Сетевые сообщества в постиндустриальном обществе:некоторые аспекты проблемы

Очевидная актуализация исследовательского интереса специалистов самых разных дисципли­нарных принадлежностей к проблематике вир­туальной реальности обусловлена, прежде всего, характеристиками той социокультурной ситуации, в которой эти исследования развора­чиваются. А именно - "созвучностью" самой феноменологии виртуальной реальности тому соционормативному канону человека и мира, который утверждается эпохой постмодерна. Так, в Сети происходит возникновение новых форм коммуникаций, которые называют интертекс­туальными. То, что происходит между символа­ми и текстами в сети, порождает дальнейшую символическую секвенцию и развитие символизма в Интернет. Сами тексты, способ прочтения виртуализируются. Возникают текстуальные образы, и дальше возникает связь с другими текстами, можно говорить о возникновении своеобразной коммуникации между пользователями Сети, особенно если рассматривать общение в чатах.

В. М. Розин пишет о необходимости различать три основные плана описания виртуальных реальностей: компьютерную реальность, собственно виртуальную реаль­ность и виртуальные состояния человека, находящегося в виртуальной реальности, т. е. состояния виртуального пользователя. Вир­туальный пользователь не только видит, слышит или ощущает то, что запрограммировано создателем виртуальной реальности, но и действует, причем его поведение является естественным ответом на события виртуальной реальности. В свою очередь, события виртуаль­ной реальности естественно «отвечают» на поведение виртуального пользователя. Это свойство роднит виртуальные реальности с другими символическими реальностями, напри­мер с реальностями сновидений, искусства, религиозными или эзотерическими реальнос­тями. Речь идет о любых реальностях, которые задаются «текстом», «системой знаков» [1]. События виртуальной реальности, хотя и отчасти возникают в результате работы сознания виртуального свидетеля, тем не менее, достаточно объективны, не зависят от состояния человека.

Таким образом, учитывая разнообразные свойства феномена «виртуальной реальности», мы можем предположить, что субъект виртуальной реальности, существующей на базе компьютерных сетей,  не  обязательно может воспринимать эту реальность как собственно «виртуальную». Такая реальность является альтернативно реальностью, субъект которой является ее непосредственным творцом и участником. Безусловно, этой реальности присущи как новые возможности (высокая скорость обмена информацией, возможность конструировать любой тип виртуальной личности, необязательно идентичной той личности, которая представлена в «реальной» реальности), так и ограничения (например, на обмен собственно вербальной информацией). Взаимоотношения между участниками вир­туальной реальности являются разновидностью процесса общения. Общение представляет собой сложный и многогранный процесс взаимодействия и взаимовлияния людей друг на друга. Оно может рассматриваться не только как акт осознанного, рационально оформленного речевого обмена информацией, но и в качестве непосредственного эмоционального контакта между людьми. Общение, по своей сути и функциям, является одним из важнейших факторов человеческой жизнедеятельности. Общение пронизывает собой всю психическую деятельность человека[2]. Как личность, так и любая социальная общность - продукт их внешнего и внутреннего общения, представляет собой результат, прежде всего коммуникативной деятельности. Полноценное общение создает состояние душевного подъема, побуждает к наиболее полной реализации духовно-психи­ческого потенциала человека. Социальной функцией общения является формирование межличностных и деловых отношений между людьми, в том числе и систему социальных отношений.

Общение также является важнейшей предпосылкой и условием существования не только индивида, и малых групп, но и больших социальных общностей, вплоть до народов и государств. Так, критерием сообщаемости частей или подразделений общности, является не только степень оперативности и скорости передачи той или иной информации из одного подразделения в другое. Еще более высоким критерием прочности социальной общности является степень коммуникабельности или некоммуникабельности между собой ее членов и различных составляющих ее социальных, политических, этнических, идеологических и национальных групп. В свою очередь, оптимальная коммуникабельность предполагает определенный уровень интенсивности общения индивидов и ли групп, определенную степень их взаимопонимания друг друга и взаиморас­положения друг к другу, без которых не может быть эффективных, и просто согласованных действий.

В социологии коммуникации понятия «общение» и «коммуникация» не равнозначны. Коммуникацию определяют как «социально обусловленный процесс передачи и восприятия информации в условиях межличностного и массового общения по разным каналам при помощи различных коммуникативных средств (вербальных, невербальных и других)», а под общением понимают «социально обусловлен­ный процесс обмена мыслями и чувствами между людьми в различных сферах их познава­тельной деятельности, реализуемый главным образом при помощи вербальных средств коммуникации» [3].

Таким образом, коммуникация понимается как сообщение некоей информации посредством каналов передачи информации, а общение понимается как процесс обмена информацией, мыслями, чувствами, между людьми на вербальном уровне. Казалось бы, попадая в сеть, субъект принимает участие в процессе компьютерно - опосредованной коммуникации, сообщая информацию в сеть, и воспринимая ее с экрана монитора. Но, учитывая то, что Интернет представляет собой некое виртуальное пространство, субъект, находящийся в нем, принимает участие и в прямом межличностном общении, обмене мыслями и чувствами с другими субъектами, представленными в пространстве. Таким образом, можно сказать, что относительно пространства Интернет, понятия коммуникации и общения, практически идентичны.

Коммуникация это деятельность, имеющая цель (необязательно осознаваемую), предпо­лагающая одного или более участников и заключающаяся в посылке и получении разного рода сообщений, которые используют различ­ные каналы, могут искажаться под воздействием шума, существуют в некотором контексте, оказывают определенный эффект на адресата и оставляют возможности для обратной связи. В каждом акте коммуникации сообщение имеет три слоя: информация, эмоции, роли (отноше­ния, существующие между участниками). Кроме специфики составляющих ее компонентов коммуникация может также характеризоваться сферами, или разновидностями. Традиционно выделяются внутриличностная, межличностная, групповая коммуникация, организационная, межкультурная, общественная и массовая коммуникация.

По мнению лингвиста, Миры Бенгельсон, виртуальная коммуникация, как явление недав­нее, опирается на весьма динамичную техно­логию, потому правила ее реализации диктуют­ся скорей прагматическими соображениями удобства и быстроты [4].

Этот тезис подтвердился проведенным социологическим исследованием, когда респонденты в причинах применения специфических элементах общения в Интернет, в основном указывали: экономию своих усилий, быстроту и т. п.

В лингвистической прагматике неформаль­ное понятие "удобства" уточняется как экономия усилий говорящего (в данном случае -отправителя) и слушающего (получателя). Отправитель экономит усилия, делая сообщение более кратким, максимально редуцированным; получатель же, наоборот, для экономии своих усилий, связанных с декодировкой, нуждается в более развернутом, максимально эксплици­рованном сообщении. Эффективная коммуника­ция достигается путем балансировки усилий обеих сторон.

В виртуальной коммуникации экономия усилий говорящего ярко выражена в разрешенном пренебрежении правилами орфографии, и даже грамматики - например, отсутствии заглавных букв, пропуске артиклей, и т. п. Письменная коммуникация теряет часть смыслоразличительных средств, присущих устной коммуникации - в первую очередь, интонацию, мимику и жесты, а сжатый, экономящий усилия или время отправителя виртуальный жанр не способствует детализации описания, присущей традиционной письменной речи - что могло бы хотя бы отчасти компенсировать отсутствие паравербальных средств. Поэтому роль компенсаторных механизмов (способствующих пониманию и экономии усилий получателя) выполняют " смайлики" - графические символы, получаю­щиеся в текстовом режиме и кириллицы, и латиницы на обычной клавиатуре. Этими символами, в ходе коммуникации, передаются «основные» эмоции - смех, радость, грусть, удивление, гнев, отвращение и так далее. Также, с помощью сочетания таких символов, можно выразить какое - либо действие или намерение.

Другой способ передать языковой смысл -это отражение смысловой важности данной информации для отправителя посредством заглавных букв или повторения одной и той же графемы. Например, слово, написанное заглавными буквами, понимается как «громко сказанное», либо сказанное с выразительное интонацией, особенно если сопровождается определенным   количеством восклицательных знаков. Неформальная коммуникация в системе Интернет, по мнению Миры Бенгельсон, возвращает пунктуации ее семантический характер: запятые и многоточия передают, в первую очередь, темп речи; тире выделяют значимую информацию, находящуюся в фокусе внимания слушающего и обычно противопос­тавляемую предшествующему тексту; в скобки помещается то, что неважно, а также то, что относится к метатексту. Последний, в свою оче­редь, выступает либо как текстовый заместитель зрительной информации, недоступной получате­лю в виртуальном общении (похоже на автор­ские ремарки в пьесе), либо как пояснение отправителя в связи с его прогнозом текущего состояния знаний получателя. Все это указывает на то, что субъект виртуального общения стре­мится сократить дистанцию между привычным общением и общением в условиях виртуальной реальности. В соответствии с разделением понятий коммуникации и общения виртуальная коммуникация понимается несколько шире, чем виртуальное общение. В нее, кроме виртуаль­ного общения, входит также однонаправленная виртуальная коммуникация, в которой не происходит межличностного взаимодействия, а передача информации происходит от Сети к неперсонифицированному пользователю, кото­рый выступает как простой потребитель информации. Цели вступления пользователей в виртуальную коммуникацию можно, по традиции, разделить на инструментальные, т.е. связанные с потребностями профессиональной, образовательной деятельности или из удобства и дешевизны такого способа коммуникации по сравнению с остальными, и терминальные, т.е. связанные с самим процессом такой коммуника­ции: экспериментирование с новой формой коммуникации из интереса, освоение новой идентичности и способов самопрезентации, построение новых непохожих на другие социальных отношений и конструирование новых сообществ. Такие виртуальные объеди­нения пользователей Интернет в киберпрост-ранстве стали называть «сетевые сообщества» (online communities).

Впервые этот термин появился в западной литературе. Первым, к социологическому анализу данного социального феномена обра­тился, как мы уже рассматривали ранее, Мануэль Кастельс, чья концепция оказала большое влияние на формирование научного знания по этому вопросу.

Он предпринял попытку социологического обобщения существующего многообразия новых социальных фактов, характеризующих развитие цивилизации в последнее десятилетие, и в его работах можно в наиболее широком контексте увидеть, какое место занимают информационно-коммуникационные технологии в сегодняшнем мире. Мануэль Кастельс рассматривает формирующуюся сегодня в глобальном масштабе социальную структуру, как сетевое общество, важнейшей чертой которого выступает даже не доминирование информации или знания, а изменение направления их использования, в результате чего главную роль в жизни людей обретают глобальные, сетевые структуры, вытесняющие прежние формы личной и вещной зависимости. «В условиях информационной эры», - утверж­дает Кастельс, - «историческая тенденция приводит к тому, что доминирующие функции и процессы все больше оказываются организован­ными по принципу сетей». Именно сети составляют новую социальную морфологию наших обществ, а распространение «сетевой» логики в значительной мере сказывается на ходе и результатах процессов, связанных с производ­ством, повседневной жизнью, культурой и властью. «(Хотя) сетевая форма социальной организации существовала и в иное время, и в иных местах, однако парадигма новой информационной технологии обеспечивает материальную основу для всестороннего проникновения такой формы в структуру общества.» Социальная структура, имеющая сетевую основу, по мнению Кастельса, характеризуется высокой динамичностью и открыта для инноваций, не рискуя при этом потерять свою сбалансированность. Данные положения являются важными составляющими при формировании постиндустриальной иден­тичности. Сети оказываются институтами, способствующими развитию целого ряда областей: капиталистической экономики, основывающейся на инновациях, глобализации и децентрализованной концентрации; сферы труда с ее работниками и фирмами, основы­вающейся на гибкости и адаптируемости, сферы культуры, характеризуемой постоянным расчленением и воссоединением различных элементов; сферы политики, ориентированной на мгновенное усвоение новых ценностей и общественных умонастроений; социальной организации, преследующей своей задачей завоевание пространства и уничтожение времени. Идеи Кастельса претендуют на глобальность и высокую степень обобщения, однако критики отмечают и ряд существенных недостатков в его концепции. Мы не будем сейчас на них останавливаться, но возьмем от теории сетевого общества то, что интересует нас в свете нашего анализа, а именно представление о «сетевой логике», которая получила шанс стать    всеобщей    благодаря    развитию и распространению информационно-коммуника­ционных технологий. Этот шаг позволяет нам в широком контексте осмысливать новые технологии и их последствия. Таким образом, можно утверждать, что сетевое сообщество - это специфическая форма социальной структуры, опытно устанавливаемая эмпирическими исследованиями в качестве характеристики "информационнойэпохи".

Первоначально, люди жили в небольших племенах или деревнях, представляющих собой своего рода расширенную семью, в которых все были знакомы друг с другом, постоянно контактировали между собой. С ростом популяции и ходом цивилизации, сообщества становились более комплексными, урбанизи­рованными, росли и развивались большие города, люди стали отчуждаться от природы и друг от друга. Как кульминация этих процес­сов, пришла индустриальная революция, увеличился приток рабочей силы из деревень в город, на смену традиционным семьям, с большим количеством теть, дядь, бабушек и дедушек, двоюродных и троюродных братьев и сестер, пришла нуклеарная семья. Как утверж­дает M. Маклюэн, электронные средства массовой информации превратили мир в своего рода глобальную деревню, где все принимают участие в неком порочном вуайеризме, наблюдая за изображениями мест дорожных аварий и жертв убийств, страданиями голодающих детей стран третьего мира и так далее [5].

Эта теория может быть проиллюстрирована на личном опыте участия в интерактивном сетевом общении, в частности в чатах. Во многих чатах существует тенденция к построению «виртуальных» расширенных семей, где участники чата «играют» в семью, принимая на себя «виртуальные роли» отца, матери, детей, теть и дядь различных степеней родства, братьев и сестер, создавая, таким образом, на игровой основе некий прототип утраченной, в ходе урбанизации, расширенной семьи. Такие виртуальные семьи достаточно стабильны во времени, и такая «игра» может продолжаться на протяжении всего времени существования чата, как виртуального сооб­щества, причем новые посетители чата могут охотно принимать условия этой «игры», вступая в эту виртуальную семью, в качестве ее членов.

Основным понятием здесь является понятие «community», означающее «сообщество». Это понятие весьма неоднозначно. Обычно это понятие используется для описания некоей группы людей. Слово сообщество попадает в эту категорию. Как элемент социологического словаря, этот термин использовался в таком количестве значений, что его можно описать как всеобъемлющее слово. Также необходимо прояснить разницу между понятиями общество (society) и сообщество (community). Сооб­щество, по мнению Влиет и Бургерс, характеризуется чувством сопричастности, братства, семьи, традиции, а так же связями, основанными на понимании, согласии, и един­стве языка. Словом, традиционные общества характеризуются прямой социальной интерак­цией, разделенной системой ценностей и символов. Общество, напротив, может быть охарактеризовано гипериндивидуализмом, отно­шения между людьми скорей мимолетные, контрактные, механические [6].

Ф. Тённис описал различия между понятиями общество (Gesellschaft) и общность (Gemeinschaft) [7]. Этот последний аспект социальных отношений был поставлен в контекст современности и продолжающейся дегенерации традиционных социальных струк­тур. Процесс урбанизации и индустриализации должен привести к разрушению традиционного сообщества с его безопасностью и интимностью взаимоотношений. Значительная часть терми­нологической неоднозначности вокруг термина «сообщество» в социальных науках, по мнению Р. Хамман заключается в том, что тот социальный конструкт, который описывается этим термином, постоянно изменяется и развивается [8].

Изменения социального конструкта, называемого сообществом, описывались такими известными теоретиками как Э. Дюркгейм, К. Маркс, М. Вебер, и другими, и были вызваны технологическими, социально-экономическими и политическими изменениями в обществе. Практически каждый социолог - теоретик и ученый, включая перечисленных выше классиков, использует термин «сообщество» в политическом контексте, привязанном к нему. Как раз это и приводит к терминологической неоднозначности понятия «сообщество».

Здесь мы попытаемся прояснить значение этого термина в социологическом контексте, применительно к проблеме, поставленной в нашей работе. Г. Хиллари проанализировав девяносто четыре социологических определения понятия «сообщество» пришел к заключению, что из них, шестьдесят девять определений согласны с тем, что социальное взаимодействие, среда и общие связи присутствуют в жизни сообщества. Р. Хамман считает, что социоло­гический термин «сообщество» здесь должен пониматься в значении «группа людей, которые участвуют в социальном взаимодействии и каких-либо общих связях между собой и другими      членами      группы      в одном пространственно - временном промежутке». [9].

Таким образом, взяв такое понимание сообщества как отправное в нашем анализе, мы получаем, что сообщество здесь является неким собранием людей, находящихся во взаимодей­ствии и связанных между собой общими целями интересами, в пространстве, в течение определенного времени. Причем, мы должны учитывать, что, говоря о сетевых сообществах, мы должны понимать, что все взаимодействия и интеракции в группе людей происходят в киберпространстве.

К. Янг определяет виртуальные сообщества, как «социальные агрегации, возникающие в Сети, когда достаточное количество людей в течение длительного времени принимают участие в публичных дискуссиях, испытывая необходимые человеческие эмоциями, для формирования паутины личностных взаимо­отношений в киберпространстве». Другое понимание природы сетевых сообществ мы встречаем в работах известных американских социопсихологов, которые работают с понятием «социальная сеть» ("social network"), которая понимается в сравнении с набором компью­теров, связанных между собой сетью проводов. То есть социальная сеть, в их понимании, это набор людей (или организаций), связанных между собой набором социальных отношений, таких как дружба, совместная трудовая деятельность или информационный обмен. [10].

Таким образом, социальная сеть - это любая группа людей, находящихся во взаимодействии и разделяющая между собой социальные связи. Кроме того, такого рода взаимодействие необходимо требует единство пространства, в котором происходит такое взаимодействие, не исключая и киберпространство.

Таким образом, понятия «сетевое сооб­щество» и «социальная сеть» несут одно смысловое значение - агрегация людей и могут быть взаимозаменяемыми. В. Ю. Нестеров предлагает разделять понятия «сетевой социум», как «группу людей, взаимодействие которых протекает преимущественно в глобальных компьютерных сетях» и понятие «сетевых социальных агрегатов», так как обязательной характеристикой сетевого социума является «осознание своей общности, члены социума связаны общей идеологией, традицией и т.п.»/37/

Вообще, по мнению В. Ю. Нестерова, сетевой социальный агрегат первичен, и трансформируется в сетевое сообщество, на основе созданной программной оболочки, посещаемой пользователями сети Интернет, в результате взаимодействия между постоянными пользователями этого ресурса. Казалось бы, Интернет это лишь одно из разновидностей средств массовой информации, сродни библиотеке, представляющей необходимую информацию по запросу пользователя. Хотя последние связаны прежде всего с внутренними психологическими мотивами и социальными потребностями современного человека, сформи­ровавшегося в ходе глобальных социальных процессов.

Так, на сегодняшний день существует проблема формирования принципиально иной социальной реальности. В условиях развития новых информационно - коммуникационных технологий, ускорения обмена информацией, расширением глобальной сети интернет, складывается новое общество, существующее и развивающееся в киберпространстве. Условия киберпространства способствуют тому, что пользователи сети интернет организуются в различные социальные агрегации, именуемые сетевыми сообществами, на базах определенных информационных ресурсов, представленных в интернет.

 

Литература

  1. Розин В. М. Существование, реальность,

    виртуальная                         реальность. http:

    //sociology. extrim.ru/vr_roz. txt

  2. Ядов В. А. Социальная идентификация в кризисном обществе // Социология: Хрестоматия: Для студентов вузов. - М.: Издательский центр «Академия», 1997.-С.160-168.

  3. Конецкая Н. К. Социология коммуникации. М: «ТОН», 1996. -254 с.

  4. Жичкина А. Е., Белинская Е. П. Стратегии самопрезентации в Интернет и их связь с реальной идентичностью. cybersocilogy.com

  5. McLuhan Marshall. The new electronic interdependence recreates the world in the image of a global village http // cybersocilogy.com

  6. Kelly P. Human Identity Part 1: Who are you? home.calumet.yorku.ca/pkelly/www/id1.htm

  7. История теоретической социологии. В 4-х т. Т. 2/ Ответ. ред. и составитель Ю. Н. Давыдов. М.: Канон+, 1997.-560 с.

  8. Семпси                Дж. Псибернитическая

    психология:обзор литературы по психологическим и

    социальным аспектам многопользовательских сред

    (MUD) в киберпространстве //Гуманитарные

    исследования в Интернете /Под ред. А. Е.

    Войскунского. М.: «Можайск-Терра», 2000. С.77-100.

  9. Янг К. С. Диагноз: интернет-зависимость // Мир Internet № 2. 2000, С. 24-29

  10. Нестерова Е. И., Нестеров В.Ю. Некоторые аспекты коммуникационных процессов в Сети с точки зрения. sociology. extrim.ru/vr_kon.txt

Фамилия автора: А.В. Сиводедова
Год: 2011
Город: Алматы
Категория: Политология
Яндекс.Метрика