Европейская политика мультикультурализма и проблема национальной идентичности

Статья посвящена анализу концепции и политики мультикультурализма в контексте глобализирующегося и стремительно меняющегося мира. В частности, в статье подробно рассмотрен понятийный аппарат термина «мультикультурализм» и его различные трактовки среди мирового экспертного сообщества. В данной статье рассматривается поэтапное развитие мультикультурализма от идеи к общеевропейской политике в сфере культуры, которая определила суть, масштаб и векторы культурной политики, проводимой в рамках укрепления взаимоотношений между странами ЕС. Особый интерес представляет исследование истоков таких феноменов, как мультикультурализм и культурный плюрализм в социальной ткани европейского общества. В течение последних лет практически все реализуемые Евросоюзом инициативы в обязательном порядке включают в себя культурный компонент. В этом смысле немаловажное значение имеет определить, где, когда и при каких обстоятельствах произошла данная переориентация в европейском обществе. Кроме того, проанализированы его сильные и слабые стороны с приведением конкретных примеров из европейского опыта, а также специфика, эффективность и перспективы развития данной политики в среднесрочной перспективе. 

В эпоху стремительно глобализирующегося мира, а также ввиду открытости границ и свободного движения мигрантов, вопрос сосуществования на одной территории различных культур становится как никогда актуальным. Сегодня мы видим, что с одной стороны существует понимание необходимости интеграции стран и народов во всех сферах жизни, проявляющееся в создании экономических союзов и политических блоков, а также наднациональных структур контроля. С другой стороны, еще сильно осознание принадлежности индивида к определенной культурной плоскости, стремление к сохранению национальных или религиозных ценностей, нередко приводящее к крайним проявлениям национализма и религиозной нетерпимости. Именна поэтому в современных демократических обществах возникла политика мультикультурализма, в основе которой лежат три принципа: признание государством культурного плюрализма как важнейшей характеристики гражданского общества; устранение препятствий, мешающих социализации маргинальных культурных групп; поддержка воспроизводства и развития разных культур [1, с. 3].

Надо отметить, что Канада, ставшая первой западной страной, официально принявшей политику мультикультурализма по отношению к этническим группам иммигрантского происхождения, и ныне остается единственным государством, в котором концепция мультикультурализма закреплена на конституциональной основе. Что касается понятийного аппарата слова «мультикультурализм», то до сих пор отсутствует однозначность этого термина как среди теоретиков, так и политиков. По утверждению российского исследователя Н.С. Кирабаева, мультикультурализм это ни что иное, как «теория, практика и политика неконфликтного существования в одном жизненном пространстве множества разнородных культурных групп» [2, с. 15-20]. Однако наиболее широкую трактовку мультикультурализма дает американский этнополитолог Н.Глэйзер: «Мультикультурализм – это комплекс разнообразных процессов развития, в ходе которого раскрываются многие культуры в противовес единой национальной культуре» [3, с. 8]. Иными словами, мультикультурализм означает сохранение культурной идентичности в многонациональном государстве. При этом политика мультикультурализма может носить как пассивный, так и активный характер. Так, если в первом случае он предполагает толерантное отношение к культурному многообразию, то во втором – активную поддержку и поощрение этого многообразия.

Согласно идеальному представлению о мультикультурализме, данная политика должна стать своего рода ступенью к плавной интеграции иммигрантов к принимающему обществу, но на деле мы нередко становимся свидетелями возникновения проблем социального характера. Конфликты в таких ситуациях затрагивают уже не только межличностные отношения, но и отношения между отдельными социальными группами, что естественно не способствует социальному единению общества. К примеру, с 1970-х до середины 1990-х годов, прослеживается явная тенденция западных демократических обществ по направлению к более широкому признанию социо-культурного разнообразия и прав меньшинств. Поборники новой идеи рассматривали мультикультурализм как долгожданную панацею для европейского общества, облик которого все более и более принимал гетерогенный характер и практически терял линию этнической, культурной и религиозной аутентичности. Однако, уже с середины 1990-х годов, можно было наблюдать возникновение отрицательных отзывов и даже некое отторжение от мультикультурализма и возрождение идей национального строительства, традиционных ценностей и идентичности, а также унитарного гражданства. В 2008-2011 гг. политические элиты Европы поставили под сомнение эффективность проводимой политики мультикультурализма. Толчком к подобным настроениям стала книга председателя Бундесбанка Тило Сарацин «Германия самоликвидируется», в которой автор предсказывает скорую гибель государства вследствие неконтролируемой иммиграции [4, с. 6]. Вскоре после этого Совет Европы попытался предложить новую интеграционную доктрину – «межкультурный диалог». Эта доктрина была сформулирована в «Белой книге по межкультурному диалогу», представленной СЕ в 2008 году. Европейские чиновники предложили видоизменить мультикультурализм, не отказываясь от его гуманистической основы, но добавив к этой концепции необходимость интеграции не просто групп, а каждого конкретного иммигранта в принимающее сообщество [5, с. 21].

Это отступление частично обусловлено опасениями среди большинства групп, что искусственное внедрение культурного разнообразия в общество "зашло слишком далеко" и стало представлять непосредственную угрозу их установленному образу жизни. Этот страх часто выражается в подъеме популистских правых политических движений, таких, например, как Датская народная партия, отстаивающая старые добрые лозунги вроде «Дания для датчан». Иммигрантские сообщества, в свою очередь, выдвинули требования признания их религии и культуры составной частью культуры общества, в котором они родились и выросли. В то же самое время, данное взаимное отступление также отражает веру среди левоцентристов о том, что мультикультурализм не выполнил своего главного предназначения не устранил основные источники социальной, экономической и политической изоляции пришлых этнических групп. Известный ученый, политолог А.Фурсов отмечает, что «…именно канцлер Германии Ангела Меркель дала первый залп по мультикультурализму, выступая на собрании молодежной организации Христианско-демократического союза (ХДС) в Потсдаме в октябре 2010 г. Глава правительства потребовала от иммигрантов учить немецкий язык и интегрироваться в немецкое общество» [6, с. 3].

Такой поворот событий неудивителен, принимая во внимание тот факт, что все чаще в последнее время «политика открытых дверей» Меркель в Германии, подвергалась решительной критике как со стороны оппозиционных партий, так и представителей Христианско-демократического союза (ХДС), возглавляемого ей самой. Они утверждали, что ее политика в отношении беженцев оказалась стратегической ошибкой. Ведь в конце концов, она привела к тому, что вместо притока квалифицированных ресурсов, в страны Европейского Союза фактически стали прибывать претенденты на получение социальных пособий. Как известно, основная политическая, экономическая и идеологическая нагрузка по организации и упорядочению жизни в Европейском союзе, стремительно расширяющем свои политические границы, пришлась на западноевропейские страны – Францию, Германию, Великобританию, Испанию, Португалию, Италию, Бельгию и Голландию. В настоящее время они испытывают значительные трудности, вызванные, с одной стороны, процессами реорганизации национальных экономик в пользу единой экономической системы Евросоюза, с другой – давлением иммиграционных потоков, движущихся уже не только в направлении «Юг – Север», как это происходило в 1950-1980-е гг., но и в направлении «Восток – Запад». Одна только Германия в последние 15 лет приняла около 3 млн. иммигрантов. Ситуацию еще более усугубила проблема с беженцами, которые ищут в Европе укрытие от конфликтной ситуации на сирийско-турецкой границе. Среди мер в отношении беженцев, принятых впоследствии европейскими главами государств, в частности канцлером Меркель, можно назвать ужесточение законодательства о депортации, увеличение количества страж порядка, а также закрытие границ отдельными европейскими государствами. Вслед за немецким политиком, в 2011 г. премьерминистр Великобритании Дэвид Кэмерон открыто заговорил об отсутствии у молодых мусульман другой идентичности, кроме соотнесения себя со своей этнической общиной, а затем президент Франции Николя Саркози признался, что попытка жить рядом и ценить друг друга совершенно провалилась [7, с.174]. С аналогичными заявлениями выступили и представители Совета Европы, Норвегии, Бельгии и Нидерландов.

Надо отметить, что подобные негативные отклики о политике мультикультурализма бытовали не только в среде политиков, но и рядовых граждан. Многочисленные опросы общественного мнения среди европейского населения показали, что европейцы считают мигрантов главным источником беспорядков, а также фактором, увеличивающим конкуренцию на рынке труда. В связи с этим, интересны социоантропологические причины такого результата. Возникает закономерный вопрос, почему все-таки идея мультикультурализма не прижилась на европейской почве, какие факторы на это повлияли? Как ни странно, ответ на этот вопрос лежит на поверхности. Дело в том, что в отличие от США, народ которых, как известно, представляет собой «плавильный котел» различных национальностей, этносов и культур, тогда как европейские нации более гомогенны и самобытны по своей сути. Исторически, в канву классического европейского общества редко когда вплетались чужаки, не говоря уже о гражданской и социальной интеграции целых этнических групп. Поэтому, «пришествие в Европу множества людей иного цвета кожи, иных традиций, иной веры вызывает серьезные опасения, тем паче, что происходит оно на фоне распада европейских государств» [8, с. 10]. Более того, не стоит забывать, что в Евросоюзе исторически формируется многоуровневая идентичность, поскольку жители стран ЕС считают себя не только гражданами своих стран, но и европейцами.

Таково в целом проблемное поле современного европейского политического и социально-культурного пространства, в условиях которого сосуществование различных культур становится центральным вопросом общеевропейской повестки дня. Современное развитие национальных государств Европы происходит в направлении все возрастающей этнокультурной плюрализации. Этот глобальный процесс стимулирует усилия государств и их правительств в направлении поиска новых моделей, технологий интеграции поликультурных и полиэтнических обществ. Таким образом, сложность самой социальной реальности концепции мультикультурализма поставила многие европейские государства перед необходимостью пересмотра его отдельных постулатов, и даже поиском альтернативных моделей, способных принести обоюдную выгоду всем участвующим сторонам. Более того, в этой связи требуют уточнения такие понятия, как границы свободы личности, толерантности и плюрализма, как сопутствующих элементов поликультурного общества.

 

 

  1. Котельников В.С. Мультикультурализм для Европы: вызов иммиграции // Государство и антропоток. Центр стратегических исследований Приволжского федерального округа. Группа «Русский архипелаг»: URL: www.antropotok.archipelag. ru/text/a263.htm
  2. Кирабаев Н.С. Культурная идентичность, плюрализм и глобализация в современном философском дискурсе //Культурная идентичность и глобализация Доклады и выступления 5-й международной философский симпозиум «Диалог цивилизаций Восток-Запад». М. 2002. С.15–20.
  3. Борисов А.А. Мультикультурализм: американский опыт и Россия // Мультикультурализм и этнокультурные процессы в меняющемся мире. — М., — С.8.
  4. Huntington The Hispanic challenge // Foreign policy. 2004. March – April. URL: http: // cyber.law.harvard.edu / blogs / gems / culturalagency1 / SamuelHuntingtonTheHispanicC.pdf
  5. Геллнер Э. Условия свободы. Гражданское общество и его исторические соперники. М., 6 Фурсов А. Немцы строят новый рейх // Аргументы недели. 2012. 23 августа.
  6. Русских Л.В. Мультикультурализм: интеграция или раскол? /Вестник — ЮУГУ. // Серия «Социальногуманитарные науки». — т.13, № 1. с. 174.
  7. Хабермас Ю. Европейское национальное государство: его достижения и пределы. О прошлом и будущем суверенитета и гражданства // Нации и национализм. М.
Год: 2016
Город: Алматы