Судебная экспертиза и права граждан при ее проведении в Казахстане и Российской Федерации: краткий сравнительно-правовой анализ

Существенным фактором правовой регламен­тации в Республике Казахстан института судебной экспертизы является то, что процесс привлечения специальных экспертных знаний, имея задачу формирования представляющей интерес для след­ствия и суда доказательственной базы, затрагива­ет права и интересы лиц, приобретающих в про­цессуальном доказывании статус участников про­цесса, защищающих свои права и интересы, - по­дозреваемых, обвиняемых, потерпевших, и статус иных лиц, участвующих в процессе, - свидетелей, а также специалистов и судебных экспертов, при­влекаемых в процесс в качестве сведущих лиц.

Анализ судебной практики в рассматриваемом контексте показывает: возникновение правоот­ношений в сфере применения специальных экс­пертных знаний и, как следствие, их возможное нарушение в судопроизводстве в большей части связаны с существующей в республике процессу­альной регламентацией назначения и производ­ства судебных экспертиз.

В качестве примера здесь достаточно приве­сти регламентацию Уголовно-процессуальным кодексом Республики Казахстан возможности назначения судебных экспертиз в стадии возбуж­дения уголовного дела. Так, согласно ч. 2 ст. 242 УПК РК, "в случаях, когда принятие решения о возбуждении уголовного дела невозможно без производства экспертизы, она может быть назна­чена до возбуждения уголовного дела". Возникает естественный вопрос: насколько оправдало себя нововведение?

Если отталкиваться от анализа существующей за небольшой период после принятия действую­щего уголовно-процессуального закона респуб­лики практики назначения экспертиз, ответ следо­вало бы дать категорически отрицательный.

Во-первых, в условиях, когда нет четкого за­конодательного разграничения понятий "специ­альные знания" и "специальные научные знания", дифференцирующих правовой статус и компе­тентность специалиста и судебного эксперта как самостоятельных процессуальных субъектов, про­цессуальное нововведение создало на практике ситуацию, которая зачастую ведет к игнорирова­нию дознавателями и следователями собственных возможностей и возможностей использования по­знаний специалиста при установлении признаков состава преступления за счет все большего обра­щения к институту судебной экспертизы для при­нятия решения о возбуждении уголовного дела.

Во-вторых, и это главное, если иметь в виду, что производство судебной экспертизы всегда затрагивает права и интересы привлекаемых в процесс граждан, то вполне естественно, что должна быть осуществлена соответствующая их процессуальная защита. Ознакомление с действу­ющим уголовно-процессуальным законом пока­зывает: права и законные интересы граждан за­щищены в нем только в силу наличия у них опре­деленного процессуального статуса - свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого, воз­никающего лишь после возбуждения уголовного дела либо в случаях, если экспертиза проводится в отношении лица, признаваемого в качестве по­дозреваемого до возбуждения уголовного дела.

Закон не указывает, как быть с правами тех граждан, в отношении которых может быть про­ведена судебная экспертиза в связи с принятием решения о возбуждении уголовного дела, но кото­рые в дальнейшем не приобретают процессуаль­ный статус перечисленных категорий лиц.

Отмеченная ситуация ведет, таким образом, к отсутствию у отдельных лиц, привлекаемых к производству судебной экспертизы соответству­ющих процессуальных прав, в числе которых в качестве примера следует назвать право на озна­комление с заключением эксперта (ст. 254 УПК РК). В рамках реализации данного права пред­усматривается, в частности, возможность давать объяснения и заявлять возражения по выводам экспертизы, требующим в случае удовлетворения или отклонения ходатайства об этом обязатель­ного вынесения следователем постановления и объявления его под расписку лицу, заявившему ходатайство.

Таким образом, фактически любая эксперти­за, назначенная и проведенная до возбуждения уголовного дела в отношении лица, не получаю­щего в дальнейшем какого-либо процессуального статуса, может быть признана незаконной в связи с несоблюдением конституционных прав граждан и при желании оспорена в суде, поскольку изна­чально проводится с нарушением требований за­кона об обязательном возникновении комплекса процессуальных прав у привлекаемых к ее про­изводству лиц.

Не в пользу существующего процессуально закрепленного в республике понятия «судебная экспертиза» говорит и формальный анализ само­го законодательства. В частности, ст. 1 Закона РК "О судебной экспертизе" однозначно раскрывает данное понятие как "исследование материалов уголовного, гражданского или административ­ного дела...", предполагая уже наличие возбуж­денного или принятого к рассмотрению дела для придания любому исследованию, проводимо­му на основе специальных научных знаний, ста­туса судебной экспертизы.

Процессуальное закрепление понятия «судеб­ная экспертиза» в законе посредством научного уточнения его содержания дает реальную воз­можность разрешить противоречия, содержащи­еся в законодательстве о судебной экспертизе. Более того, судебная экспертиза, приобретая из­начальный смысл, сможет оправдать не только свое предназначение как института научных зна­ний, но и солидные вложения государства в со­держание экспертных подразделений и судебных экспертов, обязанных подтверждать свой статус не огромным количеством простейших исследо­ваний для решения вопроса о возбуждении уго­ловного дела (для этого как раз и предназначены специалисты, в том числе штатные в правоохра­нительных органах), а уровнем соответствующей теоретической подготовки, вкладываемым в на­учно обоснованное разрешение отдельных обсто­ятельств уголовных и гражданских дел.

Положительное решение обсуждаемого во­проса позволит в итоге отказаться от существу­ющего законодательного закрепления нарушения прав граждан посредством разрешения назначе­ния и производства экспертиз до возбуждения уголовного дела. Функцию профессиональных консультантов следователя по вопросам, требу­ющим применения специальных знаний, долж­ны будут взять на себя специалисты, наделенные правом проведения исследований, достаточных для принятия решения по вопросу о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовного дела, без какого-либо покушения на права граждан.

Процессуальный же институт судебной экс­пертизы должен занимать, прежде всего, подо­бающее место в доказывании как институт науч­ного обеспечения не только запросов следствия и суда, но и непосредственно участников процесса.

Заслуживает внимания и другой аспект про­цессуального обеспечения прав граждан при при­влечении в судопроизводство специальных зна­ний, обусловленный отсутствием у участников процесса реального права на самостоятельное обращение к институту судебной экспертизы, вы­бор эксперта и определение вопросов, требую­щих разрешения. Так, не может не обращать на себя внимание отсутствие должного законода­тельного закрепления права участников процес­са на самостоятельное обращение к сведущим лицам для получения консультаций и заключе­ний, требующих специальных знаний. Согласно ст. 244 УПК РК, подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, свидетель, желающие обратиться к помощи экспертизы, имеют право заявить со­ответствующее ходатайство перед следователем, однако этой статьей удовлетворение или неудов­летворение данного ходатайства, как, впрочем, и иных, связанных с назначением и производством судебной экспертизы, поставлено в зависимость от объективного, а в отдельных случаях субъек­тивного решения следователя.

Думается, что в рассматриваемом случае за­конодатель мог бы без ущерба для установления объективной истины по уголовным делам предо­ставить возможность подозреваемому, обвиняе­мому и другим участникам процесса обратиться к институту судебной экспертизы, требуя ее непо­средственного назначения либо поручения такого права защитнику или законному представителю. Осуществление на законодательном уровне по­ добной новации позволило бы в реальной прак­тике создать ситуацию, когда при разрешении вопросов, связанных с привлечением специаль­ных знаний, участвовали бы судебные эксперты, приглашенные не только стороной обвинения, но и стороной защиты, что служило бы гарантией вынесения судом объективных решений с учетом принятия им в качестве доказательства более обо­снованного экспертного заключения. Институт альтернативной экспертизы способствовал бы не только повышению качества экспертных исследо­ваний, но и значительному снижению количества многочисленных повторных экспертиз. Такое процессуальное решение по сравнению с име­ющимся, расширяя права участников процесса при назначении экспертиз, в большей степени со­ответствовало бы норме действующего в респу­блике уголовно-процессуального закона о том, что "судопроизводство осуществляется на осно­ве принципов состязательности и равноправия сторон обвинения и защиты" (ст. 23 УПК РК).

Что касается вопросов правовой защищенно­сти граждан в процессе производства судебных экспертиз, хотелось бы в качестве положитель­ного примера отметить следование демократи­ческим принципам судопроизводства в законода­тельстве о судебной экспертизе Российской Феде­рации, в котором специально оговорены нормы, защищающие интересы граждан при производ­стве экспертиз.

В частности, в Федеральном Законе от 31 мая 2001 г. "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" пред­усмотрен ряд норм, обеспечивающий соблюде­ние прав и свобод человека и гражданина, прав юридического лица при осуществлении государ­ственной судебно-экспертной деятельности (ст. 6), подробно регламентирован статус таких уч­реждений, как "медицинский стационар", "пси­хиатрический стационар", "судебно-психиатри-ческий стационар" (ст. 9); жестко оговариваются случаи, когда в этих учреждениях не могут про­водиться экспертизы (ст. 11); вводится законода­тельный запрет на разглашение руководителем экспертного учреждения и экспертом сведений, ставших известными в результате производства экспертизы, которые могут ограничить конститу­ционные права граждан (ст. 14); запрещено уча­стие в производстве судебной экспертизы живого лица врача, который до ее назначения оказывал указанному лицу медицинскую помощь (ст. 18); подробно оговорены основания и порядок по­мещения лица в медицинский стационар, сроки пребывания в нем (ст. 29, 30); детально изложены гарантии прав и законных интересов лиц, в отно­шении которых производится судебная эксперти­за, а также условия производства судебной экс­пертизы в отношении лиц, не содержащихся либо содержащихся под стражей, в психиатрических стационарах; законодательно предусмотрено обе­спечение лиц, помещенных в судебно-психиатри-ческие экспертные стационары (ст. 31, 32, 33); оговорены ограничения методов исследований при производстве судебной экспертизы в отноше­нии живых лиц (ст. 35).

Мы умышленно подробно приводим закре­пленные в специальном законе Российской Феде­рации права и интересы граждан, возникающие в связи с производством судебных экспертиз, по­скольку данный аспект требует более ответствен­ного отношения государства при осуществлении рассматриваемого процессуального действия. Судебная практика достоверно подтверждает, что именно при их организации и проведении воз­можны многочисленные нарушения интересов участников уголовного и гражданского процесса.

Для полной иллюстрации позиции российско­го законодателя в вопросах гарантирования прав и законных интересов лиц, в отношении которых производится экспертиза, приведем еще одну норму Федерального Закона Российской Федера­ции "О государственной судебно-экспертной дея­тельности в Российской Федерации". Так, соглас­но ст. 31 этого закона при производстве судебной экспертизы в отношении живых лиц запрещены:

  • -      ограничение прав, обман, применение на­силия, угроз и иных незаконных мер в целях по­лучения сведений от лица, в отношении которого производится судебная экспертиза;
  • -      испытание новых лекарственных средств, методов диагностики, профилактики и лечения болезней, а также проведение биомедицинских экспериментальных исследований с использова­нием в качестве объекта лица, в отношении кото­рого производится судебная экспертиза.

Эксперт не может быть допрошен по поводу получения им от лица, в отношении которого он проводил экспертизу, сведений, не относящихся к предмету данной экспертизы.

Свидания лица, помещенного в медицинский стационар, с его защитником, законным предста­вителем или иными представителями, допущен­ными к участию в деле, организуются в условиях, исключающих возможность получения информа­ции третьими лицами.

Медицинская помощь лицу, в отношении ко­торого производится экспертиза, может оказы­ваться только по основаниям и в порядке, которые предусмотрены в законодательстве Российской Федерации о здравоохранении.

Лицу, помещенному в медицинский стаци­онар, должна быть предоставлена реальная воз­можность подачи жалоб, заявлений и ходатайств. Жалобы, поданные в соответствии с процессуаль­ным законодательством, цензуре не подлежат и в течение 24 часов направляются адресату.

Лица, не содержащиеся под стражей, имеют право на возмещение расходов, связанных с про­изводством судебной экспертизы, по основаниям и в порядке, которые предусмотрены в законода­тельстве.

Анализ приводимой нормы показывает, что только одна статья комментируемого закона (а их в нем свыше десяти, не считая статей УПК РФ) содержит и подразумевает гораздо больше гаран­тий прав и законных интересов лиц, чем все нор­мы действующих в области судебной экспертизы законодательных актов нашей республики. Есте­ственно, что подобная ситуация в столь сложной с точки зрения соблюдения прав граждан сфере тре­бует в первую очередь от Министерства юстиции как курирующего данную отрасль ведомства более серьезного отношения к вопросам правового обе­спечения конституционных гарантий граждан.

Таким образом, изучение законодательной политики в рассматриваемой области дает повод задуматься о необходимости серьезного пере­смотра существующего положения в области су­дебно-экспертной деятельности с точки зрения надлежащего обеспечения прав и законных инте­ресов граждан и приведения его в соответствие с нормами действующей Конституции.

 

См.: Россинская Е.Р. Комментарий к Федеральному Закону «О государственной судебно-экспертной деятель­ности в Российской Федерации». - М.: Право и закон, 2002

Фамилия автора: К.Н. Шакиров
Год: 2011
Город: Алматы
Яндекс.Метрика