Вопросы изучения памятников буддизма на территории Афганистана и Гандхарского искусства

Древний Афганистан был центром пересечения разных культур и религий. Следы буддийского влияния прослеживаются в литературе, искусстве, художественном ремесле, архитектуре Афганистана. Современные ученые располагают обширными материалами по истории буддизма и буддийской культуры в Центральной Азии. Одним из феноменов мирового искусства является гандхарское искусство, которое было школой индогреко-римского синтеза. Этот цивилизационный синтез запечатлен в архитектуре буддийских сооружений и скульптурных рельефах памятников Афганистана. Основой иконографии Будды в гандхарском искусстве, как это доказал свыше полувека тому назад Л.Фуше, стала индуизация образа Аполлона. В Бамианской долине расположен самый интересный комплекс пещер – остатки древнего буддийского монастыря. Его основание традиция относит к эпохе Кушан, связывая с деятельностью царя Канишки. Но главная группа памятников архитектуры и изобразительного искусства восходит к V-VII векам. В пещерах высечены две огромные статуи Будды, высота которых 55-метров и 37 метров. К сожаленью, эти замечательные памятники частично были разрушены талибами. С 2003 г. оставшиеся памятники буддийского искусства древнего Афганистана включены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. 

Расположенный на Шелковом пути, соединяющий Китай с восточной частью Средиземноморья, древний Афганистан был центром пересечения разных культур и и вероисповеданий, местом встречи и культурного общения индусов, мусульман, иудеев, буддистов и зороастрийцев. Наследие буддизма прослеживается в истории Центральной Азии на всем протяжении истории. Как сказал  видный знаток буддизма в Центральной Азии Б.А. Литвинский, имя Будды не было забыто даже в мусульманский период. В иранской и таджикской поэзии сохранилось слово «бут» (Будда), с X в. и до  наших дней оно обозначает «идол» и «красавица», «возлюбленная». Потомки буддийских священнослужителей и зороастрийцев занимали высшие посты в Халифате.

По мнению ряда ученых, на идеологию и практику раннего суфизма буддизм оказал серьезное влияние. Высшие исламские учебные заведения – медресе возникли в X в. именно в Средней Азии и, по-видимому, были генетически связаны с буддийскими монастырями. Эту гипотезу защищал российский ориенталист В. Бартольд, который, кстати, впервые обратил внимание на огромную роль т.н. «иранского буддизма» [1]. Следы буддийского влияния прослеживаются в литературе, искусстве, художественном ремесле Согда, Ирана, Афганистана.

Буддизм возник в Индии в середине I тысячелетия до н. э. Оформление буддизма как стройного вероучения и философской доктрины связано с деятельностью Сиддхартхи Шакья-Муни, религиозного реформатора, давшего резкий поворот всей духовной жизни Индии. Шакья-Муни – личность историческая, вокруг которой, однако, наслоилась масса преданий и вымыслов, чья жизнь и деятельность со временем получили канонизированное оформление в виде жития святого [2].

В древней Индии, как и во всех странах древнего мира, социальная жизнь была теснейшим образом сплетена с религиозными воззрениями. Царившие до того ведийские религии с их бесчисленным пантеоном богов и догмами, отвечавшими древневосточным формам общественного строя, во многом уже не были созвучны новым общественным тенденциям. Буддизм противопоставил им новую идейную концепцию, которая быстро завоевала признание различных слоев населения отдельных районов, областей, а затем и целых государств, постепенно проникнув во все стороны бытия и духовного строя воспринявших его народов.

Одним из феноменов мирового искусства, связанного с центарльноазиатским буддизмом является т.н. гандхарское искусство. В котором ярко выражается межцивилизационный синтез, слияние лучших достижений греческого искусства с индийской традицией, духовными образами буддизма, ибо это искусство, прежде всего интересная скульптура, выступают плодом эллинизации древней Центральной Азии, вызванной завоеваниями Александра Македонского в IV в. до н.э. Эта удивительная школа индо-греко-римского синтеза породила оригинальное художественное направление в искусстве ваяния, которое запечатлено в архитектуре буддийских сооружений и в скульптурных рельефах.

Пионером изучения «гандхарской проблемы» являются А. Фуше (Франция) и Дж. Маршаллом (Англия). Последний с 1013 по 1934 г. осуществлял систематические раскопки на городищах древней Таксилы – Такшашилы. В 1958 г. английский ученый М. Уилер, а в 1963-1964 гг. профессор Пешаварского университета А.-Х. Дани были заняты раскопками Шейхан-Дхери. В 1956-1959 гг. группа ученых итальянского Института Среднего и Ближнего Востока – Д. Фаченна, М. Таддеи, Дж.Гуллини – исследует Буткару и Удергам близ Мингора. В 1959-1967 гг. японская археологическая экспедиция Киотского университета проводила раскопки Мекхасанды близ Шахбаз-Гархи в провинции Мардан [3, с. 24].

В целом, археологические раскопки XIX-XX вв. открыли на территории Центральной Азии целую серию ценных буддийских памятников. На сегодняшний день ученые располагают обширными материалами по истории буддизма и буддийской культуры в Центральной Азии и Афганистане в частности, в том числе по буддийской архитектуре, искусству, введены в научный оборот неизвестные ранее местные письменные источники — эпиграфические и рукописные [4].

Необходимо отметить вклад в буддологию и изучение археологических памятников Центральной Азии многих специалистов, как Ф.Щербацкий, С.Ольденбург, В.Хеннинг, Б.Я. Ставиский, Б.А. Лит винский (например, уместно назвать его исследование «Outline History of Buddhism in Central Asia») и др. [5]. Хочется отметить фундаментальные исследования по истории культуры народов Центральной Азии ученого из Узбекистана, археолога и искусствоведа Г. Пугаченковой, автора книг «Искусство Гандхары», «Искусство Афганистана»и др. Г.А. Пугаченкова стремилась в своих хорошо известных трудах определить «ведущие черты гандхарской художественной культуры, одного из великих свершений человеческого духа, этого яркого протуберанца в зареве искусства античного мира».

В самом Афганистане исследование буддийского материального наследия активизировалось в последние годы в контексте возросшего интереса мировой общественности к знаменитым колоссальным статуям Будды (55 м и 37 м), варварски разрушенным режимом талибов («Талибан») в 2001 г. С 2004 г. в регионе начаты археологические раскопки, реализуются международные научные проекты, древний период истории страны исследуют, к примеру, такие специалисты, как Кохзад, Панджшири, Равош и др. Автору настоящих строк также принадлежат публикации по теме буддизма в истории Афганистана [6].

История распространения буддизма в Центральной Азии и роль этого региона в продвижении этой религии в Китай весьма тесно связаны. Стоит вспомнить события, связанные с миссиями, отправленными Ашокой (середина III в. до н.э.) в Арахозию и Гандхару. Считается, что буддийская миссионерская деятельность развертывалась в северном направлении, в сторону Бактрии, и в северозападном — к границам Парфии. Центральная Азия, в том числе Бактрия и Парфия, послужили плацдармом для проповеди буддизма в Китае. Выходцы из Центральной (Средней) Азии внесли весомый вклад в распространение буддизма в Китае, Восточном Туркестане [7, с. 254].

Специалисты полагают, что из Западной Индии обычай высекать пещерные буддийские храмы распространяется и на север, на территорию древней Гандхары (современный Западный Пакистан и Юго-Восточный Афганистан), а затем далее на север — вплоть до Бактрии. Наибольший интерес представляют пещерные комплексы Афганистана, на территории которого вытянулся с юго-востока (Гандхара) и до севера (Бактрия) ряд комплексов буддийских монастырей, в том числе такой знаменитый, как Бамиан.

Искусство Гандхары считается удивительной художественной школой северо-западной Индии, которая оформилась на базе слияния греко-римского и коренного индийского элементов. Гандхарой именовалась в древности северо-западная область Индостана, занимавшая часть Пенджаба. Хребты, охватывавшие Гандхару с севера и запада, создавали естественный рубеж страны. Лишь  горные тропы в труднодоступных ущельях и главный серпантин древнейшего пути, пролегавший через Хайберский перевал, соединяли Гандхару с теми районами древних цивилизаций, которые у древнегреческих географов именовались Арахозией и Параномиеадачи. С востока Гандхара смыкалась с Кашмиром, а с юга — с областями Синда.

Пограничное положение Гандхары определило приток именно в нее с севера-запада новых этноплеменных массивов, вторжение пришлых завоевателей, приход торговых караванов, груженных изделиями далеких стран. Все это в конечном счете содействовало активному включению в культуру Гандхары новых веяний, идей и направлений. Долина Инда не случайно оказалась областью  сложения одной из древнейших в мире протоурбаннстических цивилизаций. Культура МохенджоДаро и Хараппы, очень своеобразная, но вместе с тем запечатлевшая связи и общности с месопотамским миром, поражает уровнем своих творческих достижений. Во времена, засвидетельствованные историческими источниками, когда Индия вступила в эпоху античной истории, Гандхара оказалась на передовом крае тех событий, которые были связаны с западными вторжениями [3, с. 87]. Основные этапы древней истории Гандхары таковы. В 327 г. до н. э. в Гандхару вступают войска Александра Македонского. В III в. до н. э. она входит в состав государства Маурьев. Во II в. до н. э –I в. н. э. ею последовательно владеют среднеазиатские правители: греко-бактрийские, скифо-сакские, парфянские, а затем кушанские. Период вхождения Гандхары в I — III вв. н. э. в состав Кушанской империи знаменует блестящий расцвет местной культуры. Он продолжается и в III — IV вв., когда область принадлежит индийской династии Гуптов, владения которой охватывали значительную часть Индостана. В V в. Гандхара первой в Северной Индии принимает на себя сокрушительную волну нашествия эфталитов, нанесших этой культуре жестокий удар.

Культурное наследие Гандхары, прежде всего ее замечательная скульптура, давно привлекало внимание исследователей. Вначале это было появление отдельных вещей, интерес к которым  породил ажиотаж хищнических раскопок и спекуляцию на антикварных рынках статуями, рельефами и их фрагментами. Но в XX в. уже осуществляются археологические раскопки отдельных памятников, буддийских комплексов, а затем и целых городов. Археологические исследования дали огромный материал по архитектуре, различным видам искусства и ремесла, нумизматике и эпиграфике, верованиям и обрядам — особенно религии буддизма.

Искусство Гандхары, особенно скульптурная школа Гандхары – это порождение высокоразвитой античной городской культуры. В первых веках до и после начала нашей эры Гандхара была одним из главных центров древней науки Индии. В Таксиле находился знаменитый университет, где велось преподавание астрономии, математики, медицины, грамматики санскрита и пракрита. Крупные города страны были местами сосредоточения семейно-ремесленных групп, в которых секреты мастерства передавались по наследству и тем закреплялись поколениями. Через Хайберский перевал и по Инду в Гандхару проникали западные купцы, а с ними – изделия дальних стран, которые способствовали знакомству с прикладными искусствами иных народов.

Религия буддизма сыграла огромную идейную роль во всех сферах общественной и духовной жизни Гандхары. Вероятно, он проник в долину Инда еще в середине I тысячелетия до н. э, однако закрепился в Гандхаре с III в. до и. э. Толчок тому был дан ревностным приверженцем этой религии царем Ашокой (272 – 232 гг. до н. э.). Гандхара находилась на северо-западной окраине владений Маурьев, центры которых лежали и бассейне Ганга. Ашока был первым царем этой династии, прибывшим в Таксилу в связи с восстанием, вызванным злоупотреблениями местной администрации. Он не только навел здесь государственный порядок, но и использовал свое пребывание в целях пропаганды буддийского вероучения. То и другое засвидетельствовано царскими эдиктами, высеченными на скалах в Шахбаз-Гархи близ Пешавара и у Мансехра в Хазарейской области.

По мере распространения нового вероучения в обширном регионе возрастало число буддийских монастырей. Время правления индо-парфян, Кушан и Гуптов отмечено в северных районах Индии взлетом художественной культуры, расцветом литературы, драматургии и театра, появлением ряда теоретических трактатов по разным отраслям искусства и ремесла. Среди его поэм «Буддхачарита» («Жизнь Будды») рассматривается знатоками санскрита как произведение высокоразвитого стиля классической поэзии. Около IV в. н. э. писателем-буддистом Арьяшурой был написан сборник коротких рассказов «Гирлянда джатак», литературное совершенство которого позволяет предположить,  что ему предшествовало творчество ряда других авторов, чьи имена канули в безвестность.  На рубеже III — IV вв. была создана знаменитая «Панчатаитра» («Пятикнижие»), приписываемая мудрецу Вишнушарме.

Воплощением общекультурного расцвета становятся в Гандхаре на протяжении рассматриваемой эпохи также архитектура и ваяние. В гораздо меньшей степени, чем проблемы архитектуры, разработаны вопросы центральазиатского буддийского искусства. Здесь есть свои специфические сложности. Произведения искусства составляли неотъемлемую часть буддийских сооружений. Архитектура и искусство, дополняя и обогащая друг друга, создавались как единое целое. Однако архитектурная составляющая дошла до нас в несравненно большей сохранности, чем искусство. Значительная часть настенных росписей не сохранилась, до нас дошли лишь отдельные фрагменты и небольшие сцены.

Одна из главных линий мифологизированно-образного развития изобразительного искусства Афганистана шла от буддизма [8, с.12]. Религия эта, которая, как показал Сурх-Котал, еще слабо затронула при Кушанах северные области Афганистана, уже прочно захватила долину Кабула. В скульптуре здесь на первых порах доминирует влияние Гандхары. С проникновением и закреплением буддизма в областях Афганистана возникают многочисленные буддийские общины. Они играют видную роль не только в идеологии, но и в политической жизни, поскольку религия выступает как важный объединяющий фактор в условиях разноплеменного государственного организма, а также и в экономике, учитывая  деятельность крупных торговых факторий.

Зодчество содействовало закреплению буддизма всей полнотой своих художественных возможностей, а сами вновь возводимые обширные архитектурные комплексы концентрируют беспримерную роскошь богатых даров и жертвований, зримым воплощением которых были произведения искусства, будь ли то разнообразные изваяния, или драгоценная утварь, или монументальные настенные росписи. Как анализирует Г. Пугаченкова, состав основных буддийских сооружений Афганистана был тот же, что и в коренных областях буддизма в Индии. Однако на новой почве те же по назначению постройки получают иное, самобытное решение, ибо формирование архитектурных идей здесь следует в контексте с общей практикой местного строительного дела и сообразно своим эстетическим критериям. Достаточно, например, сопоставить индийские и афганистанские стамба — памятные столбы, воздвигавшиеся буддистами в ознаменование какого-либо выдающегося события. Стамба Индии выточены из камня, являя стройную колонну, увенчанную колоколовидной  капителью, с символическим колесом или фигурой льва на вершине. Две стамба в горах в районе Кабула были сложены из плитняка на цементирующем растворе и имеют вид массивных, чуть утоняющихся кверху цилиндрических столбов, завершенных фигурными чашами, лишь отдаленно напоминающими изначальную цветочную канитель [8, с. 193].

Буддийская тематика захватывает ведущую роль в сфере ваяния. Сюжеты джатак, сказаний из жизни Будды Гаутамы и его предшественников, служили yе только целям проповеди буддизма, но в них находили художественное отображение жизненные события, человеческие переживания, поступки, поиски и раздумья. Беграм и входившие в его округу культовые комплексы дают немало превосходных образцов буддийского ваяния периода Кушан. Многочисленные горельефы II-III  веков, высеченные на темном сланце, обнаружены в рупнах буддийского монастыря Шотарак близ Беграма (Баграма).

В их содержании развертываются традиционные в гандхарском искусстве сцены джатак — сказов из жизни Будды Гаутамы. При наличии сходства в деталях с римской скульптурой специфическую черту этих рельефов составляют особенности композиции в целом, совершенно чуждой искусству средиземноморского мира. При воплощении широкоизвестных для зрителя буддийских сюжетов гандхарские и кабулистанские ваятели воспроизводили не один какой-либо кульминационный пункт события, а этапы его развития. При этом внимание скульптора сосредоточено обычно на передаче психологических состояний действующих лиц, что отражено в их позах и в мимике.

Буддийский монастырь Тепе-Маринджан, функционировавший в IV веке и. э., сохранил в настенных нишах помещений остатки многочисленных глиняных статуй. Гандхарские черты сохранены в изображениях Будд и бодисатв, хотя явная «афганизация» (если позволительно употребить такой анахронизм термина) образов здесь налицо — она и в физическом облике и в стиле головных уборов и украшений. Поза Будды традиционна, драпировки необычайно мягки и естественны.  Богатое ожерелье и перевязь, драгоценности, браслет у предплечья, сложный тюрбан — все это подчеркивает знатность его происхождения. Лицо с полуприкрытыми глазами красиво, покойно, но в общем несколько абстрактно и застыло [8, с. 206].

Будда представлен на этих памятниках в тех двух канонических позах, которые разработаны были гандхарской школой. Будда, сидящий в позе размышления,— познавший истину и как бы погруженный в свой собственный внутренний мир, и Будда идущий — проповедник, пронесший истину по всему белому свету. Основа иконографии Будды, как это доказал свыше полувека тому назад Л. Фуше, лежит в индуизацнн образа Аполлона, занесенного в Гандхару из греко-римского мира. От Аполлона — его пышнокудрые волосы, подхваченные пучком на макушке, идеальная гармония черт лица с греческим носом, продолжающим линию лба. Мягкая мантия, драпирующаяся обильными складками, чужда индийскому мужскому костюму, это либо мантия Аполлона-Кифареда, на тело которого (в противовес Аполлону-лучнику, представленному в героической наготе) бывает накинута струящаяся ткань, либо римская тога.

В то же время от Индии в иконографию Будды входит многое иное, притом едва ли не главное; и дело не столько во внешних приметах, таких, как родинка между бровей, оттянутые к плечам мочки ушей, широкий, а не удлиненный овал лица, сколько во внутреннем существе этого образа. Общее выражение лица передает самопогруженность, уход в сферу философски глубокого раздумья о судьбах мира и блаженстве Нирваны, обретенном в итоге жизненного пути. «Лишь Нирвана  — верный отдых, это — безветрие души»,— такова концепция образа Будды. Как считают специалисты, в целом, образ Будды исполнен высокого достоинства, но вместе с тем глубоко человечен и одухотворен.

Если вернуться к знаменитым статуям Будды, разрушенным талибами, то хотя о них написано в мировой прессе достаточно, все же стоит отметить отдельные моменты. Бамианское ущелье — один из древнейших проходов, лежащих между грядами Гиндукуша и Кухн-баба, где пролегала международная торговая и стратегическая магистраль, тянувшаяся в Кабулистан, а оттуда через высокогорные перевалы – в Индию. Суров и величав пейзаж обширной долины, выходящей из узкой горловины, проточенной бурной рекой среди печеночно-красных и фисташково-зеленых  скал. Долину оторачивает гряда отлогих гор, за которой вздымаются крутые хребты, и — странная игра природы — «работа воды» словно отсекла фланг этой первой гряды по вертикали, образовав, как на макете, отвесные гладкие срезы. А в этих срезах человеком высечены тысячи пещер.

В Бамианской долине расположен самый интересный комплекс пещер — остатки древнего буддийского монастыря. Его основание историческая традиция относит к эпохе Кушан, связывая с деятельностью царя Канишки, но главная группа памятников архитектуры и изобразительного искусства восходит к V—VII векам. Монастырь являлся одним из крупнейших пунктов буддизма на территории древнего Афганистана, центром буддийской пропаганды, вероятно, обладателем больших земельных угодий и служил значительной торговой факторией па большом коммерческом пути.

Функция самого бамианского комплекса определила собой, разумеется, преобладание буддийской тематики. Огромная ниша 55-метрового Будды некогда вся была покрыта росписью. От подошвы до верха скульптуры заполняли параллельные ряды изображений сидящего Будды с различным положением рук (жесты «мудра»); образы эти вполне каноничны. Характерную черту бампанского комплекса составлял синтез искусств: в органическом слиянии с архитектурой здесь предстают скульптура и живопись. Скульптура включается прежде всего двумя упомянутыми колоссальными стоячими статуями Будд. Датировку 37-метрового Будды традиция относит ко временам Канишки, хотя но стилистическим данным исследователи склонны сдвинуть ее к III — IV векам, а Будду 55метрового датируют V веком. С 2003 г. Были начаты археологические раскопки для поиска еще  одной статуи лежащего Будды. В 2003 г. Как (теперь уже) печально знаменитые статуи (частично реставрированные и все еще исследуемые учеными), так и другие памятники буддийского искусства древнего Афганистана включены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

 

 

  • Бартольд В. В. Иранский буддизм и его отношение к исламу // Соч. Т. 7. Работы по исторической географии и истории Ирана. – Москва: Наука, 1971. 663 с.
  • Торчинов Е. А. Краткая история буддизма. – Санкт-Петербург: Амфора, 2008. — 432 с. 3 Пугаченкова Г.А. Искусство Гандхары. – Москва: Искусство, 1982. –195 с
  • Литвинский Б.А. Буддизм в Средней Азии: проблемы изучения //http://annales.info/books/bsahtm
  • Литвинский Б.А. Буддизм и буддийская культура Центральной Азии (древность) // Московское востоковедение. Очерки, исследования, разработки. – Москва, 1997. –С. 57-59.
  • Шамал, Фархад. Накши рахи абришум дар табалвори фарханг ва тамадони бахтар замин /Роль Шелкового пути в формировании культуры и цивилизации Запада. На персидском языке. – Кабул: Сборник Министерства высшего образования, 2013. –С. 66-70.
  • Восточный Туркестан в древности и раннем средневековье. Этнос. Языки. Религии. – Москва: Наука, 1992. – 684 с.
  • Пугаченкова Г.А. Искусство Афганистана. Три этюда. – Москва: Искусство, 1963.– 248 с.

 

Приложения

 Общий вид Бамианского ущелья  

  1. Общий вид Бамианского ущелья 

 Колоссальная статуя Будды 

  1. Колоссальная статуя Будды 
Год: 2016
Город: Алматы
Категория: История
loading...