К вопросу междисциплинарного подхода в этноэкологических исследованиях

Аннотация 

Методологическая основа современной исторической науки, состоящая из теоретических концепций и понятийно-категориального аппарата, за последнее время  претерпела  значительные  изменения. Концепция глобальной истории также оказывает огромное влияние на развитие исторической науки, взгляды историков и методы познания. Данная концепция способствовала существенному расширению объекта исторической науки. В этой связи крупнейший французский историк Люсьен Февр (1878-1956) в труде «Бои за историю» выступал против ограничения круга исторических источников лишь письменными   документами,   а  также подверг   вполне   обоснованной   критике   традиционалистов   за  отказ  от изучения ранних периодов истории из-за отсутствия письменных источников. В решении данной проблемы он отмечает огромную научную значимость междисциплинарного подхода. Обосновывая свою точку зрения по этой проблеме, он пишет, что необходимо «не просто переписывать источники, но воссоздавать прошлое с помощью смежных дисциплин, подкрепляющих и дополняющих одна другую… Долг историка в том и состоит, чтобы поддерживать, всемерно развивать и закреплять их совместные усилия» [1].

Поэтому главной особенностью современного этапа развития социально-гуманитарных наук, в том числе и истории, является применение междисциплинарных подходов к исследованиям.

Всестороннее интегрирование истории в смежные научные отрасли познания и обновление ее методологической основы демонстрирует научную эффективность междисциплинарных подходов. Особенно важны функции взаимосвязи теоретико-методологических концепций, методов, информационных источников смежных наук в единую систему познания. Хотя интегрируются не только смежные социальногуманитарные дисциплины. Как отмечают современные клиометрики, одной из характерных черт современного уровня научного познания является проникновение методов и приемов, понятийного аппарата, материальных и технологических средств фундаментальных и комплексных наук-интеграторов (математики, информатики и др.) в сферу общественных и гуманитарных наук. Подобные интегративные процессы привели сегодня к синтезу новых смежных дисциплин (математическая лингвистика, социометрия, политическая информатика и др.). В исторической науке символом нового направления исторической информатики стала, традиционно изображавшаяся со свитком и грифельной палочкой в руках, муза истории Клио, опирающаяся на математический интеграл и компьютер [2].

Взаимодействие исторической науки с рядом других наук также отражает значение природноклиматических, экологических, духовных и материальных факторов в человеческой деятельности. В  целом историческая наука на современном этапе интенсивно реализовывает огромный потенциал этого взаимодействия. Однако необходимо отметить, что способы и методы взаимодействия других отраслей знания с исторической наукой остаются до сих пор открытой проблемой. Хотя одно из направлений этой взаимосвязи достаточно определенно: это междисциплинарные связи, устанавливаемые при изучении тех видов исторических данных и источников, которые по своему содержанию нуждаются в использовании исследовательских методов смежных дисциплин. Например, историческая экология, этническая экология, историческая география тесно связана с экологией, экосистемой, почвоведением, климатологией, картографией и др. Важным направлением расширения контактов смежных дисциплин в исторической науке, на наш взгляд, является теоретическое обоснование междисциплинарных подходов.

Большое значение теоретико-методологическому обоснованию взаимодействия исторической науки с другими отраслями знания придавал советский историк, академик И. Ковальченко, который писал: «В любом историческом исследовании историк предстает в двух ролях. Если, к  примеру,  изучаются процессы социально-экономические, то он и историк, и экономист ...но не всегда из этого делаются необходимые практические выводы. А они состоят в том, что историк должен профессионально владеть теорией, методологией и методами не только исторической науки, но и тех наук, которые специально изучают исследуемые им явления и процессы» [3].

В последние годы в исторической науке наблюдается все больший интерес к использованию интеграционных методов исследований как письменных, так и природно-климатических, географических, экологических источников. Началась более тесная интеграция методов исторической экологии, исторической географии и собственно истории. Поскольку комплексное использование географических, экологических и письменных источников имеет особое значение в исследовании  исторического  прошлого. Данный метод предполагает возникновение междисциплинарных областей знания, которые способны рассмотреть историю человечества в целостном контексте: в  естественно-географической  среде, при изучении социально-экономической и общественно-политической проблематики в их взаимодействии и взаимовлиянии.

По мнению В.А. Муравьева, специальные дисциплины истории (вспомогательные исторические дисциплины, историческая география и др.), как более эмпиричные, инструментальные, профессионализированные и менее доступные идеологическим и теоретическим вторжениям отрасли, в большей мере сохраняли традицию. Но под влиянием  все большего расширения роли междисциплинарного  подхода  они тоже значительно изменились в ХХ в. Их изменения направлялись, главным образом, по пути обогащения и углубления самого предмета исследования, сохранения и умножения профессионализации, обретения этими дисциплинами большей самостоятельности и, вместе с тем, вступления их в обширные междисциплинарные контакты с последующим вхождением этих дисциплин в единое формирующееся поле гуманитарного знания [4].

Освоение новых пространств человеком и изменение экосистемы является одной из важных историко-географических и этноэкологических проблем, где синхронно рассматриваются вопросы заселения либо колонизации земель, особенностей природопользования и землепользования в тех или иных  территориях.  Такой  подход  дает  импульс  развитию  исследований  по  проблеме  взаимодействия «общество-природа-хозяйство» и более широкому использованию историками междисциплинарных методов познания.

В связи с этим можно утверждать, что одним из направлений исторических исследований, в том числе, этноэкологии станет разработка источниковедческих вопросов, поскольку этноэкологические и природно-климатические данные признаются как исторический источник. Поэтому в процессе исследования необходимым является выявление и анализ географических и экологических источников, которые содержат историко-географическую и историко-экологическую информацию.

Экологическое мышление о взаимоотношении общества и окружающей среды имеет глубокую древность, но было кодифицировано в западной науке только в ХІХ в. и как научный принцип  на практике получил свое развитие в ХХ в. Разработанная первоначально в области естественных наук, экологические концепции постепенно стали применяться также в области социальных и исторических наук. Концепция экологии и ее практическое применение осуществляется в рамках экологической антропологии; исторической экологии и истории экосистем [5].

Как научная дисциплина этническая экология начало формироваться в 1950 гг. Проблемы этнической экологии впервые была представлена в исследованиях американского антрополога Дж. Стюарда [6] в контексте "культурной экологии". В дальнейшем экологическое направление в исторических исследованиях и этнологии получило широкое распространение во всем мире.

Однако необходимо  отметить,  что  еще  в  начале  ХХ  в.  в  научных  изысканиях  А.Букейханова, С.П. Швецова, М.Г. Сириуса, Г.Е. Грумм-Гржимайло, Т.Шонанова [7] и др. феномен кочевничества рассматривался в контексте этноэкологических традиций и природно-географических, экологических особенностей Евразии.

В советской историографии в 70-90-х гг. ХХ в. внимание к вопросам исторической экологии, в том числе к проблемам этноэкологии значительно возрос. В теоретико-методологических трудах советских ученых Л.Н. Гумилева, С.Е. Толыбекова, Г.Е. Маркова, Н.Э. Масанова, А.М. Хазанова [8] и др. обоснованы новые междисциплинарные подходы по изучению кочевого общества народов Евразии как экологического феномена.

С 1970-х годов в советской и российской исторической науке фундаментальные научные исследования в области теории, методологии и практики этнической экологии проводятся учеными Института этнологии и антропологии Российской Академии наук [9] и Сибирского отделения Российской Академии наук [10].

Если рассмотреть междисциплинарные подходы в этноэкологических исследованиях, то их методы тесно связаны с историческими, этнологическими, географическими, экономическими и др. вопросами. Поэтому без методов исследования истории,  этнологии,  исторической  экологии,  исторической географии, экономики, социологии невозможно осуществить историко-сравнительный анализ этноэкологических традиций. Все это обуславливает необходимость применения  междисциплинарного подхода в этноэкологических исследованиях. Здесь необходимо отметить, что в историческом измерении ключевым методологическим принципом  остается  принцип историзма.

В исследованиях междисциплинарного характера по истории важную роль играет комплексный подход. При комплексном подходе в историко-географических и этноэкологических исследованиях анализируется каждый компонент окружающей среды: особенности почвы, растительного покрова, климатические условия, земельноводная система и т.д.

Одним из наиболее эффективных способов исследования в междисциплинарном подходе является синхронный метод. Используя данный метод, ученый исследует проблему вне зависимости от исторических источников. Например, изучение проблемы феномена кочевничества как вневременной проблемы, исследователь изучает биологию, экологию, этологию домашних животных, способы выпаса, морфологию биоценозов и т.д., которые функционировали вне временных факторов. И только после этого он берется за анализ исторических источников, что позволяет ему извлекать качественно более насыщенную информацию [11].

Историко-экологический метод является одним из ключевых методов, применяемых в изучении происхождения феномена кочевничества. Это обусловлено тем, что феномен кочевничества, основанный на кочевом скотоводстве, в первую очередь зависело от природно-климатических факторов и географиической среды. Исследователи истории евразийских кочевых народов Л.Н. Гумилев, А.М. Хазанов [12] утверждают, что в генезисе кочевничества определяющую роль играли не социальные, а экологические факторы.

Л.Н. Гумилев писал, что «Хунны, тюрки и монголы создали свой устойчивый быт, свою технику, свою литературу и свою государственность на базе кочевого скотоводства. Постоянно соприкасаясь с китайцами, они не заимствовали у последних ни письменности, ни социальных институтов, ни нравов и обычаев. Их этнографическая самобытность определялась способом ведения хозяйства, приспособленным к кормившему их степному ландшафту. Можно сказать, что они составляли неотъемлемую часть ландшафта вместе с растительностью и животным миром. Поэтому, изучая историю евразийских кочевников, мы знакомимся с историей природных условий населяемой ими территории» [13].

В контексте утверждения Л.Гумилева исследователь Н.Масанов особо отметил, что становится очевидной научная значимость исследования экологических детерминантов в развитии и жизнедеятельности различных способов производства и цивилизации, выявления степени и характера зависимости общества от географической среды [14].

Таким образом, применение историко-экологического метода дает представление о генезисе  и эволюции кочевого скотоводства, его особенностях, экологической значимости и позволяет определить основные направления его развития.

Среди методов в исследовании этноэкологических традиций, как  отмечает  исследователь  Ц.Б. Будаева, важное место принадлежит структурно-функциональному подходу. По мнению ученого он позволяет, во-первых, представить эти традиции как определенную целостность, состоящую из совокупности взаимосвязанных элементов, которые можно вычленить и проанализировать. Во-вторых, уяснить роль этих традиций в развитии этноса и этничности, диалоге культур и во взаимоотношениях этноса с окружающей природной средой. В-третьих, … определить среду (условия) сохранения и развития этноэкологических традиций [15].

Историко-экологический метод тесно связан также с изучением культуры социумов. Во все исторические эпохи важнейшей составляющей культуры была система взаимоотношений общества и окружающей среды, то есть, экологическая культура. Экологическая культура понятие историческое, поскольку исторически обусловлен сам процесс взаимосвязи природы и  общества [16].

Наиболее значимым прикладным аспектом в этноэкологических исследованиях является использование количественных и качественных методов социологии: наблюдение, соцопросы экспертов и населения, фокус-группы и др.

В исследованиях об антропогенном воздействии на окружающую среду в историческом прошлом следует подчеркивать большую роль экологического опыта человечества, так как этноэкологический анализ выявляет важные для современного землепользования свидетельства исторического опыта природопользования. Ученый Н. Масанов подчеркивал, что перед исследователями стоит задача объективного изучения как тех природных факторов, которые детерминировали пространственные закономерности функционирования человеческого общества, так и тех процессов трансформации географической среды, которые определялись деятельностью человека [17].

К примеру, современные требования мировой экономики и потребительские стандарты актуализируют переход к производству экологически чистой продукции. При этом особо важным может оказаться использование исторического опыта ведения животноводческого хозяйства кочевых народов Центральной Азии. На сегодняшний день учеными (А. Хазанов, Н. Масанов и др.) доказано, что кочевое скотоводство не приводит к ухудшению состояния экологической среды и оно давно стало важнейшим составляющим механизма воспроизводства используемых при пастьбе экосистем. Однако это не означает экологической оправданности традиционного кочевого скотоводства, а лишь подтверждает, что оно необходимо для сохранения используемых пастбищ. Для реализации этого принципа необходима правильная организация выпаса, соблюдение сроков пастьбы и норм интенсивности использования пастбищных угодий. Развитие кочевого скотоводства находился в сильной зависимости от природных условий и от имеющихся доступных ресурсов кормов пастбищных угодий и источников воды. При этом они должны находиться в сбалансированном соотношении, когда потребление одних ресурсов подкреплено наличием других. В противном случае возникали серьезные противоречия между наличием кормовых ресурсов и их потреблением, приводящие в кочевом скотоводстве к масштабным негативным последствиям.

Таким образом, особенности природопользования и землепользования кочевых народов находятся в тесной связи и во взаимозависимости с окружающей средой и природно-климатическими условиями, и любая их деформация приводит к подрыву природной основы кочевого скотоводства.

В засушливых районах характерной особенностью кочевого скотоводства является  также использование пастбищных угодий выше их экологических возможностей. Причины этого лежат как в неустойчивости природно-климатических условий, проявляющейся в периодических засухах, а в Казахстане и в суровых зимних условиях или «джутах», так и в сокращении площади пастбищ в результате распространения земледельческой культуры. Сохранение природных ландшафтов в районах кочевого скотоводства зависит от комплекса условий, главным среди которых является учет природногеографических особенностей региона. Из этого следует, что историко-географический и этноэкологический анализ позволяет оценить степень изменения потенциала пастбищных угодий, дать рекомендации по созданию системы сезонных перекочевок скота, восстановлению нарушенных пастбищ и оптимальному количеству скота в регионе. Данный опыт также, расширяет наши представления о возможных критических экологических ситуациях, в которых оно может оказаться в настоящее время. Поэтому не менее важны сведения о положительном историческом опыте освоения новых территорий либо природных месторождений, которое не приводило к негативным экологическим последствиям. Пренебрежение и незнание экологического опыта предшествующих поколений может привести к невосполнимым экологическим последствиям и катастрофам при освоении природных ресурсов.

В настоящее время ученые, используя накопленный исследовательский опыт и богатый историкоэкологический потенциал, должны всесторонне освещать вопросы исторического  изменения окружающей среды, экосистемы человеком. На наш взгляд, только в результате эффективного использования междисциплинарного подхода к исследованию можно определить основные проблемы взаимоотношения человека и природы в прошлые исторические периоды и на современном этапе человеческого развития.

По мнению Ц.Б. Будаевой использование междисциплинарных подходов в этноэкологических исследованиях направлено на: 1) выделение этноэкологических традиций как самостоятельного историко-культурного феномена бытия народа; 2) поиск их позитивных значений с целью обоснования актуальности их сохранения и развития [15].

Необходимо подчеркнуть, что по утверждению экологов, прогресс науки и техники несомненно улучшает благосостояние человечества и развивает цивилизацию, но при этом требует небывалого по масштабам расхода природных ресурсов и энергии. Такое вторжение человека в природную среду  привело к существующему нарушению естественного равновесия, ускоренному процессу деградации природных экосистем – процессу опустынивания и значительной потере биологического разнообразия. Примерно 70 процентов из 5.200 млн гектаров засушливых земель, используемых в мире для сельского хозяйства, подвергнуты опустыниванию. Каждый год теряется 24 миллиарда тонн верхнего плодородного слоя почвы. Это опасная для человечества тенденция, происходящая в результате действия различных факторов, включая изменения климата и деятельность человека. Осознавая масштабы опустынивания в мире и его трагические последствия, ООН 17 июня 1994 г. в Париже приняла Конвенцию по борьбе с опустыниванием. К сожалению, опустынивание происходит в больших масштабах и в Казахстане, что связано с рядом природных особенностей нашей территории и хозяйственной деятельностью [18].

В заключение нужно отметить, что расширение интеграционных процессов, связанных с теоретическим обоснованием междисциплинарного подхода, не оставляет сомнений в том, что его методы исследования будут и впредь углубленно разрабатываться.

 

Список использованной литературы:

  1. Февр Л. Бои за историю. – М.: «Наука».-1991. – 529 с. (С. 20-21)
  2. Жакишева С.А. Клиометрика в Казахстане: ретроспекция и перспективы // Отан тарихы Отечественная история. – – N 3. – С. 61-77
  3. Ковальченко И.Д. Методы исторического исследования. – М., – С. 275
  4. Муравьев В.А. Историческая география в мире и в России (ХVIII в. – 60-е гг. ХХ в.) // Вестник гуманитарной науки. – – № 5.
  5. Baker R. H. History and geography : bridging the divide. Cambridge, 2003. – 75-76 рр.
  6. Steward H. Theory of Cultural Change: The Methodology of Multilinear Evolution. – Urbana Press, 1955
  7. Букейханов А. Киргизы // Тандамалы. – Алматы, 1995. – С.66-77; Букейханов А. Русские поселения в глубине Степного края  //  Бøкейхан    Таyдамалы.  –  Алматы,  1995.  –218  б.;  Букейханов  А.  Переселенческие  наделы  в Акмолинской области // Бøкейхан 6. Таyдамалы. – Алматы, 1995.–242 б. Букейханов А. Овцеводство в Степном  крае // Бøкейхан 6. Таyдамалы. – Алматы, 1995; Швецов С.П. Природа и быт Казахстана // В сб.: Казакское хозяйство в его естественно-исторических и бытовых условиях. – Л., 1926. – С. 93 – 105; Сириус М.Г. Перспективы развития сельского хозяйства Казахстана // Народное хозяйства Казахстана. – 1926, №3 . – С. 3-15; Его же. К вопросу о более рациональном направлении сельского хозяйства в Северном Казахстане // Народное хозяйство Казахстана. – 1928. – № 6-7. – С. 23-38; Грумм-Гржимайло Г.Е. Западная  Монголия и Урянхайский край.– Л.,  1926.Т. 2.; Его же. Рост пустынь и гибель пастбищных угодий за исторический период // Известия РГО, 1933; Шонанyлы Т. Жер тағдыры – ел тағдыры. – Алматы: Санат, 1995. – 224 б.
  8. Гумилев Л.Н. Этносфера: история людей и история природы.-М., 2004.-575с.; Гумилёв Л.Н. Древняя Русь и Великая степь/ Ред. Л.П. Карельская.М., 1998.307 с.; Гумилёв Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. – М.,1989. – 496 с.; Толыбеков С.Е. Кочевое общество казахов в XVIIІ в начале XX вв.(политико-экономический анализ). – Алма-Ата, 1971. – 634 с.; Марков Г.Е. Кочевники Азии. Структура хозяйства и общественной организации. – М., 1976. – 316 с.; Масанов Н.Э.   Кочевая   цивилизация   казахов:   основы   жизнедеятельности   номадного   общества.   –  Алматы «Социнвест» Москва «Горизонт», 1995.320 с.; Хазанов А. Кочевники и внешний мир. – Алматы, 2002. – 604 с.
  9. Козлов В. И. Этнос и территория // Советская этнография. – – № 6; Козлов В. И. Основные проблемы этнической экологии // Советская этнография.1983.№ 1; Козлов В. И. Жизнеобеспечение этноса: содержание понятия и его этнологические аспекты // Этническая экология: теория и практика. – М.: Наука, 1991. – С. 3-43; Козлов В. И. Этническая экология: становление дисциплины и история проблем. – М., 1994. – 230 с.; Этноэкологические исследования. Сб. статей к 80-летию со дня рождения В. И. Козлова.М.: Старый сад, 2004.464 с.; Этническая экология: народы и их культура / Ред Н.А. Дубова, Л.Т. Соловьева. – М.: Старый сад, 2008. 376 с.; Этнос и среда обитания. Сборник этноэкологических исследований к 85-летию В.И. Козлова / Ред. Н.И. Григулевич, Н.А. Дубова (отв. ред.), А.Н. Ямсков. М.: Старый сад, 2009. Вып. 1. 312 с. Вып. 2. 252 с.; Этнос и среда обитания. Сборник статей по этноэкологии. Вып. 3 / Ред. Н.И. Григулевич, Н.А. Дубова, Л.Т. Соловьева, А.Н. Ямсков. – М.: ИЭА РАН, 2012. – 259 с.; Ямсков А. Н. История становления и развития отечественной этноэкологии // Этнографическое обозрение. – 2013. – № 4. – С. 49–64
  10. Томилов Н. А. Этническая экология: культуроведческий подход // Экология древних и современных обществ.– Тюмень, 1999. – С. 188–191; Онищенко С. С., Садовой А. Н. К проблеме определения предметной области этноэкологии // Экология древних и современных обществ. – Тюмень : Изд-во Ин-та проблем освоения Севера СО РАН, – С. 191–194; Адаев В. Н. Традиционная экологическая культура хантов и ненцев. – Тюмень : Вектор Бук, 2007.– 240 с.; Томилов Н. А. Традиционно-бытовая культура и этническая экология // Традиционные знания коренных народов Алтае-Саян в области природопользования. – Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 2009. – С. 98–109
  11. История Казахстана: народы и культуры. – Алматы: «Дайк-Пресс», 600 с. (С. 8)
  12. Гумилев Л.Н. Этносфера: история людей и история природы. – М., 2004. – 575 с.; Хазанов А. Кочевники и внешний мир. – Алматы, – 604 с. (С. 52)
  13. Гумилев Л. Этносфера: история людей и история природы. – М., 2004. – 575 с. (С. 142)
  14. Масанов Н.Э. Кочевая цивилизация  казахов: основы жизнедеятельности  номадного общества. –  Алматы: «Социнвест». – Москва «Горизонт», 1995. – 320 с. (С.3-4)
  15. Будаева Ц.Б. Этноэкологические традиции народов Байкальского региона в условиях трансформационных процессов: проблемы сохранения и развития. – Улан-Удэ: Изд-во ВСГТУ, – 297 с.
  16. Сейдимбек А. Мир казахов. Этнокультурологическое переосмысление. Астана: Фолиант, 2011. 560 с.; Иванова Т.В. Экологическая культура кочевников байкальского региона: общее и особенное. Автореферат дис. на соиск. уч. степени кандидата культурологии. Улан-Удэ, 2012. 20 с.; Дмитревский Ю. Некоторые вопросы экологической культуры народов Африки // Известия РАН  Серия географическая,  2000, № 5.
  17. Масанов Н.   Кочевая    цивилизация    казахов:    основы   жизнедеятельности    номадного    общества.  Алматы,1995.-320 с. (С. 3)
  18. Байтулин А.И. К вопросу о правовых основах полномасштабной реализации конвенции ООН о биологическом разнообразии // Актуальные проблемы экологии. Материалы II Международной научно-практической конференции. В 2 частях. 1 ч. Караганда, 459 с. (С. 14)
Год: 2017
Город: Алматы
Категория: История