Актуальность вопроса вступления Турции в ЕС

Относительно быстрый выход турецкой экономики из кризиса и ее успешное развитие в первой половине 80-х годов наряду со стабилизацией внутриполитического положения явились поводом для активизации европейского направления во внешнеэкономической политике Турции: в апреле 1987 г. она подала официальный запрос о полном членстве в ЕС. В ответе ЕС, который Еврокомиссия огласила в 1989 г., констатировалось: «Экономическая и политическая ситуация в Турции свидетельствует о том, что необходимые изменения, с которыми Турция столкнется в случае принятия в ЕС, могут быть обеспечены в среднесрочной перспективе». Данная формулировка означала, что и сам вопрос о членстве может быть решен только в среднесрочной перспективе, временные границы которой крайне неопределенны. Тем не менее Турция выполнила почти все условия выдвинутыми ЕС касающихся по большей части прав человека. Но правительство Турции считает, что сегодня нет никакой необходимости вступать в ЕС, когда сторонники вступления утверждает, что вступление усилит позиции ЕС в мире. 

Поступательное развитие торгово-экономических отношений сторон на протяжении более чем десяти лет было прервано в 1976 г. так называемым кризисом ассоциированности, когда Турция заморозила выполнение своих обязательств по отношению к сообществу. Экономический кризис, разразившийся в Турции в 1979 г., явился одной из основных причин военного переворота 1980 г. Комментируя развитие отношений сторон в конце 70-х-начале 80-х годов, В.В.Кунаков отмечал, что «…реалии экономического положения и стран ЕС, и Турции (кризис и посткризисная фаза, хотя и разные по качественным показателям) не позволяли обеим сторонам выполнять взятые на себя обязательства» [1].

В 1963 г. в Анкаре был подписан договор об ассоциации Турции и Европейского экономического сообщества, положивший начало, как оказалось, весьма длительному и сложно протекающему процессу интеграции Турции в Западную Европу.

В то же время страны Союза, очевидно, были склонны трактовать образование таможенного союза как своего рода уступку, которую они стремились использовать для отсрочки принятия решения о придании Турции статуса официального кандидата на вступление в ЕС. С точки зрения Турции подобный маневр выглядел особенно раздражающим на фоне активизации процесса расширения Евросоюза после изменения геополитических условий в Европе, приведших к распаду социалистического блока и появлению ряда стран, которые начали активно двигаться по пути построения экономик рыночного типа. Пика обострения отношения двух сторон достигли в конце 1997 г., после состоявшейся в Люксембурге встречи глав государств и правительств ЕС, которая получила название «саммита расширения» [2]. На встрече было принято окончательное решение о приеме 11 новых членов, причем Турция не была включена даже во вторую волну расширения, которая должна была охватить 5 из 11 государств-кандидатов. Формально свою позицию страны Евросоюза объяснили тем, что Турция не удовлетворяет в должной степени политическим и экономическим требованиям для вступления в ЕС. Но по некоторым показателям экономического развития Турция на тот момент не только не уступала, но и опережала такие страныкандидаты, как Болгария и Румыния. Претензии по соблюдению демократических правовых норм были предъявлены и Словакии, которая, тем не менее также была включена в список кандидатов. Данные обстоятельства побудили представителя Турции заявить на люксембургском саммите о неискренности ЕС в отношении его страны. При этом подразумевалось, что действительной причиной для дискриминации Турции стал мусульманский фактор[3].

По мнению некоторых аналитиков, решение вопроса о принятии Турции в члены ЕС откладывалось по той причине, что экономически ситуация, сложившаяся на тот момент, являлась оптимальной с точки зрения ЕС: основные преимущества, которые могло принести членство Турции, а именно новый емкий рынок, он уже получил с образованием таможенного союза и при этом сумел избежать значительных издержек. «Турция в таможенном союзе играет лишь роль объекта налогообложения», – писал обозреватель турецкой экономической газеты «Financial Forum» И.Решат Озкан. При этом в Турции часто высказывалось мнение, что нерешенные политические проблемы используются странами ЕС в качестве предлога для возможно более длительного уклонения от пересмотра сложившегося положения вещей [3].

Определенный положительный резонанс в Турции вызвало опубликование данных опроса общественного мнения, проведенного среди жителей стран-членов ЕС по проблеме полноправного членства Турции. В опросе приняли участие 11 тыс. респондентов. На вопрос «Желаете ли вы видеть Турцию полноправным членом ЕС?» число давших положительный ответ составило в Испании 32%, в Португалии – 28%, в Англии 23%, в Греции и Голландии – 22%, в Ирландии – 19%, в Финляндии – 18%, во Франции – 17%, в Германии – 9%, в Австрии – 6,5%. На вопрос «Считаете ли вы, что Турция будет принята в полноправные члены ЕС?» количество ответивших утвердительно составило в Греции – 45%, в Голландии – 36%, в Англии – 26%, в Португалии и Ирландии – 25%, в Финляндии – 24%, в Испании – 18%, во Франции – 16%, в Германии – 15%, в Австрии – 14%. При этом среди причин, по которым возможно принятие положительного решения о полноправном членстве Турции в ЕС, на первом месте фигурировали ее геополитическое положение (37%) и динамично развивающаяся экономика (34%). Среди причин, по которым респонденты считали принятие Турции в полноправные члены Союза невозможным, первое место с большим отрывом заняла нерешенность проблемы прав человека (62%), второе – недостаточный уровень экономического развития (45%). Лишь 19% опрошенных отметили в качестве препятствия то обстоятельство, что в результате принятия Турции в рамках ЕС будет нарушена религиозная однородность[4].

Таким образом, итоги опроса свидетельствовали, с одной стороны, об отсутствии у жителей стран Западной Европы единодушного сопротивления решению о полноправном членстве Турции, а с другой, – о том, что в ряду основных препятствий на пути двустороннего сближения рассматривались все же отнюдь не религиозные факторы, а объективно требовавшие своего решения проблемы в сфере прав человека и экономики Турции.

Политические критерии предусматривают существование стабильно действующих институтов, которые гарантируют соблюдение демократических прав, обеспечивают власть закона и соблюдение прав человека, в том числе национальных меньшинств;

Экономические критерии предусматривают, во-первых, наличие работающей рыночной экономики, что означает либерализацию цен и системы внутренней торговли, а также обладание соответствующей законодательной базой, в первую очередь обеспечивающей защиту прав собственности. Макроэкономическая стабильность и достижение в обществе консенсуса по основным направлениям проводимой экономической политики выступают факторами, повышающими действенность рыночной экономики. Кроме того, с точки зрения экономической эффективности важны развитый финансовый сектор, а также отсутствие барьеров на пути вхождения агентов на рынок и ухода с него. Во-вторых, национальная экономика должна обладать потенциалом, достаточным для того, чтобы противостоять конкурентному давлению со стороны других членов Союза, что как раз предопределяется существованием функционирующей рыночной экономики, стабильной макроэкономической ситуацией, позволяющей экономическим агентам принимать решения в условиях предсказуемости. Соответствие этому критерию предполагает также наличие достаточного человеческого и физического капитала, включая инфраструктуру, необходимую реструктуризацию предприятий и инвестиционную активность в частном секторе. При этом предприятия должны иметь достаточные возможности для привлечения кредитов в целях реструктуризации и использования инноваций. Кроме того, признано, что чем выше степень интеграции национальной экономики и стран ЕС, которая оценивается через стоимостный и физический объемы взаимной торговли, тем легче достигается соответствие названным критериям.

Третий критерий предусматривает приверженность страны ценностям Евросоюза, то есть его различным политическим, экономическим целям[5].

Соответствие национальных экономических задач целям, достижение которых должно обеспечить Турции членство в ЕС, рождает в турецком обществе определенный оптимизм и готовность действовать. По всей видимости, в качестве ответа турецкой стороны на новую ситуацию следует рассматривать принятие парламентом страны пакета «ключевых демократических реформ»: отмену смертной казни, разрешение на вещание и образование на курдском языке, расширение прав немусульманского населения, введение в качестве нормы критику гражданами госучреждений, смягчение наказаний за участие в массовых демонстрациях. К утверждению перечисленных норм Турция шла весьма длительное время, что свидетельствует о сложном процессе их вживления в национальные традиции и ментальность. Рабочая партия Курдистана также затормаживает процесс вступление Турции в ЕС, цели и задачи которой расходятся с целями и идеями правительства Турецкой республики [6].

Еще одной немаловажной проблемой является для Турцией являются ее отношения с Россией. Согласно словам эксперта Российско-Грузинских Отношений, Сихарулидзе (2016), что «стратегическому партнёрству пришёл конец. Дружелюбная риторика сменилась обоюдоострыми заявлениями и ультиматумами» на фоне сбитого самолета СУ-24. Где позиция Анкары ссылаясь на работу эксперта «является попыткой оправдать свои действия универсальным правом любого государства защитить свой суверенитет, и тем самым получить поддержку других членов НАТО. В конечном счёте, хоть субъекты Североатлантического альянса и выразили беспокойство сложившейся ситуацией, но на фоне существующей политической конъектуры, были вынуждены поддержать Турецкую сторону» [7].

И последние события, связанные с террористическими актами в Анкаре в 17 февраля и 13 марта 2016 года, где в общей сложности погибло более 60 человек и более 200 раненых, а также миграционная политика Турции, задают вопрос «Каковы шансы Турции вступить в ЕС на фоне последних событий?» и нужно ли Турции вступать в ЕС вообще? Последний вопрос уже является риторическим, хотя позиция Турции на сегодняшний день однозначна когда В январе 2015 года президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган констатировал, что его страну больше не интересует вопрос вступления в ЕС. Ранее об этом же говорил и вице-премьер Бюлент Арындж, а министр по делам ЕС Волкан Бозкыр отметил, что переговоры о вступлении «не могут продолжаться в том формате, которого требует ЕС», и подчеркнул, что демократия в Турции находится на более высоком уровне, чем в некоторых странах Европы. Эрдоган заявил, буквально, следующее [8]:

«Если в ЕС думают, что Турция будет умолять о своем вступлении в эту структуру, то они ошибаются»

Высшие должностные лица Турции указывают, что Анкара пытается определить, на самом ли деле ЕС демократичен, как официально считается, или же это «христианский клуб», де-факто закрытый для иных стран. Сторонники вступления страны в ЕС утверждают, что, являясь ключевой силой в регионе и имея крупную экономику и вторые по величине в НАТО вооружённые силы, Турция усилит позицию ЕС в роли глобального геостратегического игрока. Учитывая географическое положение Турции, её экономические, политические, культурные и исторические связи в регионах, богатыми полезными ресурсами, это непосредственно в геополитической сфере влияния Евросоюза: Восточное Средиземное и Черноморское побережья, Средний Восток, Каспийское море и Центральная Азия. Помимо этого, сторонники вступления утверждают, что Турция выполнила большинство условий: по состоянию на начало 2015 года, взятые ей на себя перед ЕС по вступлению обязательства выполнены на 65% [8]. Некоторые также настаивают, что ЕС больше не может отказывать Турции, так как она находится в статусе кандидата уже больше сорока лет и добилась большого прогресса в защите прав человека для того, чтобы удовлетворить условия вступления. Но тем не менее только время покажет, что ожидает Турцию в будущем.

 

 

  1. 1 Кунаков В.В. Турция и ЕС: проблемы экономической интеграции. – М., 1999. 2 Финансовые известия, 16.12.1997.
  2. Oniş Z. The state and Economic development in contemporary Turkey: Etatism to Neoliberalism and Beyond, 169-170.
  3. Evaluation report on joining the 2010 http://www.tcmb.gov.tr
  4. Verheugen Prospects for Turkey’s accession to theEU. – Inside Turkey. Quarterly research and information journal on Turkey. April-June 2011, c. 60.
  5. European 2000 Regular Report from the commission on Turkey. Progress towards accession. (08.12.2010) –
  6. Сихарулидзе А.Т., Россия против Турции: Южный Кавказ дело тонкое. Вестник КазНПУ им. Абая. 4(43) Серия: Мировая политика и жизнь,
  7. Хафизоглу Р. Турцию не интересует вопрос вступления в ЕС. Доступен: http://www.trend.az/world/turkey/html Проверен [03/16/2016]
Год: 2016
Город: Алматы
loading...