Некоторые теоретико-правовые вопросы европейской интеграции

В научных исследованиях ученых стран СНГ последнего времени большое внимание стало уделяться феномену европейского права, как инструмента реализации европейской интеграции. При этом между исследователями до сих пор нет единой позиции в отношении этого понятия. Спектр мнений колеблется от признания европейского права в качестве «региональной или даже субрегиональной международной-правовой системы, складывающейся преимущественно во взаимоотношениях между государствами Европейского континента» до обозначения этим термином «совокупности правовых норм, регулирующих взаимоотношения, складывающиеся в рамках европейских интеграционных объединений, в рамках Европейских сообществ и Европейского Союза» [1, с. 34].

Первыми среди ученых стран СНГ к изучению европейского права приступили ученые-правоведы России, которые и столкнулись с особенностями этого правового явления. Вслед за своими коллегами из европейских стран они также не смогли выработать единой позиции по этому вопросу. Так, в самом первом российском учебнике по европейскому праву, подготовленному Б.Н. Топорниным, указывается на два подхода в понимании европейского права, во-первых, в широком смысле как региональном международном праве, и, вовторых, в узком смысле как праве европейских сообществ, дополненном в определенной мере правовым регулированием всего Европейского союза [2, с. 19].

Имеются свои особенности в определении понятия европейского права (либо права Сообществ или права Европейского Союза как его иногда еще называют) в подходах различных научных школ России, что нашло свое отражение в соответствующих учебных изданиях, носящих зачастую монографический характер. В этом отношении следует особо назвать такие издания, как: «Основы права Европейского союза» [3] и «Право Европейского Союза» [4], изданные под ред. проф. С.Ю. Кашкина (Московская государственная юридическая академия), «Право Европейского Союза: правовое регулирование торгового оборота» [5], подготовленное под ред. В.В. Безбаха, А.Я. Капустина, В.К. Пучинского (Российский университет Дружбы народов), «Европейское право», подготовленное под ред. проф. Л.М. Энтина под эгидой Института европейского права МГИМО [1].

Несмотря на все особенности в определении понятия европейского права, по этому вопросу сложились, как указывает Б.Н. Топорнин, две основные позиции, первая из которых так или иначе приравнивает право сообществ к национальному праву, а вторая к международному праву. При этом, продолжает далее Б.Н. Топорнин, сторонники «конституционного» подхода в значительной мере исходят из своих прогнозов будущего интеграции, возможностей утверждения на ее основе некоего федеративного образования, а те, кто считают, что учредительные договоры это не что иное, как международное право, подчеркивают, что само международное право претерпело серьезнейшие перемены, модернизирующие его черты и признаки с учетом новых условий, эволюции права в мире [2, с. 264-265].

На наш взгляд, узко юридический подход при определении понимания европейского права неприемлем и в этом отношении совершенно прав российский ученый В.Г. Шемятенков, когда говорит, что «юристы и политологи склонны полностью погружаться в уникальную специфику европейской интеграции, как правило, забывая об окружающем мире», в то время как для экономистов, которым присуща универсальная философия мирового рынка, «интеграция – это всего лишь одна из форм проявления общих, всемирных закономерностей» [6, с. 342].

Действительно, юристам также следовало бы рассматривать европейское право как одну из форм проявления общих, всемирных закономерностей, не изобретая «велосипеда». При отвлеченном взгляде на попытки ученых-юристов объяснить природу европейского права как что-то особенное и никак не укладывающееся в «прокрустово ложе, сконструированное юридической наукой за предшествующие столетия» [2, с. 264], бросается в глаза тот факт, что феномен европейского права, как правило, пытаются изучать в статичном состоянии, отрывая его от интеграционных процессов в целом.

По нашему мнению, становление и развитие европейского права – процесс динамичный и тесно связанный с интеграцией европейских государств. Не вызывает сомнения, что феномен европейского права имеет международно-правовое происхождение в силу того, что учредительные акты Сообществ являются по своей природе международными договорами. Однако с каждой новой ступенью развития европейской интеграции изначально международноправовой состав европейского права все больше и больше стал приобретать признаки, более характерные для национального права, нежели для международного. При этом международно-правовая составляющая европейского права неуклонно уменьшалась в объеме, но не исчезала полностью. Отвлекаясь от узко юридических аспектов источников европейского права, специфики функционирования его норм и других вопросов, и сосредоточившись на отмеченном обстоятельстве, следует констатировать, что вышеприведенный факт свидетельствует о прямой зависимости между степенью сближения европейских государств и увеличением национальноправовой составляющей европейского права. Одновременно это ведет к убыванию международно-правового элемента европейского права. Основная заслуга в этом процессе, бесспорно, принадлежит институтам Сообществ, имеющим наднациональный характер.

Учитывая прямую связь между интеграционными процессами и обслуживающим их инструментом – правом, следует констатировать, что раз процесс европейской интеграции идет в направлении объединения европейских государств и постепенного создания единого европейского государства (Соединенных Штатов Европы), то и право, обслуживающее этот интеграционный процесс, развивается в направлении от международного права, регулировавшего и до сих пор регулирующего некоторые сферы отношений между странами ЕС, к внутреннему (национальному) праву этого будущего супергосударства. Следовательно, чем четче начинают просматриваться контуры будущей европейской федерации как единого государства и единого субъекта международного права, тем большее европейское право выкристализовывается в традиционное национальное право. Как только процесс создания единого федеративного европейского государства завершится, должен завершиться и процесс развития европейского права как особого правового образования. С этого момента европейское право должно стать внутригосударственным правом, а если быть точнее, федеральным правом единого европейского государства, полностью освободившись от международно правовых признаков. Национальное право государств-членов ЕС в этом случае будет рассматриваться в качестве внутреннего права субъектов федерации.

Кроме того, следует обратить внимание и на то, что процесс объединения европейских государств осуществляется в форме создания международной организации. Иными словами, логическая модель в этом случае должна выглядеть следующим образом: от разрозненных государств, интегрирующихся через создание международной организации к учреждению единого федеративного государства.

При вышеприведенном подходе европейское право выполняет роль промежуточного или переходного этапа от международного права к национальному. В таком случае, можно обрисовать общую схему эволюционирования права для любого интеграционного образования, развивающегося по европейской модели (здесь следует указать, что все существующие интеграционные объединения находятся на разных этапах пути, пройденного европейскими государствами). Если исходить из того, что право, обслуживающее интеграционные процессы, которые развиваются по модели европейской интеграции в любом регионе мира, не может быть европейским, прежде всего, по географическому признаку, имея при этом все или основные признаки последнего, такое право следует определить как интеграционное право или право интеграции. Такое право, на наш взгляд, не должно составлять какой-то особой правовой системы, поскольку по своей юридической природе использует те же источники и методы регулирования, а также имеет тот же круг субъектов, что и в международном и национальном праве.

Такой взгляд на понятие европейского права позволяет избавиться от искусственного конструирования европейского права в качестве особой правовой системы, отличающейся от систем международного и национального права. Необходимость исследования феномена европейского права в динамике диктуется диалектическим методом научных исследований. Европейское право, на наш взгляд, следует изучать именно в его неуклонном развитии, без чего невозможно понять специфику его природы.

Наша позиция подтверждается разработками и других исследователей. Так, известный российский ученый конституционалист А.С. Автономов, рассматривая формы государственного устройства, замечает, что в российской литературе большинство авторов воздерживается от оценки характера Европейского Союза, а ранее – ЕЭС, и не указывают, является ли он международной организацией, конфедерацией или, может быть федерацией. При этом ученый ссылается на мнение одного из крупных американских специалистов в области федерализма Д.Дж. Элайзера, который уже в середине 90-х гг. ХХ века прямо заявил, что лучшим примером современной конфедерации может служить Европейский Союз. По мнению же самого А.С. Автономова, ЕЭС сложилось в конфедерацию уже в 80-е годы, а с момента вступления в силу в конце 1993 года Договора о Европейском Союзе и сопутствующих ему соглашений начался процесс превращения ЕЭС в федерацию, хотя протекает указанный процесс в сложной и противоречивой обстановке, показателем чего является решение принять Конституцию ЕС и активная деятельность по ее подготовке в 2002-2004 годы. Данный факт, по мнению ученого, является свидетельством превращения ЕС в федеративное государство, несмотря на то, что серьезные разногласия по тексту проекта и неутверждение его в конце 2003 года говорят о трудностях на этом пути [7, с. 215216].

Еще один вопрос, возникающий по рассматриваемому вопросу, заключается в том, с какого момента можно говорить о переходе международного права в состояние, характеризуемое как право интеграции?

Здесь следует учесть тот факт, что международное право традиционно регулирует межгосударственные отношения, высшей степенью которых является сотрудничество. Международно-правовой формой многостороннего сотрудничества государств является, как правило, международная организация. Интеграция же, по нашему мнению, является высшей ступенью сотрудничества. При этом интеграция имеет качественно иное содержание, прежде всего, по целевому признаку, предусматривающему не просто определенную степень близости, а иногда и единства позиций государств и их совместную деятельность в конкретных сферах сотрудничества, но и направленность межгосударственного сотрудничества на установление единых правил деятельности для субъектов национального права, а в перспективе и единообразное национально-правовое регулирование определенных предметных областей сотрудничества.

Учитывая данное обстоятельство, момент возникновения права интеграции (или интеграционного права) непосредственно связан по времени с моментом перехода фазы сотрудничества государств в фазу интегрирования. Реальное наступление фазы интегрирования, на наш взгляд, связано с учреждением и функционированием интеграционных органов, имеющих наднациональные полномочия, о чем свидетельствует опыт европейской интеграции. Именно с этого момента можно говорить о возникновении интеграционного права как комплексного правового образования, имеющего переходный от международного к национальному праву характер.

С учетом изложенного применительно к основным формам региональной экономической интеграции можно утверждать, что на первой стадии интеграции, т.е. в рамках зоны свободной торговли, правовое регулирование интеграции осуществляется при помощи традиционных инструментов – в основном международного права с привлечением национального права. При этом государства, находящиеся на первой ступени интеграции могут обходиться даже без создания специального организационно-правового механизма, каким является региональная международная организация. Тем не менее, существование такой организации позволяет значительно упростить организационные аспекты формирования зоны свободной торговли, особенно в многостороннем формате.

Однако второй этап интеграции -таможенный союз – требует создания специальных интеграционных институтов, поскольку международно правового и внутригосударственного инструментария уже бывает недостаточно и становится очевидным необходимость интеграционных органов с наднациональными элементами. Интеграционное объединение в форме таможенного союза, в отличие от зоны свободной торговли, приобретает международную правосубъектность. Это означает, что таможенный союз предполагает необходимость создания международной региональной организации как правовой формы такого интеграционного объединения. Более того, ряд институтов такой интеграционной организации получает наднациональные элементы, поскольку для ее эффективной деятельности необходимо принятие отдельных актов, имеющих обязательный характер как для государств, так и для хозяйствующих субъектов этих государств.

Рассмотренные вопросы имеют важное значение для исследования и уяснения процессов развития правового обеспечения интеграционных процессов в любом регионе мира, в т.ч. и на постсоветском пространстве. Аргументы, приведенные в пользу существования интеграционного права, позволяют отграничить реальные процессы интеграции от традиционного международного сотрудничества государств, а также осуществлять прогноз эволюции права в различных межгосударственных объединениях.

Все вопросы, так или иначе связанные с европейской интеграцией имеют большое теоретическое и практическое значение для интеграционные объединений государств, создаваемых в других регионах мира по образу и подобию Европейского Союза. В этом отношении не являются исключением и интеграционные объединения, создаваемые на постсоветском пространстве, такие, как ЕврАзЭС, Таможенный союз «тройки», ЕЭП. Стратегия данных объединений так или иначе задумана по модели европейской интеграции, в частности, через создание зоны свободной торговли и таможенного союза к общему рынку и экономическому и валютному союзу.

В связи с этим обстоятельством возникает необходимость углубленного изучения правовой природы и особенностей объединений государств, созданных в рамках европейской интеграции. Прежде всего, это касается Европейского Союза. На сегодняшний день, как в зарубежной, так и в отечественной юридической литературе однозначно признается международно правовая природа Европейского Союза. В то же время, как Европейский Союз, так и Европейские сообщества являясь международными организациями, имеют целый ряд особенностей, которые выделяют их среди всех существующих межгосударственных объединений. В данном случае речь идет о наднациональном характере этих региональных организаций.

Действительно, на сегодняшний день практически ни одна региональная международная организация не имеет наднациональных полномочий, выражающихся, прежде всего, в прямом действии целого ряда актов организации, а также в их приоритете перед национальным законодательством государств членов. Кроме того, разве где-нибудь еще существует такая международная организация, которая имела бы единое гражданство, единую валюту, практически единое визовое и миграционное пространство.

Вместе с тем, отмечая все эти особенности европейской интеграции, следует заметить, что в литературе по международному праву Европейский Союз, как правило, рассматривается в разделе о международных организациях. Это не может не вызывать некоторые вопросы. Самый главный из них заключается в том, что Европейский Союз приобрел целый ряд признаков, которые не характерны для международных организаций, а являются определяющими для государственных образований (например, институт прямых выборов депутатов в Европейский парламент).

Кроме того, следует учесть и фактор динамичного развития европейской интеграции, общие институты которой первоначально были органами классической международной организации, однако по прошествии времени стали все больше приобретать черты органов государственного образования федеративного характера.

Отсюда можно сделать вывод о том, что с учетом особенностей правовой природы Европейского Союза правильнее было бы признать его не международной организацией, а государство подобным образованием, имеющим целый ряд существенных признаков, характерных именно для государств, но, в то же время, сохраняющим ряд характерных для международной организации признаков.

Наконец, опыт европейской интеграции очень важен для интеграции постсоветских государств. Исследователями интеграционных процессов на постсоветском пространстве назывались самые разные причины того, почему за период независимого развития бывших советских республик не было примеров успешной интеграции по типу ЕС. В числе этих причин назывались и экономические, и политические, и правовые и другие обстоятельства. Не вступая в полемику со всеми этими учеными и признавая в целом справедливость подавляющего большинства экспертных оценок по этому поводу, следует заметить, что прошедший период независимого существования государств СНГ стали периодом не интеграции, а дезинтеграции.

Интеграция государств СНГ с самого начала мыслилась по аналогии с европейской интеграцией. Достаточно внимательно изучить документы, принятые в первые годы существования СНГ (Договор об Экономическом союзе и др.), чтобы понять интеграционный путь государств СНГ

должен был лежать через создание зоны свободной торговли и таможенного союза к экономическому союзу и общему рынку с единой валютой, налогами и т.д. Однако в реальности европейский путь интеграции оказался государствам СНГ непосильным. Даже Союз России и Белоруссии сейчас проходит экзамен на выживание. Более успешным примером мог бы выступить ЕврАзЭС, однако в рамках этого объединения также чрезмерно затягивается прохождение всеми его членами одного из начальных этапов интеграции создание Таможенного союза, что привело к ситуации формирования такого союза сначала в формате «тройки» Казахстана, России и Белоруссии.

Учитывая все эти факторы возникает вопрос: почему европейский опыт интеграции не приживается на постсоветском пространстве?

Следует полагать, что европейская интеграция – это уникальное явление, характерное только для одного единственного региона мира – для Европы. Ни один другой регион планеты, даже при совпадающей политической воле регионального сообщества государств, не в состоянии повторить путь пройденный европейскими государствами, т.к. они не имеют тех уникальных экономических, политических, исторических, гуманитарных, правовых и иных условий, в которых существовали и развивались европейские страны. Кроме того, государства других регионов не имеют такого высокого уровня политической и правовой культуры, который сложился в европейских странах, что также отражается на результатах различных интеграционных инициатив.

Попытки создания в других частях света (Африка, Азия, Латинская Америка) абсолютно аналогичных европейским интеграционных институтов с идентичными или, во всяком случае, очень похожими полномочиями не принесли каких-либо ощутимых результатов.

Все это наталкивает на мысль о том, что ничего путного не получится и у государств СНГ, если они будут слепо копировать опыт европейской интеграции. Достаточно привести опыт деятельности только одного интеграционного института ЕС – Суда ЕС, решения которого не только признавались обязательными, но и всегда безоговорочно выполнялись, даже в тех случаях, когда государства-члены ЕС считали, что Суд выходит за пределы своих полномочий. Аналог Суда ЕС Экономический суд СНГ, решения которого хотя и признавались государствами СНГ обязательными, однако на деле не выполнялись даже со стороны таких поборников постсоветской интеграции, как Казахстан.

С учетом сказанного можно сделать вывод о том, что реальная интеграция в Центральной Азии может иметь место только после того, как все государства региона построят полноценную и функционирующую без всяких исключений и изъятий рыночную экономику. В таком случае сам рынок объективно подтолкнет эти государства к необходимости интеграции.

Что касается возможности использования при этом опыта ЕС.

Полагаем, что в широком формате, т.е. применительно к возможности интеграции стран СНГ в целом, опыт ЕС неприменим, поскольку мотором европейской интеграции были два примерно равных по экономическому потенциалу государства – Франция и Германия. В силу равнозначности этих двух европейских гигантов многое зависело от позиции и голосов третьих государств, особенно, Италии.

На постсоветском пространстве ситуация диаметрально противоположная. Здесь нет ни одного государства, которое даже в перспективе могло бы приблизиться по своему экономическому потенциалу к такому гиганту – как Россия. Даже такие в экономическом плане достаточно крупные государства, как Украина и Казахстан, в десятки раз уступают России, а соотношение других государств СНГ с российской экономикой может давать пропорции в несколько десятков, а иногда и в сотни раз (например, размер ВВП России и Кыргызстана, Таджикистана, Молдовы или Грузии). С учетом этого, очень важного обстоятельства, а также принимая во внимание теперь уже разнонаправленные геополитические и геоэкономические интересы ряда государств СНГ, за основу интеграции стран СНГ было бы целесообразно взять опыт АТЭС, в рамках которого интеграционный процесс не форсируется, а напротив, заранее определяются сферы торговли и экономики, в отношении которых все государства высказывают готовность к открытости и интеграции. При этом государства Юго-Восточной Азии, интегрируясь в рамках АТЭС, не испытывают опасений быть поглощенными гигантскими по размерам экономиками Японии или Китая, поскольку сами определяют сферы интеграции и не отходят от принципа постепенности. Это очень мудрая политика и она может быть более ценным интеграционным опытом для стран СНГ.

Наконец, собственно европейский опыт интеграции мог бы применяться непосредственно в рамках ЕврАзЭС, хотя и здесь имеются проблемы с Белоруссией, экономическая модель развития которой не полностью соответствует требованиям рыночной экономики. Это означает, что при построении единого рыночного пространства по европейскому образцу подобные государства все время будут нуждаться в определенных льготах, привилегиях, уступках и иных послаблениях, фактически выступая тормозом экономической интеграции.

Таким образом, следует заключить, что государствам СНГ следует более широко использовать интеграционный опыт не только ЕС, но и других достаточно успешных интеграционных объединений, таких как НАФТА и АТЭС. Иными словами, речь идет о необходимости диверсифицированного подхода к использованию мирового опыта интеграции.

Тем не менее, несмотря на все эти обстоятельства интеграционный опыт ЕС дает очень много поводов для размышлений и при условии продуманного применения способен дать хорошие результаты. Поэтому данный опыт необходимо изучать на предмет возможности применения на постсоветском пространстве.

 

ЛИТЕРАТУРА
  1. Европейское право: учебник для вузов /Под общ. ред. д.ю.н., проф. Л.М. Энтина. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА – ИНФРА-М), 2000. – 720 c.
  2. Топорнин Б.Н. Европейское право: учебник. – М.: Юристъ, 1998. 456 с.
  3. Основы права Европейского союза: учебное пособие / под ред. проф. Кашкина С.Ю. М.: Белые альвы, 1997.
  4. Право Европейского Союза: учебник для вузов /под ред. С.Ю. Кашкина. – М.: Юристъ, 2002. – 925 с.
  5. Право Европейского Союза: правовое регулирование торгового оборота. Учебное пособие / под ред. В.В. Безбаха, А.Я. Капустина, В.К. Пучинского. М.: Издательство ЗЕРЦАЛО, 1999. – 400 с.
  6. Шемятенков В.Г. Европейская интеграция: учебное пособие. – М.: Междунар. отношения, 2003. – 400 с.
  7. Автономов А.С. Конституционное (государственное) право зарубежных стран: учебник. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2007. – 560 с.
Год: 2013
Категория: Юриспруденция