Обучение языкам в диалоге с кодами культуры

В статье раскрывается содержание работы, направленной на обучение языкам во взаимосвязи с культурным кодом. Язык рассматривается как носитель культурной информации. Код лингвокультуры – как совокупность реалий, способ социального опыта и этнокультурных ценностей.

Содержание обучения языкам включает этнолингвистический, лингвострановедческий, лингвокультурологический компоненты, каждый из которых представляет собой особую область решения задачи формирования поликультурной личности. Все эти компоненты имеют общую сферу, общую точку соприкосновения – код культуры, отраженный в языках. Соединение и совершенствование имеющихся в современной лингводидактике классических методов обучения языкам приобретает новый междисциплинарный характер. 

Актуализация концепции полиязычной и поликультурной личности ставит задачу обновления методического содержания и совершенствования ресурсов, включая соизучение трех или более языков в диалоге с кодами культур. Слово или понятие – есть отражение культурной «картины мира», сформировавшейся в определенной среде. Так, в языке представителей разных культур есть слова или понятия, вызывающие определенные ассоциации (ср.: дом – степь «Ағаның үйі – ақ жайлау» в казахской лингвокультуре; дом – крыша «Семья сильна, когда над ней крыша одна» в русской лингвокультуре; дом – крепость «My house is my castle» в английской лингвокультуре).

Любой язык – есть воплощение культуры его носителей. В языке реализуется все, что составляет содержание культуры: история, география, традиции, нравы, ментальность, опыт, быт и др. Это отдельные фрагменты картины мира, которые и составляют основу разнообразных кодов культуры.

Основной целью статьи является описание обучения языкам с позиции кодов культуры, что позволит видеть и воспринимать характерные черты ментальности представителей разных культур.

Язык и культура – два взаимосвязанных явления, каждый из которых представляет собой особый человеческий феномен:

  • язык – материальное, знаковое воплощение мировидения, представлений, мыслей, чувств, эмоций, оценки, ассоциации и т.д.;
  • культура – часть картины мира, отражающая общественный и духовный опыт людей, рефлексивное самопознание в процессе исторического развития общества.

Язык рассматривается как средство хранения и транслирования культурной информации, как путь, по которому можно проникнуть в недра ментальности и культуры народа. Сегодня взгляды ученых ориентированы на расшифровку кода культуры через анализ семантики языковых знаков.

Методика как наука, чутко реагирующая на изменения в лингвистике, предполагает разработку и внедрение подходов, направленных на изучение посредством языка общекультурных, этнических и национально-специфических ценностей народа. Это означает, что в процессе обучения языкам следует разграничивать этнолингвистический, лингвострановедческий, лингвокультурологический компоненты в содержании. Перед нами три разных, но взаимодополняющих друг друга вектора изучения языкового материала.

Этнолингвистический компонент включает в себя знания об историко-этнической культуре народа – природного носителя изучаемого языка. Объектом этнолингвистики является «не единица языка, а человек, индивид, его поступки и действия в его отношении к языку и через язык» [1, с. 10].

Этнолингвистический компонент носит сопоставительный или генетический характер.

Сопоставительный анализ предполагает выявление общих и этнически обусловленных признаков культуры, закрепленных в языке.

Анализ языка в генетическом плане строится на материале истории культуры этноса, возникновения и развития языковых знаков и значений.

Лингвострановедческий компонент связан с задачами изучения государственного устройства, специфики географических реалий, исторических изменений, отраженных в языке. Преимущественно это касается политической лексики (царь, хан, король, шейх, император и др.), географических наименований (тундра, тайга, бахча, саванна и др.) и т.д. В данном случае небезынтересным станет работа над лексикой, непереводимой на другие языки, не имеющей аналогий в других языках. Речь идёт о безэквивалентных словах, «план содержания которых невозможно сопоставить с какими-либо иноязычными лексическими понятиями» [2, с. 77].

Лингвокультурологический компонент содержит знания о картине мира, культурный код, имплицитный по своей природе, как бы «скрывающийся» за языковыми значениями. Так, активно употребляющийся русский фразеологизм выносить сор из избы имеет значение «разглашать сведения о каких-то неприятностях, касающихся узкого круга лиц». Однако в нем глубоко скрыта культурная информация славянского архетипа «выносить сор из избы нельзя, ибо тем самым мы ослабляем «свое» пространство, делаем его уязвимым и можем причинить вред членам своей семьи», а это недостойно человека».

В основе казахской пословицы «ай мен күн – егіз, күн мен түн – егіз» лежит архетип луны и солнца как двух небесных сестер-близнецов, которые не могут существовать друг без друга и появляются днем и ночью. В свою очередь, компоненты «день и ночь» отражают представления казахов о вечности и цикличности жизни.

Таким образом, глубинное проникновение в язык позволяет получить общее представление об особенностях кода культуры того или иного народа.

Предлагаемая методика обучения языкам, основанная на интеграции различных подходов, ориентирована на формирование полиязычной и поликультурной личности. Основными задачами являются:

  • формирование знаний о кодах культуры, содержащихся в языке;
  • формирование знаний в области этнически значимых и национально-специфических ценностей казахской, русской, английской культур.

В современной методической науке разработаны различные системы обучения. Одной из ведущих является модульная организация содержания учебного материала, в рамках которой становится возможным представлять язык как многокомпонентную систему кодов культуры.

Содержание обучения может включать несколько модулей и перечень формируемых компетенций.

Представим фрагмент примерного содержания модульной программы.

Модуль 1 «Язык и этнос». Формируемые компетенции:

  • иметь представление об истории языка;
  • знать источники происхождения языковых единиц;
  • уметь излагать знания по возникновению и развитию языковых средств, специфике системы изучаемого языка;
  • иметь навыки корректного использования знаний и умений в области этнически обусловленных языковых особенностей;
  • быть компетентным в вопросах историко-этнических признаков языковой системы.

Модуль 2 «Язык и государство». Формируемые компетенции:

  • иметь представление о государственном устройстве и особенностях страны изучаемого языка;
  • знать географические реалии и историю, значимые для страны изучаемого языка;
  • уметь различать лексику, имеющую аналогии в разных языках (переводимую на разных языках, эквивалентную), и лексику, не имеющую аналогии (непереводимую, безэквивалентную);
  • иметь навыки анализа языкового материала с точки зрения отражения страноведческих признаков;
  • быть компетентным в вопросах изложения и презентации языковой картины мира представителей страны изучаемого языка.

Модуль 3 «Язык и культура». Формируемые компетенции:

  • иметь представление о культурных особенностях носителей изучаемого языка;
  • знать культуру и традиции представителей казахского, русского, английского и других народов;
  • уметь рассказывать и описывать источники происхождения языковых средств с точки зрения отражения в них национально-специфических признаков;
  • иметь навыки анализа языкового материала с точки зрения отражения в них самобытности и культурных ценностей;
  • быть компетентным в вопросах изложения и презентации языковой картины мира представителей разных культур и сообществ.

Модуль 4 «Языки и мир». Формируемые компетенции:

  • иметь представление о статусе и роли изучаемого языка;
  • знать особенности функционирования языка в многоязычном и поликультурном пространстве;
  • уметь излагать системные знания об устройстве картины мира изучаемого языка;
  • иметь навыки определения и презентации ценностного компонента каждого языка;
  • быть компетентным в вопросах прагматики и коммуникации в разных сферах деятельности.

Этот путь обеспечивает всестороннее изучение языкового материала, который может привести к знаниям культурных ценностей и кодов.

Продемонстрируем практический материал на основе значимого для всех народов мира объекта природы «Земля». Так, в рамках тематического поля «Земля» отмечается ряд эквивалентных слов в следующих значениях:

  • планета Жер//Земля//the Earth is a ball;
  • суша жер, құрлық//земля//earth, land;
  • почва, грунт жер, топырақ//земля, песок, вещество//earth, land, ground, soil, dirt;
  • страна, государство жер//земля//land;
  • мир, свет жер жүзінде (на свете)// earth (земной мир);
  • территория, площадь жер танабы//земля//soil,territory.

Для обозначения земного пространства в каждом языке имеются слова, внутреннее содержание которых связано с этническими и национально-специфическими представлениями.

Степь в казахской языковой картине мира – ведущий пространственный образ, представляющий собой отражение вечности и динамичности жизни. Об этом свидетельствуют наименования, описывающие землю в разных пространственно-временных измерениях: жайлау – летнее пастбище, қыстау – зимнее пастбище, көктеу – весеннее пастбище, күздік (-гі) – место, куда перекочевывают на осенние месяцы.

Казахская степь – философия жизни и опыт народа; она была полностью освоена и подчинена кочевникам. Суровые условия степи способствовали воспитанию выносливости и терпения, необходимые во время ежегодных перекочевок или при неожиданных нападениях врагов.

В казахской ментальности степь – главное богатство, ценность. Приведем фрагмент из исторического романа казахского писателя Б. Жандарбекова «Саки»:

  • Бери! Сколько хочешь, бери! Все бери! Все тебе! Все тебе, пастух, бери! – Что стоишь, как столб? Хватай богатство, которого тебе хватит скупить всю твою степь со всеми ее кибитками! – не выдержав, завизжал Гобрий.
  • Глупый ты, перс. Да разве мою степь можно за золото купить?
  • Постой, ты не понял, пастух, – стараясь взять себя в руки, вразумительно заговорил Дарий. – Я же сказал, что ты выиграл, я не пойду в твою страну. Я отдаю тебе все мое золото за то, что ты выведешь меня отсюда, из этой злой пустыни, понял?...

В этом отрывке, прежде всего, обращают на себя внимание ключевые слова «степь» и «пустыня». Древние кочевники считали степь родным пространством, который принадлежал только им и который невозможно продать за золото. Для чужестранца, степь – это злое место, не позволившее завоевать ее («Персы сбили ноги в кровь, шагая по твердому грунту такыров». «Устав от жары и угнетающего единообразия пейзажа, Дарий пересел с коня в паланкин». «Персы с отвращением смотрели на эту вымершую землю, наверное, проклятую самим богом». «Идти в песках оказалось еще труднее, чем шагать по твердым, как камень такырам». «Проваливающиеся ноги налились невероятной тяжестью, а раскаленные песчинки, попавшие в обувь, казались остроконечными окалинами расплавленного металла». «Воины Дария истерли ноги в кровь, ступни покрылись волдырями». «Начались повальные галлюцинации, с ума сводящие миражи» и т.д.).

Для обозначения русской ландшафтной сферы характерны различные наименования видов земного пространства: «степь», «равнина», «простор», «поле», «долина», «дол», «луг», «сад», «огород». Преимущественно это слова древнерусского и старославянского происхождения.

Так, в семантической структуре слова «луг» можно выделить компонент «ровное, низкое место под небольшим лесом, роща, кустарник». Смысл слова «поле» содержит компонент «открытый, свободный, полый». Небезынтересным является наличие понятия «пустыня» в русской языковой картине мира. Для русской природы не характерны такие пространственные зоны, в которой отсутствуют вода и растительность. В представлении носителей русской культуры «пустыней может быть любое место, где нет людей и, соответственно, поселений (ср., например, Оптина пустынь)» [3, с. 130]. Мотивирующий признак слова «пустыня» связан с признаком пустоты, незаселенности.

В словах «простор», «долина», «раздолье» воплощен пространственный код, который соотносится с широтой и открытостью. Это является важной для русской культуры: «не просторно, да дворно»; «и тесен дом, да просторнее он»; «в степи простор, в лесу угодье»; «трактор в поле – жизнь в раздолье» и др.

Итак, «земля», «степь» и другие языковые единицы пространственного значения в русской языковой картине мира означают «обрабатываемый кусочек земли, предназначенный для выращивания растений». Внутренняя форма этих слов связана с идеей облагораживания земли.

В английском языке для обозначения слова «пустыня» употребляется лексема «desert». В английский язык это слово пришло из латыни, где deserta «пустыни» обозначает «степи», т.е. пространства не засеянные, не освоенные (ср. глагол desero «оставлять, покидать, бросать», deserere agros «забросить поля»). Внутренняя форма desert определяется идеей заброшенности, запустения, необитаемости» [3, с. 130].

Эквивалентами слова «степь» являются слова «prairie», «savannah», «jungle».

Лексема «prairie» образована от «prairie» (франц.), «praerie» (старофранц.), «pratum» (простонародн. лат.), «prayere» (среднеангл.), «terra prataria» (позднелат.). Толкование значения этого слова позволяет выделить в семантической структуре следующие компоненты:

  • степное пространство, луг, поле;
  • пастбище для домашних животных;
  • зона культурного земледелия, «хлебный пояс», дикий сад.

Лексема «savannah», заимствованная английским языком в 1550 г. из испанского «sabana» (ранее

«zavana»), буквально означает «степь».

Семантическая структура данного слова представлена компонентами:

  • территория США, Европы;
  • необработанная земля, дикое поле;
  • редкие деревья и кустарники.

Слово «jungle», вошедшее в состав английского языка из языка хинди «jangal» и языка санскрит

«jangala-s», имеет значения «пустыня, лес, пустошь», «земли неизвестного происхождения». Основными компонентами семантической структуры этого слова являются:

  • запутанная чаща;
  • травянистая равнина, густая растительность.

Итак, понятие «степь», актуализированное в английском языке лексемами «prairie», «savannah», «jungle», характеризуется наличием в его структуре признаков, связанных с географическими реалиями и особенностями биома. Каждая из названных лексем вносит новые признаки в структуру концепта«степь».

В смысловом отношении слово «prairie» соотносится с русскими словами «луг», «лужайка», «луговая земля», «поле». Это участок земли, хорошо обрабатываемый и используемый в сельскохозяйственных целях, например, для выращивания аграрных культур – пшеницы, кукурузы и др.

Слово «savannah» отождествляется с русским словом «пустыня» (корень слова «пуст-», что означает «пустой»). Значение этого слова привносит дополнительный оттенок – «без растительности, за исключением некоторых трав».

Противоположный смысл отражен в слове «jungle», в семантической структуре которого содержатся компоненты «лес», «густые древесно-кустарниковые заросли», «необработанные, заброшенные земли», «пустырь». Степь в английской картине мира – это земля, не поддающаяся обработке в силу того, что на ней растут высокорослые грубостебельные злаки – гигантский бамбук, сахарный тростник и др.

Как видим, у всех народов единое земное пространство. Однако анализ языковых единиц показывает, что у каждого из них есть этноспецифические культурные коды, позволяющие раскрыть национальные особенности картины мира.

Таким образом, междисциплинарный характер обучения языкам, ориентированный на выявление кода культуры народа, способствует формированию этнического самопознания и адекватного поликультурного мировоззрения. В данном случае речь идет о диалоге кодов культур как средстве познания культуры другого народа, средстве формирования толерантности и взаимоуважения народов, проживающих на одной территории. С другой стороны диалог кодов культур – это средство более глубокого изучения и своей родной культуры.

 

  1. Герд А.С. Введение в этнолингвистику: Курс лекций и хрестоматия. – СПб.: Издательство СанктПетербургского университета, 2001. – 488 с.
  2. Верещагин Е.М., Костомаров В.Г. Язык и культура. Три лингвострановедческие концепции: лексического фона, рече-поведенческих тактик и сапиентемы / Под редакцией и с послесловием Ю.С. Степанова. – М.: Индрик, 2005. – 1040 с.
  3. Маслова В.А., Пименова М.В. Коды культуры в пространстве языка. – Санкт-Петербург, – 148 с.
Год: 2016
Город: Алматы
Категория: Педагогика