Совершенствование института представительства в суде

В юридические консультации часто обращаются лица, нуждающиеся в юридической помощи на стадии уже возбужденного гражданского дела, которое рассматривается в суде по существу, или на более поздних стадиях процесса, когда решение суда вынесено не в пользу обратившегося лица.

Зачастую изучение представленных документов показывает, что иного решения суд  и не мог вынести, так как:  либо неверно поставлен перед судом вопрос, либо некачественно составлен исковой материал, либо ненадлежащим образом проведена работа по подготовке к процессу, либо в ходе процесса не исчерпаны все предусмотренные Гражданско-процессуальным кодексом полномочия стороны и так далее.

На вопросы относительно того, представляет ли обратившийся свои интересы в суде сам или ему помогает представитель, следует ответ «да, представитель есть».

Но нередки случаи, когда обратившееся лицо даже не может вспомнить фамилию своего представителя, не говоря уже о принадлежности этого представителя к какой-нибудь организации, месте нахождения офиса и так далее.

Почему так происходит? Дело в том, что практически любой желающий может предложить свои услуги (именно услуги, а не квалифицированную юридическую помощь) в качестве представителя.

В результате такой «горе – представитель», как затем заявляет обратившееся в юридическую консультацию лицо, «говорил и писал не так, как нужно».

Суть проблемы – возможность участия в гражданском судопроизводстве в качестве представителя практически любого гражданина, оформившего свои полномочия надлежащим образом.

Согласно действующему законодательству (статья 59 ГПК РК) представителем может быть достаточно широкий круг дееспособных граждан, в числе которых адвокаты, работники юридических лиц – по делам этих юридических лиц, уполномоченные профессиональных союзов, уполномоченные организаций, которым законом, уставом или положением предоставлено право защищать права и интересы других лиц, один из соучастников по поручению других соучастников, другие лица, допущенные судом по просьбе лиц, участвующих в деле.

С одной стороны столь широкий перечень дает гражданам максимальный простор для выбора представителя. Но с другой стороны, нет гарантий того, что представительство будет осуществляться во всех случаях знающим и умелым специалистом.

Практика допуска к представительству в суде практически любого гражданина, с нашей точки зрения,  не оправдала себя. Ни для кого не секрет, что в судах стабильно участвуют лица  (фамилии некоторых из них на слуху у всех, но из этических соображений они не будут названы), которые не имеют даже юридического образования и вообще не знакомы с этическими нормами поведения в целом и в суде в частности.

Для профессионального занятия этой деятельностью необходима хорошая теоретическая подготовка, знание форм судопроизводства и практические навыки по их применению.

На сегодняшний день закон не страхует граждан от неудачного выбора представителя. Вместе с тем, Закон РК «Об адвокатской деятельности», Правила профессиональной этики адвокатов, гарантируют квалифицированную юридическую помощь, оказываемую на профессиональной основе.

Гарантии эти уже начинаются на стадии  решения адвокатом вопроса о принятии поручения на ведение гражданского дела.

Бесспорен запрет на заключение соглашения в случае, если адвокат по данному делу ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам лица, обратившегося  с просьбой о ведении дела, если адвокат ранее участвовал в деле в качестве судьи, прокурора, эксперта, переводчика, свидетеля, понятого, если адвокат состоит в родственных отношениях с должностным лицом, принимающим участие в рассмотрении дела.

Правила адвокатской этики дополняют эти запреты следующими ограничениями: адвокат не вправе принять поручение, если притязания доверителя не защищаются законом, имеет место несовпадение правовой позиции адвоката и обратившегося за юридической помощью лица, обнаруживается отсутствие фактов, необходимых для обоснования требований и возражений доверителя, обоснование требований и возражений не может быть подтверждено доказательствами, допустимыми для данных правоотношений.

Соблюдение перечисленных запретов – это обязанность адвоката-представителя, а их игнорирование может привести к негативным для адвоката последствиям. Однако это запреты не распространяются на «просто» представителей, что приводит или может привести к нарушению и ущемлению прав доверителей.

Не менее важным является правило, которое хотя и не закреплено на законодательном уровне, но действует в практике представителей адвокатского сообщества – судебная перспектива дела и перспектива исполнения решения.

Следует всегда помнить крылатые фразы известных людей: «Ничто не навредит так процессу, как название его беспроигрышным» (Э. Пикар), «Отговорить клиента от неудачного процесса – значит оказать ему большую услугу» (М. Мало).

Кроме того, лицам, нуждающимся в юридической помощи, следует понимать, что адвокатская деятельность не только на стадии принятия поручения, но и в целом осуществляется в соответствии с нормами ГПК, Законом «Об адвокатской деятельности», Правилами профессиональной этики и другими локальными нормативно-правовыми актами.

Адвокаты в силу закона обязаны совершенствовать свои правовые знания, проходить аттестацию, постоянно повышать профессиональный уровень, квалификацию, мастерство.

Деятельность адвоката носит публично-правовой характер и осуществляется под постоянным наблюдением адвокатского сообщества и органов Коллегии адвокатов.

При нарушении адвокатом требований законодательства к нему могут быть применены меры дисциплинарного воздействия, вплоть до исключения из членов Коллегии адвокатов и даже более строго наказания – лишение лицензии. Не следует также забывать, что претенденты на приобретение статуса адвоката проходят жесткий профессиональный отбор: стажировка, сдача экзамена, получение лицензии и так далее, что служит дополнительной гарантией формирования адвокатского корпуса из числа профессионалов.

Что касается «иных» представителей, то не следует забывать, что их деятельность никем не контролируется, они не связаны никакими обязательствами, в том числе по оказанию в установленных законом случаях юридической помощи бесплатно, практически не несут никакой ответственности за непрофессиональную, некачественную работу, не обременены правилами профессиональной этики.

Порой различные структуры и просто физические лица, оказывающие юридические услуги населению, используют для привлечения граждан броскую рекламу («Решим любые проблемы»), в нарушение действующего законодательства используют в своих названиях адвокатскую терминологию, а фактически юридической помощи не оказывают.

Думаю, многие из адвокатов сталкивались с ситуацией, когда обратившееся лицо сообщает, что он передал документы «своему представителю», произвел оплату его труда, а теперь вообще не может его найти.

Полагаю, что адвокат – представитель в отличие от человека, далекого от юриспруденции или имеющего юридическое образование, но специализирующегося в иной правоприменительной деятельности – наиболее предпочтительный вариант представителя для лиц, нуждающихся в юридической помощи.

Конечно, от ошибок никто не может быть застрахован, но возможности для их исправления и способы воздействия на лиц, их допустивших, несоизмеримы между адвокатами – представителями и «иными» представителями.

И еще один аспект данной проблемы – любой уважающий себя адвокат действует по принципу «интересы клиента превыше всего, но не вместо всего», закон и нравственность в профессии адвоката выше воли доверителя.

Что же касается способов и методов деятельности, присущих некоторым представителям не из числа адвокатского сообщества, то они не выдерживают никакой критики и могут служить предметом для отдельного разговора.

В обоснование своих доводов в пользу введения адвокатской монополии (в хорошем и правильном понимании значения данного термина) на ведение гражданских дел в суде, хотелось бы завершить следующим.

Согласно статье 4 Закона РК «Об адвокатской деятельности» профессиональная защита по уголовным делам осуществляется только адвокатами. А разве гражданские дела по своей сути проще уголовных? Или они требуют меньше времени для их подготовки и участия в рассмотрении по существу? Почему право участия в судебных инстанциях при  разрешении споров по существу или при пересмотре состоявшихся судебных актов нужно отдавать непрофессионалам?

И, наконец, почему в судах участвуют лица, практически осуществляющие адвокатскую деятельность без лицензии, в то время как данный вид деятельности подлежит лицензированию?

Представляется необходимым, исходя, прежде всего из правильного понимания интересов нуждающихся в юридической помощи физических и юридических лиц,  законодательно закрепить правило об обязательном ведении гражданских дел через адвокатов – представителей.

Работу в данном направлении можно начать, хотя бы в порядке эксперимента, с обязательного ведения отдельных категорий гражданских дел или в судах определенного уровня только адвокатами – представителями.

Хотелось бы узнать мнение по данному вопросу коллег и всех, кто имеет отношение к отправлению правосудия по гражданским делам.

Фамилия автора: Терещенко Л.А.
Год: 2012
Город: Астана
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика