Кадровая политика в Каракалпакстане в 1917-1920 годы

Советская власть в Туркестане началась с огульного отрицания за местным коренным населением права на участие во власти/1/. "Началась новая эра Туркестана под властью самобытных ташкентских "большевиков" — писал Б.Р.Тагеев, — отбросов колониального режима... Колонизаторский характер новой советской власти был закреплен резолюцией 3-го Туркестанского Съезда Советов"/2/.

Октябрьский переворот в России был принят в Каракалпакстане без эксцессов, ибо у власти сидели бывшие колонизаторы и чиновники царизма. Член ВЦИК и ТуркЦИКа И.А.Апин в докладной записке ВЦИК о положении Туркестана в 1918 году писал: «В первое время из-за искажений политики партии в Туркестане местное население не допускалось в органы Советской власти и в Красную Армию, хотя оно имело к этому упорное стремление и доказало достаточную подготовленность, умение и желание служить общему делу. Это невольно толкало мусульман на мысль, что им совершенно не доверяют и что европейское население как привыкшее, желает по-прежнему властвовать над коренным населением»/3/.

С 31 октября 1917 г. по октябрь 1918 г. исполнял обязанности комиссара Амударьинского отдела гидротехник В.Н.Памшев. В этот период не произошли резких изменений в структуре власти: комиссар Амударьинского отдела, комиссары Чимбайского и Шураханского уездов, Петроалександровская городская дума, Комитет общественной безопасности продолжали выполнять свои обязанности. Совдеп не мог организовать властные структуры вне города.

Был организован профсоюз «Хлопмасмыл» при хлопкоочистительных, маслобойных, кожевенных, люцерноочистительных заводах и предприятиях Петроалександровска (И.И.Бринкман, Губин, В.Крошилов, Гуменюк, Е.Кожуров, Савицкий и др.). Состав объединенной социал-демократической организации Петроалександровска выглядел следующим образом: Крошилов В.Е. — работник местного отделения “Большой Ярославской (Тверской) мануфактуры”, Тимошенко А.Л. — машинист парохода Амударьинской флотилии Савинов И.— рабочий хлопкозавода Мануилова, Алиев, Сладков, Головяшкин, Шарипов, И.К.Полоник, И.И.Босый, И.И.Бринкман, И.Т. Киселев, М.Задорожный, И.Касьяненко— банковский работник, В.Луценко, А.Смирнов, Уте Тынымбаев — писарь Шаббазского волостного управления, А.В.Качанов — механик хлопкозавода Ново-Ургенча, Шапошников — землемер из Петроалександровска.

Состав Совета солдатских депутатов Петроалександровска в марте-ноябре 1917 года выглядел следующим образом: прапорщик Киршевский — председатель (1917, 7 марта), Коноплев Алексей — солдат 3-роты 738-й Симбирской пешей дружины (ноябрь 1917), Сурков Андрей — солдат 3-роты 738-й Симбирской пешей дружины (ноябрь 1917), Кондратьев Дмитрий — солдат 4-роты 738-й Симбирской пешей дружины (ноябрь 1917), Маркилов Николай — солдат 4-роты 738-й Симбирской пешей дружины (ноябрь 1917), Пермяков Иван — солдат 4-роты 738-й Симбирской пешей дружины (ноябрь 1917), Понятов Александр — от команды вооружения (ноябрь 1917).

Наряду с вышеперечисленными организациями продолжал функционировать Комитет общественной безопасности Амударьинского отдела: председатель: Самборский — мировой судья, Шапошников — председатель административной секции Комитета, Памшев — председатель административной секции Комитета, Берсудский — председатель продовольственной секции Комитета.

Состав городской думы Петроалександровска (16 апреля 1917) (распущена 13 октября 1918 г.)/4/: председатель: Щапов А. — владелец хлопкозавода, гласные: Ширинский —крупный торговец, Першин — владелец хлопкозавода, Мусабеков Насырулла — домовладелец и торговец, Курбаниязов М. — крупный торговец, Турапов Р. — владелец хлебного и бакалейного магазинов, Диванов Абдулла — крупный купец, Казакбаев Н. — комиссар Турткулской волости, Кузьмин К.М./5/

Кратковременно (1917) функционировал «Союз мусульман Петроалександровска»: Равилов А. Р.— владелец хлопкозавода (председатель), Аллакулов Джуманияз — младохивинец (зампредседателя)/6/. На политической арене действовали так называемые “старые кадры”: Толебай Джаулыбаев — переводчик Нукусской волости, Ибрагим Казиев — судья Петроалександровска, Мухамеджан Бальджанов — переводчик начальника Амударьинского отдела, Асан Айтымов — переводчик Чимбайского участка.

Население аулов и кишлаков, не получая никакой помощи, создавали отряды самообороны, во главе которых стояли авторитетные родовые вожди Убайдулла Бауатдинов, Бала бий и др. Народ объединился вокруг своих родовых вождей. Положение изменилось со второй половины 1918 г. с прибытием вооруженных до зубов красногвардейских частей”/7/.

Петро-Александровская городская дума не поддержала действия большевиков. 10 ноября 1917 г. Городская дума в составе: В.Н.Ахлопова, К.М.Кузьмина, Ф.М. Корниловича, Д.А.Аллакулова, М.А. Берсудского, И.И.Бекчурина, Н.С.Иванова, Д.И.Липилина, И.А.Мальцева, Н.М.Мусабекова, К.Н.Новикова, В.Н.Памшева, И.И.Першина, А.Р.Равилова, В.М.Самборского, А.Садыкова, Р.Т.Турапова, А.А.Щапова принимает текст телеграммы следующего содержания: «Дума высказывает убеждение, что создание новых форм жизни России является делом широких масс демократии. Захват власти одним течением революционной мысли, опирающимся на незначительную часть одного класса является великим несчастьем народа. Правительство России должно быть построено на единении в обшей работе всех живых сил демократии страны. Только такое правительство создаст сильную власть, способную подавить анархию и довести страну до Учредительного собрания, являющего единым выразителем воли народа»/8/. Несмотря на это, этот орган Временного правительства существовал до конца 1918 г.

Состав Революционного комитета Амударьинского отдела Туркестанской АССР (сентябрь 1919 года): председатель — И.Шайдаков, члены — Ш.Хасанов, И.Митин, Ваничкин, М.Бальджанов, заведующие отделами — Р.Зозулин, Голинов, Кунин, Морозов, Чеботарев, Качанов, Головяшкин, Земцов, И.Савинов, Яугашаров, Шиповский, Полоник/9/. Вскоре произошло изменение: председателем был назначен Макаров, секретарем И.Митин, членами – И.Шайдаков, Ерманов, Бальджанов. Существовали отделы: Совнархоз, финансовый, юстиции, труда и социального обеспечения, здравоохранения, земельный, водный, продовольственный, народного образования, военный, комитет борьбы с голодом, следственный орган ЧК, ревтрибунал. Как отмечает Н.Солдатов «как в Ревком, так и заведующие отделами попали большинство из мобилизованных коммунистов роты Н.Шайдакова, кои прибыли из Чарджуя»/10/.

Н.Солдатов дал объективную характеристику на деятельность отделов Ревкома. Работа, как Ревкома, так и отделов распространялись только на город, но отнюдь не на весь уезд.

Совнархоз представлял из себя мелочную лавочку и орган, который специально занимался реквизицией и конфискацией, хотя в его владении и были кожевенный заводы два, но за производителями никто не следил и творилось там что то невероятное.

В области юстиции существовали старые казийские суды и заменить их новыми народными не представлялись возможными, за не имением работников с одной стороны, и с другой стороны заведующий не имел никакой инструкции.

Отдел земельно-водный — самый главный орган данной местности — не был на должной высоте, раскололся на две части, не имели между собой связи, даже лесное ведомство чувствовало себя совершенно самостоятельным.

Отделы продовольствия и здравоохранения обеспечивали только город. Отчетность в финансовом отделе была страшно запущена. В остальных отделах работа тормозилась из-за недостаточного количества работников интеллектуального труда.

В декабре 1919 года Президиум ЦИК Советов Туркестанской Республики назначил новый состав ревкома Амударьинского отдела (Н.Солдатов, Макаев, Скалов, Балдьжанов и Хасанов)/11/. Н.Солдатов, имея мандат от Краевого Комитета партии, а также с согласия остальных членов Ревкома временно вступил на пост председателя. Спустя две недели ЦИК Советов Туркестанской Республики и Краймусбюро телеграммой утвердил Макаева председателем Ревкома. Макаев категорически отказался вступить в свои обязанности, мотивируя тем, что он считает себя не опытным, а также считает, что перестановка повлияет на ход работ, а также Ревком может потерять авторитет в глазах местного населения.

Как видим, в составе органов власти представители местных национальностей очень мало, да и те, которые вошли в состав, являлись представителями татарской и башкирской национальностей. Председатель Ревкома Амударьинского отдела писал 14 августа 1920 года: нельзя обойти молчанием и того факта, что Центр назначает Ревкома, а также наряду с ним назначает чрезвычайно уполномоченных, как это делается здесь, назначен был Бройдо, затем Чрезвычайная Коллегия, члены коей зачастую вмешивались в мелкие технические дела Ревкома, что является двоевластием и нецелесообразным»/12/.

В силу целого ряда исторических, национальных, политических факторов общественное строение Амударьинского отдела было очень пестрым и сложным. В Амударьинском отделе фактически не было отделений политических партий в классическом понимании термина партия. Вопрос о политизированности дехканских масс вообще следует снимать с повестки дня, так как они в силу условий своего существования, разрозненности, распыленности аулов слабо организуется политически. Провести четкую грань между различными слоями аула и кишлака, например, выделить ее зажиточную часть, среднюю и бедняцкую, очень трудно.

Советская историография постоянно твердила, что в момент революции марксистские идеи широко распространились в дехканских массах в результате неустанной агитационно-пропагандистской работы большевиков/13/. Вряд ли можно отрицать тот «революционный экстаз», который охватил слои европейского населения Амударьинского отдела (рабочие, солдаты, служащие). Но многое еще зависело от того, как и каким образом воспринимали коммунистические идеи мусульмане. Большинство усваивало их весьма своеобразно с ожиданием. Популярные лозунги большевиков доходили до них через «узункулак» с комментариями, реализация же на деле получилась совсем по другому.

Антинациональная направленность советской власти в Каракалпакстане проявилось в насильном установлении этой власти. Захвативший власть в Ташкенте Совет Народных Комиссаров Туркестанского края 10 декабря 1917 г. послал в Петро-Александровск “Положение об организации местных Советов”. Исполнителями воли большевиков были солдаты Петро-Александровского гарнизона, матросы Амударьинской флотилии, рабочие хлопкоочистительных заводов.

В Амударьинском отделе в 1918-1920 гг. власть сосредотачивалась в руках военных (Н.Шайдаков, А.Тимошенко, В.Коноплев, В.Кемпчинский, И.Косьяненко, И.Шайдаков, Н.Солдатов), тесно увязывающих свое будущее исключительно с Россией и заражденных в большинстве своем шовинизмом. Недоверие к народам края выражалось в направлении полномочного представителя ТурЦИК А.Христофорова в августе 1919 г., и полномочного представителя Турккомиссии Г.Скалова в ноябре того же года.

Политика отчуждения местных национальностей от государственного управления, пресечение права народа самому определить свою историческую судьбу обусловили зарождение разнообразных форм социального протеста (народные восстания 1919 и 1929 гг.). Объединившись каракалпаки, узбеки, казахи, туркмены, уральские казаки с оружием в руках установили в северных районах Амударьинского отдела в августе 1919 г. свою народную власть. Уральский казак Михаил Фильчев был избран главой правительства. В народное правительство вошли Убайдулла Бахауаддинов (Хан максым), Кутлымурат бий (Бала бий), Ибрагим Адилов, Иният Ниязов, Сейтназар Пирназаров. В 1929 г. также была избрана народная власть во главе с Абдижалил максым Исметуллаевым. Так отчетливо проявилась политическая воля коренного населения Каракалпакстана. Но советское руководство как Ташкента, так и Москвы менее всего заботили кровные нужды народа. Если власть в 1919 г. вела переговоры с восставшими, заключили перемирие, затем спустя времени отправили защинчиков в тюрьмы и лагеря, то в 1930 г. руководителей и участников восстания просто напросто расстреляли.

В августе 1920 года кризис кадровой политики Советской власти в Амударьинском отделе заставил написать председателю Ревкома Амударьинского отдела Н.Солдатова докладную записку в ЦИК Советов Туркестанской Республики, Турккомиссии, Совнаркому и Крайкому ЦК КПТ.

Н.Солдатов констатировал, что к моменту приезда Ревкома из Ташкента в Амударьинский отдел в декабре 1919 года Советская власть свое влияние распространяла только на ближайшие пять волостей Шураханского участка. Большая территория отдела была не доступна для работ советской власти. Чимбайский участок, заключающий в себе 13 волостей (около 200 тыс. жителей) был взят народным восстанием. Был убит полномочный представитель при Хивинском ханстве Христофоров с целым рядом других местных советских работников. Местная власть принять какие-либо меры к успокоению населения или расширению территории за отсутствием реальной вооруженной силы была бессильна. И конечно, работа советских органов как в самом городе Петроалександровске, так и в этих советских волостях сводилась к нулю/14/.

С приходом 3-го батальона 5-го Туркестанского полка в декабре 1919 года произошло вторжение советских войск на территорию независимого Хивинского ханства и в феврале 1920 года власть хана была свергнута. Новый состав Ревкома Амударьинского отдела заключил соглашение в повстанцами был ликвидирован так называемый «Чимбайский фронт». Члены Ревкома Макаев и Балдьжанов упорядочил советские органы в Чимбайском участке, главным образом, обращая внимание на земельный вопрос.

Ревком принял меры к восстановлению народного хозяйства отдела. ЦИК Советов Туркестанской Республики отпустил за эти цели 35 миллионов рублей. Был закуплен живой и мертвый инвентарь, посевные семена.

Как подчеркивает председатель Ревкома Н.Солдатов «вся беда Амударьинского отдела заключается в настоящее время в том, что ощущается громадная недостача работников, как политико- советских, так и рядовых канцелярских, конечно здесь ввиду того, что большинство является население мусульманское, должны быть работники мусульмане, но не только их не достает, но даже совершенно нет даже работников русских, которые могли бы заниматься в отделе. Во всех отделах Ревкома имеется только одна десятая часть штата, и то совершенно не опытных»/15/.

Что же касается аулов и кишлаков, то там дело обстоять еще хуже, если в городе можно кое-как регулировать, благодаря перемещения советских работников, то в аулах и кишлаках они совершенно отсутствуют. Ревком вынужден был оставить на местах грамотных старых волостных и секретарей введя туда безграмотных бедняков.

Ревком открыл курсы на 50 человек. В состав политических работников брали силу из аулов и кишлаков малограмотных. Было предложено отделу народного образования открыть школы грамоты для взрослых в некоторых главных пунктах Отдела.

Кризис кадровой политики выражался в следующем:

а) это оторванность, отсутствие всякой связи с центром;

б) дороговизна, которая разрослась до невероятных размеров (2,5 пуда пшеницы стоит 20-22 тысячи рублей),

в) спекуляция с денежными знаками («керенки») подняла цены на базарах на все продукты,

г) Туркестанские денежные знаки «бонны» в некоторых отдаленных местах Амударьинского отдела не принимались/16/.

Служащие советских органов Амударьинского отдела, выходя в отпуск с отъездом в Ташкент, не возвращались на работу в Петроалександровск.

Председатель Ревкома Н.Солдатов возмущался ненормальностью соподчиненности советских органов Амударьинского отдела Центру. Военный отдел подчинен Сырдарьинскому областному комиссариату, Совнархоз – Центросовнархозу, земельный и водный отдел — Краевому, отдел юстиции — Самаркандской области. Ревком Амударьинского отдела и его отделы должны были приравняться к области и подчиняться непосредственно Туркестанским центральным властям.

Для решения кадрового вопроса председатель Ревкома Н.Солдатов просил центральные органы Туркестанской Республики: 1) прислать работников политико-советских и канцелярских; б) улучшить быт служащих путем разрешения выплаты им в половинном размере денежными знаками образца «керенки»; в) отменить чрезвычайные полномочия на Амударьинский отдел у Коллегии Чрезвычайного представительства в Хиве и Амударьинском отделе; г) ввиду того, что Съезд Советов Амударьинского отдела отложен на неопределенное время, прислать замену в Ревком из Центра, так как здесь взять людей на таковой пост негде и нет подходящих лиц/17/.

Антинациональная направленность советской власти в Каракалпакстане выражалось и в том, что новая власть сознательно игнорировала в своей практической деятельности национально-бытовые особенности края, сопротивлялась привлечению коренного населения к государственному управлению, руководствуясь “Декларацией” Ш Краевого съезда Советов Туркестанского края, определившего принципы организации советской власти: “привлечение в настоящее время мусульман в органы власти является неприемлемым как в виду полной неопределенности отношения туземного населения к власти солдатских, рабочих и крестьянских депутатов, так и в виду того, что среди туземного населения нет пролетарских классовых организаций”.

“Масса каракалпаков совершенно отстранялась от участия в работе партии и Советов” - констатировал в 1924 г. А.Досназаров. Далее он продолжает: “за все 6 лет существования советской власти... никто из каракалпаков не был даже допущен к учебе в партийных и советских школах, куда получали командировки все те же стоявшие у власти. Каракалпаки в результате совсем не могли выделить работников из среды своей национальности”/18/.

Восстановление и развитие национальной государственности каракалпакского народа должны были осуществляться в рамках двух республик: Туркестанской и Хорезмской. В период существования Туркестанской АССР такого восстановления, как мы уже убедились, не произошло.

 

  1. Мустафа Чокай-оглы. Туркестан под властью Советов. К характеристике диктатуры пролетариата // Простор.- - № 9-10.— C.101-112
  2. Тагеев Б.Р. В долине роз и крови. – М.: Госиздат, 1927.—С.
  3. Российский центр хранения документов новейшего времени, ф.17, оп. 65, д.380, л.2. 4. ЦГА РК, ф.16, оп.1, д.17, л.46.
  4. Досумов Я.М. Очерки истории Каракалпакской АССР. -Ташкент, 1960. — С.77. 6. ЦГА РК, ф.16. оп.1, д.1, л.43-45
  5. Кощанов Б.А. Коракалпогистон шиддатли узгаришлар даврида (1917-1924 йиллар) // Узбекистоннинг янги тарихи. Иккинчи китоб. Узбекистон совет мустамлакачилиги даврида.— Тошкент: Шарк, 2000.- С.302-303.
  6. ЦГА РК, ф.16, оп.1, д.1, лл. 31-32. Протоколы заседания Петроалександровской городской думы.
  7. Архив Жокаргы Кенеса РК, ф.1, оп.1, д.3, л.1-2 10. ЦГА РУз. ф.Р-17, оп.1, д.659, л.62 об.
  8. Там же, л.62
  9. Там же, л.125.
  10. Досумов Я.М. Очерки истории Каракалпакской АССР. 1917-1927. - Ташкент, 1960; Аметов К.
  11. Аграрная политика Советской власти в Каракалпакии. - Нукус, 1972; Бекимбетов А. Ленинлик кооперативлик планнын Каракалпакстанда иске асыу тарийхынан. - Нокис, 1975; Елмуратов Ы. Уллы аукам. Рабочий класс пенен Каракалпакстан мийнеткеш дийханларынын аукамы хаккында.- Нокис, 1977; Осуществление ленинской программы построения социализма в Каракалпакии. 1917-1937. - Ташкент, 1971; Татыбаев С.У. Исторический опыт построения социализма в Каракалпакии. 1917-1941 гг.- Нукус, 1971; Экономическое преобразование Каракалпакии за годы Советской власти. - Нукус, 1969.
  12. ЦГА РУз. ф. Р-17, оп. 1, д. 659, л. 124
  13. Там же, л. 130
  14. Там же, л.
  15. Там же.
  16. Кощанов Б.А.   “Размножить   как    закрытое   письмо”.    “Информационный    доклад” А.К.Досназарова в ЦК РКП (б) (20.10.1924) // Вестник ККО АН Руз. - 1992.- № 3. — С.130
Год: 2010
Город: Алматы
Категория: История