Советско-Иранские переговоры 1946 года

(подготовлено на основе материалов Архива Политических Документов Управления Делами Президента Азербайджанской Республики)

В ходе Второй Мировой войны в политике «Большой Тройки» (Англия, США и СССР) по отношению к Ирану нефтяной фактор пере­вешивал своим значением геополитический фактор. Финансово-экономический потенциал Великобритании в регионе, ее возможности по контролю за топливными и энергетическими ресурсами, а также «нефтяная активизация» США в Иране, вынудили Советский Союз также активизировать свои усилия.

А Иранское руководство в целях пресечения усиливавшегося день ото дня движения за авто­номию в Южном Азербайджане и недопущения его распространения в другие провинции страны единственным выходом из ситуации увидело в том, чтобы найти общий язык с Советским Союзом. Для этого было осуществлено возвра­щение к власти Ахмеда Кавама, который устраи­вал каждого члена «Большой тройки» и мог наладить отношения с Советским Союзом [1]. Ставший вновь во многом благодаря покрови­тельству советского руководства премьер-ми­нистром Ахмед Кавам, считал своим первым долгом и задачей «решение» азербайджанского вопроса. С этой целью с 19 февраля по 7 марта 1946 года он провел переговоры в Москве с руководством СССР [2].

Основываясь на архивных материалах, мы можем отметить, что московские переговоры, больше велись в письменной форме, чем в устной. Что давало сторонам возможность для консультаций со своими правительствами. Одним из таких документов является письмо пред­ставленное премьером Кавамом сотруднику Народного Комиссариата Иностранных Дел (НКИД) П. Зудину 24 февраля 1946 года. Вторая часть того письма была посвящена теме Азер­байджана. Там говорилось: «С момента начала истории Ирана - минимум со времени 2500 летней давности и до наших дней провинция Азербайджан считалась неотъемлемой частью Ирана. Эта провинция, как с этнографической точки зрения, так и с точки зрения идеологии и народных традиций и обычаев принадлежала Ирану. В Азербайджане не считая иранизма со стороны народа никогда не поднимался вопрос об особой национальности. Несмотря на обще­ние  азербайджанского  народа  на тюркском языке, на протяжении всей 2500 летней истории все переписка и письмо велись на фарси. Согласно перечисленным фактам, нет никаких исторических законных оснований, чтобы признавать движение за автономию в Южном Азербайджане и незаконные действия, направ­ленные против территориальной целостности Ирана» [3].

Премьер-министр считал что, вопрос Азер­байджана с условием сохранения независимости Ирана и его территориальной целостности можно решить воплощением в жизнь и прове­дением следующих реформ:

  1. Объявление амнистии всем участникам движения за автономию;
  2. Провести выборы в провинциальные энджумены с предоставлением следующих прав: а) право на организацию местного бюджета и контроль над налоговыми доходами и отчисле­ниями; б) право на установление новых налогов в целях обеспечения местных потребностей в дорожном строительстве, народном образова­нии, здравоохранение, и т.п.; в) право на про­дажу, обмен и распределение государственной собственности в Азербайджанском генерал-губернаторстве с условием соблюдения сущест­вующего законодательства; г) право выражать свое мнение во время назначения руководителей городского управления, народного образования, полиции, здравоохранения, генерал-губерна­торства и других государственных учреждений[4].

Приглашение Кавама в Москву вызвало не­которые подозрения и сомнения и у I Секретаря ЦК КП Азербайджанской ССР М. Багирова. В своем письме Сталину и Молотову от 21 февраля он упорно напоминал один важный исторический момент и факт: «Когда подавляя-лось, движение Саттархана, Кавам был ми­нистром иностранных дел Ирана, а во время ликвидации национально-освободительного дви­жения в Гилане он также занимал пост в составе правительства [5].

25 февраля 1946 года В. Молотов представил Каваму ответное письмо. Ответное письмо Молотова состояло из 3 разделов: 1) Ситуация в Иранском Азербайджане; 2) Вопрос концессий по нефти; 3) Вывод советских войск с Ирана.

В связи с первым вопросом, то есть с ситуацией в Иранском Азербайджане Молотов писал: «Учитывая трудное положение в которое попало правительство Ирана, относительно Азер­байджана предлагаются следующие компро­миссные предложения:

1) В провинции Азербайджан создается автономное самоуправление. Это самоуправление осуществляется со стороны Азербайджанского провинциального энджумена и избранного им регионального правительства, а в уездах со стороны уездного энджумена и их исполнительных комитетов. Азербайджанское региональное правительство обладает своим премьер-министром, министерствами: плюс обладает полицейскими, судебными, прокурорскими и транспортными органами.

2)     За азербайджанским населением признается право на использование родного языка, переписка в местном управлении, образование в школах, судопроизводство, и т.п. осуществляется на родном языке.

3)    Премьер-министр Азербайджана одновре­менно считается генерал-губернатором провин­ции Азербайджана и утверждается и одобряется иранским правительством. Командир Азербайд­жанского военного округа назначается иранским правительством с согласия регионального азер­байджанского правительства. Отношения и связь Азербайджанского правительства с центром осу­ществляется на фарси.

4)    Во время определения налоговых и бюд­жетных доходов Иранского Азербайджана в бюджет регионального правительства Азербайд­жана выделяется 70% доходов по Азербайд­жану.

5)    Иранское правительство подтверждает и гарантирует право на свободу действия демокра­тическим организациям на территории Иран­ского Азербайджана.

6)    В выборах в меджлис Ирана количество депутатов с Азербайджана будет расти, и опре­деляться в соответствии с численностью его населения» [6].

В. Молотов в связи с вопросом концессий по нефти писал: «Беря во внимание желание иранского правительства, Ирана о возврате ему нефтяных концессий на севере Ирана советское правительство считает, возможным замену дан­ного предложения на другое которое предпола­гает, создание совместного ирано-советского предприятия по разведке, обработке и добыче нефти на севере Ирана. Но с одним условием, что   51%   акций   совместного предприятия должны принадлежать советской стороне, а 49% иранской стороне» [7].

В 3-м разделе письма, то есть в связи с вопросом о выводе советских войск с Ирана писалось: «Советское правительство, начиная, со 2 марта намерено начать вывод своих войск с некоторых районов Ирана. Что же касается других войсковых подразделений, то они согласно советско-иранскому договору от 26 февраля 1921 года временно останутся в Иране. Войска полностью будут выведены с Ирана, тогда когда иранское правительство положит конец всем враждебным и недружественным шагам в отношении Советского Союза» [8].

Ахмед Кавам-эс-Салтане написав 26 февраля свое второе письмо Молотову, на следующий день представил его сотруднику НКИД СССР П. Б. Зудину. Содержание того письма было следующим: «Сохранение в будущем советских войск в Иране или же создание автономии внутри Ирана без сомнения послужит причиной ослабления дружественных чувств, приведет к появлению озабоченности и сожаления в душе нашего народа. Еще раз хочу привлечь ваше внимание к тому факту что, что провозглашение автономии и создание регионального правитель­ства на территории, являющейся с древних времен нераздельной частью Ирана противоре­чит конституции страны (Ирана).

Что же касается вывода советских войск с Ирана, то я с сожалением должен отметить что, уважаемое советское правительство не согласно эвакуировать их до 2 марта 1946 года. Но я вижу, что вы больше ссылаетесь на 6-й раздел договора от 26 февраля 1921 года. Считаю нужным довести до вашего сведения что, совет­ское правительство может ссылаться на указан­ный пункт только в случае попытки вторжения в СССР с территории Ирана третьей страны» [9].

Советское правительство 28 февраля подго­товило письмо протеста Ахмеду Каваму, кото­рое было вручено ему в Москве послом СССР в Иране И. В. Садчиковым. Там говорилось: «В 1944 году советское правительство подняло вопрос перед иранским правительством о пере­даче СССР нефтяных концессий в северных районах Ирана. Так как на юге Ирана уже довольно давно функционирую английские нефтяные концессии, то притязание СССР на месторождения и нефтяные концессии на севере Ирана юридически не вызывают никаких споров. Но руководство Ирана отвергло данное предложение Ирана. Советское правительство вопреки  своим  интересам  заменило предло­жение о передаче себе нефтяных концессий, на другое предложение предполагающее создание совместного советско-иранского предприятия. Но иранская сторона в своем письме от 26 февраля не дала своего согласия и на это компромиссное предложение СССР. Видя от­сутствие желания иранского правительства было решено аннулировать компромиссный вариант. Что же касается проблем связанных с Южным Азербайджаном, то советская сторона считала и продолжает считать этот вопрос внутренним делом Ирана. Как видно из письма иранской стороны от 26 февраля иранское правительство отвергает предложенный модус. Именно по причине этого вопрос посредничества СССР в этом деле откладывается» [10].

В указанном письме факты, на которое ссылалось правительство СССР, касаясь, вопроса пребывания советских войск в Иране вызывают, еще больший интерес и имели следующее содержание: «В 1919 году на Парижской мирной конференции был представлен меморандум с подписью министра иностранных дел Ирана Мушавер-оль- Мамалека, где требовалось при­соединить к Ирану Советский Азербайджан вместе с Баку, Советский Туркменистан вместе с Ашхабадом и Мервом, советскую Армению вместе с Ереваном. Несмотря на подобные оккупационные планы Ирана, советское прави­тельство со дня своего создания заявляло о желании создания и развития дружественных отношений с Ираном, в феврале 1921 года же было   заключено   двухстороннее соглашение.[11].

2 марта Телеграфное Агентство Советского Союза (ТАСС), неожиданно для всех распро­странило заявление советского военного ко­мандования о выводе части советских войск с иранских городов Мешхед, Шахруд и Семнан. В заявлении говорилось: «25 февраля во время переговоров с премьер-министром Ирана Кавам-эс- Салтаней ему было объявлено следующее решение советского правительства о том что, с районов Ирана где частично восстановлен порядок, а именно с районов Машхад, Шахруд и Семнан в восточной части Ирана начиная со 2 марта будут выведены советские воинские части. Что же касается советских войск в других районах Ирана, то до прояснения там ситуации советские войска останутся там [12].

На следующий день после распространения новости о выводе советских войск с некоторых районов Ирана 3 марта Кавам-эс-Салтане в своем письме адрессованном Народному Комис­сару Иностранных Дел В. Молотову вновь вы­разил последнему свою озабоченность сложив­шейся ситуацией: «2 марта 1946 года в 53-м номере газеты «Известия» было распространено официальное заявление ТАСС о решении совет­ского правительства вывести свои войска с городов Мешхед, Шахруд и Семнан. В то же время объявлено, что советские войска оста­нутся в других районах Ирана до прояснения там ситуации. В связи с этим хочу довести до вашего сведения следующее: Согласно подпи­санному 29 января 1942 года в Тегеране Трех­стороннему соглашению между Ираном, Вели­кобританией и СССР, до 2 марта (6 месяцев спустя после окончания войны) вывод войск с Ирана является бесспорным и обязательным. В связи с этим в указанное время английские войска были полностью выведены с Ирана. Именно вследствие этого нахождение и сохра­нение советских войск в некоторых районах Ирана не согласуется с указанным договором»[13].

4   марта Кавам представил сотруднику НКИД СССР Шпедкову новые предложения. Письмо, отражающее его новые предложения было следующего содержания: «....Если советское правительство пойдет на уступки в вопросе вывода своих войск и в вопросе Южного Азербайджана, тогда у меня будет достаточно времени чтобы, поехав в Тегеран подготовить проект создания совместного предприятия и представить его на рассмотрение парламента[14].

Хотелось отметить еще один интересный факт, который заключается в том, что Кавам во время визита в Москву также ввязался в двойную игру. Премьер- министр Ирана, укре­пивший себя во мнении, что ему не удасться дождаться уступок от СССР, пытался добиться опеки США и приобрести его поддержку. Его встреча 4 марта с временным уполномоченным США в СССР Д. Кеннаном, служила именно этим целям. Американский дипломат в ука­занных встречах, косвенно донес до главы правительства Ирана мысль о поддержке Ирана со стороны США: «США как член ООН относиться к своим обязательствам серьезно. Если этот вопрос будет еще раз поднят Ираном или другой страной в совете безопасности ООН, то США предпримут все чтобы добиться реше­ния проблемы согласно уставу ООН» [15].

5   марта вечером Сталин дал прием в честь иранской делегации, на котором Кавам пожало­вался Сталину на то что, переговоры с Моло­товым завершились безрезультатно. На это Сталин, усмехнувший сказал: «Теперь ты хо­рошо понимаешь мое положение. Меня считают самым жестким человеком, Молотов в нашей группе вообще жесткий. Я постараюсь быть посредником между вами. Уверен, что мой по­сол, прибыв в Тегеран, принесет вам несколько хороших вестей» [16]. Эти слова Сталина все­лили надежду в Кавама и действительно вскоре эта надежда стала превращаться в реальность.

7 марта Кавам подписал Советско-Иранское официальное заявление о результатах двухне­дельных переговоров и покинул Москву. А 24 марта Сталин отдал приказ о выводе всех войск, учреждений и складов из Ирана для занятия мест постоянной дислокации на территории Бакинского военного округа [17].

 

Литература

  1. Башкиров А. Рабочее и профсоюзное движение в Иране. М., Профиздат, 1948, с.62
  2. Гасанлы ДЖ. СССР-Иран: Азербайджанский кризис и начало  холодной войны  (1941-1946гг).  М., Герои Отечества, 2006, с.253-274
  3. Архив Политических Документов Управления Делами Президента Азербайджанской Республики (АПД УДП АР), ф.1, оп.89, д.113, л.65
  4. АПД УДП АР, ф.1, оп.89, д.113, л.67
  5. АПД УДП АР, ф.1, оп.89, д.112, л.28
  6. АПД УДП АР, ф.1, оп.89, д.113, л.68-69
  7. АПД УДП АР, ф.1, оп.89, д.113, л.69
  8. АПД УДП АР, ф.1, оп.89, д.113, л.69
  9. АПД УДП АР, ф.1, оп.89, д.113, л.70-73
  10. АПД УДП АР, ф.1, оп.89, д.113, л.75
  11. АПД УДП АР, ф.1, оп.89, д.113, л.75-76
  12.  О советских войсках в Иране, газета «Коммунист», Баку, 02 марта 1946 год (на азербайджанском языке)
  13. АПД УДП АР, ф.1, оп.89, д.113, л.79
  14. АПД УДП АР, ф.1, оп.89, д.113, л.80-81
  15. Foreign Relations of the United States, 1946. The Near East and Africa. Volume 7. Washington, D.C.: Government Printing Office, 1969, p. 337-338
  16. Fatemi F.S. The USSR in Iran. New-York - London, 1980, p. 294
  17. АПД УДП АР, ф.1, оп.89, д.112, л.39
Фамилия автора: Исмаилов Вахид Джаббар оглу
Год: 2011
Город: Алматы
Категория: История
Яндекс.Метрика