Сравнительный анализ понятия экстремизм и уголовной ответственности за экстремизм

"Терроризм не имеет национальной и конфессиональной принадлежности".

Н.А.Назарбаев

Одной из главных задач современного Казахстана является достижение гражданского мира и согласия в обществе в рамках обеспечения национальной безопасности, которая является гарантией его нормального функционирования. Важным компонентом обеспечения национальной безопасности многоконфессионального государства является, прежде всего, система правового регулирования государственно-конфессиональных отношений, а также наличие правильной государственно-правовой политики, направленной на противодействие религиозному экстремизму, в рамках соблюдения гражданских прав и свобод населения, в том числе свободы совести и вероисповедания.

Свободная государственная религиозная политика за последнее двадцатилетие независимости в РК, пришедшая на смену политики искоренения религиозных традиций в советское время, привела к проникновению и распространению на территории современного Казахстана многочисленных религиозных течений, сект и идеологий экстремистского содержания.

В этой связи не вызывает сомнения в необходимость выработки адекватной и действенной государственно-правовой политики в области регулирования религиозных процессов, которая обеспечивала бы эффективный контроль за деятельностью различных религиозных объединений и включала комплекс мер по противодействию религиозному экстремизму и обеспечению национальной безопасности страны, не противореча конституционно провозглашенным принципам светского государства, свободы совести и вероисповедания.

Следует признать, что в настоящее время правовая политика в этой сфере не приносит должного результата. Действующее законодательство не в состоянии реально помешать распространению деструктивных религиозных процессов, существуют определенные трудности при применении правоохранительными органами норм уголовного и административного законодательства, устанавливающих ответственность руководителей и членов экстремистских религиозных объединений за совершаемые ими противоправные деяния; отсутствует четкий механизм государственно-правовой превенции религиозного экстремизма.

Указанные обстоятельства предполагают системное исследование религиозного экстремизма как политико-правового феномена и современной правовой политики РК.

В современной научной литературе понятия "радикализма" и "экстремизма" фактически лишены определений, а потому понятиями считаться не могут. Соответственно, задача ученого, рассматривающего эволюцию экстремистских организаций, состоит в том, чтобы эти определения ввести. Иначе исследование попросту не выйдет за рамки публицистического многословия.

«Экстремизм» в начале прошлого века использовал французский юрист М. Лерой, который определил, как главный признак данных политических течений, требование от приверженцев абсолютной веры в исповедуемые политические идеалы. Примерами экстремистских течений ученый как раз и называл «Красный экстремизм» большевиков и «Белый экстремизм» монархистов[1 с.100]. Но за весь ХХ век общепризнанное определение экстремизма так и не сложилось[2 с.3].

Неопределенность содержания «экстремизма» позволяет признать кого угодно обладателем признаков «экстремиста», т.е. приверженца крайних взглядов и мер. В самом деле, «под экстремизмом можно понимать и любую форму экстремального социального поведения. Он может быть политическим и бытовым, национальным и религиозным. Под экстремизм могут подпадать действия отчаявшихся (захват банка с целью возврата вклада) или неуравновешенных (психически больных) людей, а также партий, преследующих четкие цели и использующих в качестве тактики борьбы»[1 с.102]. Но в то же время, та или иная «крайность», как отмечает В.В. Лунеев, «может в зависимости от ситуации получить в обществе позитивную или негативную оценку. Экстремизм в науке, литературе, спорте, в моде, скульптуре, других видах искусства может привести к переменам, инновациям, новым, течениям, новым школам. Поэтому придание экстремизму только негативного и особенно политического преступного характера, является глубоко односторонним, ошибочным или… сомнительным уголовно- правовым и криминологическим решением»[3 с.45].

«Крайние взгляды» в стандартном понимании экстремизма выступают впереди «крайних мер», так как исходя из соотношения категории первичного и вторичного, у приверженцев экстремизма изначально возникают крайние взгляды, которые они потом реализуют в виде крайних мер. Поэтому возникает необходимость предупреждения появления о распространения крайних взглядов, потому что, если данные взгляды перерастут в разрушительную идеологию, то могут наступить последствия разрушительные для общества.

Можно констатировать тот факт, что содержание крайностей составляет теоретическую основу применения насилия (психического или физического) по политическим, идеологическим, национальным, религиозным, расовым и местническим мотивам. Сущность «крайних мер» по указанным мотивам, охватывает действия экстремистских групп, организаций и объединений, непосредственно направленные на издание, размножение и распространение соответствующей литературы, аудио, видео материалов и т.д. в какой-либо социальной среде с целью дальнейшей пропаганды «крайних» взглядов или непосредственно призыв к применению насилия в отношении оппонентов или отдельных лиц.

В «Законе о противодействии экстремизму», подписанный Президентом РК 18 февраля 2005 года, в п. 5 статьи 1, дается следующие определение экстремизма: «экстремизм — организация и (или) совершение: физическим и (или) юридическим лицом, объединением физических и (или) юридических лиц действий от имени организаций, признанных в установленном порядке экстремистскими; физическим и (или) юридическим лицом, объединением физических и (или) юридических лиц действий, преследующих следующие экстремистские цели: насильственное изменение конституционного строя, нарушение суверенитета Республики Казахстан, целостности, неприкосновенности и неотчуждаемости ее территории, подрыв национальной безопасности и обороноспособности государства, насильственный захват власти или насильственное удержание власти, создание, руководство и участие в незаконном военизированном формировании, организация вооруженного мятежа и участие в нем, разжигание социальной, сословной розни (политический экстремизм)». По сути, само законодательство не раскрывает понятия «экстремизм», оно только раскрывает содержание экстремистской деятельности.

Международная конвенция «О ликвидации всех форм расовой дискриминации» (утвержденная резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 2106 (ХХ) от 21 декабря 1965г.) в п. «а» статьи 4 определяет деятельность экстремистского характера следующим образом: «Всякое распространение идей, основанных на расовом превосходстве или ненависти, всякое подстрекательство к расовой дискриминации, а также все акты насилия или этнического происхождения, а также предоставление любой помощи для проведения деятельности, включая её финансирование» и обязывает государства-участники объявить их караемыми по закону преступлениями.

Однако ученые-правоведы и юристы до сих пор не выработали единообразного понятия «экстремизм». Причинами невозможности создания такого единого определения понятий «экстремизм» может являться то обстоятельство, что не создано универсальной системы признаков экстремизма, позволяющих квалифицировать его как уголовное преступление и тем самым поставить в ряд других уголовно наказуемых деяний. Довольно часто в работах ученых можно встретить мнение, согласно которому насилие (как физическое, так и психологическое и угрозы применения такого насилия), выступает одним из главных признаков экстремизма.

Все многообразие видов экстремизма находит свое выражение в разнообразных формах. Как правило, экстремистская деятельность какой-либо организации выражается целым комплексом форм, что способствует более успешному достижению её преступных целей.

В основу классификации форм экстремизма положены конкретные действия субъектов с учетом двух важных аспектов, а именно: степень насильственного характера и направленность (политическая, религиозная и т.п.) совершаемых акций. В этом случае можно выделить две формы экстремизма: экстремизм, сопряженный с применением насилия (самым известным примером которого является терроризм) и не сопряженный с применением насилия. Безусловно, терроризм находится в логической связи с экстремизмом, не являясь при этом разновидностью экстремизма. И если террористическая деятельность включает в себя пропаганду идей терроризма, распространения материалов или информации, призывающих к осуществлению террористической деятельности либо обосновывающих или оправдывающих необходимость осуществления такой деятельности, то такая пропаганда может иметь и экстремистскую окраску в том числе. В настоящее время наблюдается проявления экстремизма в различных областях жизни общества. Экстремистская деятельность осуществляется в отношении властных структур, видных политических деятелей, социальных групп, религиозных общин и религиозных деятелей, наций, народностей. В зависимости от направленности экстремистской деятельности можно выделить виды экстремизма, например, политический, национальный, религиозный, экономический.

Наиболее известным в настоящее время является религиозный экстремизм. Сущность данного вида экстремизма проявляется не только в отрицании убеждений, прав и свобод представителей иных религий, в насильственных утверждениях своих собственных догматов, но и заключается в достижении политических целей, например, захват власти. Как правило, политики экстремистского толка строят свою деятельность на базе религиозных культов либо оправдывают свои действия выдержками из священных книг. Данный вид экстремизма характеризуется следующими признаками:

  • фанатизм, приверженностью к крайним вероучениям
  • возбуждением религиозной вражды и пропагандой неполноценности граждан по признаку их отношения к религии
  • нетерпимостью к представителям других конфессий, а также к единоверцам, не разделяющим их взгляды
  • выступление против руководства религиозных объединений, занимающих лояльную позицию по отношению к государству и принимающих перемены, происходящие в обществе.

Очень часто материалы экстремистского характера публикуются на страницах Интернет сайтов, именно бесконтрольность со стороны властей данного вида связи позволяют различным объединениям и организациям экстремистского толка осуществлять свою деятельность.

Преступление экстремистского характера определяется как преступление, объектом которого выступают правоотношения, регулирующие государственный суверенитет, государственную безопасность, а также права и свободы человека, предметом которого выступает потерпевший или памятники, либо иные предметы материального мира, имеющие культурное либо имущественное значение, или труппы (в случае вандализма или надругательства над телами умерших соответственно), выраженное в виде действий виновных лиц, как одиночек, так и входящих в ряды организаций и объединений, данные действия могут быть различных видов и форм, и характеризуются как «крайние взгляды» и «крайние меры», направленные на возбуждение у людей политической, национальной, религиозной, расовой, социальной розни или вражды, например, путем подготовки или распространения материалов, содержащих идеологию, оправдывающую насилие как форму воздействия на оппонентов или отдельных лиц, либо в виде непосредственного призыва к применению насилия в отношение каких-либо социальных групп по вышеуказанным мотивам. Все преступления экстремистской направленности характеризуются тем, что совершаются исключительно с умышленной формой вины (как правила, по прямому умыслу, хотя возможны ситуации, когда умысел может быть косвенным). Сущность двух альтернативных, взаимодополняющих друг друга побуждениля – ненависти либо вражды по отношению к определенным социальным группам и (или) их представителям в связи с такими отличительными признаками как раса, национальность, отношение к религии, приверженности к каким-либо взглядам в политики, направлению в идеологии.

Причины, которые толкают людей на совершение преступлений экстремистской направленности, различны (экономические, психологические, религиозные и др.) и вступают не по одной, а в комплексе (например, экономические, социальные и политические причины представлены принятием индивидом политической программы и его недовольство личным состоянием безработного на фоне экономического кризиса).

Полностью признавая вышеуказанные выводы, считаю полезным обратиться к опыту уголовного законодательства ведущих государств Западной Европы, которые устанавливают ответственность за дискриминацию, публичные оскорбления, травлю групп населения, использование символики неконституционных (распущенных) организаций, возобновление их деятельности, преступный сговор, совершение международных преступлений, включая преступления против мира и человечности, но не знают термина «экстремизм».[4 с.25]

Полагаю, что мнение о том, что законы по борьбе с экстремизмом и терроризмом действуют во всех демократических странах почти что со времен разгрома фашизма, не совсем точным. Западные демократии боролись с общественно опасными проявлениями межобщинной ненависти и вражды посредством общеуголовного законодательства, которое постепенно развивалось и совершенствовалось. Так, по Закону 11—14 (1991 г.) в текст УК Голландии были включены такие составы преступлений, как умышленное публичное заявление, в устной или письменной форме, либо с использованием изображения, а также дискредитирующее заявление о лицах «в связи с их расовой принадлежностью, вероисповеданием или личными убеждениями, полом или их… сексуальной ориентацией»…(ст.137с); с использованием заявлений и изображений возбуждение ненависти или дискриминации в отношении указанных лиц (ст.137d); сознательное достоверно или предположительно оскорбительное заявление, сделанное публично, в отношении указанных граждан (ст.137е); содействие деятельности, направленной на дискриминацию лиц (ст.137f); совершение таких действий с использованием своей официальной должности, профессии или рода занятий (ст.137g).[5]

Германский законодатель разделяет экстремизм на: создание террористических сообществ(§ 129а), как вид преступных сообществ, травлю групп населения (§ 130), деятельность неконституционных организаций (§ 84 и 85).[6] Травля возможна в двух формах: 1) нарушающее общественный порядок нарушение прав, в том числе с применением насилия или угроз в отношении представителей группы; 2) обоснование необходимости, полезности или целесообразности дискриминации путем распространения клеветнических, заведомо (или предположительно) ложных измышлений о группах населения — в том числе, совершенные специальным субъектом или с использованием СМИ.

При этом в Англии действительно был принят «Временный чрезвычайный закон о борьбе с терроризмом», который действовал некоторое время лишь на территории Сев. Ирландии, но существенно не повлиял на ситуацию. Ряд «молодых демократий», в том числе: Испания при Франко, Греция при «черных полковниках», Парагвай при Стресснере, Южная Корея при диктатуре, Чили при Пиночете, Аргентина, Гватемала, Гондурас, Сальвадор, Уругвай и Бразилия при военных диктаторах, ЮАР при апартеиде и т.п. — активно законодательствовали на темы борьбы с анархизмом, коммунизмом и экстремизмом. Естественно, вопросы уголовно-правовой защиты равноправия граждан, например, в социально-экономических, трудовых, образовательных, земельных, избирательных и других подобных отношениях, до трансформации политического режима в законодательстве названных государств не поднимались. Как раз в этот период начались исследования политического экстремизма советскими учеными. Доказывалось, что «классово антагонистическое общество, основанное на социальном неравенстве и угнетении, постоянно порождает политическое насилие, приобретающее самые различные формы, а, следовательно, политический экстремизм является сопутствующим фактором буржуазной демократии…»[7 с.11].

Однако криминального перерождения названных выше обществ в рассматриваемый период не последовало, с одной стороны, вследствие последовательного осуществления антикоррупционной деятельности, сохранения управляемости государственного аппарата в целом и его судебной и полицейской подсистем, в частности. С другой стороны, террористическая деятельность, а тем более, государственные мятежи и создание для этих целей незаконных вооруженных формирований преследовались и преследуются в самых демократических странах чрезвычайно строго.

И когда, сидя у себя дома очень высока вероятность получить по приговору суда пожизненный (близкий к пожизненному) срок лишения свободы с конфискацией имущества, всевозможные воины-бойцы за новый миропорядок предпочитают переезжать на те территории, которые контролируются хуже, где последователей вербовать дешевле, где с представителями власти проще «договариваться».

Отсюда, первая проблема криминализации «экстремизма» заключается в определении тех общественно опасных действий, которые являются следствием экстремистской деятельности, возбуждения межобщинной ненависти или вражды. Рассматривая экстремизм в широком смысле слова, таковым можно считать террористические проявления, направленные на устрашение тех, кого экстремисты избрали объектом своей агрессии; создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, совершаемые в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями. Было бы странно отрицать связь таких действий с экстремизмом, но полностью отождествлять их ещё более странно. Уголовный экстремизм — лишь совокупность преступлений, совершаемых по особым мотивам либо в целях подстрекательства иных лиц к совершению этих преступлений.

Второй проблемой является отграничение экстремизма от других действий, объективно нарушающих общественный порядок и общественную безопасность, совершаемых на почве различных конфликтов, определяемых как «бытовые». К сожалению, никаких четких объективных критериев здесь не было и нет.[8 с.43] Остается анализировать характер (внешние проявления) и направленность (цель) действий виновного. Попытки определить характер объекта деяния через мотив, а не через совокупность осознаваемых виновным объективных признаков, контрпродуктивны. Любая группа лиц может выступать объектом вражды и ненависти, а посягательство на любого человека (и даже на иные объекты материального мира) может привести к возмущению и мести группы или целой общины.

Третьей, пожалуй, наиболее сложной проблемой уголовно- правовой ответственности за экстремистскую деятельность, является отграничение преступного от непреступного, т.е. от того, что выражает реализацию прав граждан на свободу вероисповедания, на участие в управлении государством, на собрание, на местное самоуправление, на информацию, на свободу слова и т.п. Поскольку в каждом подобном случае могут найтись недовольные, кто-то может обозлиться, а кто-то – возбудиться, существующие конструкции «возбуждения ненависти или вражды», и тем более, «публичных призывов к …деятельности», выглядят довольно нелепо. Имеет смысл запрещать под страхом уголовного наказания лишь совершение конкретных действий, но никак не случайные последствия. Запрещать стоит лишь действия, нарушающие общественный порядок, например, клевету.

Для исключения возможности произвольного толкования норм о публичных призывах, «разжиганиях» и «возбуждениях», а равно «грубых» и «явных» нарушениях порядка, целесообразно ограничиться криминализацией публичного, т.е. адресованного персонально неопределенной группе лиц, подстрекательства к нарушению уголовного закона. Например, уже цитировавшийся УК Голландии определяет преступления против общественного порядка как «публичное, устно или в письменной форме, с помощью изображения» подстрекательство других лиц к совершению любого уголовного правонарушения (т.е. преступления или проступка) и акта насилия против властей (ст.131). В том числе, предусматривается ответственность за: распространение или публичное выставление напоказ данных материалов и их изготовление (ст.132); распространение информации, предоставление возможности и средств для совершения уголовного правонарушения (ст.133); распространение и публичное выставление таких материалов (ст.134); участие в сговоре, направленном на совершение ряда преступлений, в ряде случаев, включая простую осведомленность о нём, (ст.135); недонесение (ст.136). Сходные нормы закреплены в УК ФРГ, а также в уголовных кодификациях Польши и Финляндии.

В заключение хотелось бы отметить, что под «экстремизмом» следует понимать – нетерпимость к иным социальным группам (расизм), установление над ними превосходства (ксенофобия) или стремление к полному уничтожению (терроризм, геноцид), основными признаками которого выступают: политический характер деятельности (желание заполучить власть над обществом); обусловленность интересами личности индивида или индивидов; форма деятельности, в абсолютном большинстве случаев проявляется в виде насилия (терроризм и иные формы); пропаганда своих взглядов.

В целях предотвращения преступлений экстремистской направленности необходима работа по совершенствованию законодательства: ужесточения санкции за совершения преступлений экстремистской направленности, но при этом не нарушать права и свободы граждан, а для этого нужно восполнить пробелы в УК РК в сфере уголовно-правового противодействия посягательства на общественную безопасность и уточнения ряда норм. Кроме того, представляется необходимый контроль за ресурсами в сети Интернет с целью недопущения функционирования экстремистских сайтов. Данный контроль должен быть утвержден и регламентирован как законодательством РК, так и международными договорами.

Помимо работы в области законодательства необходимой также является просветительская деятельность среди населения страны. В ходе такой деятельности следует разъяснять историю Казахстана как многонационального, многоконфессионального государства, дать разъяснения и ответы на ряд религиозных вопросов. Данные меры, таким образом, воспрепятствуют невежеству, которые являются благодатной почвой для разжигания межнациональной, межконфессиональной вражды и ненависти.

В плане борьбы с распространением религиозного экстремизма проблемой остается бесконтрольный выезд молодежи на учебу в зарубежные (особенно мусульманские) учебные учреждения. Не существует статистики по количеству выехавших, данных о конкретных учебных заведениях. В результате экстремистские религиозные организации (в т. ч. ваххабитские) имеют возможность опекать молодежь, направлять и оплачивать их обучение. Необходимо решить вопрос по обучению граждан в религиозных учебных заведениях за пределами Казахстана. Эта проблема сложная, т. к. не существует общегосударственного механизма в этой сфере.

Также хотелось бы отметить, что в ходе расследования и квалификации преступлений экстремистского толка и в борьбе с экстремизмом, в большинстве случаев сталкиваются с проблемой отсутствия в РК социогуманитарной и лингвистической экспертиз. Поскольку само преступление экстремистского направления в основном осуществляется через распространение литературы (листовок) с призывами, лозунгами, а также публикации на Интернет сайтах, есть необходимость в заключение эксперта социогуманитарной и лингвистической экспертиз, для выявления фактов, признаков преступления экстремистского толка, что необходимо для усиления доказательной базы.

С экстремизмом на религиозной основе должно бороться общество и государство. Методы борьбы могут быть различными. Государство должно устранить социально-экономические и политические условия, способствующие возникновению экстремизма и пресекать противозаконную деятельность экстремистов, а общество при помощи общественных и религиозных объединений, СМИ и т. п. должно противодействовать религиозному экстремизму, противопоставляя экстремистским идеям гуманистические идеи и принципы толерантности, гражданского мира и согласия. Для преодоления такого рода экстремизма могут применяться политические, социологические, психологические, информационные, силовые и другие формы борьбы. Важную роль призвана сыграть правоприменительная практика. Правовое регулирование борьбы с терроризмом и экстремизмом в Республике Казахстан основывается на Конституции РК, Закона «О борьбе с терроризмом», Закон Республики Казахстан "О противодействии экстремизму", уголовного кодекса РК, и иных нормативно-правовых актов, а также международных договоров, ратифицированных Республикой Казахстан.

 

Использованные источники:

  1. Цит. по: Магомедова Д.А. Понятие и значение противодействия экстремизму // Противодействие этническому и религиозному экстремизму на Сев. Кавказе: Материалы межрегион. науч.-практ. конференции (11–14 ноября 2009 года). – Майкоп: Изд. АГУ, 2009.
  2. Ковалев В.С. Политический экстремизм и механизм противодействия ему в современной России. Автореф. дисс. канд. полит. наук. — М.,
  3. Лунеев В.В. Проблемы криминализации и противодействия экстремизму // Государство и право. №9.
  4. Более подробно см.: Ростокинский А.В. Экстремистское хулиганство и хулиганский экстремизм: проблема законодательного разграничения и ответственности // Вестник Моск. Городского Педагогического университета. Серия «Юридические науки». Вып. №1(3). — М.: Книгодел.
  5. Уголовный кодекс Голландии. Книга 2. Раздел 5/ Пер. с англ. 2000: Юридическая Россия федеральный правовой портал. http://law.edu.ru за 05.10.2011.
  6. Уголовный кодекс ФРГ (1871 г.) по сост. на 17 августа 1999г. / Пер. с нем. А.В. Серебрянниковой. — М.,
  7. Грачев А. С. Политический экстремизм. — М: Мысль,
  8. Иванов Н.Г. Нюансы уголовно-правового регулирования экстремистской деятельности как разновидности группового совершения преступлений. // Государство и право. 2003 №5.;
Год: 2011
Город: Алматы
Категория: Юриспруденция
loading...