Нравственные основания традиционного казахского права

Интерес к истории кочевого общества, его самобытной материальной и духовной культуре не ослабевает. Свидетельством тому являются, многочисленные исследования ученых -обществоведов, в которых на основе анализа различных по содержанию источников раскры­ваются новые грани социальной действи­тельности и качественные стороны кочевого общества [1, 65 с.].

При оценке событий и явлений исто­рического прошлого культуры необходимо брать ценное, гуманное активно способст­вующие формированию общечеловеческого, веками выработанного аксиологического пове­дения. Очень точно на этот счет выразились в свое время идеологи марксизма " если человек черпает все свои знания, ощущения и прочее из известного мира и опыта, получаемого от этого мира, то надо, стало быть, так устроить окружающий мир, чтобы человек в нем познавал и усваивал истинно человеческое, чтобы он познавал себя как человека. Если правильно понятый интерес составляет принцип всей морали, то надо, стало быть, стремится к тому, чтобы частный интерес отдельного человека совпадал с общечеловеческими инте­ресами [2, 31 с.]. Действительно, общечелове­ческая культура сложилась на почве традиций и обычаев народов. Глубоко и разносторонне исследуя ее, мы должны повсеместно и широко пропагандировать лучшие образцы прогрессив­ной традиции и гуманистические элементы, обладающие приоритетом в общечеловеческой культуре, национальная культура должна, умело использовать демократические образцы старых традиций при формировании мировоззрения.

Обычное казахское право явилось опре­деленной социальной ценностью в предметно -практической деятельности кочевников, так как отражало дух и мировоззренческие аспекты народной жизни.

В свое время Ч. Валиханов обратил внимание на демократизм и гуманизм обычного казахского права. Исследуя правовые инсти­туты, он высказывал суждения, имеющие общетеоретическое значение для исследова­телей политико-правового строя кочевого общества казахов: обычное право киргиз по той же аналогии высшего развития с низшем, на которое мы так любим, ссылаться, имеет более гуманных сторон, чем законодательство, например, мусульманское, Китайское, и русское по Русской правде. В киргизских законах нет тех предупредительных и устрашающих мер которыми наполнены и новейшие европейские кодексы. У киргиз телесные наказания никогда не существовали. А законы правовые, по которым члены рода ответствуют за своего родича, при родовых отношениях приносят много практической пользы" [3, 94 с.].

Ч. Валиханов высоко оценивает этнические особенности своего народа: При этом казахский культуровед делает и справедливое замечание относительно европоцентризма: «В Европе до сих пор господствует ложное понятие, пред­ставляющее кочевые племена в виде свирепых орд и беспорядочных дикарей. Понятие о кочевом монголе или киргизе тесно связано с идеей грубого и скотоподобного варвара. Между тем большая часть этих варваров имеет свою литературу и сказания - письменные или изустные. К числу первых принадлежат монголы и зюнгары, а к числу вторых - кочевые орды монголо-тюркского корня. Степной ордынец - киргиз стоит морально, по своим умственным способностям, гораздо выше оседлого простолюдина татарина или турка. Склонность к поэзии, особенно к импровизации, отличает все кочевые расы... Влияние ли беззаботной кочевой жизни или постоянное созерцание природы, всегда открытого звёзд­ного неба и беспредельных и зелёных степей были причиною к поэтическому и умозри­тельному расположению духа этих степных кочевников - нам нет нужды знать: решение этого вопроса предоставляем ученым, наблю­дающим природу, её влияние на человека и следствия этого влияния. Мы же представим только факты и данные» [4, 304 с.].

Ч. Валиханов прекрасно понимал, что бедствия казахов, киргизов, уйгуров, дунган связаны не с этническими особенностями рус­ских, китайцев, англичан и т.д. Дело в системе подавления народной свободы и сложившихся естественных механизмах взаимного сотрудни­чества и согласия. Как подчеркивает известный исследователь творчества Ч. Валиханова О.А. Сегизбаев, он справедливо возражал против навязывания культурных стандартов одних народов другим. Так, например, он решительно выступил против попыток российского прави­тельства механически осуществлять в Казах­стане второй половины XIX века правосудие по канонам русского суда по «Русской Правде». Он совершенно справедливо доказывал, что этого делать нельзя по той простой причине, что у казахов нет многих видов преступлений, порождаемых специфическими условиями России, но зато имеют место такие преступные проявления, о которых российское правосудие просто ничего не знает. Например, преступ­ления, связанные с барымтой (насильственным угоном чужого скота по разным причинам), нарушение традиционных порядков уплаты калыма, кражи невест без соблюдения веками закрепленных обычаев и т.д., наказание за которые никак не могли быть предусмотрены российским законодательством [5, 234 с.].

В национальном самосознании казахов ключевую роль играл анимизм: предметы мира живы, одушевлены. Поэтому им нельзя причинять боль: нельзя осквернять огонь и воду, топтать траву, резать хлеб ножом и т.д. Но кроме чувственной стороны каждый предмет обладает и символической формой, он символ, знак, «тень» другого, недоступного обыденному видению и пониманию. Познать - означает истолковать эти связи. Поэтому отправление обрядов и означало у древних казахов познание. Выражение «ырымшыл казак» (обрядолюбивый казах) достаточно метко характеризовало психологические особенности казахского этно­са. Все сказанное имеет отношение и к казахским биям. Их в казахской степи было немало. Они были разного масштаба — местного (аульного), регионального, родового, племенного и так далее. Чокан Валиханов свидетельствует: «Чтобы обрести имя бия, нужно было не раз показать перед народом свои юридические знания и свою ораторскую способность». Будущие бии учились в восточ­ных медресе в Хиве, Бухаре, Самарканде. Из поколения в поколение они передавали юридические знания, Именно духовность в ее внутренних скры­тых формах аккумулировала в себе само­стоятельность, специфику и самобытность народа. К примеру, о том что вербальные формы коммуникаций кочевого общества имеют самобытный, своеобразный характер не являются сейчас чем то новым, но непонятным является феноменом казахского права как часть культуры. Таким образом, исследования цен­ностного содержания казахского права -явление сравнительно новое.

Духовность народа близка и применима к областям норм и обычаев, ценностей и форм поведения. Как известно жизнь казахов строи­лась на основе безоговорочного подчинения устоявшимся правилам, строгой регламента­цией отношений между людьми, верности традициям предков, соблюдении обычаев, обрядов предписаний. Многие, из которых, возвращаясь к сказанному, отличались гуманиз­мом отражая при этом конкретные факты социальной действительности казахского об­щества. Остановимся на некоторых институтах обычного казахского права.

Обычное казахское право санкционировало строгое соблюдение принципа родовой экзогамии, то есть. нормативного запрещения вступает в брак с близкими по крови родст­венниками по восходящей и нисходящей прямой линии. Это требование непосредственно связано с проблемой нравственного порядка и заботой о здоровом, полноценном потомстве. В материалах по казахскому обычному праву, опубликованных Семипалатинским областным статистическим комитетом в 1886 г., записано: ".. как в древнее время брак запрещался между родственниками до седьмого колена включительно..," [5, 210 с.] или, к примеру в записи русских исследователей справедливо отмечалось, что казахи "в выборе жен соблюдают самые отдаленные линии родства и не позволяется брать жену из одного с собою родового отделения" [6, 210 с.]. Нарушившие экзогамное табу виновные стороны подвергались суровому осуждению и нака­занию, а при наличии смягчающих обстоя­тельств они изгонялись из рода.

Данный запрет, санкционированный в обычном казахском праве причислен к числу наиболее прогрессивных так как актуален и ныне, поскольку получил правовое закрепление в Законе о семье и браке [7, 6 с.] (от 1 сентября 2000г.) в статье 11 пункте 2; не допускается заключение брака между: прямыми родственни­ками по восходящей и нисходящей линии родителями и детьми, дедушкой, бабушкой и внуками, полнородными и неполнородными братьями и сестрами, имеющих общих отца и мать.

Целью Республики Казахстан признано построение демократического правового государства и гражданского общества. Об этом заявлено и в Послании Президента Н.А. Назарбаева казахстанскому народу. Права человека - это неотъемлемые свободы и права личности, которые индивид обретает в силу рождения. Права человека являются основным понятием естественного и всякого права в целом. Они объемлют гражданские права и политические свободы, экономические, со­циальные и культурные права, а также права целых общностей (дети, женщины, нацио­нальные меньшинства, народы и т. д.). Права человека представляют собой принципы, нормы взаимоотношений между людьми и государ­ством, обеспечивающие индивиду возможность действовать по своему усмотрению (эту часть прав человека обычно называют свободами) или получать определенные блага (это собственно права человека).

Права человека формировались из много­кратно повторяющихся актов деятельности людей, повторяющихся связей и форм отношений, в результате которых формирова­лись определенные устойчивые нормы, эталоны, ценности, которые способны упоря­дочивать процесс взаимодействия людей. Каж­дый человек имеет притязания на определенный объем материальных и духовных благ, получению которых должны содействовать общество и государство, причем объем этих благ исторически всегда определялся поло­жением индивида в классовой структуре общества, в системе материального произ­водства. Эти блага, которыми наделялся индивид, могут быть названы правами человека.

В мусульманской цивилизации, в основе которой находится религия ислама, целью регламентации поведения индивида является обеспечение интересов «правоверных», ислама в целом. Человек, противопоставивший себя этому целому, становился отступником от ислама, подвергался тяжким наказаниям. Мусульманское право носило религиозный характер, и поэтому осуществление его норм становилось в глазах «правоверных» религиоз­ной обязанностью. Мусульманское право было призвано детально регулировать не только внешнее поведение мусульман, но и лежащую в основе его постулатов внутреннюю мотивацию. Это определяет добровольное, сознательное подчинение индивида общности, основанной на предписаниях ислама, который является одновременно и «верой в государство». Выдвижение идеи прав человека как его притязаний к власти в контексте исламской культуры означало бы посягательство на незыблемость религиозных установлений.

В РК признается идеологическое и политическое многообразие, не допускается слияние общественных и государственных институтов, создание в государственных органах организаций политических партий. Кроме того, в соответствии с Конституцией РК общественные объединения равны перед законом. Не допускается незаконное вмешатель­ство государства в дела общественных объединений и общественных объединений в дела государства, возложение на общественные объединения функций государственных органов, государственное финансирование об­щественных объединений (ст. 5).

Для реализации даных конституционных положений были приняты важнейшие законодательные акты - это Законы РК «Об общественных объединениях» и «О полити­ческих партиях». В соответствии с данными законодательными актами общественными объединениями признаются политические партии, профессиональные союзы и другие объединения граждан, созданные на добро­вольной основе для достижения ими общих целей, не противоречащих законодательству.

Наше общество достаточно долго жило своей, отделенной от мира жизнью. Сегодня же мы должны внимательно присмотреться к международному опыту, в том числе и в вопросах обеспечения свободы СМИ.

Если обратиться к международному опыту, то можно отметить, что для журналиста необходимо максимально четко информировать общество о том, что признается им профессио­нальными нормами.

Что должно быть в этих нормах и правилах? Мировая практика (обобщаю уже переведенное и опубликованное) свидетельствует: журналисты-профессионалы, в первую очередь, должны четко придерживаться принципа законности способа получения им информации: она должна быть получена законным и честным путем.

Сегодня в Казахстане существует множество противоречий в создании системы гарантий свободы мнений, прежде всего законода­тельных. Однако несмотря на данные противоречия в нашем обществе наблюдается множество позитивных изменений в сфере обеспечения свободы мнений. Здесь следует отметить, что реализации естественных прав и свобод человека и граждан - это дело не одного дня. Так, формирование современных демократических государств осуществлялось в течении длительного времени. На этом пути встречалось множество трудностей, были взлеты и падения. Поэтому важно отметить, что свобода мысли и слова не реализуется сразу же после законодательного их провозглашения. Демократии и плюрализму общество должно учиться постепенно. Начавшиеся процессы реализации свободы мнений обусловили необратимость демократизации казахстанского общества, что является важнейшим требо­ванием создания стабильного перманентно развивающегося государства и плюралис­тического общества.

 

Литература

  1. Зиманов С.З. Россия и Букеевское ханство. -Алматы, 1982. - 269 с.

  2. Кшибеков Д. Кочевое общество; генезис, развития. -Алматы, 1984. - 354 с.

  3. Валиханов Ч. Ч. Записка о судебной реформе //Валиханов Ч. Ч. Собрание сочинений в 5-ти т.- Алма-Ата: Главная редакция Казахской советской энциклопедии, 1985. - Т.4. - С. 77-104

  4. Валиханов Ч.Ч. [Заметки по истории южносибирских племен] // Валиханов Ч.Ч. Собрание сочинений. - Т.1. - С. 294-305.

  5. Сегизбаев О.А. Казахская философия в XV -начала XX вв. - Алматы: Гытым, 1996. - 472 с.

  6. Мавродина Р.М. Киевская Русь и кочевники. - Л.1983. - С.

  7. Закон о семье и браке от 1-го января 2000 г.

Фамилия автора: Р. К. Абдрахманова
Год: 2009
Город: Алматы
Категория: Культурология
Яндекс.Метрика