К вопросу управления экономической политикой

В соответствии с концепцией междуна­родного консенсуса покупательная способ­ность денег имеет обратную связь с уровнем цен товаров и услуг. Так, обозначив отноше­ние вырученной денежной массы к физичес­кому объему товарной массы, мы можем определить цену единицы конкретного товара (ЦТ). Благодаря цене единицы физического товара (ЦТ) становится возможным добиться равенства товарной массы (КТ) продавца в денежном выражении (ЦТ*КТ) с денежной массой, имеющейся у покупателя (КД). Это количественное равенство двух величин -товарного потока, который идет от продавца к покупателю, и денежного потока, который идет в обратном направлении позволяет взаимно погасить оба потока.

Таким образом, определяется качество то­варообмена между продавцом и покупателем: цТ*кт= КД. Покупатель рассчитывается с продавцом физического товараденежным товаром по номиналу национальных валют, значит, продавец получает деньги в номинале национальной валюты. И, следовательно, и экономическая наука, и практика имеют дело только с одним языком - языком денег, денеж-ноязычным феноменом. Ключевые ценовые и стоимостные индикаторы анализа, проектиро­вания и управления реальной экономикой оказываются под властью единичной мощ­ности национальной валюты, в соответствии с принципами международного консенсуса:

ЦТ*КТ/ КД =1, (1) где ЦТ*КТ - как числитель этого равенства выражает стоимость товарной массы со сторо­ны продавца, а КД - представляет предложе­ние денег со стороны покупателя по номиналу национальной валюты. Теперь, пусть годовой объем реализованных продавцами товаров и услуг в сумме составил валовую выручку от продаж Х = Цт * Кт, а денежная масса, которая находилась в обороте - М = КД. В данном общем случае, скорость обращения денег по номиналу национальной валюты составит - vx: vx = =X /М, или по условиям международного консенсуса: X= vx *М. Отсюда X/(vx *М) =1. (2)

Но выручка от продаж Х содержит пов­торный учет отдельных компонентов продук­тов, которые продаются и перепродаются. И поэтому,   номинальный   ВВП определяется путем вычета из выручки от реализации X величины промежуточного потребления (QP): NGDP=X-QP. Формула (2), теперь, записывает­ся так, как в уравнении обмена монетаризма: NGDP/ та*М = 1, (3) где vn - скорость обращения денег. Казахстанская  группа аналитиков выяс­нила, что скорость обращения денег vn сама является функцией, зависимой от скорости обращения денег по выручке от продаж - vx и

скорости обращения денег по продукту про­межуточного потребления - vz: vn=X/М- QP/М = vx - vz или то же самое: vn = vx - vz. Поскольку имеет место NGDP = р*RGDP, то уравнение обмена монетаризма:

р*RGDP=vn*M, (4) однозначно определяется валовой выручкой от продаж X= Цт* Кт.

Как показывает наш анализ, всего в течение десяти лет c 2000-2010 гг. скорость обращения денежной массы vn вышеуказанных государств G-35 (а они занимают не меньше трех четвертей мировой экономики по объему ВВП), измеряемая отношением номинала ВВП к денежной массе, снизилась с 1,49 до 0,88  (рис 1)

Соотношение ВВП к денежной массе и денежной массы к ВВП по 35 странам мира за 2000-2010 годы

 Из этого рисунка 1 невооруженными глаза­ми видно, что уже в исходной позиции свод­ные индикаторы экономического управления государств G-35, которые занимают 33 миро­вой экономики, находятся за пределами монетарной теории. Так, в 2010 году номи­нальный ВВП фактически был меньше, чем денежная масса (M) в обороте: NGDP=0,88M или 1,14*NGDP=M. А по монетарной теории-р*RGDP= v*M, денежная масса не может быть больше, чем NGDP. Поскольку практика экономического управления лишилась опоры на экономическую науку, то реальная эконо­мика начнет свободно плавать в состоянии невесомости.

Как слабая, так и сильная национальные валюты нарушают эквивалентность товаро­обмена между торгующимися странами и их союзниками. В обоих случаях начинается скрытая «валютная война» между ними: одна страна выйдет на рынок со своими дешевыми товарами, а другая - дешевыми денежными ресурсами. «Война валют» особенно ущербна для развивающихся стран из-за отсутствия надежных рычагов обеспечения эквивалент­ности товарообмена. Единичная мощность покупательной способности национальных валют,  служит архимедовой точкой опоры товарообмена по всем товарным позициям, включая обмен национальных валют между торгующимися странами. Вокруг могущест­венной силы «единичной мощности» мировой валюты вращаются все рыночные цены това­ров и услуг, с одной стороны, и устанавливает­ся такое же рыночное равновесие националь­ных валют торгующих между собой стран, с другой стороны. Истоки установления равно­весия между физическими величинами с разными размерностями и их стоимостными эквивалентами уходят вглубь истории и связаны с международным консенсусом. К примеру, если реализованы 10 тонн мяса про­давца, то его выручка - 50 тыс. ф.ст. = 5 ф.ст. *10 тонн является теперь денежным эквива­лентом 10 тонн мяса, которые находятся уже у покупателя. Отсюда имеем: ЦТ* КТ/ КД =5 ф.ст.*10 тонн/50 тыс. ф.ст.=1.

Таким образом, мы можем забыть про 10 тонн мяса, как физическую величину товарной массы и заменить ее денежным эквивалентом 50 тыс. ф.ст., который не содержит ни одного атома натурального вещества, ни мяса, ни ткани, ни воды. После такой равноценной замены все индикаторы реальной экономики станут денежными феноменами и будут иметь денежное содержание, а стоимость и цена денег приобретут самостоятельную жизнь и примут участие в регулировании развития реальной экономики.

К примеру, цена мяса в течение года может расти, а удельные издержки на его производ­ство - снижаться. В этом случае реальная покупательная способность денег может расти или снижаться в зависимости от индекса денежной инфляции и скорости денежного обращения. Ситуация подобного рода в таблице 3 проиллюстрирована фактическими данными 35 стран ЕС 27, БРИК, ЕЭП, США и Японии за 2000-2010 гг. в среднегодовом измерении.

 Оценка «вклада» каждого участника управления рыночной экономикой за 2000-2010гг. по странам ЕС- 27, БРИК, ЕЭП, по США и Японии в среднегодовом исчислении

Как видно из таблицы 1, оценка «вклада» каждого агента управления рыночной эконо­микой за 2000-2010гг. по странам ЕС27, БРИК, ЕЭП, по США и Японии в среднегодовом ис­числении более конкретно раскрывает вклад каждого экономического агента в среднегодо­вых дефляторах ВВП. Самые низкие уровни дефлятора ВВП за эти годы сложились в Япо­нии, США и Великобритании. Это означает, что именно эти страны демонстрируют высо­кие уровни культуры управления экономикой.

Речь идет об агентствах, отличных от существующих ныне агентств коммерческого типа и ориентированных на дальние прицелы. Многие институты и рейтинговые агентства в настоящее время занимаются краткосрочными индикаторами оперативного управления. Нет никаких сомнений, что эти индикаторы нужны для удовлетворения текущей потребности спроса и предложения «купи-продай». Парал­лельно с ними, растет потребность в рейтин­говых агентствах нового типа, учитывающие тренды сроком больше одного года и, тем самым, позволяющие установить пороговые параметры развития ключевых индикаторов экономики на более далекую перспективу стратегического развития. Так, для сравнения, в таблице 2 приведены итоги, полученные с использованием рейтинговой оценки SONA по четырем   ключевым   индикаторам развития реального и финансового секторов экономики за относительно продолжительный срок (2000­2010гг.) с относительно далекой перспективой.

Согласно результатам таблицы 2, Япония в нашем рейтинге занимает первое место дефлятор ВВП за 2000-2010гг. в среднем за год снижался на 0,95%. В нем вклад среднегодо­вого роста производительности экономичес­кого труда составлял плюс 1,18%. Для япон­ской экономики это очень высокий показатель, если учесть, что уровень денежной инфляции составил минус 0,34%, при среднегодовом уровне «вклада» экономической политики -плюс 1,77%.

В экономике США, которая в нашем рей­тинге заняла второе место, дефлятор ВВП за те же годы в среднем за год рос на 3,58%. Этот показатель является результатом роста произ­водительности экономического труда на 0,95%, денежной инфляции - на 1,07% и экономичес­кой политики - на 1,52%. А в экономике Великобритании, которая заняла в нашем рей­тинге пятое место, эти показатели составили соответственно 7,16%, 0,53%, 4,78% и 1,74%.

Исходя из сложившейся ныне в Европе ситуациивполне объясним факт о том, что в первую десятку конкурентоспособных стран вошли всего шесть стран из ЕС-27. И никого не удивляет теперь третье и четвертое места соответственно Индии и Китая в нашем рейтинге по качеству экономического управления.

Обе эти страны заслужили такие высокие места за счет сравнительно высоких темпов реального ВВП и соответственно низких тем­пов роста дефлятора ВВП в среднегодовом исчислении за 2000-2010гг.

Таблица 2

Рейтинговые оценки 35-ти стран мира по четырем ключевым индикаторам развития реального и финансового секторов экономики за 2000-2010гг.

Полученный конечный результат анализа действительно является основанием нашего утверждения управляемости мировой эконо­мики, так как измеримая экономика - управ­ляема и прогнозируема. И поэтому нужны надежные инструменты наблюдения за разры­вами между развитием реального и финансо­вого секторов экономики и слежения за уров­нями цен товаров и услуг, а также покупатель­ных способностей национальных валют, вклю­чая рыночные цены доллара США как миро­вой валюты (1).

Ныне, растет потребность в услугах нового типа, учитывающие тренды сроком больше одного года и, тем самым, позволяющие уста­новить пороговые параметры развития ключе­вых индикаторов экономики на более далекую перспективу.

В этой связи рекомендуется объединить усилия экономических институтов стран ЕЭП (от Казахстана - Институт экономических исследований, от России и Беларуси такие же ключевые экономические структуры, создав общий центр), чтобы общим фронтом предло­жить итоговый продукт типа анализатора SONA в Евразийскую экономическую комис­сию.

 

Литература

  1.  Цена американского доллара и его стоимость: опыт использования в управлении экономикой региональных союзов. - Алматы, НЦ НТИ, 2011.- 46с.
Фамилия автора: С. Байзаков
Год: 2012
Город: Алматы
Категория: Экономика
Яндекс.Метрика