Мировоззренческий пласт наследия Чингис хана (этический и антропологический аспекты)

В наследии Чингис хана достаточно публикаций посвящено его полководческому опыту и опыту как правителя государства. На наш взгляд, в исторических источниках о деяниях Чингис хана помимо воинского искусства и опыта как политика присутствует пласт, затрагивающий духовный опыт народов той исторической эпохи. В первую очередь, мировоззренческий пласт наследия Чингис хана представляет его завещание сыновьям. Слова-завещания Чингис хана своим сыновьям являют для современного исследователя источник сведений о мировоззрении тюркских народов средних веков. В данной статье мы проведем анализ мировоззренческого содержания заве­щания Чигис хана, что передает нам средне­вековой ученый и мыслитель Кадыргали Жалайыр в «Шежірелер жинағы».

На наш взгляд, в словах-завещаниях Чингис хана присутствует пласт мировоззренческого наследия той культуры, что открывает горизонты такой проблемы, как проблемы бытия человека. Следует отметить, что слова-завещания Чингис хана были высказаны им в сжатой форме. Нужно принять во внимание, что в этих словах говорит основатель огромного государства, прошедший через войны и видевший свершение судеб многих народов, знавший традиции и нравы культуры той эпохи. Поэтому следует предположить, что в них находят выражение существенные стороны представлений людей той эпохи о своем долге, о смысле жизни и назначении человека. Примеры о жизненном пути людей, принявших участие в войнах Чингис хана, сам жизненный путь основателя Великой империи, содержа­щиеся в книге «Шежірелер жинағы» Кадыргали Жалайыра, краткие замечания об образе жизни, традициях и нравах людей той культуры, наставления Чингис хана своим престоло-наследным сыновьям воссоздают картину бытия человека в условиях средневековой тюркской культуры.

То, в каком плане проходит жизнь представителя культуры народов государства Чингис   хана,   мы   можем   судить   по его высказываниям. Силу своего духа они черпают в вере в Бога. Неслучайно Чингис хан говорит: «Легко победить человека, у которого нет веры в Бога (забывшего Бога)». - «... Құдайды үмытқан, өзгеге қөңіл қылғандарға қарсы бару оңай» (1, 80). Следуя за суждениями Чингис хана в его завещании, мы можем отметить, что вера в Бога пробуждает в человеке отвагу («... үрыс кезінде ашқарақтанған өз жемтігіне үмтылған лашындай болғай») (1, 79). Пред­ставителя средневековой тюркской культуры движет вера. Она позволяет ему быть бдительным и осторожным и быть в постоянной готовности. «При отправлении любого дела нужны выдержанность, осторожность и ум» («Эр бір істі істерде сабырлықпен сақты, ақылдық керек») (1, 80).

Чингис хан завещает, трудности не должны сломить дух человека. Того человека можно назвать достойным возглавить государство и вести за собой людей, возглавить войско и вести к победе, возглавить представительство и вести переговоры, возглавить сотню и вести воинов в атаку на врагов, кто выдерживает трудные дни, чей дух не слабеет и выходит из испытаний сильным, окрепшим, обретшим опыт. «Среди своего народа будь робким как теленок, во время сражения будь хищным зверем, нападающим на жертву» («Халық арасында өзін кіңшкене бүзаудай жуас үстағай, үрыс кезінде, мысалы, ашқарақтанып өз жемтігіне үмтылған лашындай болғай») (1, 79). Как мы видим, последователи Чингис хана (его сыновья и полководцы, народы его государства) при случае не избегают жизни, полной риска, борьбы и опасности. Они без страха вступают в нее, смотрят в лицо опасности, бросают вызов такой жизни и выходят победителями. Как мы видим, для представителя тюркской культуры риск и состязательность часто оборачиваются вопросом жизни и смерти и разворачиваются не в сфере умозрительных принципов, но в реальной жизни. И в этом плане он сближается со «свободным умом» (Дионисом) Фр. Ницше.

В «Шежірелер жинағы содержится легенда о Чингис хане.  При  Чингис хане была возвышенность, ее называли возвышенностью Алтана. Чингис хан поднялся на эту высоту и стал осматривать свои владения и сказал людям, оглашающим его приказы: «Пусть жители достигнут такой же крепости, как эта высота, жены, невесты и дочери пусть цветут, как цветут склоны этой высоты. Я всегда желаю одного...» («Тұрғандар былайша бүл қырдай болып қара болсын және хатундар, келіндер, қыздар былайша қызыл ол түсті қүлпырап түрар еді... » ). «...Те, кто словом ведут за собой к лучшему, получат от меня (правителя) почести.» («... ілгері шекер сөздерді, олардың ауыздарына шырын қүйдым...»), «. те, кто делом возвышают народ, также будут одарены правителем.» («... ілгері - кеін жүргізіп, оларға алтын тоңдармен келтірдім...»). «...Они не будут испытывать недостатка, пусть приумножают своим словом и своим искусством славу и благополучие народа. Все, кто живут в согласии с законом и делают добрые дела, получат мою поддержку» (1, 82).

Как мы видим, Чингис хан - не только завоеватель, покоривший многие народы, стирающий с лица земли непокорные города. Мы видим, он - правитель, подчиняющий народы единому закону, и, тем самым, своими законами (волей) запрещающий распри, войны, восстания. Период завоеваний завершен, народы объединены в единое государство. Теперь перед правителем, наряду с сохранением твердого законопорядка, стоят задачи созида­тельного характера. Данное слово (завещание) говорит о нем как о дальновидном правителе. Мощь и сила государства не могут ограничи­ваться установлением твердого законопорядка и сильной, боеспособной армией. Развитие ис­кусств и ремесел, развитие торговых отношений в государстве Чингис хана должны были составить основу благополучия объединенных народов. В этой связи следует отметить, что если прежде воля Чингис хана имела завоевательный характер (следует отметить, что его завоевания не означают уничтожение, сплошное отрицание), то с созданием единого государства его воля означает единый порядок, единый закон.

Одним из востребованных видов искусства в ту историческую эпоху является воинское искусство. И в этой связи Чингис хан, пресле­дующий укрепление силы и мощи государства, в словах-завещаниях часто говорит о необходимости совершенствования в воинах навыков воинского искусства и ставит в пример своим воинам лучших полководцев, отличив­шихся в боях мужеством и совершенным владением боевым оружием. Так, Чингис хан говорит: «... әскер әмірлері, яғни әскер үлығы ... үлдарына   от   аттырғай,    атқа шаптырғай, күресуді жақсы білдіргей, оларды осындай істе тәрбиелегей... » («. Полководцы, возглав­ляющие войска, должны обучать воинов стрелять из лука, обучать верховой езде, борьбе ...») (1, 80).

Логика суждений Чингис хана в его завещании позволяет предположить, что основу благополучия объединенных в его государстве народов, основу их процветания должны составить лучшие традиции культуры, идущие с глубины веков, заложенные в нелегкой жизни их дедов. Об этом свидетельствуют слова Чингис хана: «Нашему благополучию, достатку и благополучию наших потомков мы обязаны участию в этом наших предков (дедов) и об этом мы не должны забывать». («Бізден соң біздің үрпақтарымыз шаңырағына дейін ақшаға толтырғай, жақсы киім кигей,... Бүларды біздің аталарымыз, ағаларымыз жинаған еді, сол үлы күнді біздер де үмытпағаймыз») (1, 81). Из завещания Чингис хана следует, что победо­носным завоевательным походам, победам воинов в боевых сражениях они во многом обязаны той культуре духа и тела (тем здоровым традициям культуры духа и тела), что передавалась из поколения в поколение, тому здоровому жизнерадостному духу людей, что сложился в результате их образа жизни, находящегося в неразрывной слитности с природой, несущего движение, активность, жизнеутверждающую силу и той культуре отношений, что сложились в семье.

Следует отметить, что образ жизни народов той эпохи способствовал формированию особой культуры духа и тела, проявлявшегося в сильном и суровом духе их представителей, в крепком, здоровом теле. Культура этих народов обладает богатыми традициями воспитания своих представителей сильными и здоровыми. Одним из них является традиция обучения верховой езде, обучения стрельбе, владению мечом, обучению борьбе. В истории культуры тех народов приводится немало примеров, когда с трех лет становятся хорошими наездниками. Многие национальные игры народов огромного региона, вошедших в государство Чингис хана и его сыновей, нацелены на формирование навыков бойца, воина. Чингис хан в настав­лениях отмечает, что сила и власть человека, а также успех во всех его делах во многом зависит от свободы его духа над вожделениями тела. Чингис хан отмечает, что человек, находящийся в зависимости от потребностей тела (оказавшийся во власти чувства голода и жажды), не способен на великие свершения ибо свершения не даются сами по себе. Помимо преодоления внешних препятствий, он должен подчинить себя свое железной воле, заглушить в себе чувство голода и жажды, подавить в себе страх. Следует отметить, что жизнь в походах, в кочевьях, жизнь верхом на коне воспитал в тех людях сильный дух, физическую выносливость. И здесь мы вновь можем обратиться к параллели. Теперь прочтение данного настав­ления Чингис хана в контексте суфийской традиции позволяет проследить особые грани отношения к жизни людей, участвовавших в свершениях великого полководца.

Для средневекового тюрка жизнь во власти тела означало ослабление его воли, ограничение его возможностей. Если он не мог освоить верховую езду, если он не мог владеть мечом и луком, если он не мог выдержать продолжи­тельный переход, то он оказывался не приспособленным к жизни, что означало для него жизнь в зависимости и, возможно, смерть. Следовательно, в средневековой тюркской культуре его представитель живет, пока он владеет своим телом и имеет сильный дух. Например, Чингис хан умирает, предпочитая походную жизнь. Он умирает не на своей родной земле, где он родился, а в Тангуте, куда он направляется, чтобы в очередной раз покорить этот народ.

Одной из самых добрых традиций, несущей здоровый дух в в средневековой культуре народов государства Чингис хана является культура семейных отношений. В «Шежірелер жинағы» Кадыргали Жалайыра наряду с проблемой власти, основания сильного, единого государства (она раскрывается в истории его завоеваний и его сыновей, в его необычной судьбе, в наставлениях Чингис хана), среди ряда других философских проблем (проблемы фило­софии истории, проблемы человека, философии культуры) присутствует и философия семьи. Причем она дается не через систему абстракт­ных понятий и положений, но, как и все другие проблемы, присутствующие в книге Кадыргали Жалайыра, предстает через информацию о жизненных судьбах, в наставлениях Чингис хана, в кратких замечаниях автора о традициях, быте и семейных отношениях той культуры. Следует отметить, что исследование всех аспектов философии семьи, присутствующей в книге Кадыргали Жалайыра, требует специаль­ного анализа. В рамках данной статьи мы ограничимся ее прочтением в контексте избранной тематики - раскрытие идейного содержания наставлений Чингис хана.

Частью философии семьи являются женские судьбы в «Шежірелер жинағы». В «Шежірелер жинағы» дается история женских судеб, при­частных к жизни людей, наделенных властью и явющихся правителями государств. Большей частью информация о женских судьбах органи-чивается краткими сообщениями о генеалигической линии Чингис хана и его потомков. Но эти сообщения о женских судьбах на фоне тех исторических событий - завоевательных походов Чингис хана и его сыновей, тех культурных традиций, что в общей сложности представляют культурно-историческое прост­ранство той эпохи, становятся содержатель­ными, несущими в себе глубокий подтекст.

В книге «Шежірелер жинағы» Кадыргали Жалайыра говорится о судьбах трех женщин, причастных к политической жизни народов государства Чингис хана, к тем завоевательным походам, что привели к изменениию политиче­ской географии этого региона в эпоху средне­вековья. Как о том сообщает легенда, переда­ваемая в книге «Шежірелер жинағы», к истории становления единого государства многих тюркских народов той эпохи причастна необычная судьба мужественной женщины по имени Алан Куа. Из ее потомков вышли известные правители и султаны, отмеченные печатью избранности Богом, батыры, покоряв­шие многие земли, достигшие могущества, силы и власти. Они владели над миром, были могущественными, мужественными, сильными и славными, располагали несметным богат­ством, счастье и удача не покидали их. Из них вышли правители государств и полководцы (1,35).

Другим примером мужественности женщины является жизненный путь матери Чингис хана - Ауалун Фужин, ее называли также Ауалун Ииге (1, 43), родившая Иесуге-Баһадуру четырех сыновей: Темужин, Жошы-Қасар, Качиун и Темуге-Отчигин (1, 43). Ауалун Фужин, как и Алан Куа, рано осталась без мужа. Иесуге Баһадур погиб относительно молодым. Ауалун Фужин приложила много усилий, чтобы воспитать детей как потомков Бодончара (Бүданжара) и Қабүл хана (2,63). Еще одним примером сильной женщины является Бөрте Фужин (первая жена Чингис хана). Она также является причастной к судьбам правителей народов огромного пространства, входившего в империю Чингис хана. Бөрте Фужин происходила из знатного рода, является дочерью правителя қоңыратов - Дай-нояна (1, 46). Она родила четырех сыновей, которые после смерти Чингис хана возглавили улусы -Жошы, Шагатая, Угедея и Толе.

Женщина в средневековой тюркской культуре была хранительницей очага, всех культурных традиций, на которых держалась семья. О миссии женщины в той культуре мы узнаем из завещания Чингис хана. «Когда муж выходит на охоту или войну (сохраняет), бережет дом и имущество. Когда навещают гости или служилые люди, принимает их в доме мужа. Сохраняет порядок в доме, хорошо готовит еду, ухаживает за гостем. У такой жены идет только добрая слава о муже, имя его превозносится. Если жена плохая, то тогда становится известным все плохие стороны мужа» (1. 79). Следует отметить, что чем выше было положение мужа в средневековой культуре тех народов, тем больше предъяв­лялось требований к образованию и воспитан­ности жены и матери (знание культурных традиций, умений, нрав и т. д.).

Данное завещание Чингис хана адресовано не только народам своего государства, но и престолонаследным сыновьям. И если интерпретировать завещание Чингис хана в контексте проблемы власти, то в нем Чингис хан предстает как дальновидный правитель и политик. В данном завещании Чингис хана высвечивается идея - прочная семья - основа силы и мощи государства. Для дальновидного политика является также важным благополучие семьи. И действительно, семья является тем первоначальным пространством, в котором будущие воины и полководцы впервые зна­комятся с установленными в государстве порядками, с идущими от дедов традициями. Представления о долге, чести, отношение установленному порядку в государстве, к культурным традициям впервые закладывается в семье. В семье формируются качества, кото­рые ценил Чингис хан - честность, мужество, отвага, преданность делу. В завещании Чингис хана кроется идея о том, что правитель не должен оставлять без внимания настроение в семье. Основой прочной власти правителя является обретение доверия в народе, благополучие и достаток в семье.

 

Литература

  1. Қадырғали Жалайыр. Шежірелер жинағы. — Алматы: Қазақстан, 1997.

  2. Ельдесов Д. Тайная история Чингис кагана: Очерк, публицистика. Простор. — 2004. № 10 — С. 156.

Фамилия автора: Г.Ж. Есмагулова
Год: 2010
Город: Алматы
Категория: Культурология
Яндекс.Метрика