Сотрудничество стран тюркского мира с НАТО

В статье рассмотрена эволюция сотрудничества новых независимых государств тюркского мира с влиятельной военно-политической организацией — НАТО. Отмечено, что за последние четверть века молодые тюркские государства, учитывая свое геополитическое и геостратегическое положение, определили основные приоритеты во внешней политике. Одним из важнейших направлений государственной политики тюркских государств постсоветского пространства, подчеркнуто автором, является укрепление обороноспособности, что возможно также при активном взаимодействии с такими организациями, как Североатлантический альянс. Но активизация НАТО, выделено в статье, вызывает ряд вопросов у таких государств, как Россия, которая имеет свои определенные интересы во взаимодействии со странами тюркского мира. 

Распад Советского Союза и в целом социалистического лагеря в конце 1980-х-начале 1990-х гг. в корне изменил геополитический расклад на евразийском пространстве. Западные державы стали строить совершенно новые отношения с уже бывшими социалистическими республиками.

Коллапс Советского Союза привел к образованию таких новых независимых тюркских государств, как Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан, Туркменистан и Узбекистан. Одним словом, тюркский мир в начале 90-х годов прошлого столетия приобрел конкретное политическое очертание, хотя современные тюрки проживают на разных континентах.

С первых дней самостоятельного развития новые тюркские страны, избавившиеся от оков тоталитарного режима, приступили к созданию своей собственной армии и укреплению обороноспособности, развитию военно-политических контактов с другими государствами, активному участию в различных международных организациях и системах коллективной безопасности, таких как ОБСЕ, СВМДА, ОДКБ государств-участников СНГ. Ведь обеспечение национальной и военной безопасности является для многих государств непременным условием сохранения территориальной целостности, нерушимости границ и независимости.

Руководство новых тюркских государств видит укрепление системы национальной безопасности и в сотрудничестве с НАТО (Организация Североатлантического договора), которая после краха биполярной системы поставила перед собой совершенно иные задачи. Фактически создание при этой организации Совета североатлантического сотрудничества (далее — ССАС) с целью развития партнерства, сотрудничества, контактов и обменов в области обороны с новыми государствами означало расширение НАТО на Восток. Говоря другими словами, ССАС способствовал проведению консультаций и сотрудничества между НАТО и бывшими странами Варшавского Договора с тем, чтобы адаптировать их военную политику к новой архитектуре безопасности [1; 227].

В 1994 г. появляется программа «Партнерство во имя мира» (далее — ПИМ) в рамках развития ССАС, который первоначально был сосредоточен на многостороннем политическом диалоге. По сравнению с ССАС данная программа имела следующие особенности:

  • открыта для всех государств, включая бывшие нейтральные и неприсоединившиеся страны Европы, а не только бывших членов Варшавского Договора, как это было с ССАС;
  • нацелена на реальное партнерство;
  • инициировала расширение НАТО.

Но, так же как и ССАС, программа ПИМ не обеспечивала гарантий безопасности государствам, входящим в нее, так как она преследовала более узкие цели.

Следует отметить, что с начала расширения НАТО на Восток особую позицию заняла Российская Федерация, с которой тесно сотрудничают новые независимые тюркские государства. Заведующий сектором ИМЭМО РАН Сергей Ознобищев отмечал: «Политику расширения блока с самого начала в Москве однозначно воспринимали как нарушение обещаний, данных ранее, причем на самом высоком уровне. Как вспоминал бывший заместитель заведующего международным отделом ЦК КПСС Андрей Грачев: «Через два месяца после встречи с М.Горбачевым на Мальте госсекретарь США Дж. Бейкер заявил от имени президента Буша, что «если будущая Германия вступит в НАТО, то НАТО ни на дюйм не продвинется на восток» [2; 51].

Центральная Азия, на территории которой расположено большинство современных тюркских государств, всегда находилась в фокусе особого внимания Запада. В свете исламизации христианский мир рассматривает тюркские страны через призму ближневосточных событий [3; 136].

Здесь невозможно не отметить тот факт, что из тюркских государств Турция имеет большой опыт сотрудничества с НАТО. Как известно, Турция присоединилась к этому альянсу еще 18 февраля 1952 г., т.е. спустя три года после создания НАТО. Этот шаг турецкой стороны был продиктован ее историческим выбором в пользу сотрудничества с Западом и желанием противодействовать распространению коммунистических идей на другие страны региона. Кроме того, вступление Турции в альянс, с одной стороны, позволило НАТО усилить ее «южный фланг», а с другой — освободило Анкару от советского давления из-за доступа к стратегическим морским маршрутам [4].

Понятно, что, занимая важное геополитическое и геостратегическое положение в Средиземноморье и на Ближнем Востоке, Турция в течение многих десятилетий остается важнейшим участником Североатлантического альянса. Анкара внесла определенный вклад в безопасность НАТО, особенно во времена «холодной войны», обеспечивая защиту самой протяженной границы с уже прежним СССР. Хотя в последние годы и отмечается более самостоятельное поведение Турции в рамках НАТО, что выразилось в развитии военно-политических отношений этой страны, например, с Китаем, а также в блокировании Анкарой развития военного сотрудничества между НАТО и Европейским союзом, связанное с нерешенностью проблемы Кипра, турецкая сторона остается для НАТО важнейшим звеном в продвижении интересов альянса в отношении новых тюркских государств.

Активно строительство отношений с тюркскими государствами началось у НАТО через программу ПИМ. Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан, Туркмения, Узбекистан являются участниками данной программы.

Азербайджан подключился к натовской программе ПИМ 4 мая 1994 г. Следует отметить, что еще в декабре 1991 г. министр иностранных дел Азербайджана Г. Садыхов высказался о необходимости вступления Азербайджана в НАТО [4].

В середине 1990-х гг. Президент Азербайджана Гейдар Алиев вручил генеральному секретарю НАТО Хавьеру Солане «Верительный документ» о сотрудничестве между Азербайджаном и Североатлантическим блоком. А с 1996 г. программа ПИМ уже начала претворяться в жизнь, что выразилось в участии сотрудников Министерства обороны Азербайджана в семинарных и учебных занятиях, организованных в рамках данной программы НАТО. Также важным шагом в развитии сотрудничества Баку с Брюсселем стало подписание в 2005 г. Индивидуального плана действий партнерства [4].

Как было сказано выше, кыргызская сторона также является участником программы НАТО ПИМ. Но особые отношения между двумя сторонами сложились после формирования антиталибской коалиции в начале нового тысячелетия. В декабре 2001 г. США в Кыргызстане создают авиабазу для перевозки грузов и военнослужащих коалиции в Афганистан. Но в июне 2013 г. Верховный совет Кыргызстана проголосовал против продления срока аренды Соединенными Штатами базы в Манасе до конца афганской операции [4].

Одним из стратегических партнеров Североатлантического альянса в Центральной Азии, в силу своего геополитического расположения, является Узбекистан. Это государство активно участвует в программе ПИМ. Так же как и другие тюркские государства постсоветского пространства, в 1996 г. Узбекистан и НАТО утвердили первую Программу индивидуального партнерства. А после начала военных действий в Афганистане, с 2002 г. Ташкент поддерживает действия членов Североатлантического альянса в соседней стране. Узбекское правительство предоставило свое воздушное пространство и территорию для транзита невоенных грузов для коалиционных сил альянса в Афганистане, а также разрешило военным самолетам Германии использовать аэродром в городе Термезе, США — в Ханабаде [4].

Сегодня узбекское руководство строит отношения с альянсом с учетом отдаленных перспектив. При этом Узбекистан прекрасно понимает, что предстоящий вывод сил НАТО из Афганистана потребует укрепления безопасности в приграничных государствах, в том числе и в самом Узбекистане.

Активно развивается в рамках программы ПИМ сотрудничество между Туркменистаном и НАТО. Ликвидация угрозы или последствий стихийных бедствий, противодействие незаконному обороту наркотиков, международному терроризму и организованной преступности являются приоритетными направлениями взаимоотношений. В июне 2011 г. Президент Туркменистана Г. Бердымухамедов принял в Ашхабаде спецпредставителя генерального секретаря НАТО по странам Центральной Азии и Кавказа Джеймса Аппатурая, который отметил, что «НАТО придает большое значение сотрудничеству с нейтральным Туркменистаном, который, будучи общепризнанным миротворческим центром, играет ключевую роль в Центральноазиатском регионе» [5].

Одним словом, после начала контртеррористической операции в Афганистане на совершенно новый уровень сотрудничества вышли отношения государств Центральной Азии с НАТО. Определенную роль в этом сотрудничестве играет и Республика Казахстан.

Еще в 1992 г. Президент Республики Казахстан Н.А. Назарбаев заявил, что страна пойдет «на расширение контактов с НАТО, четко определив их сферы и пределы, и не в ущерб военному сотрудничеству в рамках СНГ или двусторонним военным связям» [6; 51].

В практике взаимоотношения Республики Казахстан и НАТО можно выделить следующие периоды:

1-й период — установление контактов между Казахстанском и НАТО (1992 г. – апрель 1994 г.);

2-й период — расширение сотрудничества между Республикой Казахстан и НАТО (май 1994 г. – 2005 г.);

3-й период — новый уровень развития взаимоотношений между Казахстанском и НАТО (2006 г. – по сегодняшний день).

Начало сотрудничеству Казахстана с НАТО было положено 10 марта 1992 г., когда Казахстан присоединился к Совету Североатлантического сотрудничества. А в ноябре 1992 г. состоялся визит генерального секретаря НАТО М. Вернера в Алматы.

В декабре 1995 г. в Алматы проводятся рабочие встречи экспертов НАТО, Министерства обороны и Государственного комитета по чрезвычайным ситуациям Республики Казахстан, на которых обсуждается Индивидуальная программа партнерства Казахстана и НАТО на 1996 г.

Казахстан, помимо сказанного выше, в мае 1994 г. стал 19-м государством, присоединившимся к программе НАТО «Партнерство во имя мира». В этом документе говорится, что государства, подписавшие этот документ, будут сотрудничать с Организацией Североатлантического договора во имя достижения следующих целей:

а) содействие транспарентности в планировании национальной обороны и разработке бюджетов; б) обеспечение демократического контроля над силами обороны;

в) поддержание способности и готовности вносить вклад с учетом положений национальных конституций в операциях под эгидой ООН и/или СБСЕ;

г) установление отношений в военной области, основанных на сотрудничестве с НАТО в целях совместного планирования, боевой подготовки и проведения учений для повышения готовности к проведению операций в сфере миротворчества, поиска и спасения, гуманитарных и других операций, о которых впоследствии может быть достигнута договоренность;

д) формирование в долгосрочной перспективе сил, в большей степени готовых к взаимодействию с вооруженными силами стран-членов Североатлантического союза [7; 301].

Помимо сотрудничества для достижения названных выше целей, эта военно-политическая организация пообещала проводить консультации с любым активным участником партнерства, если этот партнер считает, что существует прямая угроза его территориальной целостности, политической независимости или безопасности [7; 302].

Безусловно, подписывая этот документ, казахстанское руководство укрепляло военную безопасность страны, а также открывало возможность для усовершенствования собственных Вооруженных сил в соответствии с мировыми стандартами. Участие Республики Казахстан в программе ПИМ рассматривалось в качестве приоритетного направления в области международного военного сотрудничества.

Участие Казахстана и других государств постсоветского пространства в программе НАТО

«Партнерство во имя мира» не могло не беспокоить российскую сторону. Россия еще раз напомнила мировому сообществу на саммите ОБСЕ в Турции о том, что она остается претендентом на титул сверхдержавы, являясь, тем самым, главным конкурентом для США, которые считают себя единственной экономической и политической супердержавой, выполняющей главную роль в поддержании безопасности во всем мире.

В свое время государственный секретарь США М. Олбрайт о сотрудничестве НАТО и Казахстана говорила следующее: «Развивающиеся отношения НАТО с Казахстаном в рамках Программы

 

партнерства во имя мира являются ярким выражением стремления альянса к сотрудничеству в целях содействия миру, процветанию и стабильности. Участие в программах НАТО может также способствовать контактам между военными, реформе вооруженных сил и региональному сотрудничеству. Посредством разнообразной деятельности НАТО поможет заложить основу для развития Казахстана в условиях мира и процветания...» [8].

C 2006 г. Казахстан сотрудничает с НАТО уже в рамках Индивидуального плана действий партнерства. Комплекс мероприятий, обозначенных в программах, охватывает сферы подготовки и оснащения отдельных подразделений Вооруженных сил «Казбат» по стандартам НАТО, подготовки специальной спасательной команды, способной принимать участие в международных спасательных и гуманитарных операциях, сотрудничества в пограничной безопасности, реформирования Вооруженных сил, а также чрезвычайного гражданского планирования и решения экологических проблем. Одним словом, в новом столетии сотрудничество Казахстана с НАТО вышло совершенно на новый уровень своего развития.

Еще раз характеризуя деятельность НАТО в 1990-е гг., следует отметить политику расширения этого военного блока на Восток, что практически означало формирование господства блока в Восточной и Центральной Европе, а также в определенной степени нашло отражение и в новом тюркском геополитическом пространстве. Данное обстоятельство не устраивало, прежде всего, российскую сторону.

Участие почти всех государств СНГ в программах НАТО привело к военно-политической изоляции России от Европы, к определенному уменьшению ее роли в европейских делах. Тем более, что если прежде у блока традиционно существовала своя зона ответственности и она ограничивалась рамками вашингтонского договора, т.е. территорией стран-членов НАТО, то после саммита в Вашингтоне, состоявшегося в апреле 1999 г., все рамки исчезли [9; 18].

НАТО, испытывающая со дня своего образования особое влияние США, все еще рассматривается некоторыми российскими политиками как сила, которая сможет разрушить авторитет России как великой державы. В концепции внешней политики Российской Федерации, принятой еще в 1990-е гг., указано, что «по целому ряду параметров нынешние политические и военные установки НАТО не совпадают с интересами безопасности Российской Федерации, а порой прямо противоречат им…Россия сохраняет негативное отношение к расширению НАТО…» [10].

Важное значение относительно перспектив взаимодействия между Россией и НАТО имело подписание 27 мая 1997 г. в Париже Основополагающего акта о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности. Бывший премьер-министр России Евгений Примаков оценил Основополагающий акт между Россией и НАТО следующим образом: «Конечно, этот документ не снижает всех озабоченностей России и не является индульгенцией со стороны России на расширение НАТО, но претворение в жизнь его положений и принципов помогает вести дело к безопасности в Европе и минимизировать негативные последствия начатого не по нашей воле расширения этого альянса» [11; 19].

Российская сторона считает, что расширение НАТО на восток и превращение блока в доминирующую военно-политическую силу в Европе создают угрозу нового раскола континента, крайне опасного в условиях сохранения в Европе мобильных ударных группировок войск, ядерного оружия, а также недостаточной эффективности многосторонних механизмов поддержания мира. Поэтому перспектива дальнейшего расширения НАТО на восток является неприемлемой для Росси, как и для любых других государств, дорожащих своим суверенитетом. В противостоянии этим угрозам Россия, как это определено её Военной доктриной, приоритет отдаёт политическим, дипломатическим и другим средствам, стремится к равноправному и взаимовыгодному партнёрству с НАТО в сочетании с твёрдой решимостью защищать всеми имеющимися силами и средствами национальные интересы, гарантировать безопасность страны.

Сотрудничество между Россией и НАТО должно продолжаться и тогда, когда позиции сторон не совпадают. Продвижение отношений НАТО – Россия должно быть одним из главных приоритетов альянса. Как известно, на греческом острове Корфу в 2009 г. было достигнуто соглашение о возобновлении заседаний Совета Россия – НАТО после почти годичного перерыва, вызванного разногласиями по Южной Осетии и Абхазии.

Характер отношений НАТО – Россия все еще будет влиять на военно-политический аспект сотрудничества между собой тех же государств постсоветского пространства. Тем более, что негативный итог построению двустроннего диалога подведен в Военной доктрине Российской Федераций 2010 г., из которой следует, что российская сторона по прошествии пятнадцати лет со времени начала процесса расширения НАТО на восток по-прежнему рассматривает в качестве основной внешней военной опасности «стремление наделить силовой потенциал Организации Североатлантического договора (НАТО) глобальными функциями, реализуемыми в нарушение норм международного права, приблизить военную инфраструктуру стран – членов НАТО к границам Российской Федерации, в том числе путем расширения блока» [12].

НАТО, возникшая как противовес государствам социалистического лагеря, в 1990-е гг. и в начале XXI в. превратилась в совершенно новую военно-политическую организацию. Активизация НАТО на постсоветском пространстве связана с ее глобальными геополитическими задачами. С тех пор, как США усилили свое влияние на мировой арене, НАТО активно стало интересоваться проблемами безопасности на постсоветском пространстве, особенно в Центральной Азии. Безусловно, транснациональная преступность (терроризм, экстремизм, наркобизнес, контрабанда оружия) несет серьезную угрозу безопасности тех же государств Центральной Азии. В связи с этим альянс НАТО расширился до невероятных размеров, и считать его сегодня только атлантическим некорректно.

В сотрудничестве с НАТО новые тюркские государства видят совершенствование и укрепление своих вооруженных сил, а также обеспечение национальной и военной безопасности. Военнослужащие тюркских стран принимали активное участие в учениях и тренингах, организуемых и проводимых НАТО, а воинские подразделения участвовали в миротворческих операциях альянса.

Североатлантический альянс заинтересован в укреплении сотрудничества с тюркским миром сегодня в первую очередь в сфере совместной борьбы с терроризмом, экстремизмом и наркотрафиком. Ведь не секрет, что геополитическое, геостратегическое расположение тюркских государств заставляет НАТО иным взглядом посмотреть на изменившийся мир.

 

Список литературы

  1. Коппитерс Б. Партнерство ради мира с Центральной Азией // Этнические и региональные конфликты в Евразии. —Т. 1. — М.: Весь мир. — 1997. — С. 227–250.
  2. Ознобищев С.К. Новый мир и отношения Россия НАТО // Полис — Политические исследования. —  № 3.— С. 50–57.
  3. Mim Kemâl Öke. Türk Dünyası. Tarihin Süzgecinden. — İstanbul: İrfan Yayımcılık & Tanıtım Limited Şirketi, — 179 c.
  4. Взаимоотношения НАТО и стран Содружества Независимых Государств. — [ЭР]. Режим доступа: http://nato.biz/ru/cis.html (дата обращения 03.2016)
  5. [ЭР]. Режим доступа: http://trend.az/regions/casia/turkmenistan (дата обращения 03.2016)
  6. Назарбаев Н.А. Стратегия становления и развития Казахстана как суверенного государства. — Алматы: Дəуір, 1992.— 56 с.
  7. Партнерство во имя мира: Рамочный документ // Сборник документов по международному праву. — Т. 1. — Алматы, 1998. — С. 300–302.
  8. Олбрайт М. 50-я годовщина НАТО // Новое поколение. — — 23 апр.
  9. Козин В. На обочине // Экономика и политика России. — 2000. — № 1. — С. 17–19.
  10. Концепция внешней политики Российской Федерации. — [ЭР]. Режим доступа: www.rg.ru/oficial/doc/sng/concep.shtm (дата обращения 03.2016)
  11. Примаков Е. Россия: реформы и внешняя политика // Международная жизнь. — 1998. — № 7. — С. 15–20.
  12. Военная доктрина Российской Федерации. 2010 г., 5 февр. — [ЭР]. Режим доступа: http://news.kremlin.ru/ref_notes/461 (дата обращения 10.03.2016)
Год: 2016
Город: Караганда
Категория: История