Концепт «Императив» как основа грамматической категории повелительного наклонения

В науке о языке существует мнение, согласно которому в основе той или иной грамматической категории лежит определенный концепт. Концепты являются результатом концептуализации и категоризации действительности, распределяют полученную информацию по соответствующим классам, категориям. В свою очередь процесс категоризации становится доступным для понимания благодаря языку, поскольку именно язык репрезентирует и внешний, и внутренний миры человека как систему категорий. Существенные для языка категории представлены в грамматике. Опираясь на данное положение, автор статьи ставит перед собой цель определить, какие значения и смыслы концепта ИМПЕРАТИВ составляют основу грамматической категории повелительного наклонения.

Основным способом представления и организации знания в сознании человека является категоризация, в результате которой поступающая извне информация последовательно подразделяется на все более и более узкие области. Объектом процесса категоризации как когнитивного механизма восприятия и переработки информации нашим мозгом являются не только внешний мир действительности, но и внутренний мир человека. В свою очередь процесс категоризации становится доступным для понимания благодаря языку, поскольку именно язык репрезентирует и внешний, и внутренний миры человека как систему категорий. Как составляющая человеческого существования язык сам подвергается категоризации: практически все единицы языка распределяются по категориям.

В лингвистике существует мнение, согласно которому в основе выделения той или иной языковой категории лежит определенный концепт [1, 240; 2, 10]. Такое возможно благодаря

особенности этих единиц, поскольку концепты, будучи результатом концептуализации и категоризации действительности, «сводят разнообразие наблюдаемых фактов и воображаемых явлений к чему-то единому, подводя их под одну рубрику», т.е. способствуют «обработке субъективного опыта путем подведения информации под определенные выработанные обществом категории и классы» [3, 90]. Говоря о языковой категории, мы прежде всего имеем в виду грамматическую категорию, поскольку «грамматическая категоризация создает концептуальную сетку, каркас для распределения всего концептуального материала» языка, и именно в грамматике «находят отражения те концепты, которые наиболее существенны» для этого языка [3, 91].

Среди грамматических категорий русского глагола центральное место занимает категория наклонения. Ее статус в категориальной системе определяется тем, что она несет собственно глагольную информацию, оказываясь отмеченной не только в морфологическом плане, но и в синтаксическом, поскольку является грамматическим средством выражения модальности, которая признается большинством лингвистов одним из показателей предиката и высказывания в целом.

Как известно, категория наклонения русского глагола чаще всего рассматривается в виде трехчленного противопоставления форм одной лексемы, которое включает две оппозиции, построенные по разным дифференциальным признакам: 1. реальности / ирреальности; 2. наличия / отсутствия императивности. Формы повелительного наклонения, различаясь по этим дифференциальным признакам, являются наиболее маркированными. Поэтому мы считаем необходимым обратиться к концепту, который составляет основу категории повелительного наклонения. Таким образом, цель настоящей статьи выявить содержание концепта и определить, какие его значения и смыслы лежат в основе соответствующей категории в языке и в речи.

В качестве «доминирующего концепта, организующего семантическую категорию императивности» для эпохи раннего христианства в исследовании Л.Т. Килевой рассматривается ТРЕБОВАНИЕ, ведущий смысл которого – «призыв к терпению и покаянию, отказ от всего земного, мирского рад и высшего разума» [2, 51].

Для повелительного наклонения в настоящей статье мы избираем концепт ИМПЕРАТИВ. Выбор слова-имени концепта обусловлен следующими обстоятельствами. Во-первых, упомянутый выше концепт ТРЕБОВАНИЕ считается доминирующим в картине мира раннего христианства и представляет культуру (взгляды, верования, мировоззрение) восточных славян. В данной статье концепт рассматривается как лингвокогнитивная единица без ее отнесенности к определенной культуре. Концепт ИМПЕРАТИВ является значимым для человечества в целом, поскольку представляет «смыслы, которыми оперирует человек в процессах мышления и которые отражают содержание опыта и знания, содержание результатов всей человеческой деятельности и процессов познания мира в виде неких «квантов» знания [3, 90]. Во-вторых, слово-имя концепта императив – это более ранняя и распространенная номинация данной категории наклонения в науке.

Концепт – это многогранная единица, и соответственно методы ее описания, подходы к изучению столь же разнообразны. После изучения и обобщения имеющихся в науке подходов к описанию концепта, нами была разработана методика расширенного концептуального анализа [4, 5]. Описание концепта осуществлялось в формате интеллект-картирования и заключалось в выполнении следующих процедур: анализ словарных дефиниций, описание этимологии слова-имени концепта, определение деривационных потенций, анализ синонимов и антонимов, выявление контекстов употребления, анализ идиом и метафор, построении ассоциативного поля, включающее экспериментальные методики.

Интеллект-карта расширенного концептуального анализа позволила увидеть полную картину и объединить все семемы концепта, выделив доминирующие и дополнительные [4, 5]. В общем виде содержание концепта будет следующим. Центральными семами концепта «императив» являются семы ‘повеление’ (как форма выражающая повеление / волеизъявление) и ‘грамматическая категория’. В силу семантики самого слова-имени концепта И. Кант избрал его в качестве наименования своей теории «категорического императива», под которым философ понимал «предложение, имеющее форму повеления».

Семема ‘повеление’ на ассоциативном уровне поддерживает связь слова-имени концепта императив с однокоренными словами империя и император. Данная связь не отмечается в лексикографических источниках, но на ассоциативном уровне носители языка указывают на близость слов.

Концепт обладает двумя составляющими – планом говорящего и планом слушающего, т.е. говорящий понимает императив как приказ, указание, просьбу, соответственно слушающий воспринимает то, о чем говориться как действие, которое необходимо исполнить. В позиции адресанта актуализируется сема ‘намерение воздействовать’, ‘повеление’. В позиции адресата актуализируется сема ‘распознавание воздействия’, ‘потенциальная реакция на повеление’.

При анализе контекстов ИМПЕРАТИВ предстает в качестве объекта и субъекта, но роль последнего доминирует. На употребление слова, безусловно, влияет семантика. Так, будучи субъектом и объектом императив несет в себе каузативный характер. Как ИМПЕРАТИВ выражается при помощи языковых единиц и обладает голосом. Локализацией императива выступает сознание человека, а также культура – как хранилище духовных и материальных ценностей человека. Императив охватывает такие сферы как этика, мораль, религия, политика. Концепт визуализируется в сознании носителей в виде образов: жезл, трон, король в короне и мантии со скипетром в руках, король на троне, глава государства – человек, обладающий властью.

Рассмотрим связь грамматической категории и семем концепта ИМПЕРАТИВ.

Как уже было отмечено выше, центральными семемами концепта являются ‘повеление’ (как форма выражающая повеление / волеизъявление) и ‘грамматическая категория’. Причем первичной является семема ‘повеление’. Данная семема была выявлена при обращении к этимологии и внутренней форме словаимени концепта: позднелат. imperativus ‘устраиваемый по приказу, повелительный’, которое в свою очередь произошло от латинского imperare приказывать, повелевать’ [6: 225]; организуй что-либо сам: < in + paro – «снаряжаю», «добываю», «организую» [7: 345]. Таким образом, внутренняя форма повлияла на выбор наименования категории: в грамматике как название категории imperative стало использоваться с XV в. Выражая повеление, императив репрезентируется грамматическими формами с семантикой волеизъявления, а также языковыми средствами модализации смысла высказывания.

Слово-имя концепта императив может восприниматься адресантом (говорящим) и адресатом (слушающим), благодаря чему в содержании концепта были выявлены две составляющие – план говорящего и план слушающего.

В позиции адресанта актуализируется семема ‘намерение воздействовать’, ‘повеление’. Как правило, повеление отдается человеком, который обладает властью над собеседником. Визуализация концепта ИМПЕРАТИВ в образах руководящих лиц (глава государстваимператор, король) и атрибутов власти (жезл, трон, король в короне и мантии со скипетром в руках, король на троне) подтверждает это.

В позиции адресата актуализируется семема ‘распознавание воздействия’, ‘потенциальная реакция на повеление’. Эти семемы, по сути, отражают процесс речевого взаимодействия, когда произнесенное говорящим повеление рассматривается как побуждение к действию, а реакция слушающего, в идеале, представляет выполнение данного повеления. Кроме того, семемы, о которых идет речь, характеризуют грамматическое значение повелительного наклонения. Как известно, «в широко распространенных дефинициях грамматической категории на первый план выдвигается значение», т.е. семантика, которая объединяет множество форм в одну категорию. Рассмотрим некоторые дефиниции повелительного наклонения. Под повелительным наклонением понимается выражение «воли говорящего, побуждающей собеседника стать производителем, субъектом какого-нибудь действия» [8, 479]. «Повелительное наклонение – это номинативное грамматическое значение, которое представляет действие как такое, которое должно осуществиться одним лицом в результате волеизъявления» [9, 355]. «Представление действия требуемого, такого, к которому говорящий кого-либо побуждает» [10, 619].

Говорящий и слушающий понимают императив как приказ, указание, просьбу. Данные семемы характеризуют функционирование императивных высказываний как приказов, требований, просьб, советов, предложений. Такая интерпретация императивов составляет своеобразную парадигму. В зарубежной лингвистике (западная лингвистика), в частности в «теории речевых актов», приказы, просьбы, советы, предложения и др. относятся к директивам. В русистике же эти подвиды директивов именуются «оттенками волеизъявления» [9, 356; 10, 52], поскольку «у этих оттенков нет специальных средств выражения», за исключением случаев, когда в побудительном высказывании используются перформативные глаголы, конкретизирующие значение волеизъявления.

При анализе сочетаемости слова-имени концепта доминирующим оказалось значение причинности (каузативность): ИМПЕРАТИВ выступает в роли субъекта (императив отомстит, не позволит, запрещает, требует, угнетает), объекта каузации (поддаваться, следовать, подчиняться императивам), результата каузации (превратить в императив). Как основная семема концепта, каузация нашла отражение в грамматической категории. В глаголах повелительного наклонения как в особой форме действие каузируется: «императивная форма глагола является прямой каузацией» [11, 7]. Однако каузация представлена не в чистом виде, а в сочетании каузативности и перформативности» [12, 76]. Содержательно это означает, что если «императив, как всякий перформатив, есть действие, то каузатив — рассказ (повествование) о действии» [12, 76]. Так, каузацию можно считать семантическим качеством, свойством данной категории.

Таким образом, на становление грамматической категории и выбор номинации повлияла семантика слова-имени концепта, основанная на его внутренней форме. Грамматическое значение повелительного наклонения складывалось также из восприятия действия-повеления. Одна из доминирующих семем концепта ‘каузация’ определила свойства форм, входящих в категорию. Семемы приказа, требования просьбы и т.д. характеризуют функционирование предложений с глаголами в форме повелительного наклонения.

 

Литература

  1. Шарандин А.Л. Русский глагол: Комплексное описание: монография. – Тамбов: Изд-во Першина Р.В., 2009. – 587 с.
  2. Килевая Л.Т. Картина мира древних славян. Категория наклонения: монография. – Алматы: АГУ им. Абая, 2002. – 176 с.
  3. Кубрякова Е.С., Демьянков В.З., Панкран Ю.Г., Лузина Л.Г. Краткий словарь когнитивных терминов. – М.: Филологический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, 1997. – 246 с.
  4. Шетиева А.Т. Методика концептуального анализа // Сборник материалов международной научно-теоретической конференции «Актуальные вопросы современной филологии: теоретические проблемы и прикладные аспекты». – Алматы: Қазақ университеті, 2012. – С. 204-208.
  5. Шетиева А.Т. Репрезентация концепта «ИМПЕРАТИВ» в формате интеллект-карты (методология исследования) // Вопросы когнитивной лингвистики. – №4. – Тамбов, 2013. – С. 33-45.
  6. Oxford concise dictionary of English Etymology. Ed. Т.F. Hoad. – Oxford: Oxford University Press, 1996. – 561 с.
  7. Черных П.Я. Историко-этимологический словарь русского языка: 13560 слов. – Т. I – М.: Русский язык, 1994. – 782 с.
  8. Виноградов В.В. Русский язык. 3-е издание. – М.: Высшая школа, 1986. – 560 с.
  9. Грамматика русского языка / Отв. ред. Шведова Н.Ю. –М.: Издательство АН СССР, 1970. – 768 с.
  10. Русская грамматика / Отв. ред. Шведова Н.Ю. – Т. 2 (Синтаксис). – М.: Издательство АН СССР, 1982 – 720 с.
  11. Храковский В.С., Володин А.П. Семантика и типология императива: Русский императив. – М.: Эдиториал УРСС, 2002. – 272 с.
  12. Касевич В.Б. О межкатегориальных связях в языке // Материалы международной научной конференции Грамматические категории: иерархии, связи, взаимодействие. – СПб., 2003 г. – С. 70-77.
Год: 2018
Город: Алматы
Категория: Филология