Город и аул в современном казахском кино: две культуры, два героя

Казахстан страна двух различных культур: современной урбанизированной - городской, и традиционной народной - аульной. Эти две культуры сосуществуют параллельно, но порой вступают в противоборство. Культурное разде­ление между городом и аулом заключено в первую очередь в языковом отличии. Города еще с царских времен были средой расселение русских, а в советское время только в городах Атырау и Кызылорде казахи составляли большинство. В самом крупном городе и столице КазССР Алма-Ате до 1980-х годов проживало всего не более 10-15% казахов [1]. И сейчас во многих городах Казахстана русские составляют значительный процент населения, русский язык широко используется на всех уровнях социально-культурной, политической жизни общества. Сегодня, согласно переписи 2009 года 46% населения Казахстана живет в сельской местности, в небольших поселках и аулах [2]. Город и аул - это практически два различных информационных поля, две субкультуры. Как правило, казахоязычное население, в основном жители аулов, смотрят казахское СМИ, читают казахских писателей, слушают казахские песни и т. д., в то время как русскоязычные, горожане, предпочитают мест­ные русскоязычные и/или российские/ зару­бежные СМИ, русскоязычную/зарубежную литературу, музыку. Однако это не абсолютная истина, поскольку есть казахоязычные коренные горожане, а в аулах живут также русскоязычные представители, но факт влияния субкультур отрицать невозможно.

В истории казахского кино всегда были фильмы с героями из аула и города. Но в национальном кино советского периода куль­турологический разрыв между аульными жителями и городскими не был столь критичным. Герои аула не противопоставлялись городским жителям, и соответственно горожане не были культурными визави аулчанам. Например, в фильмах «Меня зовут Кожа» (1963), «Звучи там-там!» (1967), «Апамыс идет в школу» (1977), «Сладкий сок внутри травы» (1984), «Мой дом на зеленых холмах» (1986) герои - дети и подростки из аула не особо отличаются от своих городских сверстников в поведенческой культуре. Они играют в одни и те же игры, одинаково воспринимают окру­жающую реальность. Суть такого явления была заключена в советской идеологии, которая стремилась стереть социальные, национальные, культурные, ментальные особенности и различия населения СССР и тем самым унифицировать все социальные прослойки в единое бесклассовое коммунистическое общест­во - советский народ.

Нынешний контекст, связанный с общест­вом рыночных отношений расслоил общество на богатых и бедных. И этот процесс коснулся как городское, так и сельское население. Серьезное социально-экономическое, информа­ционное отставание села от города получило свое отражение и на экране. Появились кино­герои по-разному воспринимающие и пережи­вающие окружающую действительность.

В отечественном игровом кино последних двух десятилетий все четче стал обозначаться разрыв между экранными героями из аула и города, как носителей двух различных культур. Наиболее ярко этот процесс был обозначен в фильмах «казахской новой волны». Ленты на городскую тему - «Игла» (1988), «Женщина дня» (1989), «Разлучница» (1991) были сняты режиссерами из города, теми, кто знает городскую культуру. Одновременно в «казах­ской новой волне» работали носители внегородской культуры. С. Апрымов снял скандальный фильм о своем родном ауле «Конечная остановка» (1989), а затем «Аксуат» (1997) (название аула в ВКО, откуда родом Апрымов), в которой была продолжена тема современного аула, его социальные и культур­ные проблемы. Еще один яркий представитель «новой волны» Д. Омирбаев в своем фильме «Кардиограмма» (1995), а позднее и в ленте «Жол» (2001) впервые показал конфликт между городом и аулом как двух отдельных, порой противоборствующих культур. Герой фильма «Кардиограмма» Жасулан приезжает на лечение в городской санаторий. Непонимания возни­кают не только по причине незнания Жасуланом русского языка, но и из-за отличия культурной идентификации: Жасулан мальчик из аула, а они все городские. Общество санатория не приняло в свои пенаты Жасулана, его притесняли, унижали, обижали. И, в конце концов, не вытерпев всего этого, Жасулан сбегает из санатория в свой отчий дом - аул. В фильме «Жол» главный герой режиссер по имени Амир, живет в городе, в хорошем районе. Но сам он родом из аула, в котором не был очень давно. Однажды он едет в свой аул на похороны матери. Профессор искусствоведения Бауыржан  Ногербек точно  определил идею картины: «Жол» - фильм о попытке и невоз­можности обрести себя, свое прошлое, вернуться к духовным истокам» [3]. По сути, кинокартина о том, как современный мужчина теряет вместе с кончиной материю свои корни, свою связь с аулом. Примечательно, что сам Омирбаев родом из аула, потому он так остро отражает в своих картинах проблему столкно­вения аула и города.

Среди героев современного казахского кино 2007-2009 годов хочется выделить наиболее заметных и характерных героев аула и города. Это экранные образы девочек-подростков из фильмов «Стриж» (город) и «Секер» (аул). Выбор героев девочек-подростков довольно редкое и интересное явление в нашем кино. Проанализируем эти два фильма с точки зрения образа героинь как представительниц двух культур - города и аула.

Обе героини примерно одного возраста 13­14 лет, т.е. так называемый трудный переход­ный возраст. Они живут в одно время, в современном Казахстане. Лента «Стриж» (2007) режиссера Абая Кулбая, - это городская история о девочке-подростке. Героиня фильма «Стриж» 14-летняя девочка по имени Айнур. Она живет в не богатом районе мегаполиса. Что примечательно она метиска, живет с мамой и отчимом, видится с разведенным отцом. Сме­шанные браки довольно частое явление в мегаполисах и достаточно редкое в аулах. Айнур девочка из социально неблагополучной семьи - ее отчим регулярно пьет, отчего в доме частые скандалы родителей, она плохо учится в школе, конфликтует с одноклассниками, сбегает из дома. Айнур это «пацанка», героиня современного города, где довлеет космопо­литичная культура межличностных отношений. Конфликт фильма в том, что Айнур чувствует себя никому не нужной.

В ленте «Секер» (2009) режиссера С. Курманбекова рассказывается история об аульной девочке, которая ведет себя в обществе по-мальчишески, также как и героиня «Стрижа» А. Кулбая. Отец воспитывает ее так, поскольку у него нет сына, только 3 дочери, Секер -старшая из них. Она не носит юбки, дружит только с мальчиками, даже дерется с некото­рыми из них один на один. В отличие от Айнур из фильма «Стриж» Секер живет в благополучной аульной семье. Айнур облачается в образ мальчика по своей воле, она делает это в протест обществу окружающему ее - семье, школе, где ее не понимают. Она -индивидуалист. А это качество присуще людям урбанизированной, следовательно, оторванной от национальных традиций, культуры. А аульная девочка Секер вынуждена вести себя по мальчишески, потому, что «отец так захотел». Тут одновременно и любовь и уважение, покорность, проявленная дочерью к отцу. И здесь принципиальная, открыто обозримая разница аульного ребенка от городского. Согласно казахским народным традициям, как впрочем, и азиатским, восточным в целом, родителям категорически нельзя перечить. Слова родителей - это словно приказ в армии, должны исполняться беспрекословно и обжало­ванию не подлежат. Отец сказал и все, точка! Этого не скажешь о городских родителях и их детях. Городские родители принимают не столь важную роль в воспитании своих чад. В первую очередь это связано с катастрофической нехваткой времени в современных мегаполисах. В современном городе ребенка воспитывают сразу несколько социальных институтов -семья, детский сад, школа, круг друзей, телеви­дение. А в ауле воспитание детей практически всецело возложено на семью, причем семья состоит, как правило, помимо родителей ребенка из родителей его отца, т.е. дедушки и бабушки. Иначе говоря, в ауле сохранен традиционный уклад жизни, что отчетливо выражается в «семейном» воспитании детей в котором участвуют несколько поколений взрослых, начиная от прямых родителей до дедов, бабушек, даже до прадедов и прабабушек. Это говорит о том, что аульный ребенок вырастает носителем традиционной культуры, так как он питает в себя духовные ценности старших поколений. А город - это постоянное обновление, бесконечная гонка за модернизацией, и городской ребенок поневоле становится объектом для новаторских экспери­ментов в области образования и продвижения новых технологий распространения масскультуры. Подросток из аула в меньшей степени подвержен психологическим стрессам, чем его сверстник из города. В ауле сохранена гармония взаимоотношений между поколениями дедов, отцов и детей. Поэтому в фильме «Секер» конфликт между девочкой и ее родителями не носит обостренный характер, как в фильме «Стриж», где традиционная семья разрушена, мать Айнуры разведена с ее отцом и живет с другим мужчиной, ждет от него ребенка, по сути, у нее уже отдельная личная жизнь, в которой нет места для Айнур. Отец же не имеет материальных средств для содержания дочери, он работает ночным сторожем. У Айнур нивелировано чувство любви и уважения к маме, она больше любит отца, но не может быть с ним, а отчима она не приемлет как чужого человека. А Секер любит своих родителей и внутренне готова прислушаться к мнениям взрослых, и одеть платье вместо штанов к началу нового учебного года. Однако ее отец противиться этому, он не хочет и подсознательно боится верить в то, что у него нет сына, продолжателя его рода.

Как и было отмечено выше у обеих экранных героинь примерно один и тот же «переходный» возраст. Они уже не дети, но еще и не взрослые. Им самим еще предстоит усвоить или отвергнут опыт своих родителей.

Айнур из «Стрижа» подвержена соблазнам большого города, она, выражаясь молодежным сленгом, «продвинутая»: курит, выпивает и даже однажды целуется в губы с одноклассни­цей, будучи не трезвой. Айнур активно впитала в себя масскультуру, которая пропагандирует вольность нравов, потребительский образ жизни, а также моду на нетрадиционную ориентацию. Секер - типичная девчонка из аула. Для нее интереснее кататься верхом на лошади, помогать отцу по хозяйству, пасти овец, играть со сверстниками в поле.

Добавим, что Айнур - одно из самых распространенных современных женских имен. Это сложносоставное имя, происходящее от «Ай» (каз. - луна) и «Нұр» (араб. - свет), т.е. «лунный свет». Однако это не традиционное казахское имя, оно появилось относительно недавно. Дело в том, что «нұр», т.е. «свет» излучает солнце, а луна не может излучать свет, она лишь отражает подающий на нее солнечный свет (полная луна отражает 7% солнечного света). Об этом кочевники, в том числе и казахи, знали издревле. Поэтому относительно к луне используют слово «сәуле» (каз. «луч»). Имя Айсауле («Лунный луч», правильное в смысловом отношении) встречается реже. То, что среди казахов распространилось в последние годы это «нетрадиционное» имя, говорит о том, что мы утрачиваем связи с народной культурой и становимся все более урбанизированными, космополитными.

Название обоих фильмов также имеют свой скрытый смысл. Стрижи (лат. Apodes) -подотряд птиц отряда стрижеобразных (лат. Apodiformes). Нередко обитают в городах, ведут отшельнический образ. Птица стриж характеризует Айнур, она тоже отшельник живет вне семьи, вне школы, у нее мало друзей. Режиссер обыгрывает образ Девочки-Стрижа пластически - Айнур любит сидеть на улице в одиночестве на корточках, сгорбившись, словно птица. А слово «Секер» диалектическое (лите­ратурное - «шекер», употребляется редко, синоним - «қант», употребляется часто), озна­чает «сахар», в переносном смысле «сладкая». И на самом деле Секер - любимая, желанная, «сладкий» ребенок для родителей и аульчан.

Финал обеих лент можно назвать счаст­ливым. Айнур бежит к маме в родильный дом. Режиссер монтирует бег Айнуры с кадрами счастливых лиц ее мамы, отчима, новорожден­ного братика или сестренки и даже отца, которые как бы зовут ее к себе, праздновать рождение ребенка. Но Айнур не добежав до роддома, попадает в аварию, ее сбивает машина. «Все в порядке, все нормально, я живая» -говорит она людям, собравшимся вокруг нее с целью ей помочь. Это возможно первые и единственные позитивные слова, сказанные Айнур на протяжении фильма, что внушает зрителю надежду на то, что с рождением ребенка в семье у Айнур жизнь наладится, наступит гармоничные взаимоотношения в семье. А Секер становится полноценной девочкой, надевает платье и бантик. К финалу кинокартины отец отказывается от своих иллюзий и предрассудков. Он смирился с тем, что у него нет наследника, что Секер все-таки девочка, а не мальчик. А сама Секер теперь навсегда прощается со своей «пацанской» жизнью и как бы «перерождается» в девочку, девушку, будущую мать.

Молодые режиссеры, пытаясь художествен­но осмыслить современную окружающую действительность на экране, воплотили два разных экранных образа девочек-подростков, представительниц двух различных культур. 

Интересно, что киногерои фильмов «Стриж» и «Секер», рожденные фантазией художников, все же адекватно отражают современные реалии Казахстана. Наверное, в этом не последнюю роль сыграло и то, что режиссеры фильмов сами рождены и воспитаны урбанизированной и аульной этнической культурой. Абай Кулбай алматинец, Сабит Курманбеков родом из аула, и каждый из них снимал о том, что ему хорошо знакомо.

Одним словом, современное национальное кино имеет как бы два полюса своего развития. Фильмы, охватывающие жизнь аула восприни­маются зрителем как традиционное народное кино, фильмы, посвященные городской жизни оцениваются как современное арт-хаусное, «фестивальное» кино.

 

Литература

1.   Рашид Саттаров, «Казахское общество в интерьере демографической статистики». Интернет-газета «Zona kz». http://www.zonakz.net/articles/20226?mode=reply

2.      Агентство по статистике Республики Казахстан. Итоги переписи населения Республики Казахстан 2009 года. http://www.stat.kz/p_perepis/Pages/n_04_02_10.aspx

3. Ногербек Б. Р. Экранно-фольклорные традиции в казахском игровом кино, Алматы: RUAN, 2008. - С.306.

Фамилия автора: Б. Ногербек
Год: 2010
Город: Алматы
Категория: Культурология
Яндекс.Метрика