Исторический обзор эволюции ислама в советском Казахстане

 Мусульманская религия в советский период (1917-1991 годы) прошла сложную эво­люцию. Постоянный и жесткий контроль со стороны государства, а также гонения тоталитарной системы привели к процессам, связанным с «демусульманизацией» населения. В стране закрывались медресе, мечети, развивались атеистические взгляды на религию в целом, подвергались резкой кри­тике традиции с религиозной окраской, запрещалось отмечать праздники, сокращалось количество верующих, выполнявших паломничество, росло количество людей, проявляющих безразличие по отношению к религии.

Настоящая статья выполнена в рамках проекта «Ислам в современном Казахстане: сущность и итоги религиозного возрождения».

После Октябрьской революции в 1917 году стали усиливаться процессы по ликвидации ис­ламских устоев: закрывались мектебы (началь­ная школа, где преподавались чтение и письмо Корана), медресе (высшая исламская школа), ме­чети, мусульманские суды (шариаты), запреща­лось отмечать религиозные праздники. В одном из районов Южно-Казахстанской области были закрыты 30 мечетей из 30 [1], в западном Казах­стане ликвидированы все религиозные здания, в том числе мечети, медресе и т.д. [2].

С 1923 по 1929 годы на территории КазССР активно работала Комиссия по реформе тюрк­ского правописания, результатом стал переход арабского письма на кириллицу. Переход араб­ской графики на кириллицу благоприятно ска­зался на повышении уровня грамотности насе­ления, который к 1940 годам составил 79,3% [3, с. 45]. Трансформация в письме, закрытие мече­тей послужили причиной ослабевания роли има­мов, представляющихся носителями Священной книги Коран. Переход письма на кириллицу, ско­рее, вызван не русификацией населения, а унич­тожением влияния ислама, так как грузинская и армянская графика оставалась неизменной. Не­смотря на гонения, которым подвергались свя­щеннослужители, ритуалы религиозного харак­тера продолжали проводиться тайно местными имамами, что явилось результатом наличия ду­ховной силы у казахского народа. Правящая ком­мунистическая идеология (на тот момент един­ственная идеология) к любой религии подходила атеистично.

Принятые Декреты в декабре 1917 года «О гражданском браке, о детях и о ведении книг актов состояния» и «О расторжении брака» внесли значительные изменения в институты семьи. На основании Декрета был установлен конкретный возраст для брака 18 лет для муж­чин, 16 лет - для женщин. Однако на террито­рии Казахстана продолжали заключаться как ранние браки, так и браки по мусульманским обычаям - никах (неке қию). Обычай, имеющий древнюю историю - калым, был запрещен в 1921 году, а многоженство и принуждение жен­щины к выходу замуж вопреки ее воле - в 1924 году. К началу XX века количество вторых жен (тоқал) в Сырдарьинской области доходило до 15,7 тыс., в Семиречье - 14,4 тыс. женщин [4, с. 15-20]. Некоторые обычаи, такие, как «калым», «выход замуж вопреки воле женщины», не име­ющие отношения к исламу, стали запрещаться, что объясняется недостаточным религиозным просвещением. Ликвидация религиозных ин­ститутов, понятия «социальное обеспечение», «рабочее время», «трудовое право», появивши­еся в 1921 году, стали постепенно сужать функ­ции шариата.

Касательно отношений между государством и религией, то они были изложены в Декрете «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» от 20 января 1918 года. К 20 годам прошлого столетия государство по отношению к религии придерживалось нейтралитета, тем не менее, упоминание вероисповедания запре­щалось. Мусульманский социалистический ко­миссариат, организованный при Наркомнац и его представительства в КазССР (в Семипала­тинске, Верном) привлекали людей, исповедую­щих ислам, к социалистическим идеям, нежели религиозным. Хотя при поддержке данного ко­миссариата в 1918 году пятница была объявлена выходным днем, в 1919 году празднование Кур-бан-Айта разрешилось. Но уже через год, в 1920 году, Наркомнац начал ужесточать свою полити­ку по отношению к религии в общем и исламу, в частности. На основе Декрета все имущество ис­ламских мечетей, медресе передавалось государ­ству: «... имущество, принадлежавшее мусуль­манским организациям, объявлено народным достоянием, преподавание религии в школах от­менялось» [5, с. 9]. Декрет «О свободе совести», принятый в 1918 году, носил лишь формальный характер, религиозные учреждения не могли яв­ляться юридическим лицом и, соответственно, не имели юридического статуса, необходимого для ведения агитационных работ, просветитель­ской работы, распространения литературы рели­гиозного характера и т.д. Священнослужители, не прошедшие регистрацию, получали статус «бродячих мулл», «бродячих служителей куль­та», «самозваных мулл». Наличие незарегистри­рованных мулл в казахских аулах - естественный процесс, являющийся результатом антирелиги­озной политики советского государства. Прин­цип «один мулла - одна мечеть в каждом ауле» не мог удовлетворить духовно-религиозные нужды казахского населения, в котором многие обряды (жаназа - похороны, сундет - обрезание) проводились исключительно муллой. Поэтому естественно, что количество мулл (в составе 1 человека) было недостаточным. Что касается мечетей, то и их количество оставляло желать лучшего. Как утверждает А. Беннигсен, «Одна мечеть приходилась на 90 тысяч мусульман» [6, с. 19]. Свобода совести предусматривает право человека на выбор религии, быть последовате­лем той религии, которая ему близка, право на отречение от религии, не исповедовать вообще.

Следовательно, такие термины, как «свобода со­вести», «светское государство», были не совсем приемлемы для Советского Союза. Скорее, рели­гиозная политика, проводимая Москвой, носила секулярный характер, религия не участвовала в общественной жизни и рассматривалась как не­что отдаленное, но в тоже время зависимое от государства.

В период с 1920 по 1940 годы религиозные сторонники стали жертвой жесточайшей борьбы с религиозными институтами. Подобная борьба завершалась в основном лишением жизни или свободы человека, объявлением его социально-опасным, принуждением на определенный вид труда. В Советском Союзе с его тоталитарной системой особое внимание уделялось этническо­му составу населения, а не конфессиональному.

По мнению Б.М. Ауанасовой, «1920-1930-е годы стали объективным водоразделом между развитием ислама в XIX веке и начале ХХ века и советским периодом с 1941 по 1991 годы» [7,с. 14].

До начала Великой Отечественной войны (1941-1945 годы) религия подвергалась гонениям со стороны государства, то есть отношения меж­ду государством и религией были натянутыми. Однако война послужила причиной заново пере­смотреть государственно-религиозную полити­ку с целью объединить народ, наиболее важным для государства было идейное перемирие. Соз­дание духовных управлений мусульман в Уфе, Баку, Ташкенте не повлекло за собой открытие аналогичного учреждения и в Казахстане. По­сле постановления СНК (от 19 декабря 1944 года №1944) «О порядке открытия молитвенных зда­ний религиозных культов», в 1945 году молит­венные здания были открыты во многих городах КазССР (Алма-Ате, Семипалатинске, Павлода­ре, Уральске и др.), в 1948 году - Акмолинске, Джамбуле, Чимкенте. Итого количество зареги­стрированных молитвенных домов составило 30 [7, с. 18]. Со второй половины 1950-х годов по 1970-е годы количество мечетей доходило до 25[6, с. 19].

Война поспособствовала в предоставлении свободы верующим в религиозной сфере в неко­торой степени. Трудно предположить состояние верующих и политику в отношении них в слу­чае отсутствия военного времени. Война и «бес­полезность» борьбы с верующими (так как она приносила иногда и обратный эффект) послужили причиной прекратить борьбу с религиозными представителями, по крайней мере, при Стали­не. 28 января 1946 года было принято постанов­ление «О молитвенных зданиях религиозных обществ», согласно которому местные власти не могли закрывать религиозные организации в бесконтрольной форме. В 1948 году в КазССР было 30 мечетей, а к началу 1950-х годов - 20 [7, с. 30-31]. Закрытию мечетей могли повлиять разные факторы, «СПДРК постановил закрыть мечеть в г. Панфилов ввиду того, что община не в состоянии содержать здание и не производит согласно договору надлежащего ремонта. Вслед­ствие чего оно как памятник архитектуры под­вергается порче» [7, с. 31].

Уже в 50-е годы ХХ века с приходом к власти Н. С. Хрущева гонения по отношению к религии возрождаются, что можно проследить и в малом количестве желающих выполнить паломниче­ство (хадж) в г. Мекку. Исследователь Муста-фина Р. М. приводит следующие факты: «в 1958 году на паломничество в Мекку было подано 53 заявления, в 1959 году - 52, 1960 году - 17. Из них паломничество совершили в 1958 году -1 человек, 1959 году - 1, а в 1960 году не ездил никто» [8, с. 152]. Следовательно, к 1960 году количество желающих выполнить хадж сократи­лось в три раза. Однако еще в начале ХХ века, в 1905 году, 500 казахов в Омске получили раз­решение на выполнение хаджа [9, с. 116]. Уже -сточение антирелигиозной политики отразилось в Постановлении ЦК КПСС «О крупных недо­статках в научно-атеистической пропаганды и мерах ее улучшения» от 7 июля 1954 года, а также «Об ошибках в проведении научно-атеи­стической пропаганды среди населения» от 10 ноября 1964 года.

Хрущевское время считается наиболее «пла­чевным» временем ислама и других религий на территории Казахстана. Гонениям подлежали «космополитические» религии, к которым отно­сились все конфессии, функционировавшие на территории СССР. Среди основных задач данной антирелигиозной кампании была ликвидация ре­лигиозных учреждений молитв, в том числе ме­четей, церквей, синагог и т.д. В 1960-е годы была одна синагога, одна армянская церковь, одна об­щина баптистов и одна мечеть [9], по сравнению с 1910 годом, когда в Чимкенте зарегистриро­вано 36 мечетей, Перовске - 4, Казалинске - 5, Аулие-Ате - 21 [4, с. 29]. На основании Реше­ния «О мерах по прекращению паломничества к так называемым «святым местам», в Казахсской ССР было закрыто 13 из 26 святых мест» [10]. Святой источник «Аяк-Калкан» (Алматинская обл.) стал курортом, мавзолей Укач-Ата - лаге­рем для пионеров, «Узун-Ата» - ветеринарный пункт [7, с. 37].

Увеличилось издание литературы антире­лигиозного характера на разных языках СССР, с 1 января 1962 года по 31 декабря 1964 года в СССР издано 210 литератур, в том числе 50 на казахском языке.

Период с 1960 по 1980 годы религия отошла в частную жизнь, приобрела замкнутый, более са­мостоятельный характер, религиозные ритуалы продолжались проводиться тайно. В 1970-е годы антирелигиозная работа принесла свои плоды; большая часть населения являлась атеистами, вопрос о религии не был интересен массам, ре­лигия перестала быть объектом внимания.

В 1960-1970-е годы наблюдается борьба против народных традиций, зафиксировавших­ся как исламские. Резкой критике подвергались обычаи, связанные с уплатой калыма (қалың мал), похищением девушек (алып қашу). Казах­ские традиции «бесік құда» (раннее сватовство), «тасаттық» (обрядом вызывания дождя) и дру­гие продолжали существовать. Однако те и дру­гие традиции не носят какой-либо религиозный характер, а скорее входят в обычаи казахского народа. Вопреки этому, ислам не поддержива­ет обычай похищения девушки без ее согласия, обычай хоронить умершего после трое суток и др. Древние институты аменгерства (левирата), калыма нашли поддержку в исламе. В казахских семьях и по сей день бытуют доисламские обы­чаи, которые на протяжении многих веков вос­принимались как исламскими. Ислам не вытес­нил все казахские традиции, так как некоторые из них не считаются противоречивыми с данной религией.

В течение последнего этапа советского пери­ода, с 1980 по 1991 годы, ислам принял совсем иной курс. Советскими идеологами прогнозиро­валась гибель мусульманской религии на терри­тории СССР, однако пришел процесс исламско­го возрождения. Старания властей ужесточить религиозную политику, поддержать атеистиче­скую кампанию, заново провести хрущевскую антирелигиозную политику с гонениями потер­пели неудачу. Одним из краткосрочных (до рас­пада Советского союза) и, пожалуй, последних моделей религиозной политики советской вла­сти является Закон «О свободе совести и религи­озных организациях», принятый 5 мая 1991 года Верховным Советом Казахской ССР.

Традиция посещения святых мест возоб­новилась в 80-е годы ХХ века и была принята в качестве акта исламского возрождения. Но уже в 90-е годы стало рассматриваться много­божием. Как отметил академик А.К. Кошанов, «в советский период государственная политика была ориентирована на коммунистическую иде­ологию, существовал определенный запрет на религию» [11, с. 52]. В мировой практике отно­шения между государством и религией рассма­тривались по следующему принципу: 1) религия управляет государством; 2) государство управ­ляет религией (по принципу «чья власть - того и вера»); 3) религия - дело каждого индивида. Советскому Союзу был присущ второй вид го­сударственно-религиозных отношений, и соот­ветственно государство вмешивалось в религи­озную деятельность в стране.

Эволюция развития религиозных отноше­ний между государством и религией довольно сложная: антирелигиозная кампания при Со­ветском Союзе начала свою работу еще в 20-е годы ХХ века. Начиная с 1927 года по указанию И. Сталина, ислам попал в ранг «классового вра­га трудящихся», следствием чего стали запрет на получение религиозного образования, разру­шение культовых сооружений, закрытие рели­гиозных издательств и др., что в последующем привело к появлению фундаменталистских, не­легальных течений ислама. В период войны и послевоенный период борьба против религии продолжалась в разной степени активности. Пе­риод Н. С. Хрущева отличился ужесточением ан­тирелигиозной борьбы. Известно, что к началу 60-х годов в Казахстане уже прекратилось стро­ительство мечетей. На рубеже 80-90-х годов на территории Казахстана начался этап этническо­го возрождения, возрождения древних традиций и обычаев, в том числе и религиозных.

С распадом Советского Союза ислам стал средством «этностроительства», способного объединить народ и государство. Мы не можем отрицать и то, что стержнем этностроительства являются и тэнгрианские верования.

Религиозность казахского народа не отличи­лась фанатичностью и в советский период. Дух патриотичности в годы войны и послевоенного времени не настроили местное население про­тив Советской власти. В советский период ис­ламские принципы передавались посредством семейного воспитания. Народный ислам глубо­ко сросся в культуре казахов, и провести грань между каноническим исламом и бытовым стало сложным. Несмотря на усиленные попытки го­сударства отдалить народ от религии, которые шли на протяжении десятилетий, сохранилась религиозность, однако в наименьшей степени.

 

Литература

1    ЦГА РК. Фонд 789. - Опись 1 - Дело 29. -Связана 1. - Л. 52

2    ЦГА РК. Фонд 789. - Опись 1 - Дело 29. -Связана 1. - Л. 53

3    История Казахской ССР (с древнейших времен до наших дней). В 5-ти томах. - Алма-Ата: Наука КазССР, 1981. - Т. 5. - 696 с.

4    Мустафина Р.М. Представления, культуры, обряды у казахов (в контексте бытового ислама в Южном Казахстане в конце XIX-XX веков). -Алма-Ата: Қазақ университеті, 1992. - 176 с.

5    Ислам в СССР. Особенности процесса се­куляризации в республиках Советского Восто­ка.- М.: Мысль, 1983.

6    Ауанасова Б.М. История эволюции рели­гиозных отношений в Казахстане (на примере ислама 1941-1991 гг.): автореф. к.и.н. -Уральск,2007.

7    Ауанасова Б.М. История эволюции рели­гиозных отношений в Казахстане (на примере ислама 1941-1991 гг.): дис. . к.и.н. -Уральск, 2007. - 135 с.

8    Султангалиева А.К. Ислам в Казахстане: история. Этничность и общество. - Алматы: КИСИ, 1998. - 188 с.

9    Мухтарова Г.Д. Ислам в советском Казах­стане (1917-1991 годы): дис. ..д-ра ист. наук. Уральск, 2007. - 310 с. 

10    АП РК Ф.708, Оп.34, Д.1651, л.174

11    Джалилов З. Г. Ислам и общество в со­временном Казахстане. - Алматы: Дайк-Пресс,2006. - 204 с.

Фамилия автора: А. А. Мустафаева
Год: 2012
Город: Алматы
Категория: Востоковедение
Яндекс.Метрика