Национализм как предпосылка сепаратизма

В статье рассмотрен феномен национализма как предпосылки сепаратизма. Дан подробный анализ природы возникновения национализма, его теоретической базы и эмпирического воплощения как в прошлом, так и в настоящем времени. Приведены различные подходы к определению национализма, сравниваются его марксистская и западноевропейская трактовки. Особое внимание уделено рассмот­рению негативных и положительных характеристик современного национализма, его места и роли в развитии современных обществ и способам разрешения негативных сторон этого феномена. 

Кто бы и как ни оценивал национализм с точки зрения морали, большинство ученых все же при­знает его огромную историческую роль в становлении многих наций и государств. Многие исследо­ватели указывают на тот кажущийся им очевидным факт, что только на протяжении последних полу-тора-двух столетий благодаря национализму была консолидирована Франция, объединены Италия и Германия, восстановлена политическая независимость Польши, Финляндии, Чехословакии и Греции, завоевана независимость многими народами Азии, Африки и Латинской Америки, стали независимыми бывшие советские республики. Считается, что именно национализм подорвал и стер с карты Земли такие великие мировые империи, как Османская, Австро-Венгерская, Российская и Бри­танская. Необходимо отметить, что многие великие успехи в науке и технике, литературе и искусстве были в значительной мере обусловлены национализмом. Даже великие религиозные учения — хри­стианство, ислам, буддизм, хотя и были интернациональными, на деле, как считают немало исследо­вателей, служили, прежде всего, если не прямо националистическим, то, по меньшей мере, нацио­нальным целям.

Национализм был мощным оружием жесткого режима Италии, Германии, Испании и Португа­лии. В переплетении с фашизмом и расизмом национализм нанес сильнейший удар по многим наро­дам мира.

Задачу притягательности национализма пытались решить многие умы. Проблеме национализма, поискам его корней и истоков, раскрытию природы и сущности этого явления посвящены сотни книг, и, тем не менее, нельзя утверждать, что эта загадка раскрыта.

В конце 90-х годов ХХ в. - начале ХХІ в. национализм был наиболее ярко выражен в политиче­ской и социальной жизни большинства стран мира. Актуальность проблемы неоспорима, так как в настоящее время взрыв национальной нетерпимости приобрел новую силу и нашел отражение в се­паратистских движениях, националистических партиях и агрессивных молодежных группировках.

Охватить определения национализма невозможно да и не нужно, так как по существу они повто­ряют друг друга. Но можно выделить две группы, различающиеся по своему подходу.

Первая делает упор на чувственно-эмоциональную сторону национализма. Ее представляют главным образом западные исследователи.

Вторая рассматривает национализм как идеологию и политику соответствующих классов, и прежде всего буржуазию. Это преимущественно представители марксистской школы.

Рассмотрим первую группу. В работах американских ученых середины ХХ в., таких как Г.Кон, Ф.Нортон, В.Эбенштейн и другие, восхваляется дух свободы, терпимости и компромисса, будто бы свойственный англо-саксонскому или американскому национализму. В ряде зарубежных теорий на­ционализм служит основой для анализа исторического процесса. В них он выдвигается на первый план в качестве движущей силы истории, в противовес классовой борьбе, взаимоотношениям и борь­бе между нациями.

Американский профессор Б.Шейфер определяет национализм («групповую лояльность»), вы­двигая несколько положений, которые описывают базовые атрибуты национализма. 1. Определенная территория, населенная каким-либо народом или желаемая им.

  1. Народ, называемый нацией, имеющий общую культуру и способный к свободному общению внутри себя.
  2. Любовь к общей земле, языку и исторической культуре.
  3. Общее независимое государство или стремление иметь таковое.
  4. Разделяемая всеми вера в общее происхождение и историю.
  5. Предпочтительное и более уважительное отношение к соотечественникам, нежели к инород­цам.
  6. Присущее всем чувство гордости за прошлые и настоящие достижения, равно как разделяемая всеми скорбь при бедах и несчастьях.
  7. Безразличие или враждебное чувство к другим народам.
  8. Преданность ассоциации, называемой нацией.
  9. Разделяемая всеми надежда на будущее процветание нации и ее членов [1; 6].

Джон Хейс, «отец» американских академических исследований национализма, рассматривал по­следний как «современный эмоциональный сплав двух очень старых явлений — национальной при­надлежности и патриотизма» [2; 18]. Ганс Кон определял национализм как «состояние ума», «акт сознания преобладающего большинства какого-либо народа», признающего «национальное государ­ство в качестве идеальной формы организации народа» [3; 5]. Для Кона национализм включает в себя веру в то, что человек должен проявлять «высшую преданность» своему народу.

Рассмотрев определения национализма некоторых американских исследователей, можно сделать вывод, что для них национализм — это национальное чувство. Стоит отметить, что это чувство неот­делимо от культуры предков и любви к родине; можно сказать, что это чувство — патриотизм. И ес­ли национализм тождествен патриотизму и национальному чувству, то он присущ всем временам и народам, и бороться с ним или осуждать его было бы равносильно борьбе с другими свойственными человеку чувствами. Но нельзя не сказать, что национализм — это явление социальное и непостоян­ное, которое порождает народ в какие-то периоды своего развития. Он связан с какими-то события­ми, поворотами в его социальной жизни. Именно поэтому национализм, хоть и связан с социальным чувством того или иного народа, не тождествен ему.

Рассмотрим второй подход к определению национализма. Марксистские взгляды на проблему национализма связаны с классовой борьбой, составляющей для марксистов главную движущую силу общественного развития. Рассмотрим некоторые определения национализма:

1)  реакционная буржуазная и мелкобуржуазная идеология и политика, направленные на разжи­гание национальной вражды под лозунгом защиты своих национальных интересов, национальной исключительности и практически служащая интересам эксплуататорских классов;

2)  в порабощенных и зависимых странах — движение, направленное на борьбу против империа­лизма, за национальную независимость и создание «своего» государства.

Таким образом, национализмбуржуазная и мелкобуржуазная идеология и политика, а также психология в национальном вопросе, противоположные пролетарскому интернационализму. Основа национализма — идея национального превосходства и национальной исключительности, трактовка нации как высшей внеисторической и надклассовой формы общности. В условиях развитого капита­лизма — идейное знание буржуазии в борьбе против феодализма и национального гнета, в эпоху им­периализма — орудие империалистической и колониальной политики, сближается с расизмом, при­обретает антикоммунистическую направленность. Такое определение национализму дают марксисты.

Здесь национализм рассматривается как идеология и политика класса буржуазии в сфере нацио­нальных отношений. Отличительная черта этой группы определений от предыдущей заключается в том, что в последней национализму приписывается идея национального превосходства и нацио­нальной исключительности, что сводит национализм к одной, крайней форме его выражения — типа фашистской идеи нацизма. Стоит отметить, что большинство исторических форм нацизма в прошлом и настоящем не всегда были связаны с идеей превосходства. Последняя больше связана с расизмом. Именно расизм — это совокупность антинаучных концепций, основу которых составляют положения о физической и психологической неполноценности человеческих рас и о решающем влиянии расовых различий на историю и культуру общества, об исконном разделении людей на высшие и низшие ра­сы, из которых первые, якобы, являются единственными создателями цивилизации, призванными к господству, а вторые не способны к созданию и даже усвоению высокой культуры и обречены на эксплуатацию. Выдвинув первую расистскую концепцию, француз Ж. А. Гобино объявил арийцев «высшей расой» [4; 32].

Рассмотрев и проанализировав два подхода к национализму, можно вывести одно общее опреде­ление: национализм — это идеология и политика государств, партий, иных союзов, организаций и групп, которые в качестве главного средства для достижения своих целей используют как нацио­нальные, так и патриотические чувства. Необходимо отметить и цели национализма как идеологии или политики. Они могут быть самыми разными:

 

  • -    борьба против реального или предполагаемого национального угнетения со стороны других народов;
  • -    консолидация народа с целью оформления его в самостоятельное государство;
  • -    мобилизация общества против реальной или предполагаемой внешней угрозы (военной, эко­номической, политической и т.д.).

Всякая идеология требует наличия противника, и национализм без такового не может существо­вать. Такой противник составляет питательную почву национализма.

Как политика, национализм, опираясь на соответствующую идеологию, стремится решить цели конституирования и политического самоутверждения народа, защитить национальные интересы. Где бы национализм ни проявлял себя, он всегда делает это в форме, соответствующей идеологии и по­литике.

Многие исследователи утверждают, что национализм есть идеология и политика, активно ис­пользующая в своих целях национальные чувства и эмоции. Для того чтобы убедиться в этом, рас­смотрим классификацию Снайдера и Хейса. Снайдер различает четыре типа национализма.

  1. Интегрирующий национализм (1845-1871). В этот период, по Снайдеру, национализм пред­ставлял собой объединяющую силу, которая способствовала консолидации феодально раздроблен­ных народов (Италия, Германия).
  2. Разъединяющий национализм (1871-1890). Успехи национализма в деле объединения Италии и Германии стимулировали борьбу за национальную независимость народов, входящих в Османскую, Австро-Венгерскую и другие империи, что привело к их распаду.
  3. Агрессивный национализм (1900-1945). Первая половина ХХ в. стала свидетелем острого конфликта противоположных национальных интересов, вылившегося в две мировые войны. В этот период национализм становится идентичным империализму.
  4. Современный национализм (1945 - наше время). Новый национализм заявил о себе главным образом путем антиколониальных революций. Этот период отмечен распространением национализма в глобальном масштабе [5; 44].

Хейс выделяет следующие типы национализма:

1)   якобинский;

2)   традиционный;

3)   либеральный;

4)   интегральный;

5)   экономический [2; 37].

Обе классификации ничего не объясняют и только служат подтверждением тому, что национа­лизм есть политика и идеология, использующая национальные чувства для достижения своих целей. Э.А.Поздняков предлагает более широкую классификацию и выделяет следующие виды:

  1. Национализм этнический — это национализм угнетенного или порабощенного народа, борю­щегося за свое национальное освобождение. Это национализм народа, стремящегося к обретению собственной государственности. Ему соответствуют своя политика и идеология.
  2. Национализм державно-государственный — это национализм государственно оформленных народов, стремящихся к проведению в жизнь своих национально-государственных интересов перед лицом таковых же других наций. Нередки случаи, когда большие нации играют роль угнетателей ма­лых народов внутри и вовне. Политика и идеология таких наций получила в политической литерату­ре название великодержавной. В этом случае державно-государственный национализм входит обыч­но в конфликт с национализмом этническим.
  3. Бытовой национализм — это проявление националистических чувств на уровне личности и малых социальных групп. Он обычно выражается в ксенофобии, во враждебном отношении к ино­родцам и представителям других этнических групп. Его связь с идеологией и политикой не всегда носит прямой и открытый характер, но, тем не менее, она существует. Бытовой национализм — важ­ное средство в руках этнического и державно-государственного «национализма». К нему прибегают для реализации своих целей, на него опираются и в случае необходимости умело его разжигают; его вспышки редко бывают спонтанными, как правило, за ними стоит соответствующая идеология и по­литика [6; 22].

Э. А.Поздняков отмечает, что чем ближе к бытовому и этническому национализму, тем в боль­шей мере проявляются в нем психологические моменты, и наоборот; но ни в одном из этих случаев национализм не перестает быть явлением социальным. Это его коренное качество [6; 39].

В итоге стоит отметить, что национализм есть не что иное, как политика и идеология в их нераз­рывном единстве. Убрав одно и другое, мы получим достаточно безобидное чувство привязанности к своему народу, преданности родине. Само по себе оно не представляет движущей силы. Но если до­бавить к нему соответствующую идеологию и политику, мы получим национализм, разжигающий вокруг сепаратистские настроения, вражду, ненависть и конфликты.

В современном мире восприятие национализма двояко. С одной стороны, его осуждают, считая агрессивной идеологией, с другой — поддерживают, нередко в агрессивной форме (например, скин­хеды в России, «бритоголовые» в странах Западной Европы).

Национализм был ядром политики и идеологии известных политических партий и движений, его исповедовали их лидеры и идеологи. В Италии таковыми были Д.Гарибальди, Д.Мадзини, К.Б.Кавур, Виктор Эммануил; в Германии — Г.Гегель, И.Г.Фихте, Р.Вагнер, О.Бисмарк и, конечно, А.Гитлер. Идеологическими стараниями и упорной политической борьбой, в которой решающую роль играла сила, были национально объединены Германия и Италия.

Агрессивный национализм гитлеровской Германии использовал в своей политике свастическую символику, которая имеет место в националистических молодежных организациях в настоящее вре­мя. Для того чтобы рассмотреть символику нацизма и ее роль в современном обществе, необходимо обратить внимание на идеи ариософов, ярким представителем которых был Гвидо фон Ланц.

Ариософы, начавшие свою деятельность в Вене, незадолго до Первой мировой войны, соедини­ли народнический немецкий национализм и расизм с оккультными идеями с целью предсказания и оправдания грядущей эры немецкого мирового порядка. Они утверждали, что существует враждеб­ный заговор антигерманских сил (евреи, все неарийские расы), стремящихся разрушить идеальный немецкий мир.

Ариософы были культурными пессимистами. Их фантазии фокусировались в идеях элитарности чистоты, в тысячелетних образах золотого будущего нации.

Политические корни ариософов уходят в народническую идеологию конца девятнадцатого сто­летия. Их консервативная реакция на национальные проблемы и на современную действительность (Германия и Австро-Венгрия отставали в экономическом развитии) имела в виду образ общегерман­ской империи, в которой негерманские национальности и низшие классы были бы лишены всех прав представительства и возможностей саморазвития. Но если теория арийского превосходства, антили­берализм и озабоченность социальным и экономическим прогрессом имели место в народнической идеологии, то оккультизм не был ей свойствен и представлял собой нечто новое. Задача оккультизма состояла в том, чтобы подтвердить живой смысл устаревшего и хрупкого социального порядка. Идеи и символы античной теократии, тайные общества, мистические знания были втянуты в орбиту народ­нической идеологии с целью доказать, что современный мир основывается на ложных принципах зла, и описать ценности и законы идеального мира.

Ариософы стояли в стороне от практической политики, но их идеи и символы проникли в от­дельные антисемитские и националистические группировки Германии, из которых после Первой ми­ровой войны в Мюнхене возникла нацистская партия.

По мнению Листа, древние тевтонцы обладали гностической религией, позволяющей людям проникать в тайны природы. Вотан занимал место главного бога в немецком пантеоне. Основными источниками для древней религии служили руны и Эдда. Эдда представляет собой запись мифов и верований древних германцев. В Эдде Вотан почитался как бог войны и покровитель умерших героев Валгаллы. По легенде Вотан был ранен копьем и, беззащитный, привязан к дереву на девять ночей без еды и питья. На вершине страданий к нему внезапно приходит понимание рун. Спустившись с дерева, он составляет восемнадцать рунических заклинаний, заключающих в себе тайну бессмертия, способность к врачеванию себя, искусство побеждать врага в бою, власть над любовными страстями.

Руны общеизвестны как форма древнего северного письма — выразительные, отделенные друг от друга знаки, написанные или вырезанные на дереве, но они также высоко ценились за их магиче­ские свойства, способность служить амулетами и заклинаниями. Каждая руна имела имя и собствен­ную символику. Лист выступил пионером оккультного чтения рун. Он сопроводил каждый стих Во­тана особой руной, присоединив ее оккультный смысл. Основные оккультные смыслы были таковы: «Познав себя, ты познаешь мир!», «Брак — корень арийской расы», «Человек — одно с богом!» [7; 41].

Вотанизм подчеркивал мистическое единство человека с миром и его магическую власть над ним. Человек оказался неотъемлемой частью единого космоса и был вынужден следовать простому этическому правилу: жить в согласии с природой. Расовая чистота выглядела естественным следст­вием верности природе.

В своей анонимной статье, опубликованной в «Der Scherer», Лист утверждал, что свастика явля­ется священным арийским символом, поскольку происходит от огненной метелки, вращением которой космос был переведен к бытию. В статье исследуется мистическая космогония, фазы кото­рой иллюстрируются иероглифами. Здесь Лист впервые упоминает о бессмертии, перевоплощении и кармической принадлежности. Он пишет о неограниченной власти, которую посвященные имели над обычными людьми в древней Германии. Этой статьей Листа отмечен первый этап в истолковании германской оккультной религии, где главной заботой выступала расовая чистота [8; 59].

Листом были разработаны проекты новой пангерманской империи. Они предполагали безжало­стное подчинение неарийцев арийским мастерам в жестко организованном иерархическом государст­ве. Определение кандидата на образование или должность в общественных службах опиралось ис­ключительно на принцип расовой чистоты. Героическая арийская раса освобождалась от всякого на­емного труда и прочих унизительных занятий для того, чтобы управлять в качестве просвещенной элиты рабскими кастами неарийских народов. Лист сформулировал систему политических принци­пов нового ордена: должны были строго соблюдаться расовые и брачные законы; культивировалось патриархальное общество; только мужчина, глава дома, обладал правами, и только арийцы пользова­лись свободой и гражданством; каждая семья должна иметь генеалогическую запись, подтверждаю­щую ее расовую чистоту; новый феодализм должен был формироваться через создание крупных со­словий, которые были наследственны, но правом наследия обладал только перворожденный мальчик. Эти принципы, опубликованные еще в 1911 г., невероятно похожи на Нюрнбергские расовые законы 1930-х гг. и нацистский образ будущего. Лист создал иерархическую структуру германского общест­ва, опиравшуюся на каббалическое Древо жизни. В этой системе ариец есть богочеловек [8; 78].

Таким образом, идеи ариософов привнесли в нацистскую Германию оккультные смыслы и свастическую символику.

Вальтер Шнее (отделение социологии университета штата Колорадо, США) отмечает, что на­ционализм является одной из наиболее фундаментальных характеристик современного мира. И хотя современные западные государства рассматривают его как болезнь, поражающую слаборазвитые об­щества, и связывают с ним сепаратизм, геноцид, ксенофобию, войны, кровь и насилие, однако нацио­нализм остается фундаментальным аспектом всего современного общества. Подобно тому, как в предшествующие эпохи доминировала религия, так наша эпоха отличается доминированием нацио­нальной идеи. Национализм как переживание и способ социальной связи функционально оказывается ближе к религии, чем к идеологии. Как и религию, его нельзя считать однозначно «плохим» или «хо­рошим». Националистические доктрины могут использоваться самыми разными способами, как во зло, так и во благо [9; 12].

Большинство теоретиков упускают из виду эти его характеристики в пользу более наглядных и «объективных» факторов, которые проще сделать объектами анализа, таких как язык, история, терри­тория или экономика. Но при этом упускают самое существенное, потому что названные факторы являются инструментами национализма, но не выражают и не определяют его сущность. Сами по се­бе они имеют вторичное значение. Существенно же то, в каких дискурсах и каким образом они оформляются. Национализм есть определенный способ думать и говорить об окружающем социаль­ном мире и организовывать его. Характерные дискурсы национализма служат выделению некоторой группы среди других. Национализм противопоставляет данную группу другим, чтобы тем самым до­биться ее признания. Члены группы надеются благодаря этому получить то, на что, как они считают, они имеют право, но оказываются обделенными. Массы не просто идут за националистическими ли­дерами — они надеются в результате что-то получить для себя. Речь не обязательно идет о государ­ственной власти. Существует много националистических движений, которые не требуют для себя отдельной государственности. Но все равно их участники чувствуют себя в чем-то обделенными и надеются заставить признать их права. Нельзя изучать национализм на примере отдельной нации или национального государства. Нации — это не сущности, рождающиеся и пребывающие сами по себе. Национализм — это всегда реакция на другую группу. Поэтому любое исследование должно прини­мать во внимание, как минимум, отношение между двумя группами. А поскольку и эти две группы не существуют в изоляции, лучше учитывать взаимную ситуацию нескольких групп или национальных государств. Например, нельзя понять развитие немецкого национализма без достаточно глубокого анализа отношений Германии с ее соседями. Эти отношения имеют в данном контексте более прин­ципиальное значение, чем внутренние процессы, протекавшие в германских государствах с XIX в.

Национализм считают одной из мощных сил современности. Его идеи по степени влияния срав­нивают с идеями либерализма и демократии. Национализму посвящены, особенно на Западе, много­численные работы политологов, антропологов, политических и социальных психологов. Внимание к нему было связано с сепаратистскими настроениями, антиколониальным движением, ростом этни­ческого самосознания в развитых индустриальных странах, с национальными движениями, в том числе на постсоветском пространстве. Среди политиков, ученых, общественных деятелей, вовлечен­ных в национальные движения, идут споры. С одной стороны, нельзя не признать справедливым стремление людей сохранить целостность своего народа, его язык, культуру, с другой — многие счи­тают, что ориентация на сохранение культурной специфики этносов часто перерастает в требование определенных преимуществ для них, служит целям обоснования неравенства в гражданских правах, а поиски традиционных корней, ведущие к архаизации, препятствуют процессам модернизации и де­мократизации.

Можно отметить, что проявление националистического характера в 90-е годы ХХ в. и в начале ХХІ в. в современном мире достигло большого размаха. Национализм смог найти себе место как агрессивное явление и в политике, и в социальной сфере большинства стран. Иногда национализм выступает как патриотическое чувство, иногда как агрессия против другой нации, как ее дискрими­нация. На мой взгляд, проявление национализма зависит от того, с какой политической идеологией его соединяют, в каком свете он выступит, зависит от того, какую политику проводит государство.

Возникновение этнических конфликтов и столкновений стали частым явлением для современно­го мира. Определив причины острых национальных проблем «ущемленных народов», важно сделать вывод, что национализм, как правило, возникает при низком уровне жизни, при сильной дифферен­циации общества и, проникая в различные слои общества, способствует возникновению агрессивно настроенной молодежи и появлению политических партий националистической направленности.

В целом в настоящее время непосредственная угроза для демократических свобод, исходящая от радикально настроенного националистического движения, представляется несущественной. В то же время существует возможность постепенного сдвига режима в сторону более радикальных форм на­ционалистической идеологии в силу некоторых экономических и социальных причин.

В итоге следует отметить, что решение проблем, связанных с этническими конфликтами, столк­новениями, основанными на национальной вражде, не безнадежно, и выход из этих проблем возмо­жен при последовательной политике государства. Необходимо подчеркнуть, что люди разных нацио­нальностей вполне могут уживаться друг с другом, если одна нация не ставит себя выше другой, или национальная принадлежность человека не выпячивается, как главная и основная характеристика, если язык и культура каждой нации могут свободно развиваться, если люди разных национальностей уважительно относятся к обычаям и традициям друг друга. 

 

Список литературы

1      ШейферБ.С. Национализм: Миф и Pеальность. — М.: Наука, 2005. — 63 с.

2      Хейс, Карлтон Д.Х. Национализм. — М.: Прогресс, 2010. — 125 с.

3      Кон Ханс. Национализм и история. — СПб.: Знание, 2007. — 230 с.

4      Биддис М. Отец расистской идеологии. — М.: Наука, 2010. — 266 с.

5      Тимоти Снайдер. Реконструкция наций. Польша, Украина, Литва, Беларусь, 1569-1999. — М.: Наука, 2003. — 355 с.

6      Поздняков Э.А. Нация. Национализм. Национальные интересы. — М.: Прогресс-Культура, 1994. — 264 с.

7      Йорг Ланц фон Либенфельс. Теозоология и Электрон Богов. — М.: Наука, 2005. — 305 с.

8      Лист Ф. Этническая принадлежность и сепаратизм. Антропологические перспективы. — М.: Прогресс, 1993. — 254 с.

9      Шнее В. Национализм. — М.: Прогресс-Культура, 1993. — 158 с.

Фамилия автора: О.Р.Булумбаев
Год: 2014
Город: Караганда
Категория: Философия
Яндекс.Метрика