сотрудничество в ходе пост­конфликтного урегулирования в Ираке и Афга­нистане. Двухсторонние договорённости, имею­щие в своей основе Договор о взаимном со­трудничестве и гарантии безопасности между США и Японии [6] 1960 г., стороны предложили считать «стержнем» японо-американского союза безопасности.

В своём заявлении стороны признали, что Япония уже принимает участие в глобальной политике, оказывая содействие американским усилиям в Афганистане и Ираке. В качестве нового успешного направления глобального партнёрства было выделено активное участие Японии в ликвидации разрушительных послед­ствий цунами в Индийском океане. Следующим важным направлением японо-американского партнёрства на глобальном уровне было названо активное участие Японии в международных инициативах по нераспространению ядерного оружия. Также было отдельно отмечено, что подключение японской стороны к американским планам создания ПРО способствует снижению интереса других государств к развитию соб­ственных ракетных программ.

В ходе заседания Консультативного ко­митета безопасности стороны согласились с тем, что принципиально новые вызовы междуна­родной среды безопасности, такие, как тер­роризм и распространение ОМП, стали общими угрозами для всего мирового сообщества, включая США и Японию. Было отмечено, что, применительно к АТР, угроза распространения ОМП осложнена наличием такого фактора, как региональная гонка вооружений. Придя к об­щему взгляду на изменения среды междуна­родной безопасности, стороны в Совместном заявлении от 19 февраля 2005 г. подтвердили, что их правительства будут реализовывать общие стратегические задачи, выполняя дого­ворённости и соглашения между США и Японией в области безопасности и прилагая другие совместные усилия в рамках альянса.

В этот раз стороны решили воздержаться от прямого участия глав государств в разработке и принятии базовых документов, регулирующих основные направления общей политики в области безопасности. Дело в том, что активное участие первого лица страны в разработке базовых документов, определяющих политику безопасности, в некоторой степени «привязы­вает» данные документы к политической судьбе конкретного политика. Для Японии это обстоя­тельство особенно актуально в связи с тем, что политическая карьера японских премьеров является непредсказуемой и часто сопровож­дается политическими скандалами и досроч­ными отставками (в качестве иллюстрации здесь можно привести политические судьбы Нобосукэ Киси, Какуэй Танаки, а также Рютаро Хасимото) [7]. Подобные случаи часто негативно влияли на развитие двухсторонних отношений в области безопасности, поскольку неожиданная отставка главы правительства в значительной степени мешала реализации новых предложений и проектов. Тем не менее, необходимо признать, что в исторической перспективе это влияло только на динамику эволюции альянса, но не ставило под сомнение его ценность для обеих сторон. Частичный перевод не только опера­тивного, но и стратегического управления отно­шениями в области безопасности на уровень заинтересованных ведомств может значительно повысить реальную эффективность альянса и ускорить его эволюцию.

В итоге, стороны воздержались от пере­смотра действующих Руководящих принципов, несколько нарушив сложившуюся ранее схему.

Тем не менее, идея пересмотра распределения обязанностей между США и Японии в рамках двухстороннего сотрудничества в сфере без­опасности была отчасти реализована путём разработки и принятия промежуточного до­кумента, получившего следующее название: «Американо-японский союз: трансформация и реорганизация для будущего» [8] (далее - До­кумент). Этот Документ, получивший одобрение глав внешнеполитических и оборонных ве­домств США и Японии, можно также рас­сматривать как попытку дать ещё один кон­кретный ответ на ожидания, связанные с необ­ходимостью практических шагов по адаптации альянса к изменениям международной среды безопасности, накопившимся за более чем десятилетний период после завершения холод­ной войны, а также как ещё одно подтверж­дение Японией своего намерения более активно участвовать в глобальной политике. Документ не заменяет принятые в 1997 г. Руководящие принципы для альянса, но интегрирует их в систему двухстороннего взаимодействия по значительно более широкому кругу вопросов, связанных с обеспечением региональной ста­бильности, а также с улучшением глобальной среды безопасности.

Если февральское Совместное заявление было по своей сути декларацией о намерениях и напоминало по своей форме Декларацию Клинтон-Хасимото, то Документ, принятый в ходе октябрьского заседания Комитета, сильно отличается и по форме, и по содержанию от всех предыдущих соглашений. Структурно он состоит из трёх разделов (глав):

  • Общий обзор.
  • Роли, задачи и возможности.
  • Реорганизация структуры американского контингента в Японии.

Принципиально новым в содержании дан­ного документа является утверждение о задачах перевода отношений в рамках альянса в региональное, а также глобальное измерение, как о наиболее важных и приоритетных. В частности, в Документе предлагается, чтобы «США и Япония в рамках двустороннего диалога по вопросам безопасности изучили роли, задачи и возможности войск США и сил самообороны, для того, чтобы быть в состоянии отвечать на различные вызовы в сфере без­опасности, считая приоритетными следующие задачи:

  • Оборона Японии и реагирование на ситуации  в  районах,   окружающих Японию, включая ответы на новые угрозы и другие непредвиденные ситуации.
  •  Усилия по укреплению среды между­народной безопасности, в том числе участие в международных акциях по поддержанию мира».

Важным индикатором новых тенденций в японо-американском сотрудничестве по проб­лемам безопасности также является содержа­щийся в Документе призыв к усилению взаимо­действия между Японией и США, направ­ленного на улучшение международной среды безопасности, в том числе посредством участия в международных акциях по поддержанию мира. Успешными примерами подобного сотрудни­чества предлагается считать участие персонала Сил самообороны в восстановлении инфра­структуры Ирака, а также в ликвидации по­следствий стихийных бедствий в Индийском океане.

Согласно положениям Доклада, наиболее приоритетными и перспективными видами совместных операций, а также направлениями военного сотрудничества как в региональном, так и в глобальном контексте, стороны считают следующие:

S ПВО

У ПРО

S Операции по предотвращению распро­странения ОМП.

S Противодействие терроризму.

S Разминирование, морское патрулирова­ние и другие операции по обеспечению без­опасности морских коммуникаций.

S Поисково-спасательные операции.

S Операции по разведке и сбору информа­ции (ISR), в том числе с использованием воз­росших возможностей беспилотных летатель­ных аппаратов (UAV) и морских патрульных самолётов.

S Гуманитарные операции.

S Миротворческие операции и обеспече­ние миротворческой деятельности, проводимой другими государствами.

S Защита жизненно важной инфраструк­туры, в том числе объектов американского кон­тингента в Японии.

S Действия в случае нападения с приме­нением ОМП, включая дезактивацию.

S Транспортное обеспечение, включая снабжение, ремонт, и, собственно, перевозки. Совместные операции по снабжению включают в себя воздушные и морские дозаправки. Со­трудничество в сфере перевозок подразумевает расширение   воздушных   и   морских транс­портных операций, включая использование возможностей высокоскоростных судов.

S Транспортировка, использование обору­дования, медицинское обеспечение и другие виды деятельности, связанные с эвакуацией не-комбатантов.

S Использование оборудования морских портов и аэропортов, автодорог, водного и воздушного пространств, а также радиочастот.

Большой интерес представляет также третий, заключительный раздел документа, который фактически является проектом соглашения о значительном изменении структуры американ­ского военного присутствия в Японии.

Речь шла о значительном сокращении американского контингента в Японии. Так, семь тысяч морских пехотинцев предполагалось вывести из Окинавы на Гуам (хотя первона­чально предполагалось уменьшение их числа на 4-5 тысяч). Предлагалось передислоцировать штаб Первого американского корпуса из Форт Льюиса на территорию Японии (в лагерь «Дзамма» префектуры Канагава). Представи­тели американской стороны заявили о готов­ности провести передислокацию в течение шести лет. Расположенную на Окинаве верто­лётную базу «Футэмма» предлагалось перевести в лагерь морской пехоты «Шваб», где японская сторона построит новую взлётно-посадочную полосу на насыпной территории прибрежного мелководья. Штаб воздушных Сил самообороны планировалось перевести на американскую базу «Йокота». Тренировочные полёты американских истребителей с расположенной на Окинаве базы «Кадэна» переводились на четыре северные базы воздушных Сил самообороны.

Итак, две встречи Комитета, состоявшиеся в 2005 году (февральская и октябрьская), имели огромное историческое значение. Конкретным результатом встречи 29 октября 2005 г. стало принятие программного документа «Американо-японский альянс. Трансформация и реоргани­зация для будущего». Большинство положений данного документа, также, как и принятого 19 февраля 2005 г. «Совместного заявления», основывается на новой американской стратегии обороны и трансформации вооруженных сил. Основные идеи новых документов таковы:

S Тесные взаимоотношения в рамках альянса играют важную роль в эффективном реагировании на глобальные вызовы и должны отражать изменения международной среды, связанные с безопасностью.

S На февральском заседании Комитета участники достигли взаимопонимания по общим стратегическим целям и подчеркнули необ­ходимость продолжать исследования ролей, задач и возможностей японских сил само­обороны и вооружённых сил США в деле достижения поставленных целей. Стороны так­же приняли решение активизировать консуль­тации по реформированию структуры базиро­вания американского контингента в Японии.

S В октябре 2005 г. Стороны подтвердили своё намерение совместно действовать для достижения региональных и глобальных стра­тегических целей, обозначенных в Февральском заявлении Комитета.

В процессе работы Комитета также рас­сматривались усилия, направленные на улучше­ние международной среды безопасности, на­пример, участие в международных акциях по поддержанию мира. Стороны подтвердили, что двухстороннее сотрудничество в деле улучше­ния международной среды безопасности для достижения региональных и глобальных стра­тегических целей стало важным элементом альянса. Причём США и Япония действуют в этом направлении, исходя из собственных возможностей.

Здесь также хотелось бы дать оценки теку­щего состояния японо-американского сотрудни­чества в рамках союза безопасности, данные представителями экспертного сообщества США и Японии. Так, Я. Окуси, полагает, что «Япония, извлекая безусловную выгоду из реорганизации американского военного присутствия на своей территории, должна при этом пересмотреть собственную политику в области безопасности, чтобы лучше соответствовать различным конфигурациям новых вызовов и угроз. Исходя из того, что Япония и США имеют общие национальные интересы, связанные со стабиль­ностью в АТР, обе страны должны повышать практическую эффективность сотрудничества в области безопасности для защиты мира и спо­койствия в регионе. Выработав скоординирован­ную политику реорганизации американского контингента в Японии и японских Сил само­обороны, стороны продемонстрировали общее видение ситуации и приступили к выработке двухсторонней стратегии. В ходе реализации Совместной инициативы по пересмотру обо­ронной политики (DPRI) должны быть выяв­лены слабые места общей оборонной страте­гии, в первую очередь с учётом их соответ­ствия угрозам со стороны Китая и Северной Кореи» [9].

Отношения в рамках альянса сохранили вер­тикальный характер. Задача оказания японскими Силами самообороны так называемой «тыловой поддержки» своему союзнику была по своей сути скорее «хозяйственной», а не военной функцией. Тем не менее, в США и Японии, можно констатировать, появляются силы, заин­тересованные в построении более горизонталь­ных и равноправных отношений путём более тесной координации между военными, в том числе при планировании небоевых операций.

Американское военное присутствие в Япо­нии будет сокращаться не только в целях уменьшения неудобств, причиняемых прини­мающей стороне, но прежде всего, ради со­хранения союза безопасности. Американские военные и дипломаты понимают, что, например, практика ночных учений с высадкой десанта в Ацуги является тяжёлым бременем для местного населения и поэтому должна быть прекращена. Использование передовых достижений в воен­ной и военно-технических сферах, поиск опти­мального баланса между обязанностями амери­канской и японской сторон в мирной обста­новке, достижение большей степени такти­ческого взаимодействия, совместное использо­вание военных объектов, - подобные меры смогут компенсировать уменьшение числен­ности американского военного контингента в Японии.

 

Список литературы

  1. National Defense Program Guidelines. FY 2005. [Online version]/mternet. -jda.go.jp/e/policy/f_ work/ taikou05/fy20050101.pdf
  2. Через два года после принятия первых Основных направлений программы национальной обороны в 1976 г., стороны разработали и приняли первые Руководящие принципы для альянса. Первый пересмотр оборонного плана состоялся в 1995 г., а уже через год была принята Совместная декларация по безопасности на 21-й век, а также разработаны новые Руководящие принципы. По­дробнее см.: Бунин В. Н. Японо-американский союз без­опасности. История и современность: (к 50-летию со дня основания). - М., 2000; Лешке В.Г. Японо-американский союз. Итоги трёх десятилетий. - М., 1983.
  3. Заседания японо-американского Консультатив­ного комитета безопасности с участием глав дипломатии-ческих и оборонных ведомств двух стран также часто называют «Встречи два плюс два».
  4. Joint Statement of the US-Japan Security Consulta­tive Committee. February 19, 2005. [Online version]/Internet. -state.gov/r/pa/prs/ps/2005/42490.htm
  5. Jimbo К. Evolution of Japanese Security Roles after September 11. [Online version]/Internet. -iiia.or.jp/pdf/ asia centre/jimbo 0203.pdf
  6. Treaty of Mutual Cooperation and Security Between Japan and the United States of America, January 19, 1960. -ida.go.ip/e/policy/f work/anpo .htm
  7. Подробнее см.: Цветова И.А. Эволюция совре­менной партийно-политической системы Японии». - М.,2002.
  8. U.S.-Japan Alliance: Transformation and Realign­ment for the Future//Security Consultative Committee Docu­ment [Online version]/Internet. -mofa. go.jp/ region/n-america/us/security/scc/doc0510.html
  9.  Okhushi Y. Realignment of the U.S. Forces and Impacts on Defense of Japan//DRC Annual Report, Tokyo,2005, P.52.
Фамилия автора: А. М. Бакитжанова
Год: 2011
Город: Алматы
Категория: История
Яндекс.Метрика