Этнопедагогические аспекты воспитания личности в традициях казахского и чеченского народов

Раскрыты этнопедагогические аспекты воспитания личности в традициях казахского и чеченского народов. Сравнительный анализ традиций этих народов привел к заключению об общечеловеческих ее основаниях, построенных на диалектике «общее особенное». Отмечено, что своеобразие педагогических особенностей народов подчеркивает ценность этнических культур в системе мирового наследия. Показано, что этнопедагогизация процесс, направленный на формирование этнокультурной личности. Сделано предположение о том, что этнокультура и язык, являясь фундаментом, основой данного процесса, играют в нем функционально разные роли. 

Соотношение национального и общечеловеческого во все времена составляло одну из фундаментальных проблем общественного развития. Нарастающая тенденция к унификации мирового образовательного пространства может таить в себе угрозу выживания национально-культурных ценностей этнических общностей. В истории этому есть пример. В советский период унификация и русификация содержания образования привели к потере исторической памяти, отторжению от исконных традиций народов. Теория и практика интернационального воспитания в большей части советского периода страдали абстрактностью и односторонностью, так как не исходили из национальной самобытности культур народов Союза и находились в зависимости от моноидеологического влияния партии [1; 174]. Это обстоятельство усилило наш интерес к проблеме с позиций поиска оптимальных путей, направленных на сохранение этнического своеобразия народов в движении к общечеловеческому единству.

Этнопедагогика способствует самовыражению этнического опыта воспитания в формировании новых поколений. Ведь каждый народ обладает ценным опытом воспитания, сохранившимся в его исторической памяти. Понятие «этнопедагогизация образования», в последнее время используемое в педагогической литературе, подразумевает внедрение этнопедагогического образования и этнопедагогического компонента в учебный процесс. Этнопедагогизация рассматривается как «целостный процесс системного исследования, изучения, освоения и применения богатейшего этнопедагогического наследия народов и  стран» [2;  211].  В данной  работе мы  будем исходить из определения  Ф.Г. Ялалова, который под «этнопедагогизацией» в рамках культурологического подхода понимает «процесс обновления содержания путем разработки и последовательного внедрения этнокультурного, межкультурного и поликультурного компонентов» [3; 25].

В свою очередь, этнический компонент в содержании образования есть основа этнокультурного образования, более широкого относительно этнопедагогического. Данное утверждение основано на том факте, что этнический компонент в содержании образования в целом есть не что иное, как совокупность элементов этнонациональной культуры. Таким образом, в нашем понимании сложилась следующая градация: этнопедагогический компонент ¾ этнопедагогическое образование; этнический компонент (этнокультурный компонент) ¾ этнокультурное образование. Соответственно, этнопедагогическое образование составляет часть этнокультурного образования.

Концепция этнопедагогизации системы образования государств СНГ содержится в  работах  И.А. Арабова, Ш.М-Х. Арсалиева, Г.Н. Волкова, А.Ш. Гашимова, В.М. Григорьева, К. Жарыкбаева,  З. Нигматова, Д.Е. Иванова, С.К. Калиева, К.Ж. Кожахметовой, М.Б. Кожановой, Р.В. Комракова, Ж.Ж. Наурызбая, И.В. Мусхановой, В.А. Николаева, Т.Н. Петровой, И.О. Поповой, В.А. Сластенина, Г.В. Давлекамовой, Г.А. Станчинского, М.И. Стельмахович, С.А. Узакбаевой, М.А. Хайруддинова, М.Г. Харитонова, Е.Л. Христовой, В.Ю. Штыкаревой Ю.А. Рудь, А.П. Орловой и многих других ученых.

На основе анализа этнопедагогических работ отмечаем, что в научной литературе последних лет этнопедагоги и этнопсихологи выделяют два подхода к исследованию народного опыта воспитания: эмик (специфический) и этик (общий). Их сущность заключается в различиях воспитательного опыта этнических групп (культурно-специфический подход внутри этносистемы) и универсального подхода, изучающего общее и частное и воспитании в культуре разных этносов [4; 78]. Перспективы развития этнопедагогики связываются исследователями с рассмотрением ее роли в механизме формирования национального самосознания, патриотизма, культуры межнационального общения, толерантности, а также с большими возможностями ее использования в современной социализации личности. Сегодня внимание ученых привлекает проблема реализации идей этнопедагогики в формировании поликультурной  личности   (Ю.А. Белогуров,   Л.Н. Бережнова,   О.Д. Мукаева,   Л.Л. Супрунова, В.И. Матис и др.). Л.Н. Бережнова указывает на «востребованность этнопедагогики, направленной на определение путей этносоциализации подрастающего поколения в новых условиях межкультурного взаимодействия мирового сообщества» [5; 7].

Этнопедагогика, исследующая своеобразие воспитания этносов и педагогическое воздействие национальных культур на формирование личности, рассматривает различные национальные модели воспитания. Своеобразие педагогических особенностей народов подчеркивает ценность этнических культур в системе мирового наследия. Все национальные системы воспитания, устанавливая разные приоритеты в целях и средствах воспитания, являются не равноценными, но одинаково необходимыми для развития всего социума через оптимизацию отношений личности и общества.

История неоднократно демонстрировала миру, что попытки игнорирования национальноэтнических различий имеют обратное действие, приводя к возрастанию этноцентрических тенденций в обществе, к формированию обостренного чувства национального самосознания и акценту на национально-культурных составляющих этнической общности.

Изучение национальных традиций воспитания разных народов приводит к заключению об общечеловеческих ее основаниях, построенных на диалектике «общее особенное». В данной антитезе одно без другого существовать не может. Ведь только многообразие особенного в совокупности порождает общее. В этом плане интересна мысль Б.Ф.Поршнева о том, что всякое противопоставление объединяет, всякое единение противопоставляет. Таким образом, этнопедагогика ¾ это не только своеобразно-специфический опыт определенного этноса, имеющий национальные формы выражения, но и общечеловеческие традиции воспитания, содержание которых довольно сходно. Г.Н. Волков отмечает универсализм этнопедагогики (дисперсная этнопедагогика), ее общечеловеческие основы. Он подчеркивает ее «пансофизм», обобщение человеческой мудрости о воспитании. «Этнопедагогический диалог, диалог культур подчеркивают межнациональное, общечеловеческое в духовнонравственных ценностях народа» [6; 10].

З. Нигматов считает, что «каждый народ имеет свой оригинальный свод педагогических знаний, присущих только ему и основанный на его собственной культуре. Вместе с тем мы вправе говорить и об общности народной педагогики, так как традиции педагогики многих народов различаются лишь по форме внешнего выражения, а не по содержанию» [7; 22]. Следовательно, народная педагогика разных народов, выраженная в средствах воспитания (фольклор, традиции и т.д.), содержит в себе общечеловеческую сущность, так же как и этническая и национальная культура. В.И. Матис отмечает, что предметная область этнопедагогики не остается неизменной: задачи формируются и уточняются в зависимости от социального заказа, связанного с движением самопознания [8; 57].

Мы убеждены, что как наука и как предмет (учебный курс) этнопедагогика сегодня может служить не только целям национального образования, по выражению Г.Н. Волкова, и выступать в роли «педагогики национального спасения», но и всего человечества. Эти требования выдвигают социально-политические условия полиэтнических сообществ, так как этническая неоднородность состава населения многих государств мира обусловлена стремлением к адекватному мирному сосуществованию и взаимодействию людей разных по этнической, конфессиональной и культурной принадлежности. Таким образом, в условиях вхождения Республики Казахстан в мировое образовательное пространство возникает потребность в теоретическом освещении проблемы формирования поликультурной личности будущего педагога на основе толерантности и практических разработок данной технологии, чему может способствовать не только этнопсихология, но и этнопедагогика, ибо их межпредметные связи очевидны. В данном случае аргументом выступает диалектическое единство общего      и особенного в этнопедагогике. Общим в ней являются общечеловеческие нравственные ценности,    а особенное отражает этнопедагогические особенности личностей конкретной этнической группы. Плюралистический подход к народной педагогике предполагает исследования уникальности педагогической культуры каждого народа.

Педагогическая ценность прогрессивных национальных особенностей воспитания заключается   в их содействии преодолению национальной обособленности. Современная этнопедагогика, ориентированная на инновационные процессы общественного развития, располагает огромными возможностями в деле воспитания толерантности, ненасилия, культуры межнационального общения. Особенно важна в этом плане этнопедагогическая подготовка будущих учителей, профессиональная значимость которых в трансляции толерантного отношения в обществе весьма ощутима.

Итак, сказанное выше позволяет сделать вывод о том, что акцент на общности педагогических культур не обезличивает этническую педагогику, а обогащает ее сравнительно-сопоставительным анализом, тем самым способствуя развитию глобального сознания у молодого поколения. В эпоху глобализации этнопедагогика своим общечеловеческим содержанием нравственности должна внести вклад в воспитание человечества. Большим потенциалом в выявлении общности национальных культур  обладают  такие  научные  направления  этнопедагогики,  как  этнопедагогическая  аксиология    и этнопедагогическая эпистемия.

Фундаментом, объединяющим традиционные ценности педагогических культур разных народов, выступает нравственность. В духовно-нравственном здоровье общества, народа и личности огромная роль принадлежит средствам национальной культуры, существенными элементами которой являются фольклор,   музыка,    декоративно-прикладное    искусство    и    др.    В    стремлении    человечества к совершенству нравственность порождает пути взаимодействия и сближения народов на основе их национальных различий и является залогом решения многих глобальных проблем современности     [9; 114]. Задача сохранения уникальности каждого этноса, его оригинальной национальной культуры в полиэтническом государстве и обращения к мировому культурному наследию сегодня решается посредством введения в систему образования этнического компонента.

Для теоретического анализа весьма сложных и многоуровневых процессов этнопедагогизации необходимо ввести понятие «пространство этнопедагогизации» ¾ пространство, в котором создаются все необходимые условия, где организуется и реализуется целенаправленный процесс этнопедагогизации формирования личности на основе традиционных методов народного воспитания.

Естественная среда подразумевает окружение, в котором развивается и формируется личность (природная среда, друзья, коллеги, их взгляды, интересы и увлечения). Этнокультурную микросреду мы будем интерпретировать в дальнейшем как среду, специально созданную на базе этнокультурных ценностей для достижения основной цели исследования ¾ формирования этнокультурной личности; считать, что конечные цели воспитания во всем этом пространстве едины; вектора воспитания, т.е. ценностные ориентиры в семье, школе и вузе, не только не расходятся, но и не противоречат друг другу (противоречивость ценностных ориентиров наблюдалась в Чеченской Республике в советский период: школа воспитывала детей в духе атеизма, а семья ¾ в духе ислама).

Создание этнокультурной среды в пространстве этнопедагогизации (в семье, дошкольных образовательных учреждениях, школе и вузе), основанной на этнических традициях нравственного воспитания: культ семьи, матери, отца, ребенка, предков, Родины, природы и земли; изучение национальной литературы, развитие философского мышления, привитие личности духовно-нравственных ценностей и этики этноса, усиление ее мотивации к изучению родного языка ¾ непременные условия для эффективного протекания исследуемого процесса (рис.) [10; 89]

Схема пространства этнопедагогизации 

Рисунок. Схема пространства этнопедагогизации 

Традиционную культуру не случайно называют художественной народной педагогикой. Соединяя в себе устное народное творчество, художественные ремесла, танец, обряд, песню, она дает подрастающим поколениям целостное представление о мире, формирует взгляд на духовные и семейные ценности народа, воспитывает сознание живой связи времен и поколений. Вот почему и сегодня национальная культура с ее мудрыми, ненавязчивыми уроками народной педагогики широко используется педагогами в восполнении «культурного иммунитета» подрастающего поколения. Развитие духовности личности немыслимо без создания его представлений о себе как части своего народа и его культуры.

Как показал многовековой опыт развития человечества, традиции  не исчезают бесследно  сами по себе, они уходят вместе с их носителями, если прерывается связь поколений. Г.Н. Волков сказал по этому поводу: «Если национальное умирает в детях — то это означает начало смерти нации. При наличии  гармонии   между   национальным   и   интернациональным   чем   больше   национального  в воспитании, тем сильнее, культурнее, духовно богаче нация» [2; 33].

Обряды, традиции и обычаи всегда имели влияние на детей, их рост и развитие. Г.Н. Волков отмечает, что «…традиции имеют определяющее значение в народной судьбе. Евреи, потерявшие язык,   страну,   сохраняют   себя   этнически   именно   благодаря   традициям.   Они,   оказывается, в данном случае даже важнее, нежели язык, который выступает здесь как элемент традиционности»  [2;  140].  Кодар  Ауэзхан интерпретирует  понятие «традиции» как  «то,  что  удерживает  нас  в культуре и истории» [11; 70].

Под традициями принято понимать сложившиеся на основе длительного опыта совместной деятельности ее членов и прочно укоренившиеся в их жизни нормы, правила и стереотипы поведения и действий, повседневного общения между людьми, соблюдение которых стало потребностью каждого члена малой группы. В психологии общая классификация традиций выделена В.Г. Крысько по признакам: по содержанию, по принадлежности к различным группам и по сферам проявления. На основании данных признаков национальные традиции рассматриваются как нормы общественных отношений, сложившиеся внутри социальной группы ¾ этноса. Функционирование и жизнеспособность национальных  традиций  определяются степенью  личностного  и общественного их принятия и эмоциональной притягательностью [12; 214]. Не зря Л.Н. Гумилев, считал, что в отличие от культурной традиции  традиция  этническая  ¾  это  не  преемственность  мертвых  форм,  созданных  человеком, а единство поведения живых людей [13; 456].

Соотношение традиций  и  обычаев,  их  сущность,  сфера  действия  рассмотрены  в  трудах  Ф.С. Эфендиева,     И.В. Суханова,     К.Ж. Кожахметовой     Н. Сарсенбаева,      Г.К. Шалабаевой, К.Ш. Нурлановой и других. Многочисленные работы посвящены изучению традиций как фактора этнической   социализации    (Д.М. Бурхинов,    Н.Л. Абузарова,    Д.А. Данилов,    С.Д. Намсараев,   А.Г. Корнилова, И.Н. Сандипова и др.).

По определению И.В. Суханова, «…обычай ¾ способ социального поведения людей, традиция специальная форма организации воспитательной деятельности» [14; 146]. Традиции и обычаи являются механизмом существования социальной памяти. В случае утраты традиций происходит распад социальной памяти. Традиции имеют системно-функциональную природу, включающую обычай, обряд, ритуал, праздник, церемонии. Эти компоненты являются механизмом функционирования, сохранения и передачи традиций.

Ритуальные процессы сопровождают человека на протяжении всей его жизни. В народе не зря говорят: хочешь узнать народ ¾ изучи его обычаи и традиции. Посредством обычаев и обрядов казахи выражали свое видение и понимание мира, свое отношение к нему. Отсюда и любовь народа          к своим обрядам, обычаям, традициям, «...отправление обрядов и означало у древних казахов познание. Выражение «ырымшыл қазақ» (обрядолюбивый казах) достаточно метко характеризовало психологические особенности казахского этноса» [15; 104].

Происхождение обрядов, обычаев, традиций казахов уходит в далекое прошлое народа. Многие из них в своей сущности не имели религиозной основы, возникли еще в доисламский период. Они были порождены потребностью практики, реальной действительностью, стремлением упорядочить отношения людей в различных социальных ситуациях.

Принята классификация обычаев, обрядов по религиозному признаку. Их делят на дорелигиозные, религиозные и безрелигиозные (гражданские). В советский период в этнографии была принята следующая классификация современных праздников и обрядов:

  • общественно-гражданские или общественно-политические;
  • лично-гражданские;
  • лично-семейные или семейно-бытовые.

Казахские   обычаи   и   обряды,   на   наш   взгляд,    можно   классифицировать   в   соответствии с возрастными этапами жизни человека на: обычаи и обряды детского цикла; обряды и обычаи, соблюдаемые в народе молодыми людьми; традиции, обычаи и обряды, которых придерживается большинство казахского населения в преклонном возрасте. Отдельно можно рассматривать календарные обряды, правовые обычаи и традиции. Обычаи и традиции народа не могут существовать вненационально, они всегда имеют национальную окраску.

Казахский народ, благодаря основному закону жизни ¾ преемственности поколений, сохранил свои самобытные положительные обычаи и традиции до наших дней. Через призму столетий, из уст в уста, из поколения в поколение передавались казахами генеалогические знания о родословной народа. Эта традиция сохранилась и до наших дней. С малых лет старшие знакомят юное поколение с его родословной, генеалогическим древом рода, племени в целом. Нерушимой связью поколений веет от традиции казахов не покидать отцовского очага (шанырака), не уезжать с родных мест. К. Нурланова пишет: «Казахская обрядовая культура с младенчества формирует контекст мироощущений и соответствующего образа жизни и жизненного поведения» [15; 67].

Древние обычаи и обряды, на которых воспитывалось молодое поколение, зарождали в детской душе сознание этнической принадлежности к данному роду, племени, нации. Благодаря кочевому образу жизни, обычаям и обрядам, национальному колориту, который окружал ребенка в те далекие времена, в нем рано развивалась этническая самоидентификация со своим народом.

Культ ребенка в казахской семье возникал с его рождения, в особенности мальчика как продолжателя рода, наследника. «Ұл туғандға күн туады» (Родился сын — взошло солнце), – говорят казахи. Воспитание в казахской семье, как и у других народов, начинается с колыбельных песен. Педагогическое назначение колыбельной песни определил Г.Н. Волков: «Колыбельная песня ¾ это сплав мелодии, ритма, ласкового движения и слов, рассчитанный на содействие росту и развитию ребенка» [2; 88]. Казахские колыбельные песни, как и все жанры устного народного творчества, отражали жизнь, быт, духовный мир кочевого народа. Идея совершенства человеческой личности, пожелание вырасти настоящим джигитом вкладывались в содержание колыбельных песен матери.

Универсальным средством выражения народной мудрости выступают сказки. К.Д. Ушинский назвал сказки первыми блестящими попытками народной педагогики. В сказках привлекают внимание общечеловеческое и этническое содержание, их сочетание и неповторимость. Любимцами казахского народа, в уста которых он вкладывал свое национальное «Я», стали этнические образы сказочного жанра ¾ остроумные и красноречивые Алдар-Косе и Жиренше, храбрый Ер-Тостик, красавица Кункей, мудрый старец и т.д. В воспитании молодого поколения на протяжении многих веков достойное место занимают народные батыры Кобланды, Алпамыс, Ер-Таргын, Камбар, смелая и умная Кыз-Жибек, Баян-Сулу, Карашаш, Кортка, Карлыгаш и др. Герои сказок, выходцы из простого народа, как мужчины, так и женщины, наделены положительными нравственными качествами, внешней и внутренней красотой.

В народных изречениях четко определены взаимоотношения женщины и мужчины в семейных узах. Отец — глава и кормилец семьи, женщина — хранительница очага. В народе бытует высказывание о главной роли мужчины в семье: мужчина — «голова», жена — «шея». Отец — наставник детей,  однако  и  роль  матери  в  воспитании  детей  высоко  оценивается  народными представлениям:

«Анасын көріп – қызын ал» (Возьми замуж девушку, прежде узнав, кто ее мать). Гендерный признак ярко выражается в отношении казахов к сыну и дочери: «Ұл – қоныс, қыз өріс»(Сын – опора, дочь – новая родня).

Патриотизм, героизм во имя народа — главный лейтмотив пословичных изречений, предназначенных мужчине ¾ батыру, защитнику родной земли: «Атаңның баласы болма, адамның баласы бол», (Не будь сыном отца, будь сыном народа), «Батыр мың қол бастайды» (Батыр ведет тысячу человек). Героизм во имя нации, защита родины прославляются народом: «Ер өзі үшін туады, ел үшін өледі» (Герой рождается для себя, но умирает за людей), «Батыр ел ырысы, жаңбыр – жер ырысы» (Батыр – счастье для народа, дождь – счастье для земли). В отношении женщины пословицы и поговорки народа характеризуют ее как мать, жену, невестку, дочь, т.е. согласно ее социальным ролям в кочевом обществе.

Одним из важных средств в народной педагогике является воспитание трудом. Воспитательное воздействие народной педагогики направлено на формирование качеств у мальчиков и девочек, необходимых нации для выживания, на подготовку подрастающего поколения к жизни.

Народная педагогическая мудрость через все свои средства проносила основную цель воспитания — формирование совершенного человека. Народный идеал совершенного человека в казахской народной педагогике выражался в пословице «Сегіз қырлы, бір сырлы адамды тəрбиелеу» (воспитать разностороный талантливого человека) и рассматривался как суммарный, синтетический образ, но представления об идеальном мужчине и женщине формировались согласно их социальным ролям и под воздействием тендерных стереотипов, испокон веков сложившихся у народа.

Обычаи и традиции этноса отражают лучшие черты национального характера, нравственнодуховное кредо народа. Традиции и обычаи как средства народного воспитания во многом определяют ориентацию ребенка на ценности своего пола. Знание своей родословной, генеалогического древа для юношей и девушек ¾ одна из доминирующих нравственных традиций казахского народа, сохранившаяся до наших дней. Гостеприимство для обоих полов не только высокое моральное качество,  но и показатель внутренней национальной культуры казахского народа, его национального самосознания. Почитание старших отражалось в мельчайших потребностях быта: «Не садись первым за стол», «Не прикасайся к еде, пока это не сделают старшие», «Лучший кусок отцу-кормильцу», «Не болтай в присутствии старших», «Не садись на почетное место» и т.д. Казахские обычаи и традиции способствовали сохранению и укреплению семьи, усиливали гармонию брачных уз.

Известно, что этнокультурные ценности имеют мощный воспитательный потенциал, являются базой формирования духовно-нравственных ценностных ориентаций личности. На более высоких ступенях развития общества, в связи с образованием этноса, нации, их характер структурируется, обогащается общечеловеческими и национальными особенностями. Так как ценности национальной культуры представляют часть общероссийской, казахстанской, и общечеловеческой культуры, то их изучение необходимо вести во взаимосвязи с различными ответвлениями мировой культуры. На наш взгляд, к наиболее действенным методам этнопедагогизации формирования личности необходимо отнести создание специальной образовательной среды, личный пример воспитателя, использование народного идеала, изучение национальных традиций, ритуалов и обрядов и, конечно же, язык.

Для чеченского ребенка постижение традиционных норм общения начиналось с усвоения разнообразных форм выражения вежливости по отношению к старшим членам семьи, женщине, ровесникам, младшим. В работе рассмотрена система взаимоотношений «старший — младший» в чеченской семье, подразумевающая не только подчинение младших старшим по возрасту, но и заботу старших о младших.

Чеченский  народ,  как  и  каждый  народ,  имеет  свою  самобытную    нравственную  культуру  и богатую духовную историю. Именно они позволили в процессе исторического развития выработать свое представление об идеальном члене общества ¾ собирательный образ, включающий все лучшее и ценное, что выработано этносом веками. У чеченцев таким идеалом мужчины, живущим по древнему этическому кодексу «Къонахалла», является «къонах». Основополагающими категориями ценностей системы чеченской этики и данного кодекса являются «адамалла – человечность, гуманность», «нийсо – справедливость», «ц1ано – духовная чистота», «оьздангалла – нравственность», «ларам – почтительность, уважение», «сий – честь», «собар – выдержка, терпение».

В основе кодекса – культ «къонаха», достойного мужа, главным смыслом жизни и деятельности которого является служение народу, обществу и Отчизне. Понятие «кьонах» переводится как русский язык как «сын народа». Его поведение, образ жизни, отношения с людьми жестко регламентированы. Данное понятие всегда выступало синонимом чести, мужества и благородства. Не случайно у чеченцев бытует мнение, что самое трудное на свете быть «къонахом», еще труднее ¾ оставаться им на протяжении всей жизни. О сложности и многогранности нравственных устоев чеченцев говорит существующая иерархическая структура понятия «мужчины», имеющая восемь ступеней [16; 165].

В нашем исследовании проанализированы существующие у чеченцев строгие правила межличностного общения, регламентированные в зависимости от возраста и социального статуса общающихся (старшиймладший, детиродители, братсестра, сверстниксверстник). В них много условностей и запретов, частично выраженных посредством нравственной категории «эвхьазалла» мощного регулятора межличностного общения. Понятие «эвхьазалла» – нарушение норм, правил и запретов (этических, нравственных и социальных). Чтобы дать более полное представление данной нравственной категории в работе представлено и проанализировано семантическое поле концепта «эвхьазалла» керт эвхьаза йоккху ахь, божаршца эвхьаза ю и йо1, вовшашца эвхьаза ваьлла и шиъ, зударшца эвхьаза ву иза, йо1аца эвхьаза ваьлла иза, доьзалехь юкъ эвхьаза ялла, герзаца оьвхьаза ваьлла иза. Всякое отступление от правил в межличностном общении всегда негативно воспринималось окружающими и обществом, заслуживало порицания: «т1ех эвхьаза ву иза, лела ца хеа цунна» (ведешь чересчур развязно, непозволительно свободно разговариваешь, противопоставляешь себя обществу). При этом крайне важны были тон, тембр голоса, сделанный акцент. В данном случае «эвхьаза и эвхьазалла» выступают как нравственные категории, характеризующие ограничения, связанные с манерой общения. Особенно ярко их действие проявляется в семейном общении. В чеченских семьях не принято, чтобы свекор выражал недовольство или делал замечания невестке. Она, в свою очередь, должна относиться с глубоким почтением и уважением к нему, стараться предугадать его желания и ни при каких условиях не перечить ему. Если в силу каких-то причин свекор выражал недовольство поведением невестки, а она в ответ возражала или противоречила ему, то считалось, что они оба переступили границу дозволенного в межличностном общении («юкъ эвхьазялла или эвхьазалла юкъа еана царна»). Приведенные примеры позволяют заключить, что вся культура воспитания чеченцев ориентирована на формирование личности с внутренней позицией невосприятия («эвхьазалла»), т.е. личности, ориентированной на соблюдение жестких правил и норм межличностного общения, поведения в обществе, семье и кругу друзей [16; 164].

По содержанию и целям чеченский фольклор можно разделить на героико-исторический эпос (илли), лирические песни, назмы (песни религиозного содержания), лирико-эпические (узамаш) песни, баллады, пословицы и поговорки и т. д.

В чеченском героико-историческом эпосе (илли) народом создан образ турпала — смелого, уважительного, спокойного и благородного героя, обладающего силой воли, которому присущи толерантность и гуманность в поступках и суждениях (все эти характеристики чеченцы объединяют в одно понятие «яхь», не имеющее аналога в русском языке). Понятие «яхь» намного шире, чем понятия «благородство» или  «дух  соперничества»,  оно  охватывает  практически  все сферы  жизни чеченца.

«Яхь» — это  нравственная  категория,  которая является движущей  силой,  мотивом  к благородным поступкам. С самого раннего детства ребенку прививают мысль о том, что он должен стать самым смелым,  самым  мужественным,  самым  благородным  и  самым  терпимым,  т.е.  воспитывают  его   в стремлении к совершенству. Подобная совершенная личность, обладая необходимыми внутренними силами и мотивами, представляет собой «яхь». Именно эта черта характера заставляет чеченца делать добрые дела, совершать обдуманные поступки, думать о бедных и обездоленных; защищать, если это необходимо, не только свою страну, но и село, дом от неприятеля; быть великодушным, заботливым и внимательным к окружающим. Всю свою жизнь чеченец-мужчина стремится к идеалу мужчины — къонах, Каждый мальчик, с детских лет понимая, что данное приближение может быть бесконечным, не сворачивает с выбранного пути, идет к достижению поставленной им цели. Так как конечные цели различны, то и степень приближения к идеалу у каждого своя.

Как известно, важным средством нравственного воспитания любого народа являются пословицы и поговорки. Анализ закономерностей функционирования назидательных высказываний в них подтверждает данный факт. Пословицы – один из фольклорных жанров, афористически сжатые, грамматически и логически законченные изречения с поучительным смыслом в ритмической организационной форме, для них характерны образность и неповторимый колорит. Рассмотрим некоторые чеченские пословицы и поговорки. «Орел рождается только в горах», «Если к тебе пришла беда, подними голову, если к людям – опусти», «Доброе слово – что лето, злое слово – зимняя стужа». Использование подобных выражений неоценимая помощь в вопросах формировании толерантности и межличностных отношений в обществе. Поговорки играют роль неких средств реагирования на ситуацию, служат аргументом, агитацией, формой санкции или поощрения: «Хьекъал долчу стеган дош доца хуьлу» (У умного – разговор короткий), «Хумахаар боккха ницкъ бу» (Знание – сила), «Дикачу дашо лам бухбаьккхина» (Доброе слово гору сдвигает), «Генарчу йиши – вешал гергара лулахо тоьлу» (Лучше сосед рядом, чем родич вдали, «Шен ненан мотт ца хууш вверг – нана йоцу боб ер ду» (Человек, не знающий родного языка, сирота). При формировании трудолюбия у ребенка народная педагогика опиралась на бытовые пословицы и поговорки: «Сискал ша хьуна йог1ур яц» (Хлеб сам  не приходит), часто использовала сгустки мудрости, имеющие отношение к нравственнофилософским коллизиям жизни «Умного и вода не унесла, и огонь не сжег», «Скверная ворона скверно  каркает»,  «Руками  делай,  а  головой  думай»,  «Снисходительность  дополняет  щедрость», «Прощающий – благороден». Подобные факты описаны в монографии З.Б. Цаллаговой «Этнопедагогическая афористика». В унисон чеченской пословице «Воспитанный человек и дома ест как в гостях» звучат слова А.П.Берже: «Чеченец умерен в пище, способен переносить лишения» [1; 121].

Использование пословиц, поговорок в системе современного школьного образования повысит, по нашему убеждению, эффективность этнопедагогизации формирования личности ¾ процесс, направленный на формирование личности, ориентированной на сохранение и воспроизводство ценностей национальной культуры в творческой жизнедеятельности, способной к культурному саморазвитию, культурно-нравственной регуляции поведения.

Таким образом, этнопедагогизация — процесс, направленный на формирование этнокультурной личности. Обосновано предположение о том, что этнокультура и язык, являясь фундаментом, основой данного процесса, играют в нем функционально разные роли. Если этнокультура ¾ сокровищница материальных и духовных ценностей этноса, на которых формируется этнокультурная личность, то язык ¾ средство приобщения ее к этим ценностям; являясь душой народа, он носитель и составная часть его духовной культуры. Как показал анализ содержания этнокультуры народов, понимать, уважать и ценить культуру других народов способна только личность, умеющая любить и ценить родную культуру.

 

Список литературы

  1. Мухтарова Ш.М. Становление и развитие этнического компонента в содержании высшего педагогического образования Казахстана в 30-е года XX века // Вестн. Караганд. ун-та. Сер. Педагогика. ¾ ¾ № 4 (56). ¾ С. 169-174.
  2. Волков Г.Н. Этнопедагогика. ¾ Чебоксары, 1974. ¾ 362 с.
  3. Ялалов Ф.Г. Этнодидактика: моногр. ¾ М.: ГИЦ ВЛАДОС, 2002. ¾ 151 с.
  4. Лебедева Н. Введение в этническую и кросс-культурную психологию: учеб. пособие. ¾ М.: Ключ-С, ¾ 244 с.
  5. Бережнова Л.Н. Этнопедагогика: учеб. пособие для студ. высш.  учеб.  заведений.  /Л.Н. Бережнова,  И.Л. Набок, В.И. Щеглов. ¾ М.: Академия, 2007. ¾ 233 с. 
  6. Волков Г.Н. Универсализм этнопедагогики (дисперсная этнопедагогика) // Этнопедагогика в системе образования: опыт, проблемы и перспективы: матер. междунар. науч.-практ. конф. ¾ Атырау, ¾ С. 7-12.
  7. Нигматов З.Г. Плюралистический подход к этнопедагогическим исследованиям // Теория и практика физической культуры. ¾ ¾ № 8. ¾ С. 22-23.
  8. Матис В.И. Педагогика межнационального общения: учеб. пособие. ¾ Барнаул: Изд-во БГПУ, ¾ 510 с.
  9. Мухтарова Ш.М. Этнокультурное образование будущих педагогов: поиск и решение проблемы: моногр. ¾ Караганда: Санат, 2008. ¾ 390 с.
  10. Мусханова И.В. О семейном воспитании чеченцев как социально-педагогическом феномене // Вестн. Моск. гос. областного ун-та. ¾ ¾ № 3. ¾ С. 86-92.
  11. Кодар А. Степное знание (Очерки по культурологии). ¾ Астана, ¾ 205 с.
  12. Крысько В.Г. Психология и педагогика в схемах и таблицах. ¾ Минск: Харвест, ¾ М. АСТ,2000. ¾ 384 с.
  13. Гумилев Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. — Л.: Гидрометеоиздат, 1990. ¾ 604 с.
  14. Суханов И.В. Обычаи, традиции и преемственность поколений. ¾ М.: Политиздат, ¾ 216 с.
  15. Нурланова К. Символика мира в традиционном искусстве казахов // Кочевники. Эстетика: познание мира традиционным казахским искусством. ¾ Алматы: Ғылым, ¾ С. 213-214.
  16. Мусханова И.В. Кодекс чести «Къонахалла» в контексте культуры воспитания чеченцев // Вестн. АН ЧР. —¾ № 2. ¾ С. 160-167.
Год: 2016
Город: Караганда
Категория: Педагогика