Вопросы гендерного равенства в человеческом капитале нации

На практике в мировой тенденции человеческого развития существует разница в продолжитель­ности жизни, грамотности, образовании и заработках мужчин и женщин. При этом возможности женщин более ограничены по сравнению с возможностями мужчин. Неравноправное положение мужчин и женщин влечет за собой негативные социально-экономические последствия: гендерную асимметрию на рынке труда, феминизацию бедности, проблему «двойной занятости» женщин. Дис­криминация по признаку пола проявляется и в принятии семейных решений, неравном доступе к до­ходам домохозяйства, неравноценном участии в воспитании детей и в получении семейных льгот, бытовом насилии, трафике женщин с целью сексуальной эксплуатации, материнской смертности, ко­роткой продолжительности жизни мужчин, низких индексах здоровья населения в целом.

Итоги исследований по проблеме гендерного равенства зарубежных и отечественных авторов позволяют сделать вывод о том, что до конца она не решена ни в одной из стран мира. Гендерное равенство по-прежнему остается предметом острых общественных дискуссий и целью социальной политики государств, развивающихся по пути демократии и развития прав человека.

Положение усугубляется нарастанием комплекса нерешенных вопросов, связанных с использо­ванием женского потенциала.

Последствия переходного периода усилили гендерное неравенство в политической, экономиче­ской и социальной сферах стран постсоветского пространства. В трансформирующемся обществе существует реальная угроза сокращений инвестиций в женский человеческий капитал, так как на уровне отдельных домохозяйств приходит осознание неэффективности таких вложений.

На Саммите Тысячелетия, состоявшемся в сентябре 2000 г., лидеры большинства стран мира приняли декларацию Тысячелетия ООН, одной из восьми целей которой определена поддержка ген-дерного равенства. В Декларации Тысячелетия неоднократно подчеркивается гендерный характер структуры общества как основы его социальной организации и тезис о том, что все аспекты челове­ческого социума, культуры и взаимоотношений являются гендерными.

В Казахстане вопросы гендерного равенства обозначены достаточно остро. Социально-экономическая трансформация казахстанского социума потребовала от государства формирования новой политики, в большей степени учитывающей вектор изменений в международной политике гендерного равенства. Руководство страны активно способствует достижению такого равенства, соз­дает условия для изучения опыта разных стран по решению специфических проблем, устанавливает контакты с национальными, региональными и международными организациями, занимающимися гендерными вопросами.

Социальная реализация граждан страны является одним из непременных условий для устране­ния диспропорций в различных сферах жизнедеятельности. Исследования и разработки в этой облас­ти важны для Казахстана особенно сейчас, в условиях его вступления в стратегический период инно­вационного развития и формирования конкурентной среды в рамках мирового экономического про­странства. В стране осуществляются структурные преобразования экономики, углубляется механизм эффективного хозяйствования, происходит расширение сферы использования научно-технической информации и новых технологий. Государство осознает необходимость укрепления информационной базы и формирования аналитического потенциала, поставив задачи достижения западных стандартов гендерного равенства и принятия соответствующего международным требованиям законодательства, направленного на борьбу с проявлениями дискриминации.

В данной статье предпринята попытка обозначить некоторые тенденции развития гендерного равенства в Республике Казахстан. Кроме того, мы попытаемся наметить проблемные зоны и пока­зать проективные возможности категории «гендер» и процесса «гендерное равенство».

Достижение гендерного равенства и полноценной отдачи от инвестиций в человеческий капитал нации может стать залогом успешного вхождения Казахстана в число тридцати конкурентоспособ­ных стран мира.

Основная часть

Наука на протяжении веков оперировала понятием «пол», подразумевая биологический смысл, и не утруждалась делением общества по статусно-ролевым критериям, тем более что и здесь граница совпадает с половым (биологическим) разграничением. Реалии настоящего времени века — научно-технический, политический, информационный прорывы, повлекшие качественные социальные изме­нения в планетарном масштабе, привели научную мысль к необходимости анализа общественной жизни с новых позиций. Так, в научном обороте появился термин «гендер», смысл которого вышел уже далеко за рамки слова «пол». Это понятие введено в научный оборот Р.Столпером еще в 1963 г. [1]. Сейчас в него вкладывается широкое значение «системы межличностного взаимодействия, по­средством которого создается, подтверждается и воспроизводится представление о мужском и жен­ском как категориях социального порядка» [2].

В настоящее время во всем мире исторически сложившееся доминирование мужчин претерпева­ет изменения. В промышленно развитых и социально ориентированных странах женщины практиче­ски достигли равенства с мужчинами в вопросах своих прав и возможностей.

Устав ООН (1945 г.), предусматривающий «равные права мужчин и женщин», стал первым меж­дународным документом, в котором провозглашалось равенство прав и основных свобод всех людей, без дискриминации на основании принадлежности к одному из полов.

Таким образом, положение женщин на современном этапе рассматривается не как синоним «женского вопроса», а в русле достижения гендерного равенства, партнерских отношений между женщинами и мужчинами в интересах развития.

При отсутствии гендерного неравенства в доступе к образованию в Казахстане существует неравенство между мужчинами и женщинами по ожидаемой продолжительности жизни от рождения и объемам производства ВВП на душу населения (табл. 1).
Таблица 1

Динамика индексов компонентов человеческого развития и ИЧР, без учета и с учетом гендерного фактора по методологии ПРООН в Казахстане в 2004–2010 гг.

В гендерной статистике представлены данные, где обозначено, что количество мужчин и жен­щин с 2004 по 2012 гг. представлено следующими цифрами: в 2004 г. из 15074,8 тыс. человек жен­щин было 7817,9 тыс., мужчин — 7256,9; в 2012 г. из 16909,8 тыс. человек женщин — 8750,9 тыс., мужчин — 8158,9 тыс. То есть за восемь лет процентное соотношение женщин и мужчин не измени­лось: 51,8 % — женщин и 48,2 % — мужчин. Есть изменения в продолжительности жизни: с 2004 г. продолжительность у женщин и мужчин выросла на 3,3 года. При этом разрыв в продолжительности жизни в пользу женщин компенсируется разрывом в доходах в пользу мужчин. Заработная плата у женщин составляет 69,6 % от заработной платы мужчин [4; 7]. 

Достаточно остро в республике стоит вопрос о качестве образования всех детей, независимо от пола, — как залог равных стартовых условий в дальнейшем получении высшего образования, успеш­ной карьеры, независимо от места проживания, материального достатка, национальной принадлеж­ности и состояния здоровья.

Оценивая ситуацию по индикаторам, унифицированным для всех стран, можно отметить, что Казахстан уже ликвидировал к настоящему моменту неравенство между полами на всех уровнях об­разования: количественное неравенство полов в начальном и среднем образовании отсутствует, нет проблемы доступа девочек ни к одной из ступеней образования. Уровень образования у женщин в Казахстане гораздо выше, чем у мужчин.

Тем не менее высокий уровень образования среди женщин в нашей стране не гарантирует им престижную, перспективную, с приличным уровнем доходов работу, продвижение по службе и не защищает их от высвобождения на рынке труда, а ведь уровень образования — одна из важнейших качественных характеристик населения, являющихся базой для формирования кадрового потенциала страны.

Асимметричное по полу высвобождение кадров — одно из проявлений гендерного неравенства в сфере занятости. Динамика уровня безработицы показывает, что на первых этапах радикальных ре­форм наибольший удар пришелся по женщинам. Сокращение общей численности занятого населения в начале 90-х годов происходило за счет активного вытеснения женщин из сферы оплачиваемой заня­тости в домашнее хозяйство либо в стремительно расширяющуюся область нерегулярной занятости труда, самыми распространенными формами которой являются мелкая розничная торговля и челноч­ный бизнес.

Продолжительный период безработицы снижает конкурентоспособность индивида, уменьшает его шансы получить работу вновь. Как следствие, у хронических, «застойных» безработных снижает­ся мотивация к труду, к профессиональному совершенствованию и переподготовке, что может при­вести к развитию психологической апатии, смене образа жизни на иждивенческий, ориентированный на случайные заработки на фоне падения уровня жизни.

2000-е гг. ознаменовались сначала слабой тенденцией к росту показателя экономической актив­ности населения, а затем его стабилизацией, что было обусловлено экономическим подъемом страны. С вступлением страны в новое тысячелетие ситуация на рынке труда существенно не улучшилась.

По данным на начало 2001 г. среди безработных 2/3 женщин. В 2004 г. в общей численности безработных 658,8 тысячи человек мужчины составляли 281,1 тысячи, женщины — 377,7 тысячи. При этом с высшим образованием — 96,6 тысячи (мужчины — 38,5, женщины — 58,1), со средним профессиональным образованием — 164,2 тысячи (мужчины — 58,7, женщины — 105,4), с началь­ным профессиональным — 87,2 тысячи (мужчины — 41,1, женщины — 46,1) [6]. В 2012 г. — 474,8 тысячи, из них 286,1 тысячи — женщины, 188,7 тысячи — мужчины [4; 100]. Экономическая актив­ность женщин традиционно ниже, чем у мужчин, так как уровень долгосрочной безработицы у них выше. При этом женщины предпочитают менее оплачиваемую, но более стабильную занятость в го­сударственных организациях (табл. 2).

 Таблица 2

Распределение безработного населения по полу и возрасту в 2012 г. 

За годы реформ в Казахстане быстрыми темпами растет новая форма занятости — самостоя­тельная занятость, часто используемая населением при реализации стратегии выживания. Следует отметить, что в Казахстане, как и на всем пространстве стран СНГ, самозанятость часто сопряжена с работой в неформальном секторе экономики, а следовательно, с частым нарушением трудового зако­нодательства, слабой социальной защищенностью. Среди работающих женщин самостоятельная за­нятость распространена существенно шире, чем среди мужчин. В 2004 г. самостоятельно обеспечива­ли себя работой 42,3 % занятых женщин и только 36,8 % — мужчин. Наиболее распространена само­стоятельная занятость в сельских регионах.

Одной из важнейших гендерных проблем рынка труда Казахстана является высокий уровень вертикальной сегрегации. Среди руководителей органов власти и управления на всех уровнях, вклю­чая руководителей организаций (высший уровень), женщин только 3,5 %, а среди служащих низшего должностного уровня — 76,7 %. Высокий уровень вертикальной сегрегации, сочетающийся с более высоким уровнем образования занятых женщин, указывает не только на неэффективное использова­ние образовательно-профессионального потенциала трудовых ресурсов страны, но и на широкую распространенность в Казахстане традиционных гендерных стереотипов и дискриминацию по при­знаку пола при приеме на работу и должностном продвижении.

По другому глобальному индикатору показатели гендерного равенства таковы: меньше женщин принимают государственные управленческие решения — 17,8 %; 23,8 % работают в Мажилисе Пар­ламента РК [4; 7]. По доле женщин в Парламенте Казахстан занимает 85-е место среди 128 стран ми­ра. Этот показатель равен лишь 9,6 %, что ниже не только среднего показателя европейских стран (за исключением стран Скандинавии), но и уровня стран Африки к югу от Сахары, стран Азии и Тихо­океанского региона. При явном преобладании женщин — специалистов с высшим и средним образо­ванием и широком представительстве их в государственных органах управления (более 40 %) доля женщин на всех уровнях власти очень невысока — первые руководители составляют всего 9 %. В 1997 г. среди первых руководителей и заместителей в местных государственных органах женщины составляли 24,5 %. 

В октябре 1999 г. из 500 претендентов, принявших участие в выборах в Мажилис, было всего 89 женщин (17,8 %). Из них получили депутатский мандат только 8 (или 10, 4 % от состава Мажилиса) [7]. В 2000 г. среди первых руководителей доля женщин составляла 9 %; превышала 62 % от числа всех специалистов с высшим или среднеспециальным образованием; занимающих политические должности — 8,4 от 54 % общего числа женщин, состоящих на государственной службе; в Парламен­те РК — 11,3 %, из них 13,2 % — в Сенате и 10,4 % — в Мажилисе. Однако даже некоторое увеличе­ние женского представительства в отдельных регионах страны демонстрирует лишь относительный успех. В настоящей ситуации в качестве переходного механизма необходимо введение квотного ме­тода для участия женщин в выборном процессе. За последние годы наметилась тенденция к умень­шению представительства женщин в законодательной ветви власти: если в 1999 г. парламентариями были 10 женщин (три были назначены в Сенат Президентом по квоте, что составляло 11 % от общего числа депутатов), то в 2006 г. сенаторами стали 2, а мажилисменами 8 женщин (9 %). Несмотря на мощный политический потенциал казахстанских женщин (бизнес-сообщество на 60 % состоит из женщин; 1065 докторов наук, более 500 профессоров, около 131 кандидата наук — женщины), элек­торат (в том числе женский) традиционно голосует за представителей сильного пола [4; 79].

Вызывает тревогу рост смертности среди населения в трудоспособном возрасте по всему классу причин, а также лидерство мужчин по всем пунктам и значительный разрыв между полами: в 2003 г. коэффициент смертности мужчин составил 11,31 на 1000 человек, женщин — 8,31; в 2012 г. коэффи­циент смертности мужчин составил 9,68 на 1000 человек, женщин — 7,38 [4; 14]. Наметившаяся по­ложительная тенденция объясняется социальной ориентированностью государственной политики.

Несмотря на бо льшую продолжительность жизни женщин, чем мужчин, субъективная оценка здоровья у женщин ниже. По данным Агентства РК по статистике, только 3,7 % женщин оценивают состояние своего здоровья как очень хорошее (у мужчин — 4,9 %), 43,3 % женщин считают свое здо­ровье хорошим (у мужчин — 51,3 %), а 7,5 % — плохим и очень плохим — 0,5 % (у мужчин — 4 % и 0,3 % соответственно).

Причем женщины существенно чаще, чем мужчины, считают свое здоровье ухудшающимся из года в год: 9,2 % женщин полагают, что за последний год их здоровье стало отчасти хуже (по сравне­нию с 4,9 % мужчин, придерживающихся того же мнения), а 1 % женщин отметили существенное ухудшение своего здоровья за последний год (среди мужчин такой же ответ дали только 0,5 % рес­пондентов) [6].

Несмотря на предпринимаемые в последнее годы меры, здоровье населения, и особенно женщин фертильного возраста, ухудшается, что представляет реальную угрозу для будущих поколений. Ин­декс здоровья женщин составляет всего 30 %. А в отдельных, особенно в экологически неблагопри­ятных районах (Восточно-Казахстанская, Акмолинская, Кызылординская, Южно-Казахстанская об­ласти) — 20 % и ниже. Около 40 % женщин фертильного возраста (15-49 лет) страдают анемией той или иной степени [14]. Гинекологические заболевания выявляются при осмотрах у 12-20 % девочек-подростков и у 40-60 % женщин детородного возраста.

В качестве индикатора состояния здоровья всех женщин страны можно назвать рост заболевае­мости среди беременных. В 90-х годах ХХ в. показатель заболеваемости анемией среди беременных женщин, находящихся под наблюдением врача, увеличился почти вдвое (с 25,5 % в 1991 г. до 43,2 % в 2008 г. и 49,4 % в 2010 г. В 2012 г. показатель снизился до 35,5 %). Основная причина заболеваемо­сти анемией — недостаточное и несбалансированное питание.

Плохое здоровье матерей и неблагоприятная экологическая обстановка негативно сказываются и на здоровье новорожденных. Данные официальной статистики свидетельствуют о росте доли детей, родившихся больными.

Гендерные проблемы в человеческом капитале нации подтверждает и феминизация бедности. Группу риска в отношении бедности у женщин составляют одинокие матери, женщины-инвалиды, матери, имеющие на содержании детей-инвалидов, и безработные.

Женщины составляют почти 70 % от всех получателей пенсий. Разрыв во вкладах мужчин и женщин в накопительных пенсионных фондах в среднем равен 30 % вследствие низкой, по сравне­нию с мужчинами, средней заработной платы, неоплачиваемых декретных отпусков, отсутствия пен­сионных отчислений в этот период, более раннего, чем у мужчин возраста выхода на пенсию и мень­шего стажа работы, требуемого для начисления пенсии. У мужчин риск бедности высок среди безра­ботных, одиноких пенсионеров и инвалидов. 

В переходный период в Казахстане появились новые специфичные формы гендерного неравен­ства, обусловленные ограниченной мобильностью рабочей силы, недостаточной информированно­стью о рынке труда и влиянием внутреннего разделения труда. Социальное и экономическое положе­ние большинства женщин хуже, чем у мужчин, что говорит о неэффективном использовании челове­ческого капитала.

В первую очередь отмечена неравномерность в распределении ресурсов между мужчинами и женщинами. Статистические данные по нашей республике свидетельствуют о том, что от гендерного неравенства в первую очередь страдают женщины. Для них затруднен доступ к экономическим, со­циальным, политическим, властным ресурсам, не созданы полноценные условия для их личностной реализации. Женщинам труднее получить кредит, поскольку многие из них не обладают залоговым имуществом.

Пятая часть населения живет в бедности, среди них преобладают многодетные семьи, одинокие пенсионерки и сельские безработные. Один из двенадцати человек в стране не имеет работы, боль­шинство безработных — женщины.

Более слабые конкурентные позиции женщин проявляются, в первую очередь, в их сконцентри­рованности в низкооплачиваемых отраслях. Усугубляет бедность работающих женщин неравномер­ное распределение мужчин и женщин по отраслям экономики и профессиям, а также позициям в должностной иерархии. Высокий уровень образования не гарантирует работающим женщинам-специалистам перспектив должностного роста и достойную оплату труда. На женщин возложена ос­новная часть неоплачиваемой домашней работы и у них остается меньше времени на карьеру, повы­шение квалификации, самообразование. Наше общество до сих пор не признает экономической цен­ности домашнего неоплачиваемого труда женщин, в том числе ухода за детьми, а, как известно, не­равное распределение домашних обязанностей является одной из форм дискриминации женщин.

В целом экономические права и мужчин и женщин не имеют механизмов реализации в силу от­сутствия необходимого правосознания у широких слоев граждан республики. Этот фактор ограничи­вает возможность появления и рассмотрения исков по нарушению экономических прав.

Выводы

Достижение гендерного равенства и создание условий для развития женщин является важным фактором человеческого развития. Гендерное неравенство замедляет социально-политическое разви­тие страны, институтов гражданского общества, местного самоуправления. Неэффективное исполь­зование потенциала женской половины населения страны, не имеющей равных с мужчинами воз­можностей в реализации своих жизненных планов и задач, ведет к сохранению напряжения на уровне межличностного общения, институциональных отношений и в целом между гражданами и государ­ством. Неравенство женщин и мужчин также невыгодно государству и обществу в экономическом плане, поскольку оно тормозит развитие человеческого капитала, делает малоэффективными проекты развития экономики, искоренения бедности, сокращения безработицы. Одной из главных задач про­водимой в нашей стране гендерной политики является опровержение идеи о том, что биологические различия являются доминирующими в поведении мужчин и женщин.

Стратегия гендерного равенства в Республике Казахстан на данный момент является основопо­лагающим документом, направленным на реализацию гендерной политики государства, инструмен­том ее реализации и осуществления мониторинга со стороны государства и гражданского общества, важным фактором становления демократии. Современная гендерная политика суверенного Казахста­на направлена, прежде всего, на достижение гендерного равенства, в том числе и в экономической сфере: на дальнейшее развитие предпринимательства среди женщин, повышение конкурентоспособ­ности женщин на рынке труда.

Выполнение этих условий является главным критерием развития гражданского общества с вы­сокой экономической, политической и социальной культурой.

 

Список литературы

  1. Пушкарева Н.Л. Гендерный подход в исторических исследованиях // Вопросы истории. — 1998. — № 6. — С. 15.
  2. Уэст К., Циммерман Д. Создание гендера // Труды СПбФ ИС РАН. Гендерные тетради. Вып. 1. — СПб., 1997. — С. 97-98.
  3. Об утверждении Стратегии гендерного равенства в Республике Казахстан на 2006-2016 годы // Указ Президента Республики Казахстан от 29 ноября 2005 г. № 1677. // Казахстанская правда. — 2005. — № 333-334.
  4. Женщины и мужчина Казахстана — 2008-2012 // Стат. сб. — Астана, 2013. — 138 с.
  5. Отчет о человеческом развитии. Новые технологии для развития человека в Казахстане // UNDP. — 2006. — С 140,158.
  6. Статистический ежегодник Казахстана. — Алматы, 2005. — С. 43.
  7. Медеуов Е.А., Кылышбаева Б.Н. Вопросы гендерного неравенства в Республике Казахстан // Проблемы управления в социальном государстве: Междунар. науч.-практ. конф. — Астана, 2002. — С. 447.
Фамилия автора: А.Б.Майдырова, А.Ш.Бердибекова
Год: 2014
Город: Караганда
Категория: Экономика
Яндекс.Метрика