Эволюция внешнеполитических приоритетов США к центрально азиатскому региону

США уже длительное время рассматривает Центральную Азию, как одну из зон своих национальных интересов. Подобное трепетное отношение Вашингтона к Центральноазиатским республикам возникло сразу после распада СССР и появления новых независимых государств  со слабой социально-экономиче-ской составляющей и фактическим отсутствием военно-политической доктрины. Их уязвимые места были видны с самого начала, но США считали важной поддержку их независимости и предоставили скромную помощь, чтобы содействовать их превращению в  стабильные, обновляющиеся страны. К ключевым элементам этой стратегии относятся: строительство трубопроводов, помогающих странам этого региона извлекать выгоду из своих природных богатств; гуманитарные усилия, призванные предот-вратить распад социальной структуры; программы гражданского общества, направленные на развитие современных политических структур; совместные усилия для предотвращения экспорта оружия массово-го уничтожения; помощь  в  целях экономической модернизации. По мере возрастания напряженности в регионе из-за деятельности террористических групп в Афганистане, Соединенные Штаты также оказыва-ли содействие в сфере безопасности.

Исторически в политике США в Центральной Азии можно выделить следующие периоды:

В 1991 г. администрация Дж. Буша делала акцент на демократизацию стран региона. Американцы  (и не только они) оказались неготовыми к распаду СССР и появлению на его территории новых независи-мых государств. У Вашингтона отсутствовала  сколько-нибудь  последовательная  и  целостная политика по отношению к странам региона. В этот период США ограничились дипломатическим признанием суверенитета новых государств региона и подтверждением бывших административных границ между советскими среднеазиатскими республиками в качестве международных. США проводили общую политическую линию в отношении всех постсоветских государств, включая среднеазиатские, поддержи-вая демократизацию их политической жизни и проведение рыночных преобразований.

В 1992-1993гг. центральное место в политике США в Центральной Азии занял либерализм, на первый план стали выходить экономические планы по развитию добычи нефти (прежде всего в Казахстане) ее транспортировке (строительство нефтепроводов из зоны Каспийского моря).

Весьма характерна формулировка интересов США в Средней Азии, прозвучавшая на слушаниях в подкомитете по Ближнему Востоку и Южной Азии комитета палаты представителей Конгресса США;

  • не допустить ситуации, когда одна из держав или группа держав, таких как Россия и КНР, будут доминировать в регионе в степени, исключающей там американское присутствие;
  • предотвратить трансформацию Средней Азии в базу для развертывания экстремистских ислам-ских сил;
  • воспрепятствовать превращению Средней Азии в коридор для нелегального распространения наркотиков;
  • обеспечить американским компаниям доступ к энергетическим ресурсам региона;
  • способствовать развитию в государствах Средней Азии гражданского общества, власти закона и прозрачной рыночной экономики [1].

Американские   политологи   считают,   что   после   распада   Советского   Союза  когда государства Централь-ной Азии приобрели независимость политика США была направлена на политическую и экономическую стабилизацию стран данного региона, в частности, Казахстана, Киргизстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана.

Известный казахстанский политолог Мурат Лаумулин обосновал позицию США в Центральной Азии следующим образом, геополитика и геостратегия Соединенных Штатов Америки носит, по истине, глобальный характер и затрагивает, практически, все регионы, любое государство на планете. Не является исключением и регион Центральной Азии. В целом, американская политика в Центральной Азии являет-ся частью более общей Евразийской стратегии США, затрагивающей, помимо нашего региона, Каспий-ский и Кавказский регионы, Россию, Афганистан, Средний Восток, Южную Азию и Китай.

Американская стратегия в Центральной Азии – квинтэссенция всей евразийской стратегии Вашингтона. То есть без установления полноценного внутрии внешнеполитического, а также экономи-ческого контроля над государствами региона вся евразийская геополитика США теряет  смысл [2].

В последнее время наблюдается эволюция (или корректировка) политики США на международной арене. Говорить о кардинальном изменении стратегии Вашингтона по отношению к различным регионам мира, а также по обеспечению глобальной безопасности не приходится. Однако смещение акцентов и смена приоритетов внешней политики США не может не оказывать прямого  или косвенного влияния на ситуацию в Центральной Азии и в мире в целом. Эволюция политики США проявляется главным образом в следующем. Во-первых, борьба против международного терроризма, хотя и остается одним из приоритетных направлений внешнеполитической деятельности США, потеряла статус движущей силы, или главной детерминанты политики Вашингтона на международной арене. Кроме того, изменились сами подходы к борьбе против международного терроризма. Согласно новой стратегии национальной безопас-ности США, более важное место стала  занимать идеологическая борьба против воинствующего ислам-ского радикализма.

Как следствие, продвижение демократии в мире становится ядром внешней политики Вашингтона. Политика США заключается в том, чтобы искать и поддерживать демократические движения и институты в каждом государстве и культуре с тем, чтобы покончить с тиранией во всем мире. Глобальная демократизация, таким образом, превратилась одновременно в конечную цель, средство и фактор амери-канской внешней политики. То есть продвижение и насаждение демократии рассматривается как главный инструмент борьбы  с такими  угрозами  международной  безопасности, как международный терроризм, распространение оружия массового уничтожения, религиозный экстремизм и радикализм и т.д. Кроме того, развитие отношений США с другими государствами ставится теперь в прямую зависимость от уровня их демократичности или, по крайней мере, от стремления правительств этих стран демократизиро-вать свои политические системы.

В первые три года войны против международного терроризма в Вашингтоне руководствовались лозунгом: «Кто не с нами, тот против нас». То есть на развитие стратегических, партнерских отношений США с другими странами не оказывал влияния характер их политических режимов. Сегодня же Вашингтон провозгласил главенствующим так называемый фактор демократичности.

Ожидается, что США будут вкладывать громадные усилия для увеличения индийского потенциала  в военной, экономической, энергетической и других областях. Кроме того, вероятно, что Вашингтон будет способствовать созданию и развитию индийско-японского альянса в регионе. В целом необходимо отметить, что укрепление стратегического партнерства между США и Индией  будет иметь значение и для Центральной Азии, так как теперь региональная политика Индии будет проводиться с учетом непосредственных интересов США.

Как известно, в конце 2005 г. в Государственном  департаменте  США  политическая ответственность за страны Центральной Азии из Бюро по делам Европы и Евразии была передана  Бюро по делам Южной Азии. Индия, таким образом, постепенно приобретает статус стратегического партнера Соединенные Штаты в Евразии. При этом одним из приоритетов для США становится укрепление позиций Индии в Центральной Азии. В перспективе  Вашингтон будет опираться именно  на Дели для продвижения своих интересов в нашем регионе.

Другой, более важной, причиной объединения Центральной и Южной Азии является  желание  США препятствовать развитию партнерских отношений между Индией и Ираном. Таким образом, США стремятся к тому, чтобы Центральная Азия в перспективе стала главным поставщиком энергоресурсов для динамично развивающейся Индии и в целом Южной Азии.

В этом контексте становится понятной инициатива Государственного департамента США по созданию Большой Центральной Азии, по которой Афганистан становится транспортным коридором,  прежде всего для энергоресурсов из Центральной в Южную Азию. Другими словами, установление контроля над транспортной и энергетической инфраструктурой Центральной и Южной Азии становится важнейшей задачей Вашингтона. И именно в этом контексте становится понятным повышение в последнее время геополитической роли Центральной Азии для США [3].

Как утверждают американские исследователи, вскоре после прихода к власти администрация  Обамы взялась полностью пересмотреть подход США к Центральной Азии и приняла решение о пяти главных приоритетах:

  • Расширять сотрудничество с государствами Центральной Азии для содействия усилиям коалиции в Афганистане;
  • Усиливать разработку и диверсификацию региональных энергетических ресурсов и каналов поставки;
  • Поощрять политическую либерализацию и уважение к правам человека;
  • Укреплять конкурентную рыночную экономику и экономические реформы;
  • Не допускать появления недееспособных государств, или, в более позитивных терминах, увеличи-вать способность государств к эффективному управлению [4].

Для реализации этих приоритетов администрация решила расширить гражданское взаимодействие США с этими странами и создать механизмы консультаций с каждой страной для того, чтобы сделать диалог регулярным и претворить его в реалистичные рабочие планы, определяющие продвижение по вышеизложенным приоритетам.

В результате исследований удалось выявить конкретные факторы, имеющие долгосрочное влияние на формирование американской стратегии в отношении Казахстана и всего  региона  Центральной Азии. Как подтвердили американские специалисты, в результате смены администрации в Белом доме вне зависимо-сти от того, базовые интересы стратегии США в Центральной Азии остались неизменными, наблюдалось лишь перестановка акцентов.

К таким базовым интересам относятся следующие:

  1. Энергетические интересы (разработка проектов на Каспийском море, строительство альтернативных трубопроводов, обеспечение стабильности поставок углеводородов на  мировые рынки).
  2. Сдерживание стремления России «восстановить империю» (в этом контексте поддержка суверени-тета государств региона, региональной интеграции, связей с внешним миром, реализации международ-ных проектов).
  3. Недопущение экспансии Китая в регионе (перехода чрезмерного экономического влияния в полити-ческое, проведение Пекином антизападной политики в ЦА, установление совместно с Россией китайско-российского диктата в регионе).
  4. Права человека (поддержка демократических изменений, внедрение западных нормативных ценно-стей и т.д.).
  5. Борьба с исламским экстремизмом и международным терроризмом (продолжение антитеррористи-ческой операции в Афганистане, сдерживание Ирана и его амбиций в регионе, борьба наркотиками и наркотраффиком, поддержка светских институтов в странах региона).

Таким образом, по мнению экспертов, можно прийти к следующим выводам. Во-первых, американское экспертное сообщество озабочено дальнейшим экономическим развитием РК, степенью нарастания кризисных тенденций. Оно опасается, что их эскалация негативно повлияет на статус Казахстана как регионального лидера, может ослабить его позиции и независимый курс в отношениях  с РФ и КНР.

Во-вторых, американские аналитики, касаясь базовых принципов политики и стратегии США в Центральной Азии, твердо дали понять, что фундаментальные интересы США остаются в неизменности, но возможные нюансы и непринципиальные изменения в риторике и пропаганде. К таким базовым интересам относятся энергетические, а также стремление не допустить возвращения региона в сферу доминирования России. Сюда относятся также традиционные интересы в сфере безопасности, борьбы с терроризмом и фундаментализмом, защиты прав человека и т.д. Центральная Азия по-прежнему занимает важное место в стратегии Вашингтона в контексте проблемы  Афганистана.

В-третьих, в восприятии американских стратегов появились новые нюансы. К ним относятся опасения по поводу растущего влияния Китая – как в регионе в целом, так и в Казахстане в частности. Эти   опасе-ния   уже   выходят   из   стадии   гипотетических   и   переходят   в   сферу   стратегической озабоченности. В случае перехода их на концептуальный уровень вполне вероятен пересмотр Вашингтоном своей позиции в отношении роли КНР в Центральной Азии. Подобная трансформация может носить радикальный харак-тер и серьезно повлиять на весь спектр политики США в регионе, а также в отношении России, ШОС и по ряду других направлений. К инновациям в сфере стратегического планирования можно отнести также осторожные идеи о возможности участия.

 

 

  1. Бакаев Л-А. К., Кыдырбекулы Д.Б. Казахстан фокусе геополитики США. Начала ХХI века: проблемы и перспективы // США. Экономика политика. Культура. №8. – С. 75.
  2. Лаумулин М. «Центральная Азия и ее безопасность» // Запад и Центральная Азия, №11(123). 9-22 июня
  3. Братерский П.В. Политика США в Средней Азии: итоги десятилетия // США-Канада. Экономика. Политика. Культура. №9. – С. 55-56.
  4. Luong J., Wientbal E. New Friends, New Fears in Central Asia // Foreign Affaires. Volume 81. №2. – Р. 61.
Год: 2012
Город: Алматы
Категория: Политология
loading...