Англоязычный научно-филологический текст: высказывание и предложение

В современной лингвистике высказывание определяется как процесс, отражающий речевую деятельность человека, с одной стороны, и как продукт речемыслительного процесса, реализующий коммуникативную целеустановку говорящего, с другой стороны.

Таким образом, понятие речевой формы как речемыслительной операции и текстового единства, в котором она объективируется, соприкасается с понятием высказывания и его типов, которые определяются коммуникативной целью.

Высказывание подверглось исследованию многими лингвистами. В зависимости от того, что ставилось во главу при выделении сущности высказывания определялись его основные черты проявления.

Например, определяется такой параметр высказывания, как завершенность. По М.М.Бахтину, завершенность высказывания - это как бы внутренняя сторона смены речевых субъектов: эта смена, поэтому и может состояться, что говорящий сказал (или написал) все, что он в данный момент или при данных условиях хотел сказать [І, с.268].

Э. Бенвенист определяет статус высказывания в том, что оно способно приводить язык в действие посредством индивидуального акта его использования. В своей книге «Общая лингвистика» исследователь детально описывает возможности высказывания. Данное положение в большей степени применимо дискурсу.

Мы, в свою очередь, считаем, что некоторые фрагменты высказанных исследователем умозаключений могут быть отнесены и к письменному варианту текста, в частности, к научному тексту. Отталкиваясь от суждений Э.Бенвениста, попытаемся провести параллель между высказыванием в рамках дискурса и высказыванием в письменном варианте текста.

Итак, индивидуальный акт, посредством которого мы используем язык, вводит, прежде всего, говорящего как параметр среди условий, необходимых для высказывания. До акта высказывания язык есть лишь возможность языка. После акта высказывания язык реализован в виде одновременного речевого сообщения, которое исходит от говорящего в виде звуковой формы, достигающей слушающего и вызывающей в ответ другое высказывание [2].

Поскольку высказывание представляет собой индивидуальный акт, его можно определить по отношению к языку как процесс присвоения (appropriation). Говорящий присваивает формальный аппарат языка и выражает свой статус говорящего посредством специальных показателей, содной стороны, и с помощью различных вспомогательных приемов, с другой.

Полагаем, что под «вспомогательными» понимаются различные невербальные способы общения.

Всякий акт высказывания является, эксплицитно или имплицитно, обращением к кому-либо, он постулирует наличие собеседника.

Наконец, в акте высказывания язык оказывается употребленным для выражения того или иного соотношения с действительностью. Самый акт использования и присвоения языка отвечает потребности говорящего установить посредством речевого общения некоторое соотношение, референцию с реальным миром, а у партнера создает возможность установить тождественную референцию - в той прагматической согласованности, которая делает из каждого говорящего собеседника [2].

Анализируя содержательную структуру научного текста, мы приходим к выводу, что вышеизложенное относится и к письменному тексту, создание которого предполагает наличие собеседника, а не традиционного читателя.

Языковые черты высказывания определяются отношениями, устанавливающимися между говорящим и языком. Высказывание следует рассматривать как акт говорящего, который употребляет язык в качестве орудия, и с учетом тех языковых черт, и в которых проявляются отношения между говорящим и языком.

Таким образом, делаем следующие выводы. Первое: если наличествует письменный текст, то высказывание - это текст высказанного; во-вторых, отношения, прежде всего, устанавливаются между человеком и языком, а затем идет связь с текстом как формой и тем, что в нем говорится, то есть с содержанием текста; в-третьих, в зависимости от устанавливаемых отношений между говорящим и языком можно вывести успешность сказанного, а применимо к письменному тексту.

Высказывание появляется при актуализации предложения в индивидуальном акте использования языка для выражения определенной интенции говорящего и для выражения того или иного соотношения с действительностью, то есть главным отличием высказывания от предложения является коммуникативная целеустановка (иллокутивная функция) референция.

Сущность высказывания как динамической единицы выявлялось вначале в терминах актуального членения предложения. Высказывание рассматривалось как вариант предложения, поэтому актуальное членение было выделено в особый коммуникативно-синтаксический уровень. Но так как выявления темы и ремы не всегда удавалось провести, анализируя отдельное предложение-высказывание, понятие актуального членения распространилось на сверхфразовый уровень. Высказывание стало соотноситься не только с предложением, но и со сверхфразовым единством, так как говорящий выражает и передает свою мысль вбольшинстве случаев не одним, а цепочкой взаимосвязанных предложений, образующих СФЕ.

Высказывание – это реализованное предложение: не схема, а лексически наполненная, выражающая конкретную целеустановку, единица речи. Любое высказывание – это предложение, но не любое предложение есть высказывание. Или: одно предложение может заключать в себе несколько высказываний-сообщений. В тексте мы имеем дело не с предложениями (в терминологическом смысле), а с высказываниями, т.е. не с языковыми единицами, а единицами речевыми, которые конкретизируют свой смысл в тексте [3].

Происхождение высказывания, по М.Ляпон, обусловлено необходимостью изложения информации неким логическим путем. Она пишет: «Очевидно, человеческий фактор (а именно интерпретатор), являясь реальным актантом текста, определяет не только внутреннюю логику текста вообще (как абстрактной категории), но и внутреннюю логику любого его коммуникативно завершенного отрезка. Таким отрезком является, прежде всего, высказывание» [4].

Высказывание всегда имеет два компонента, в отличие от предложения, где может быть один компонент, два и несколько (главные члены и второстепенные; односоставные и двусоставные предложения).

Итак, компонентами высказывания выделены: тема и рема.

В лингвистике различают высказывания двух типов в зависимости от их коммуникативных качеств (деление дается обобщенно и в какой-то мере условно): информативные и верификативные.

Функцией информативных высказываний является сообщение: они несут новую содержательную информацию. Информативные высказывания лежат в основе текстов описательных, повествовательных, аргументирующих, анализирующих (последние два объединяют тексты типа рассуждения).

Например: The type of speech sample may range from individual words to whole conversations. Larger units are more difficult to transcribe reduces the possibility of errors if the transcribers compare transcriptions and resolve their differences in a consistent manner.

Robert E.Owens, Jr. Language Development

В данном СФЕ представлена КРФ-ма «описание». В частности, описывается, как в процессе речи отдельные слова могут преобразоваться в целые беседы.

Верификативные высказывания служат целям утверждения или опровержения, контраргументации (высказывания полемические, убеждающие, воздействующие). Функция верификативных высказываний - оформить реакцию на мнение собеседника (реального или воображаемого), т.е. дать коррекцию или верификацию этого мнения [5]. Подобные высказывания выполняют функцию эмоционального воздействия.

Одно и то же предложение может быть верификативным и информативным высказыванием в зависимости от логического ударения на ту или иную фразу.

Верификативные высказывания не служат организующими компонентами особых видов текста, они вклиниваются (с разной степенью интенсивности) в тексты названных типов (их больше будет, конечно, в текстах типа рассуждения).

Например:

The particular constituent structure presented in Figure 2.1 will result in 32 different sentences if four of nouns and two verbs are available. If the adjectives young and old are used interchangeably, 128 sentences can be produced. If we expand the article constituent to include both a and the, then 512 sentences are possible.

Psycholinguistic Theory: A Syntactic Model КРФ «рассуждение» заключено в данном СФЕ. Рассуждение ведется относительно того, при каких условиях может быть увеличено число предложений: при взаимозамене определенных слов (молодой и старый), при расширении границ артиклей (a и the).

М.М.Бахтин предлагает в качестве довода необходимость дифференциации языка и речевого общения следующее: абсолютное тождество двух и более предложений возможно, так же как и возможно неограниченное число повторений любого предложения (даже самого сложного) в неограниченном потоке; но как высказывание (или часть высказывания) ни одно предложение, даже однословное, никогда не может повторяться: это всегда новое высказывание (хотя бы цитата) [1].

Акт высказывания, по Э.Бенвенисту, обусловливает появление специальных форм, он создает необходимые условия для некоторых основных синтаксических функций. Когда производящий высказывание прибегает к помощи языка, чтобы показать то или иное влияние на поведение собеседника, в его распоряжении для этой цели имеется целый аппарат функций. Это, прежде всего вопрос (interrogation) - акт высказывания, имеющий целью вызвать ответ посредством языкового процесса, который является в то же время процессом языкового поведения двух участников. Все лексические и синтаксические формы вопроса: частицы, местоимения, порядок слов, интонация и т.п., обусловлены этим аспектом акта высказывания [2].

«С ним следует также связать слова или формы, которые мы называем побудительными (d‘intimation): приказания, призывы, представленные в таких категориях, как императив, вокатив, предполагающие главную и непосредственную связь лица, производящего высказывания» - советует Э.Бенвенист.

«Возможно, - далее продолжает ученый, - менее очевидной, но столь же бесспорной является принадлежность к данному разряду иподтверждения (assertion). И в построении, и в интонации находит отражение то, что подтверждение имеет целью передать уверенность говорящего, это самый обычный случай манифестации присутствия говорящего в высказывании. Для подтверждения имеются даже особые средства, которые его выражают или подразумевают, слова «да» и «нет», утверждающие положительное или отрицательное суждения» [2, с.315316].

Прибегая к характеристикам высказывания, данным в словарях, и учитывая его функции, определяем высказывание в научном (в частности, англоязычном научно-филологическом) тексте как способ передачи сообщения, обладающий формой смысловой целостности.

В системе языка каждый элемент структуры имеет лишь относительно самостоятельное значение. Поэтому его значимость, определяется в системе целого построения, координирующего взаимосвязь частей [175].

Известно, что процесс членения речи на предложения тесно связан с процессами мышления.

Наряду с СФЕ и абзацем в качестве единицы текстовой структуры определяется предложение [23]. Смысловая целостность текста заключается в единстве его темы. Предложение является носителем отдельной темы лишь в том случае, если оно не входит в состав сверхфразового единства, а является самостоятельным предложением- высказыванием. В составе же СФЕ отдельные предложения не имеют самостоятельной темы, а служат совместно для выражения единой темы СФЕ и взаимно дополняют друг друга при ее раскрытии. Именно поэтому изолированное рассмотрение содержание предложений, входящих в сверхфразовые единства, не может дать правильного представления о направленности последнего.

Как было отмечено выше, структурная целостность текста напрямую зависит от совокупности предложений в СФЕ и логической связи между ними. Текст как функционально-семантико-структурное единство обладает определенными правилами построения, выявляет закономерности смыслового и формального соединения составляющих его единиц.

Мы разделяем точку зрения Т.Ф. Матвеевой, которая при логическом членении текста выделяет две группы логических связок; «информативно-логические и композиционно-логические». Здесь же исследователь указывает, что к первой относятся связки, которые указывают на тип и характер предшествующей или последующей информации, то есть на собственно содержательные связи фрагментов. Во вторую группу логических связок (композиционно-логических) входят единицы, указывающие на расположение какого-либо фрагмента в тексте и его пространственное отношение к другим фрагментам [176].

Не менее важным является учет порядка предложений, типов предложений и их конфигурацию в тексте для установления смысловой структуры текста.

Известно, что с лингвистической точки зрения предложение может быть описано на нескольких уровнях (фонетическом, фонологическом, грамматическом, контекстуальном); эти уровни связывают отношения иерархического подчинения; хотя все они обладают своим собственным набором единиц и собственными правилами их сочетания, что и позволяет описывать их раздельно, ни один из этих уровней не способен самостоятельно порождать значения: любая единица, принадлежащая известному уровню, получает смысл только тогда, когда входит в состав единицы высшего уровня.

Теория уровней, в изложении Э.Бенвениста, предполагает два типа отношений между элементами: дистрибутивные и интегративные. Первые возникают тогда, когда отношения устанавливаются между элементами одного уровня; вторые - когда отношения устанавливаются между элементами разных уровней. Из сказанного следует, что дистрибутивные отношения сами по себе еще не способны передать смысл. Следовательно, в целях структурного анализа необходимо сначала выделить несколько планов описания и подчинить их иерархической (интегративной) перспективе [87].

Огромный интерес к изучению семантики предложения отмечается с середины 60-х годов. В настоящее время акценты в изучении семантики предложений сместились в сторону контекстного описания предложения с помощью правил контекстно-связного синтаксиса, в результате чего выяснилась несамостоятельность предложения, т.е. его зависимость от единиц более высокого уровня, таких, как абзац, СФЕ, или от всего текста.

В лингвистике было введено понятие «псевдопредложение», что является фиксацией контекстуальной зависимости предложения от множества факторов, лежащих за пределами самого предложения.

По В.А.Звегинцеву, предложение - это словосочетание плюс какой- то добавок, некая почти магическая формула, которая наделена властью преобразования [177]. Под «каким-то добавком» нами понимается значение предложения.

Исследователь А.А.Прокопчук определяет отличие сочетания предложений от СФЕ в том, что первое не обязательно является коммуникативным и смысловым единством, ему не обязательно свойственна относительная смысловая завершенность [141].

Согласно семиотической структуре предложения, под смыслом предложения понимается отражение в сознании человека отношения линейной последовательности имен предложения к отраженному в сознании событию (как совокупности, отмеченных выше компонентов означаемого).

Известно, что в процессе воспроизведения предложений, прежде всего, запоминаются такие сведения о предложении, как информация об его семантическом содержании и синтаксической структуре. Как установлено, семантический аспект в процессе воспроизведения всегдапредшествует синтаксическому. Особенно это актуально, на наш взгляд, в тех случаях, когда идут ссылки в косвенной речи.

Согласно позиции Е.В.Падучевой, всякое предложение описывает некоторое положение вещей, в котором оно истинно (для этого нужно знать, какое положение вещей имеет место). Отсюда возникает идея свести смысл предложения к условиям истинности тех утверждений, которые могут быть сделаны с его помощью [97]. Смыслом - в большей или меньшей степени автономным - обладает всякий синтаксически связный компонент предложения [96].

Предложение - это относительно законченная мысль, <…>. Предложение, как и слово, обладает законченностью значения и законченностью грамматической формы, но эта законченность значения носит абстрактный характер и именно поэтому и является такой четкой: это законченность элемента, но не завершенность целого [67].

Семантические критерии регулируют последовательность и порядок предложений либо сверхфразовых единств в процессе создания сообщаемого.

Основной костяк предложения, по И.И.Мещанинову, развертывается в акте построения нового предложения за счет косвенных дополнений, определений и обстоятельств. Прямое дополнение он расценивал как главный член предложения. Поскольку его употребление в предложении облигаторно, тогда как косвенное дополнение он относил к второстепенным членам предложения, постольку его употребление в предложении факультативно. Он писал: «Подлежащее и сказуемое - только главные члены. Определения и обстоятельства - только зависимые. Дополнения синтаксически многофункциональны».

«<…> предложение характеризуется как высказывание, содержащее предикативную синтагму (синтагму, выражающую отношение субьект(ы)- предикат)», «… оно определяется как синтаксическая структура коммуникативного назначения», «…грамматически оформленная по законам данного языка целостная единица речи, являющаяся главным средством формирования, выражения и сообщения мысли», «… особые качества предложения заключаются в наличии у него смысла и ситуативной привязанности» - вот далеко не весь перечень определений, данных предложению в одной из работ В.А.Звегинцева [І77].

Свой взгляд на предложение исследователь подкрепляет мыслью В.Матезиуса: «В языке мы имеем дело… с предложением как абстрактной моделью, а в речи - с предложением как конкретным высказыванием» [177].

Эмоционально, на наш взгляд, выражает свое отношение к пониманию сущности предложения В.Г.Адмони. Он пишет: «… предложения не просто теоретические конструкты. Они являются и языковой реальностью, в бесчисленных случаях выступая как конкретные речевые образования в письменной речи. <…> предложения являются такой же языковой реальностью, как единицы высказывания, …» [133].

Правомерным считаем утверждение Е.В.Падучевой относительно своеобразности предложений естественного языка: «Предложения естественного языка не являются семантически элементарными, а разлагаются на смысловые компоненты. Особый интерес представляют такие смысловые компоненты, которые сами по себе могут составить высказывание, т.е. пропозиции» - пишет она [96].

Предлагается использовать понятие «микротекст» для того, чтобы обозначать такую текстовую единицу, в которой смысловой фактор (тематическая завершенность) выступает в качестве обязательной характеристики, и она не членится на себе подобные, так же как и не входит частью в подобную себе.

Под микротекстом понимается текст, равный радиусу действия одного коммуникативно-сильного предложения.

Среди аргументов, подтверждающих текстовые свойства сложного предложения, в первую очередь, заслуживает внимания то, что именно сложное предложение оказывается точкой приложения мыслительной активности субъекта – участника акта коммуникации, выступает ли в качестве говорящего (автора) или в качестве слушающего (воспринимающего информацию) [101].

Отличие предложения от текста стало объектом рассмотрения А.А.Прокопчук: «Текст отличается от предложения, прежде всего тем, что он значительно чаще, чем предложение, осознанно подвергается проверке на коммуникативно-прагматическую приемлемость. Количество и характер функций, выполняемых составляющими в тексте, зависит от типа текста. Так, в научном тексте функции составляющих соотносятся с мыслительноречевыми операциями в деятельности по его созданию» [141].

Действительно, коммуникативно-прагматическая характеристика чаще распространяется на текст. Отсюда и интерес к связанной с ним такой формы мышления, как суждение.

Язык, будучи непосредственно связан с мышлением, регистрирует и закрепляет в словах, в соединении слов в предложениях результат мышления. Обмен мыслями в человеческом обществе происходит посредством звукового языка. Поэтому необходимо выявить связь и отношение форм языка и мышления.

Между логикой и грамматикой существует тесное диалектическое единство, включающее черты тождества и различия. К такому решению пришли не только языковеды, но и философы.

Категории классической логики, как известно, определялись, прежде всего, по отношению к типам и формам мышления. Под пропозицией, или логическим суждением, отмечает Н.Д.Арутюнова, подразумевалась определенная форма мысли, утверждающая или отрицающая нечто о предметах действительности [180]. Таким образом, предложение – одно из форм языка; суждение – одно из форм мышления.

«Суждение есть не более как то же понятие, но еще в процессе своего образования. Окончательное суждение превращается в понятие», -писал в свое время К.Д.Ушинский на стр.477 своего Собрания сочинений [Ушинский 1950]. Для построения суждения, по мнению Е.М.Галкиной- Федорук, необходимо иметь понятия, чтобы иметь о чем-либо понятие, необходимо произвести суждение. Понятие не содержит утверждения или отрицания. Суждение – более сложная по сравнению с понятием форма мысли, словесной оболочкой которой является предложение, также более сложная языковая единица, чем слово [181].

Предложение и суждение органически связаны и часто соответствуют одно другому, но не тождественны. Суждение выражается предложением. Суждение вне предложения существовать не может. В то же время не каждое предложение заключает в себе суждение, то есть мысль о чем-либо, в котором что-то отрицается или утверждается как истинное или ложное. Суждение имеет предмет суждения, который может быть не названным, но обозначенным, хотя существующим в мысли, как воспринятый нашими органами чувств. И если предмет мысли не обозначен, не назван, то в суждении нет логического субъекта. Отсутствие субъекта яснее всего можно показать на таких примерах назывных суждений, как тексты вывески, заглавия книг, статей и т.п. [181].

Сложные предложения, как известно, составляют основу текста. Наличие внешних различий между сложными предложениями и цепочками предложений не дает основания отрицать сходство между ними.

Синонимичные глубинные структуры, отмечает Т. Ван Дейк, способны выразить один и тот же смысл, различным образом оформляя отношения компонентов [6].

Исходя из этого положения, в нашей работе анализируются отношения предложений, расположенных не только контактно, но и дистантно.

Текст большого размера (литературное произведение, научная статья), как правило, характеризуются политематичностью и сложностью взаимодействия его тем. При этом суть политематичности заключается в том, что различные темы не только «развиваются» параллельно, но и «перетекают» друг в друга [41].

Таким образом, в объеме одного текста наличествуют более чем одна тема. Несомненно, все они имеют общую смысловую базу.

 

Литература

  1. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. Изд. Второе. – М.: Искусство, 1986. – С.445.
  2. Бенвенист Э. Общая лингвистика. М.: УРСС, 2002.
  3. Падучева Е.В. Высказывание и его соотнесенность с действительностью. Москва, 2002.
  4. Ляпон М.В. Семантика реляционных единиц и их словарное толкование. // Словарные категории. Отв.ред. Ю.Н.Караулов. М.: Наука, 1988.
  5. Адамец П. Порядок слов в современном русском языке. - Прага, 1966.
Год: 2015
Город: Костанай
Категория: Филология