Концепция тихоокеанского сообщества и внешняя политика Токио (1945-1990): исторический анализ

Появление и развитие концепции "Тихо­океанского сообщества" на японской почве имеет свою специфику. Ее истоки восходят еще к концу XIX - началу ХХ вв., ко времени зарож­дения формирования японского империализма и сопутствовавшей этому процессу экспансии японских монополий на Дальнем Востоке и в Юго-Восточной Азии. В качестве идеологи­ческого средства внешнеполитического воздей­ствия, призванного облегчить захват Японией обширнейшего района мира, был выдвинут лозунг создания "великой восточноазиатской сферы сопроцветания". Сформулированный на основе националистической идеи "общности судеб" азиатских народов, он вместе с тем имел и другой подтекст, означавший, что деятель­ность Японии в регионе якобы направлена на освобождение стран Азии от господства "белого" империализма. Претворение в жизнь этого лозунга обернулось трагическими послед­ствиями не только для народов Азии, но и для самого японского народа [1].

С конца 50-х годов в результате усилий некоторой части политических кругов страны идея создания "сообщества", правда, в не­сколько ином контексте, начала вновь оживать в Японии. Впервые после второй мировой войны подобная идея была высказана в 1959 г. пред­седателем нижней палаты парламента И. Коно, предложившим создать "Тихоокеанское объеди­нение". "Для того, чтобы приблизить японо-американские отношения к состоянию равенства и обеспечить экономическое развитие отсталых районов Азии, - говорил И. Коно, - было бы желательно непосредственно связать экономии-ческий блок Азии с экономическим сооб­ществом США и Канады" [2]. В то время эта идея получила резонанс, прежде всего, в научных и деловых кругах Японии. Уже в 1965 г. с конкретным предложением выступили профессор университета Хитоцубаси К. Кодзима и представитель Японии в Экономической комис­сии по Азии и Дальнему Востоку (ЭКАДВ) ООН Х. Куримото. Взяв за образец ЕЭС, они пред­ложили план создания аналогичной экономии-ческой организации, названной ими Тихоокеан­ской зоной свободной торговли (ТЗСТ). В нее должны были войти США, Канада, Япония, Австралия и Новая Зеландия.

План предусматривал полную ликвидацию таможенных барьеров, свободную торговлю между странами, входящими в эту организацию. В отношении стран - не членов организации экономическая политика должна была опре­деляться каждым правительством в отдельности [3]. Анализ плана показывал, что при его реализации максимальные выгоды получала бы Япония. Так, по подсчетам, выходило, что 37% японского экспорта в те годы приходилось на страны региона, причем этот показатель у Японии был значительно выше, чем у других стран тихоокеанского бассейна. Вместе с тем 95% японского экспорта приходилось на про­мышленные товары, по которым эффект отмены пошлин особенно высок, а 71% японского им­порта - это продукция развивающихся отраслей, которую Японии выгодно было импортировать по дешевым ценам.

Подобная перспектива заинтересовала не только японских бизнесменов, но и деловые круги предполагаемых участников из числа развитых капиталистических стран. Уже в 1967 г. по инициативе Японии создается так называемый Экономический совет тихоокеан­ского бассейна (ЭСТБ) - международная орга­низация бизнесменов развитых капиталисти­ческих государств региона, включая Австралию, Канаду, Японию, Новую Зеландию и США.

В 1968 г. по инициативе К. Кодзима и австра­лийского ученого П. Драйсдейла, выдвинувших идею создания Организации тихоокеанской торговли и развития (ОТТР), была созвана первая конференция по вопросам торговли и развития в бассейне Тихого океана. При этом, если ТЗСТ допускала возможность присоеди­нения развивающихся стран лишь в качестве ассоциированных членов, то ОТТР с самого начала предусматривала членство развиваю­щихся государств на полноправной основе.

К идеям создания региональной организации проявили интерес и политические круги Япо­нии. Так, в 1967 г. министр иностранных дел Т. Мики предложил создать организацию "азиатско-тихоокеанской сферы сотрудни­чества". В отличие от предыдущих концепций, в которых главный упор делался на экономии-ческое сотрудничество, он предлагал придать этому "сотрудничеству" прежде всего полити­ческую окраску "пацифистского содержания". Однако уже в то время среди правого крыла правящих кругов зрели планы создания военизированной организации всеазиатского масштаба. На это совершенно определенно указывал известный своими консервативными взглядами японский идеолог М. Кадзима. "Основной задачей японской дипломатии, -писал он, - я считаю создание Пан-Азии и выступаю с этой идеей уже много лет". В качестве первого шага в этом направлении должно было стать, по его мнению, создание "Азиатско-тихоокеанского сообщества" [4].

Уже в то время участились конференции, посвященные проблеме объединения различных частей "Азии" и Тихого океана в единую региональную организацию. На одной из них, в июне 1969 г., премьер-министр Эйсаку Сато говорил о необходимости соединить Восточную Азию, ЮВА и южную часть Тихого океана, обозначаемую как "Азиатский и Тихоокеанский регион" в "объединенный регион" под назва­нием "Тихоокеанская Азия". Движущей силой реализации такой идеи Сато откровенно назы­вает "национализм, который глубоко укоре­нился в душе этих стран" [5]. В этой связи становится понятным, почему на подобной встрече отсутствовали такие Тихоокеанские страны, как США, Канада и другие государства Тихоокеанской Америки. Следует также от­метить, что именно с этого года в Токио начал регулярно выпускаться журнал "Пасифик коммьюнити", в котором широко обсуждались проблемы взаимодействия стран этого региона.

Несмотря на это, в первой половине 70-х годов интерес к концепции создания регио­нальной организации на Тихом океане временно упал, что было связано с резко обострившимися торгово-экономическими противоречиями между США и Японией («текстильная война» 1969­1971 гг.), концентрацией внимания на отно­шениях с КНР и, наконец, экономическим кризисом 1974-1975 гг.

Вновь возобновилось обсуждение темы Тихоокеанского сообщества в 1975 г. Импульс к этому был дан Т. Мики. Будучи тогда премьер-министром, он поручил Научно-исследователь­скому институту Номура подготовить по этому вопросу специальный доклад, который был представлен в мае 1978 г., уже после его ухода в отставку. В качестве составной части доклад вошел в книгу "Стратегия Японии к XXI веку. Как преодолеть кризисы", изданную рабочей группой "XXI век" Японского центра по развитию комплексных исследований (НИРА).

Доклад ориентировал правящие круги на формирование Тихоокеанского сообщества как некоей субсистемы, которая в перспективе должна войти в складывающуюся глобальную систему. В нем прозвучал призыв к заинтересо­ванным сторонам сосредоточить экономическое сотрудничество между тихоокеанскими странами на вопросах энергетики и металлургии.

В качестве возможных участников этой организации назывались США, Япония, Канада, Австралия, Новая Зеландия, страны АСЕАН. Высказывалась мысль о том, что к этим проектам впоследствии могли бы подключиться Южная Корея, Гонконг и Тайвань. Для придания этим планам "мирного" характера предусматри­валась также возможность вхождения в ор­ганизацию Китая, Советского Союза, Вьетнама, Лаоса и Кампучии. В докладе рекомендовалось на первой фазе сосредоточить внимание на создании совместных запасов нефти, урана и других энергоресурсов и поставке дешевой стали.

Большое место было уделено и политическим аспектам, которые, прежде всего, касались отношений с СССР и КНР. Политологи реко­мендовали японскому правительству отказаться от "дипломатии равных расстояний" от назван­ных государств, т. е. политики, которая прово­дилась в период 1972-1978 гг. Они призвали опять взять на вооружение концепцию "дина­мичного балансирования", согласно которой Япония должна идти на большее сближение с той страной, которая проявит "большую симпатию" к Японии [6]. В подобных советах уже тогда просматривалось намерение их ав­торов сыграть на «ненормальных» отношениях между СССР и КНР, заранее подготовить почву для выведения той или иной страны, политика которой "не соответствует" установкам, опре­деленным Токио и Вашингтоном, за рамки предлагаемого "сообщества".

Правительство Т. Фукуда учло этот совет и резко склонилось в сторону КНР в ущерб отношениям с Советским Союзом. Вместе с тем оно не проявило интереса к идее "сообщества" в целом, поскольку реальная политика Токио в тот период строилась на иных концептуальных основах, предусматривавших усиление военно-политических средств воздействия на между­народную обстановку.

Идея сообщества вновь актуализировалась при кабинете М. Охира. В марте 1979 г. была создана специальная группа при канцелярии премьер-министра для разработки вопросов Тихоокеанского сообщества во главе с дирек­тором Японского центра экономических иссле­дований С. Окита, ставшим вскоре министром иностранных дел Японии. К концу того же года группа представила доклад с предложением учредить "Сообщество тихоокеанского кольца" -"экономическую и культурную ассоциацию стран, берега которых омываются крупнейшим в мире океаном".

Первоначально, по словам С. Окита, "дели­катный вопрос" об участниках "сообщества" решался таким образом: "пятерка" развитых капиталистических государств и "пятерка" стран АСЕАН. Не исключалось также участие Советского Союза и КНР. За вовлечение двух крупных социалистических государств, а также КНДР в планируемую организацию в середине 70-х годов высказывались и некоторые поли­тические деятели Австралии и США, в част­ности, заместитель премьер-министра Австралии Кейрнс, Г. Киссинджер, сенатор М. Мэнсфилд. Последний даже предлагал в качестве пред­варительного этапа к созданию "азиатско-тихоокеанской экономической зоны" заключить договор об обеспечении коллективной без­опасности между США, Японией, СССР и КНР.

Однако на семинаре в Канберре в сентябре 1980 г., где был учрежден Комитет Тихоокеан­ского сотрудничества, говорилось уже о двух "пятерках", трех странах южной части Тихого океана (Западное Самоа, Тонга, Фиджи) и Южной Корее, поскольку последняя, как под­черкивал в своем докладе С. Окита, "проявляет повышенный интерес к данной проблеме". За рамками "сообщества" оказались социалисти­ческие государства, Гонконг, Тайвань и страны Латинской Америки [7].

Идея Тихоокеанского сообщества была поло­жена в основу переговоров, которые М. Охира вел в январе 1980 г. в Австралии и Новой Зеландии и в мае того же года в Канаде. В столицах этих государств доводы японского премьер-министра в пользу "сообщества" были восприняты "с пониманием". Так, в японо-канадском коммюнике говорилось, что премьер-министр Э. Трюдо "выразил заинтересованность канадского правительства в широком участии совместно с другими тихоокеанскими дер­жавами в претворении в жизнь этой концеп­ции" [8].

Однако после внезапной смерти М. Охира обсуждение концепции Тихоокеанского сооб­щества на время прекратилось, поскольку новый премьер-министр Дз. Судзуки исходил из иных представлений на внешнюю политику Японии, которая теоретически была отражена в доктрине "комплексного обеспечения национальной безопасности". Она и стала основой практи­ческой деятельности страны на международной арене.

Отказ от концепции Тихоокеанского сооб­щества на тот момент сыграл большую роль, прежде всего, внутренние факторы, а также логика взаимоотношений с США. Вместе с тем, видимо, учитывался и такой внешний фактор, как негативное отношение к ней руководителей стран АСЕАН.

В правительственных кругах этой ассоциа­ции отнеслись к концепции как к очередной попытке воссоздать "великую сферу сопро-цветания Восточной Азии". К примеру, министр иностранных дел Филиппин К. Ромуло охарак­теризовал ее следующим образом: «Попытки установить в азиатско-тихоокеанском регионе "новый порядок" по японскому образцу не яв­ляются чем-то новым. В странах Юго-Восточ­ной Азии не забыли последствий хозяйничанья японской военщины. Очень опасно, если Токио вновь свяжет нас по рукам и ногам. Я испы­тываю серьезную тревогу в отношении новой "сферы сопроцветания" - Тихоокеанского сооб­щества» [9].

Помимо самой "идеи" "сообщества" страны АСЕАН волновал характер его структуры. В конце 70-х годов страны в неофициальном порядке предлагали Японии создать единую торговую систему по образцу Ломской конвен­ции, которая существует между ЕЭС и неко­торыми государствами Африки и Латинской Америки. Согласно этой системе, промышленно развитые державы вводят льготные таможенные тарифы на товары развивающихся стран, которые, в свою очередь, берут обязательство поставлять их на стабильной основе и по заранее определенным ценам. Но Токио кате­горически отказался от внешне столь заман­чивых перспектив, сославшись на то, что "не сможет нарушать систему свободной торговли". Японию больше устраивает не замкнутая, а размытая региональная группировка. Токио хотел бы, чтобы членство в ней не налагало на него слишком больших экономических обяза­тельств и давало возможность укрыться за спинами остальных участников "сообщества" от "чрезмерных требований и претензий" со сто­роны развивающихся стран, особенно АСЕАН, которые постоянно упрекают Японию в "экономическом империализме".

Подобные настроения руководителей стран АСЕАН, а также отсутствие внимания к идее "сообщества" со стороны правительства лейбо­ристов в Австралии были учтены новым кабинетом Японии во главе с Я. Накасонэ. Во время своей поездки по ряду стран ЮВА (май 1983 г.) он ни разу не упомянул о необ­ходимости создания такой организации. Это вовсе не означает, что Я. Накасонэ была чужда мысль о формировании блока из азиатских государств под эгидой Японии. В своей книге "Логика нового консерватизма", увидевшей свет в 1978 г., он сам выдвинул концепцию "Тихо­океанского экономического и культурного анклава". Однако в ней говорилось, что ини­циатива по учреждению такого "анклава" должна исходить не от правительственных ор­ганов, а от "общественного движения, руко­водимого учеными, политиками, бизнес­менами".

Новые элементы в трактовке Я. Накасонэ идеи "тихоокеанского сотрудничества" появи­лись во время посещения им в январе 1985 г. стран Океании (Фиджи, Папуа-Новой Гвинеи), Австралии и Новой Зеландии. Японский премьер-министр сформулировал их в виде следующих "четырех предложений": 1) регио­нальное сотрудничество должно ограничиваться развитием экономических, культурных и научно-технических связей; 2) инициативы, направлен­ные на поощрение такого сотрудничества, должны принадлежать странам АСЕАН; 3) аналогичные инициативы должны исходить от частного сектора промышленности; 4) странам различных регионов должна быть предоставлена возмож­ность подключиться к такому сотрудничеству.

Самым важным является второе "предло­жение" - передача инициативы странам АСЕАН. По мысли Я. Накасонэ, оно лишит их оснований для обвинения Японии в стремлении занять руководящее место в планируемом "тихоокеан­ском сотрудничестве" [10]. Однако этот ход японского премьера вряд ли мог кого-нибудь ввести в заблуждение, поскольку вполне оче­видно, что по чьей бы инициативе ни созда­валось такое "сообщество", Япония и США, опираясь на свой превосходящий экономии-ческий и военный потенциал, постарались бы захватить в нем руководство.

Идея Тихоокеанского сообщества тихо "угасла" в Японии во второй половине 80-х годов, приняв обличие абстрактных лозунгов о Тихом океане как регионе будущего века. Причем, спикеров на этот счет становилось все меньше и меньше. Симптоматично, что в 1986 г. прекратил свое существование и журнал "Эйша пасифик коммьюнити", наследник "Пасифик коммьюнити" с 1978 г.

Что и неудивительно, поскольку даже М. Охира, выдвигая идею Тихоокеанского сообщества, подчеркивал, что "фактически это скорее декла­рация, чем организация, ибо у нас не будет руководящего центра". Дз.Судзуки, исходя из качественного различия в условиях эконо­мического развития стран Тихого океана, указы­вал на нецелесообразность попыток создавать организацию, подобную ЕЭС, и призывал к установлению отношений "умеренной солидар­ности" между странами данного региона. Я. Накасонэ также неоднократно подчеркивал, что из-за неоднородности предлагаемого состава участников "объединения" лучше иметь более "размытую структуру" [11].

 

Литература

  1. См. Арин О.О. Азиатско-тихоокеанский регион: мифы, иллюзии и реальность. - М., 2005. - С.15-17.

  2. МЭМО. - 1981. - №3. - С.73.

  3. См. Kojima K. Japan and a Pacific Trade Area. - Tokyo,1971. - С. 25-26.

  4. Kajima M. Modern Japan's Foreign Policy. - Tokyo, 1970. - С. 23.

  5. Алиев Р. Ш. - А. Внешняя политика Японии в 70-х -начале 80-х годов (Теория и практика). - М.: Наука, 1986. -С.18.

  6. Нидзю эссэйки-э-но сэнряку. Кики-о норикаэру ка (Стратегия Японии к XXI веку. Как преодолеть кризисы). -Токио, 1978.

  7. Okita, Saburo. Approaching the 21st Century: Japan's Role. - Tokyo: Japan Times, 1990. - С. 42-43.

  8. Ковригин Е. Б. Противоречия и перспективы фор­мирования "Тихоокеанского сообщества". - М.: Между­народные отношения, 1989. - С. 34. 

  9. Ковригин Е. Б. Противоречия и перспективы формирования "Тихоокеанского сообщества". - М.: Между­народные отношения, 1989. - С. 41.

  10. "Тихоокеанское сообщество": планы и перспек­тивы // Отв. ред. И.И. Коваленко. - М.: Наука, 1992.-   С . 21-22.

  11. См. Джеймс Морли. Япония и Азиатско-Тихо­океанский регион. Определение новой роли// КОМПАС. Комментарии, прогнозы, анализ, события. - 1999. - №127.-   С. 35-58.

Фамилия автора: А. Калипанова
Год: 2011
Город: Алматы
Яндекс.Метрика